Миранда несколько секунд стояла в тишине и, прикрыв глаза, ожидала оповещения системы связи. Перед внутренним взором проносились строки донесений, новостей и образ ее сестры. В последнее время, с ее новым проектом, у нее было не так много времени для анализа и обработки текущих событий. Всем этим ей приходилось заниматься ранее при планировании некоторых операций «Цербера». Сейчас фокус ее внимания сместился на медицинские исследования, однако ее медицинские исследования, в каком-то роде, начали играть немаловажную роль в галактике. И это заставляло вернуться к анализу событий.

Звук оповещения отвлек Миранду от ее мыслей. Она открыла глаза и увидела, как фокусируется сияние голопроекции, собираясь в четкую фигуру полупрозрачного собеседника. Лицо было подернуто туманом из-за сигаретного дыма, но черты лица были отчетливо видны. И особенно хорошо были видны глаза, мерцающие голубоватым светом. Это не было эффектом голограммы, глаза Призрака и в самом деле были такими. После изучения материалов, полученных от Ангела, Миранда начала понимать, что это не были кибернетические импланты. Не в привычном понимании уж точно. Глаза Призрака, скорее всего, по каким-то причинам подверглись феномену отехнивания.

Лоусон не знала, когда и по какой причине это произошло с Призраком, но явно раньше связанных с Сареном событий прошлого года. Призрак знал об угрозе Жнецов раньше, чем из тени веков явился «Властелин». Похоже, поэтому «Цербер» интересовался деятельностью Сарена еще до начала событий прошлого года. Что получил Призрак вместе с этими глазами и что потерял? Его психическое состояние пока укладывалось в пределы нормы, однако Миранда заметила, что ее начальство начало вызывать у нее подозрения. Особенно в ее деле.

Проект «Лазарь» был не самым рациональным вложением ресурсов, однако Призрак давал ему крайне высокий приоритет. Впрочем, похоже, что и загадочный Ангел тоже.

Призрак, Ангел... В жизни Миранды появилось слишком много загадочных и мистических фигур. Первый был подобен пророку, предвидящему грядущий апокалипсис и предлагающий методы спасение в нем. А второму хватало иметь посланника, способного говорить устами мертвых, чтобы уже выходить за рамки привычного научного мировоззрения.

— Мисс Лоусон, — выдохнув облако голографического табачного дыма, вместо приветствия сказал Призрак. — Как ваши успехи?

— Данных немного, но прогресс по их анализу есть, — сразу перешла к делу Миранда. — Активность клона сосредоточена в области Систем Терминуса. Сложно отследить единый вектор его деятельности. Изначально он работал в неизвестной группе наемников, после чего выполнял задания совместно с «Синими светилами». Анализ его поведения и психики показывает, что совпадения с Шепард достигают около семидесяти процентов. Точно судить невозможно из-за скудности данных.

— Связь с Альянсом?

— Очень вероятна, — кивнула Миранда. — Учитывая совпадения в личности клона с оригиналом, можно утверждать, что была произведена реставрация нейронных сетей на основе ранних сканирований головного мозга Шепард. Альянсу проще прочих получить доступ к этим записям. Также именно Альянс владеет передовыми технологиями перестроения биологических нейронных сетей.

Призрак молча затянулся сигаретой, выпустил облако дыма и потушил окурок, бросив его в пепельницу возле подлокотника кресла. Его голограмма встала и посмотрела куда-то в сторону, изображение оттуда не передавалось, поэтому Миранда не могла сказать, куда смотрит ее босс.

Зато могла предположить, о чем он думает. Скорее всего, оценивает, насколько может быть вовлечен в проект «Лазарь» Альянс. Или что-то в этом духе. Вряд ли ему известно что-то, что заставило бы его заподозрить о вмешательстве третьей стороны.

Лоусон так и не рассказала Призраку о ее контактах с Ангелом. Вообще, старалась не касаться этой темы даже в поисковых запросах в экстранете. Ей самой сложно было назвать причину подобного поведения. Скорее всего, Ангелу удалось нащупать ее страхи. Упоминание сестры заставило Лоусон насторожиться. Ангел слишком много о ней знал. Откуда? Весьма вероятно, что в ее окружении имеется крот. Скорее всего, из Альянса. «Цербер» до недавнего времени имел тесные контакты с Альянсом. Пока не был официально признан террористической организацией. Многие кадры напрямую перетекли из официальных структур Альянса. И до сих пор старые связи позволяют получать утечки различных секретных данных из Альянса. Но это значит, что переток информации может быть и в обратную сторону. Сложно застраховаться от подобного. Хотя сейчас, после атаки на несколько центров организации, внутренний контроль в «Цербере» усилился. 

