Не смотря на сравнительно не холодную осень, на идеально гладком бетонном поле можно было окоченеть даже без ветра – которого и не должно быть в отдалении от основных воздушных путей. Хотя, всё равно начать строительство так далеко на юге, как хотелось бы, не получилось – и физические условия меркли перед политическими обстоятельствами.
Последнее напомнило о кое-чём:
— Насколько, в сумме, дороже выходят пуски в сравнении с оптимальной площадкой?
— На треть, товарищ Шилов. Одна из причин, почему мы отдаём предпочтение тяжёлым ракетам, — обернулся на вопрос Роман Хазанов. – Может быть, на сорок процентов, в зависимости от класса ракеты и типа груза.
— И всё – ради обеспечения безопасности, — кивает Шилов, и тут же обращается к маршалу Ченкову: — Но это не значит, что лишние километры эту безопасность обеспечат. Что предпринято для укрепления защиты?
— Окапывание. – По удивлённым взглядам поняв, что армейский юмор здесь не ценят, маршал Ченков со вздохом начал пояснять подробнее. – По кругу космодрома дислоцированы воинские части, стандартные процедуры охраны места дислокации создают сеть постов, секретов, патрулей, всегда имеющих поддержку групп быстрого, а иногда и очень грубого, реагирования. Сами части укомплектованы и оснащены сверхштатными силами ПРО и ПВО.
— Непосредственно космодром прикрывает три смешанных авиагруппы, — вступил после маршала главком ВВС Гавриил Аквилов, — две истребительно-дозорных, одна истребительно-разведывательная. Первые две оснащены самолётами дальнего обнаружения. Так же изменены протоколы воздушного патрулирования внутри страны и вдоль границ.
— Космодром будет иметь собственную службу безопасности, — по сравнению с обычно тихим голосом собственные слова, наверное, кажутся Андрееву криком, — из осназа ГРУ. Коллеги из КОРТС будут отвечать за личную охрану персонала и безопасность внутри периметра.
— Космодром будет существовать в практически полностью изолированной сети, — Угрюмов пожимает плечами, — поэтому наиболее вероятным способом проникновения Буева считает радиоаппаратуру и работу засланных нетранеров. “Невод” будет развёртываться параллельно с установкой радаров и станций, центр сетевиков закладывается уже сейчас.
— Это весьма ободряющие новости, — согласился с мерами Шилов, и обернулся к Садалову. – Как оснащены строители? Позора с палаточным городком не повториться?
— Строители живут в полевых бараках армейского типа, — дёргает шеей Садалов, — питание централизованное, один врач на сто рабочих, один зубной кабинет на триста, работают санитарно-гигиенические службы, наряды милиции. Есть кинозал, библиотека, приезжают исполнители. Работы ведутся вахтовым методом, не дольше четырёх месяцев. Надбавки – больше только у полярников. Строгий отбор на вахту – меньше десяти лет опыта работ только у четверти рабочих.
— Тамара Рахманова взяла обеспечение рабочих на стройке на личный контроль, — добавила София Латур, — здесь работают её наблюдатели. Из её отчётов следует, что были частные вмешательства и рекомендации, но предпосылок к кризису она не наблюдает.
— Бригады рабочих имеют своих политработников, — подхватил Демичев вопрос общественной организации, — а библиотеки, кинематография и музыкальные программы сформированы таким образом, чтобы подчёркивать важность текущей стройки – например, много научной фантастики.
— Полевые бараки? Отказались от возведения полноценного города?
— Космоград будет не здесь. Размещать его так близко как лагерь строителей было бы бессмысленно и опасно, — объясняет Садалов, — а введение сначала Космограда неоправданно задержало бы строительство космодрома. К тому же, план предполагает начинать строительство города с обеспечивающих космодром служб и организаций, и лишь затем массового жилищного строительства – были бы те же полевые бараки.
— Обеспечение космодрома?