Сам Ангел, по мнению Миранды, кем бы он ни был, вряд ли был кем-то из Альянса. Возможно, он пользовался его ресурсами так же, как пользовался ресурсами «Цербера».

— Что делать с Шепард? — не дождавшись никаких больше комментариев со стороны начальства, задала вопрос Лоусон. — Проект «Лазарь» достиг того этапа, когда для дальнейшего продвижения требуется активация высшей нервной деятельности Шепард. Уже более недели мы ждем только вашего решения.

— Анабиоз может как-то негативно сказаться на результатах? — уточнил Призрак.

— Состояние пациента стабильное. Никаких изменений не предвидится, если соблюдать условия.

— Тогда пока не стоит будить Шепард. Пока ее клон успешно справляется со своей ролью. Будем наблюдать за его результатами.

— Он создавался исключительно как донор и модельный организм, для апробации используемых на оригинале методов, — заметила Миранда. — Мы, конечно, сделали точную генетическую копию Шепард, но мы не могли точно скопировать все прижизненные факторы, повлиявшие на Джейн. Эпигенетическая регуляция и облучение нулевым элементом — наиболее важные из них. Мы сымитировали воздействие нулевого элемента на плод при росте клона, но этот процесс невозможно контролировать. Учитывая сродство нулевого элемента со структурами нервных тканей, у клона могут быть дефекты. Как скрытые, так и явные. Мне неизвестен уровень контроля над ним. Может, рассмотреть вариант его ликвидации? Или параллельного возвращения Шепард?

— Как и в случае с контролирующим чипом в Шепард, ликвидация клона пока излишняя мера. И возвращение настоящей Шепард может потерпеть.

— По нашей информации, клон был легализован, для него сфальсифицировали биографию. Его не позиционируют как оригинальную Шепард. Похоже, Альянс как минимум подозревает о нашем проекте и сохранил возможность для возвращения Джейн.

— Не исключено, — кивнул Призрак и внезапно сменил тему: — Тебе известна обстановка вокруг «Омеги»?

— Альянс подготовил ударную группу для переброски в систему Сарабарик. Арии, как контролирующей доминирующую группировку в секторе, направлено предложение о передаче основных функционеров «Кровавой стаи» в руки правоохранительных органов для суда. Либо от нее требуют не препятствовать деятельности флота Альянса в Системах Терминуса, — пожала плечами Миранда. — Фактически политики используют инцидент с «Эстеванико» как предлог для завуалированного ультиматума Арии. В ее положении она не может выполнить ни одно из этих требований без риска утраты контроля над сектором. Альянс пробует взять «Омегу» под контроль, и у него есть на это все шансы сейчас. Хотя долгосрочные последствия этого шага сложно спрогнозировать.

— Альянс пытается своими методами решить проблему Коллекционеров, — задумчиво произнес Призрак. — Государственная бюрократическая машина инертна, она медленно реагирует на новые вызовы, но потом работает с неумолимостью катка. Однако захват «Омеги» и в самом деле выглядит излишним. Даже если нацелиться на зону за ретранслятором «Омега-4», откуда приходят Коллекционеры.

— Есть планы на долговременное использование каких-то ресурсов Коллекционеров? — предположила Миранда. — Колонизацию их сектора и получение технологий? У Альянса должны быть гарантии на то, что они смогут их получить. В эту операцию они вкладывают много ресурсов, потери могут быть слишком высоки в случае провала. У Альянса есть какая-то информация о зоне за ретранслятором «Омега-4»? Но получить ее возможно только от самих Коллекционеров. С ними может быть договоренность? Это же невозможно. По нашим данным, Коллекционеры ведут охоту на человечество!

— Структура Альянса довольно рыхлая и неоднородная. В нем есть достаточно центров сил, которые тянут одеяло власти на себя. Кто-то может искренне верить, что силы флота направлены на подавление угрозы. А кто-то видит в этом возможность укрепления переговорных позиций с Коллекционерами для использования их в своей политической борьбе. И Шепард может служить в них одним из элементом торга, — вкрадчиво поведал Призрак Миранде. — Пока я считаю, что настоящей Шепард безопаснее поспать, раз есть клон, который может принять удар на себя. Дождемся, пока не прояснится вектор действий Альянса, а потом уже примем решение. 

Обсудив еще несколько вопросов, Призрак через несколько минут прервал сеанс связи. Миранда осталась одна и несколько секунд стояла, сохраняя молчание. Она пустым взглядом смотрела в то место, где только что была проекция. Как до разговора с Призраком, так и после него, ей было о чем поразмыслить.

Анализ поведения Призрака говорил о том, что вряд ли его отношение к Миранде претерпело какие-то серьезные изменения. Хотя после инцидента с кражей клона и его появления в информационном пространстве, Лоусон проявила излишнюю осторожность и предприняла некоторые шаги для внепланового разрыва отношений с «Цербером». Если Призрак и заметил ее подготовку, то не придал этому значения или решил не акцентировать на этом внимание. Или у него достаточно много других задач, из-за которых он упускает некоторые детали из виду. Как, например, внезапное трудоустройство Орианны Лоусон на дипломатическую службу Альянса.

Возможно, Ангел был честен, когда говорил, что структура «Цербера» разрушается изнутри. Отделы и ячейки слишком автономны, лояльность многих из них лично Призраку очень условна. Сеть шпионов и оперативников теряет эффективность? Как подтверждение этому то, что «Цербер» принял выжидающую позицию по вопросу пробуждения Шепард и вторжения Альянса в Системы Терминуса. Призрак, находясь в тени, не имел ограничений, которые есть у официальных организаций, это позволяло сохранять инициативу в решении задач. Сейчас казалось, что инициатива упущена. Призрак не был готов к вызовам времени? Или оказался на обочине, когда в игру вступили более серьезные игроки.

Альянс начал подготовку к вторжению в Системы Терминуса. Ранее Совет ни за что не одобрил бы такое действие. Колонии, постепенное заселение систем и планет — это сколько угодно. Однако военное присутствие, способное вызвать реакцию со стороны военизированных организаций в секторе — ни за что. Решившемуся на такое были гарантированы как минимум санкции. Однако заявление о разработке бактериологического оружия муссируется массами. У Саларианского союза идет предвыборная гонка, тема биологического оружия в ней используется очень активно, так как саларианцы отлично понимают его опасность. Они всеми силами будут пытаться сохранить свою негласную прерогативу на его разработку и применение, так что публично не будут даже пытаться высказаться против операции Альянса против террористов.

Недавнее нападение на матриарха азари наемников из Систем Терминуса вызвало сильное возмущение в Республике, в ближайшее время не будут услышаны голоса, которые пытаются остановить вторжение в Системы Терминуса. Многие азари скорее будут готовы поддержать Альянс. В Гегемонии - внезапный кризис после убийства ряда политических деятелей и генералов, часть войск вышла из подчинения центральной власти. Похоже, там назревает государственный переворот. Батарианцам сейчас точно нет дела не то, что до Терминуса, даже до Траверса. Турианцы заняты решением внутренних проблем после внезапного объединения нескольких сепаратистских группировок в одну организацию. «Фацинус» пока не проявил себя, но угроза от него для Иерархии исходит не иллюзорная. Турианцам будет не лишним предлог для переброски своих войск с целью удержания неспокойных систем под видом защиты их от возможных рейдов пиратов.

Множество случайных, не связанных событий в самых разных частях галактики складываются в крайне удобное для Альянса положение. Осторожность Призрака становится понятна, если предположить, что за ними стоит один заказчик.

— Ангел, — тихо прошептала Миранда и словно сама испугалась своих слов.

Она встрепенулась и поспешила вернуться к работе.

***

Явик быстро пробежался взглядом по экрану планшета. Это была современная модель. Примитивная. Созданная для низших существ, которые не приспособлены к псионическому восприятию. В этом Цикле почти не было тех, кто владел псионикой, и не было устройств, основанных на псионических технологиях. Информацию получали в основном визуально. И даже здесь современные существа были ограничены. Узкий спектр зрения, они не видят всех красок мира.