— Производство зондов, спутников, автоматов, дронов, — Садалов поправил свои тёмные очки, — будет производится на других заводах, но ремонт, обслуживание, и сборку по требованиям нужно осуществлять как можно ближе к космодрому. Там же будет расположена школа лётчиков-космонавтов со всеми прилагающимися службами, технический вуз для подготовки персонала, университет для специалистов на орбите. Ну и всё прочее, необходимое для жизни.
— Космоград в зоне военного охранения?
— Охраняется аналогично космодрому, правда, хватило одной воинской части. Собственные отряды спецназа и осназа ГРУ, — отвечает Андреев, — усиленная агентура КОРТС-а. Постоянно вооружённая милиция, регулярные патрули. Космоград будет первым, наравне со Сталегором и Петричевском в очереди на автоматизацию безопасности.— И собственное охранение в школе лётчиков-космонавтов, — гордо заметил Аквилов. – Но это позднее. Пока не будет готов Центр подготовки, продолжим работать в Высшей Авиашколе.
— Мы каждый космодром будем так обеспечивать? – Дубовой с сомнением оглядывается, прикидывая возросшую стоимость содержания.
— Не забывайте, здесь три стартовых стола, — говорит Хазанов. – Это ставит наш космический проект впереди Королевства Акорнов, и на ровне с Федерацией.
— Впереди. У них на полёты денег нет. – Поправляет Садалов.
— За последнее время ни Королевство, ни Федерация не выводили на орбиту ничего, кроме спутников связи или метеозондов четыре и шесть соответственно, — быстро сверилась со сводками София. – В Королевстве центры пусков не обновлялись со времён Войны Роботника, Федеральная Ассоциация космических исследований по бюджету отстаёт от нашего Космического управления в пять раз. Отмечается ограниченное количество пусков с территории Империи Роботника.
— К тому времени, когда нам потребуется расширять это хозяйство, не будет либо от кого защищать, либо кому защищать, — утешил Шилов товарища.
— Мне сложно судить о текущих способностях Империи Роботника к чему-то, кроме пусков спутников связи и разведзондов, но подозреваю, сейчас качественно мы обгоняем и его. К тому же, космодромы такого уровня нужны только для тяжёлых ракет, – со знанием дела объясняет Хазанов, — спутники могут выводится даже во время учебных ракетных пусков, не говоря уже об одиночных столах с куда более скромной инфраструктурой.
— Да не трясись ты, — смеётся Ченков, — нашему бойцу хоть здесь, хоть под Сталегором одна каша достаётся. Не объедим.
— Строительство космопорта уже окупило себя, — запоздало вступился за проект Угрюмов, — опыт работ такого масштаба, не говоря уже о технических решениях и научно-опытной работе, уже обновил треть инструкций и требований.
— Вопрос в тратах не стоит, — отрезал Шилов, но увидев выражение лица Дубового, смягчил заявление, — хотя и экономическую отдачу от космических проектов мы тоже ожидаем. Нужно понимать, что стабильное и регулярное космическое сообщение – это не просто козырь, который мы можем не прятать в рукаве, но и принципиальный шаг в будущее. Тем не менее – обернулся Шилов к прочим собравшимся, — отдача только от опыта в укладке бетона нас не устроит.
— Никто и не планирует этим ограничивается, — в словах Угрюмова слышится обида. – И с тем, что нужно добиваться большей отдачи за меньшие вложения я согласен.
— Будущее за пилотируемыми полётами! – от простого замечания Аквилов вскидывается как от соли на рану. – Ваши дроны и автоматы смогут оставаться полезными только на ранних этапах и только на начальном, испытательном периоде! Всё, что требует сложных манипуляций и компетентных решений – не говоря уже о работе дальше орбиты — не может быть поручено машине, получающей команды раз в два часа. И чем раньше мы начнём работу с пилотируемыми полётами, тем раньше мы добьёмся успехов.