Каждый видит свое и не может передать это видение в полной мере другому. Общество сцеплено речью, оно едино, но каждый в нем индивидуален. Это отличалось от Империи. Это был социум низших существ. Это исходило из доктрин протеан. Однако, несмотря на общую ограниченность, это было общество, изобилующее Аватарами. Индивидуальностями, которые ищут и познают. То, на что у протеан уходили тысячелетия, в этом Цикле решалось за десятки лет.

— Иаркен, — с болью произнес одно только слово Явик и медленно отложил планшет.

На голографический экран был выведен текст. Одна небольшая новость о непримечательной звездной системе. Она была открыта, но из-за неудобного расположения и отсутствия разведанных и легкодоступных запасов ценных минералов не колонизирована. В современной астрографии у нее не было даже названия, только лишь код. Но сейчас она появилась на страницах почти всех новостных изданий.

Сенсационное открытие радиоархеологов, способное пролить свет на тайны исчезновения протеан. Иаркен, так она называлась во времена протеан. Явик помнил ее, он был там, пятьдесят тысяч лет назад. То, что сейчас называется скоплением Исхода, было отделено от остальной галактики после отключения ретрансляторов. Однако на собственных двигателях корабли могли преодолеть расстояния в рамках одного скопления по известным маршрутам. Протеане организовали местную оборону Жатве. Они использовали все ресурсы, в том числе и низшие расы, которые еще не были порабощены Жнецами.

Например, ораворы. В отличие от своих заклятых врагов, денсорин, они не сдались синтетикам и продолжали упорную борьбу. Это вообще было в их крови - сопротивляться любому давлению. Они вечно восставали против Империи. Но с появлением Жнецов стали самыми верными союзниками протеан. И они тоже не пережили Жатвы.

Однако ее пережил их язык, его удалось расшифровать, благодаря некоторым сохранившимся базам данных. Хотя сейчас его принимали за диалект протеанского. Современным ученым удалось уловить, усилить и очистить от шумов радиопередачи, пришедшие сквозь тысячелетия. Тогда протеанам пришлось использовать этот канал передачи данных для общения с ораворами. И из-за помех Жнецов сигнал был достаточной силы, чтобы распространиться по галактике и долететь посланием до Иллиума сейчас. Он был неполным, обрывки слов, дополненные ВИ. Но Явик помнил то сообщение.

— Роевой флот Метакона атаковал транспортный узел Жнецов в системе Аттерон. Поврежден ретранслятор, произошел мощный выброс энергии из его ядра. Взрыв привел к коллапсу звезды. Сброс ее оболочек уничтожил систему. Метакон пал. Но дал нам шанс отступить и перегруппироваться. Взрыв уничтожил флот Жнецов...

Метакон пал.

Явик тогда был еще юнцом, когда служил на флагмане осколка Империи в скоплении Исхода. Это сообщение поразило его. Враг протеан, синтетический разум, с которым их вид сражался веками, который казался бессмертным — он осознанно прекратил свое существование, чтобы нарушить логистику Жнецов и замедлить их продвижение. Да, позже выяснилось, что к этому времени Иаркен уже пришлось оставить после долгих и кровопролитных боев. Сигнал протеан был отправлен в пустоту. Разрушение Аттерона не спасло колонию и сохранившиеся там силы ораворов. Но оно дало шанс продержаться еще несколько десятков лет протеанам. Шанс отстроить хранилище на Иден Прайм. Благодаря этому, Явик смог проснуться спустя тысячелетия.

А сообщение все же нашло свою цель спустя тысячи световых лет.

— Мы поймали сигнал!

Это были не слова в привычном для этого Цикла смысле. Язык протеан был сложен и включал не только звуковые волны. Обмен информацией происходил быстрее, и это было одной из причин доминирования протеан в прошлом. Их координация и время реагирования были значительно выше, чем у их противников. Кроме синтетиков, конечно.

— Триста один на сорок три по пеленгу, — продолжил говорить один из возрожденных в теле Коллекционера протеан. — Это Сирена, одна из лун Идмона. Она только что вышла из тени материнской планеты. Запускаю ВИ для получения точной картины.

— Излучение газового гиганта экранировало маяк Коллекционеров, — раздраженно понял Явик, разворачиваясь к своему боевому посту. — Летим туда! Дай картину полей на мой терминал!

Явик упал в кресло и активировал экраны приборов. Когда-то «Сумеречный» был построен протеанами. Тысячи лет прошли с тех пор, как корвет сошел со стапелей, только Коллекционеры проводили его модернизацию и обслуживание. Они сами уже не были протеанами, для них была нужна иная эргономика и другие органы управления. К счастью, не настолько другие, чтобы сейчас снова все кардинально переделывать.

Перед глазами Явика вспыхнули оранжевые голопроекции, на которые выводились данные с сенсоров корабля. Когда-то «Сумеречный» был кораблем разведки, и на нем сохранилось почти все необходимое оборудование.

— Фиксирую координаты маяка, — между тем сообщил ВИ «Сумеречного».

— Прямо возле колонии, — сообщил возрожденный протеанин.

— Наблюдаются сильные возмущения темной энергии, характерные для работы мощного ядра эффекта массы, — между тем продолжил вещать ВИ. — Наблюдается искажение гравитационного поля возле источника сигнала.

— Они уже там! — удивленно воскликнул второй протеанин.

Явик зло сжал кулак. Он тоже увидел анализ физических полей, выданный ВИ. Несмотря на помехи от газового гиганта и расстояние, можно было увидеть знакомые сигнатуры. Крейсер Коллекционеров уже прибыл на сигнал маяка! Быстро. Наверняка связь с маяком осуществляется не только в тех диапазонах, которые можно перехватить.

— Активируйте режим полной маскировки, — резко приказал Явик. — ВИ — протокол мимикрии. Идем на сближение. Действуем по запасному плану.

— Веду расчет траектории, — тут же услышал он в ответ. — С учетом маневра торможения сближение через двадцать минут.

— Ищи стыковочные узлы, — напомнил Явик.

— Принято!

В центре управления слабо мигнул свет. Энергосистема корвета была переведена в энергосберегающий режим, чтобы не выдать себя лишними электромагнитными полями и снизить выделение тепловой энергии. Сам же корабль на большой скорости летел вперед по инерции.

Было почти нереально найти крейсер Коллекционеров в огромном космосе. Они сами выбирали себе цели, поэтому их сложно перехватить. Можно было лишь надеяться на удачу. Или попытаться примерно отследить маршруты их ищеек, которые передвигались на кораблях, схожих с «Сумеречным», оснащенных такими же системами маскировки. Ищейки выискивали подходящие колонии и оставляли возле них маяки, которые собирали данные. Уже на основе их Коллекционеры выбирали себе следующую цель. Метакон создал прогностическую модель, которая выбрала несколько колоний, для которых вероятность нападения была самой высокой. Но даже так их были десятки.

С недавних пор возле каждой подозрительной системы патрулировали корабли. Наемники, рахни, переметнувшиеся ячейки «Цербера». Но повезло, что именно «Сумеречный» встретился с крейсером. И даже так, стоило им всего на несколько минут упустить спутник из виду, чтобы снять с корпуса лишнюю энергию и сохранить режим маскировки, а Коллекционеры уже успели начать сбор пленных. Будь на месте Явика кто-то с более заметным кораблем, то ему оставалось бы только перейти к более агрессивному плану. У протеан же были еще шансы выполнить первоначальную задачу.

— Запуск гравитационных двигателей. Приступаю к маневру торможения.

Корабль слегка тряхнуло, по корпусу пошли едва ощутимые толчки вибрации. Явик напряженно поджал губы, наблюдая, как растет на экране изображение луны и крейсера противника.

— Лайш, командование кораблем на тебе, — не выдержал он и резко поднялся со своего кресла.

Чтобы быстрее спуститься на нижнюю палубу, к шлюзам, где уже готовилась к высадке диверсионная группа.

Меньше, чем за минуту, пробежав по пустым темным коридорам корабля, Явик влетел в оружейную и быстро подхватил свое оружие.

— Решил присоединиться? — без удивления обратился к нему один из находящихся на нижней палубе протеан.

Это был именно протеанин по внешнему виду, не Коллекционер. Но у него были не типичного зеленоватого цвета внешние покровы, что сразу выдавало клона Торианина.

— Вредная привычка, от которой я так и не смог избавиться, — ворчливо ответил Явик, проверяя оружие.

— Тебя же готовили быть новым лидером возрождения цивилизации, — с иронией напомнил Торианин. — А такие особи развитом обществе в бой в первых рядах не ходят.

— Неважно, к чему меня готовили. Важно, кем я был.

— Маневр торможения завершен, — между тем оповестил ВИ. — Подключение к стыковочному узлу... невозможно.

Вместо ВИ, Явика тут же настигло сообщение Лайша:

— Мы приблизились к стыковочному узлу. Использую алгоритмы Метакона для взлома, — сообщил с центрального поста старший помощник.

— Отлично, — ответил Явик. — Если сработает тревога, уводи корабль и подай сигнал ударной корабельной группе Альянса.

— Принято.

Потянулись томительные секунды ожидания. Крейсер Коллекционеров, как и «Сумеречный», был модернизацией старого протеанского дредноута. Типовой проект, расположение его узлов и агрегатов было примерно известно, имелась даже техническая документация на некоторые из них. Но это мало что давало, так как Коллекционеры сильно изменили корабль, сейчас он вообще больше напоминал кусок астероида. Да и, кроме того, в годы войны со Жнецами, промышленная кооперация Империи была полностью нарушена. Сходящие в то время со стапелей корабли строились по индивидуальным проектам, исходя из доступных ресурсов. Ни одна другая цивилизация прошлого Цикла не могла бы даже построить крейсер, не говоря уж о дредноутах. Но сейчас это могло сыграть злую шутку, если взлом стыковочного узла произвести не получится.

— Взлом завершен, — напряженно сообщил Лайш. — Сигнала тревоги не наблюдаю. Но поведение сторожевых программно-аппаратных подсистем характерно для управляемых искусственным интеллектом. Корабль противника может быть оснащен продвинутым ИИ.

— Это будет не худший вариант, — мрачно заметил Явик, поведя плечом в легком, но прочном бронированном наплечнике. — Хуже, если крейсер подключен удаленно к сознанию Жнеца.

— Это возможно. Попытки перехватить контроль над телами отдельных Коллекционеров со стороны Жнецов были, — согласился Торианин. — С кораблем проделать подобное проще.

Явик на секунду замолчал, взвешивая риски и возможную выгоду. Несколько десятков глаз следили за ним, ожидая решения.

— Открывай шлюз! — наконец, приказал Явик.

— Выполняю!

С тихим шипением из шлюзовой камеры вылетел воздух. Проникновение на корабль Коллекционеров планировалось через небольшой стыковочный узел. Его размеры были стандартными и предполагали перемещение только членов экипажа корабля и небольших грузов, вроде ручной клади. На корабле Коллекционеров им давно не пользовались, многие функции были аппаратно убраны вовсе. Но все еще работал. Явик жестом приказал диверсионной группе двигаться вперед. В узкий, лишенный атмосферы, коридор.

Возрожденные в Коллекционерах протеане, клоны Торианина и сам Явик быстро минули пелену атмосферного щита. Они словно нырнули в открытый космос. Внешние звуки отрезало, пустота оставила их один на один с собой. В скафандре было слышно только пульс и собственное дыхание. В этой тишине над головой громадой нависал газовый гигант. Темная громада Идмона была испещрена вихрями и потоками туч, которые подсвечивали мощные вспышки молний и полярное сияние. Внизу, под трапом тонула в сумерках поверхность Сирены. Были видны низкие купола заглубленных глубоко в недра спутника зданий. Можно было различить громоздкое оборудование грузового порта. И над всей колонией темным облаком саранчи парил рой мелких Ищеек.

Напоминающий вытянутый астероид крейсер Коллекционеров висел перпендикулярно поверхности. Из-за размеров луны ее атмосфера была нетолстой. И пока нос крейсера нависал над поверхностью, его корма выходила в космос. Контур «Сумеречного» позади был едва заметен даже для глаз протеан. Маскировка скрывала корабль от большинства систем обнаружения. Однако и у нее были свои ограничения. В первую очередь, по времени.

Легкое головокружение из-за пропавшей гравитации быстро исчезло, уже через несколько секунд переход завершился. Диверсионная группа снова пронеслась сквозь атмосферный щит. И, несмотря на то что корабль Коллекционеров был тих, после тишины космоса на них словно обрушилась масса звуков.

Шум вентиляции, едва различимый гул энергетических систем — это были вполне привычные для корабля звуки. Что было непривычно, так это пульсация и сокращение чего-то похожего на живые ткани, словно биение десятка сердец. Отряд протеан попал в небольшой темный коридор. Даже для их взора все вокруг утопало в сумерках, но это не мешало рассмотреть необычный интерьер корабля. Как снаружи, так и внутри от старого протеанского корабля осталось немного. Только металлический остов. Но если снаружи он был покрыт наростами, похожими на камень, то внутри — пронизан сосудами и покрыт упругими биомеханическими тканями.

— Туда, — не стал долго любоваться красотами дизайна Коллекционеров Явик.

Все они были знакомы с подобными видами по прошлому вторжению Жнецов и благодаря считанной с Коллекционеров памяти. Благодаря ей же, Явик знал, где находится их цель.

Коллекционеры уже начали сбор жителей человеческой колонии. Она на Сирене была относительно небольшой, около пяти тысяч. Для захвата такого поселения вряд ли потребовалось задействовать весь экипаж крейсера, но он в принципе был небольшой. Некоторая часть Коллекционеров спала, пока в них не было необходимости. И пока не поднята тревога, у группы Явика не так много шансов встретиться с противником.

Темные безликие коридоры быстро сменяли друг друга. Цель диверсионной группы была ближе к центру крейсера. Именно там сейчас должна быть вся активность Коллекционеров. Еще живые, но введенные в состояние анабиоза люди с Сирены упаковывались в контейнеры и подключались к системам корабля. Чем ближе к цели, тем с большей осторожностью нужно было двигаться.

— Стой! — внезапно приказал Явик.

Его приказ распространился по группе через закрытую лазерную систему связи. Протеане остановились, занимая оборону в просторном коридоре. Впереди открывался просторный зал. По своему интерьеру он слабо отличался от коридоров. Никаких визуальных разграничений не наблюдалось — все те же полуорганические сосуды и ткани, налепленные на неорганическую основу корабля. Но это именно сюда диверсантам нужно было проникнуть.

Явик не знал, имеется ли у этого сектора какое-то название, сами Коллекционеры в этом не были уверены, их понятие рабочего пространства было очень своеобразное. Лаборатория могла находиться прямо посреди технического коридора, а рядом - медленно разлагаться горы органических отходов. Ими руководила своеобразная утилитарность. Если было удобно расположить биологическую лабораторию в техническом расширении коридора — они там ее и расположат.

Как и в этом случае. Впереди располагался зал, в котором было установлено оборудование жизнеобеспечения пленников в их индивидуальных коконах. Пузыри с жидкостью, сосуды и имплантированные прямо в них технические устройства. Именно это и было нужно Явику. А вот столы с телами людей, которые пронизывали биомеханические устройства, казались совсем лишними.

— Что это? — напряженно спросил Явик.

— Здесь проводят какие-то исследования с человеческими организмами, очевидно, — ответил Торианин. — Полевая лаборатория.

— Это и так понятно, — раздраженно сказал Явик. — Я хочу понять, в чем конечная цель конкретно этих исследований.

Несколько человеческих тел были частично расчленены и имплантированы в массивные, покрытые панцирем тела. Они напоминали Коллекционеров, только вместо груди, живота и голов - один слитный сегмент. Широкая и массивная головогрудь венчалась черепными пластинами с четырьмя глазами. Из конечностей сохранилась только пара рудиментарных рук. А вместо внутренностей - переплетенные и слитые воедино человеческие тела: наружу, словно гроздь винограда или капсулы икринок, торчали головы людей с распахнутыми безразличными ко всему глазами.

— Извращение над природой, — брезгливо прокомментировал это зрелище один из протеан.

— Это только предположение, но, судя по тому, что в единый организм соединили в основном части тел с органами центральной нервной системы, то эти создания должны выполнять какие-то расчеты, — присмотревшись к творениям Коллекционеров, сказал Торианин. — Но скорее это боевые единицы. Значит, увеличенная за счет соединения нескольких органов нервная ткань должна увеличивать биотический потенциал.

Явик поджал губы. Эти твари и в самом деле извращение над живой природой. Прямая и грубая попытка использовать технические принципы на биологических органах и тканях. К счастью, эти создания пока не были готовы. По крайней мере, они не функционировали и неподвижно лежали на столах.

— Ладно, в бездну этих тварей. Приступаем!