Угрюмов не ответил, только отвернулся. Спорить с ещё одним любителем рискнуть и головой и поставленной задачей ради шанса сорвать быстрый успех там, где нужна долгая и кропотливая работа, не терпящая случайностей и эмоций, стало утомительной привычкой.
— Ну, автоматические действительно практичнее выглядят, — усмехается Ченков. – На низких орбитах нужно много зондов, и по космонавту в каждый садить – этак можно без авиации остаться.
— В чём смысл таких недолговременных зондов, если выведенные на орбиту тяжёлые спутники решают весь спектр задач, и при этом не гибнут в атмосфере через пару лет?
— Это потому, — отвечает маршал Дубовому, — что и спутники на высокой орбите, и спутники на низкой орбите в критический момент будут жить неделю, от силы. И насытить космос нашим советским “горохом” куда перспективнее, чем зашвыривать “арбузы”, которые не будут успевать решать все ставящиеся перед ними задачи.
— Но это же вложение средств в воздух, отработка по накатанной без прогресса, без перспективы, без отдачи. Нет, я понимаю меры военного времени, — упреждает очевидное возражение Дубовой, — но даже с военной точки зрения тяжёлые спутники на высоких орбитах выигрывают за счёт многозадачности, универсальности, и… ну не мне же говорить про военные спутники, в конце концов и пилотируемые полёты! Спутники, которые смогут защищать себя окупятся быстрее, чем “горох”… тьфу, прилипло… который будет висеть, пока его не собьют, и запас которого нам придётся постоянно, непрерывно пополнять десятками пусков.
— Ну, некоторые военные придётся насыщать экипажами… — не спорит маршал. – А некоторые не придётся. А пилотируемым полётам на малых орбитах найдётся место.
— Однако, согласитесь, какой тон задаст это в международном поле, — мечтательно тянет Демичев. – Десять пусков у конкурентов – и десятки у нас. На каждый их пуск мы можем отвечать тремя, на каждый спутник – тремя десятками. Самое приятное, что секретность требуется минимальная – показывай ракеты, да подтверждай спутники на орбите. Журналистов можно возить поездами – такой объект, а хоть обснимайся, по корпусу тайн не узнаешь. И что они этому противопоставят? А какую киностудию можно организовать при космодроме!..
— Космос должен приносить пользу государству. Всю пользу. – отрезал Садалов. – И пуски не потому, что надо нам, а потому что кто-то за кордоном совершил свой к этой пользе не относятся. Трёхкратные траты ради того, чтобы утереть нос врагам – это скорее вред. Даже больший, чем неизбежная задержка пусков, чтобы поддерживать темп. Если на то пошло – пуски должны быть тайными, строго выверенными и минимальными. Штурмовать в космосе пока что нечего.
— Тебе только что сказали, что нам нужны сотни спутников на орбите, — не сдавался Демичев. – И что космос требует отличных пилотов и лучших автоматизированных систем. Если не этим показывать достижения социализма – то чем?
— Достижением поставленных задач, — рубит Садалов, — а не фейерверками ценой в город.— Но и фейерверками мы окружающих точно порадуем. – завершил разговор Шилов.
===
За арты благодарим Frop
Последнее напомнило о кое-чём:
— Насколько, в сумме, дороже выходят пуски в сравнении с оптимальной площадкой?
— На треть, товарищ Шилов. Одна из причин, почему мы отдаём предпочтение тяжёлым ракетам, — обернулся на вопрос Роман Хазанов. – Может быть, на сорок процентов, в зависимости от класса ракеты и типа груза.
— И всё – ради обеспечения безопасности, — кивает Шилов, и тут же обращается к маршалу Ченкову: — Но это не значит, что лишние километры эту безопасность обеспечат. Что предпринято для укрепления защиты?
— Окапывание. – По удивлённым взглядам поняв, что армейский юмор здесь не ценят, маршал Ченков со вздохом начал пояснять подробнее. – По кругу космодрома дислоцированы воинские части, стандартные процедуры охраны места дислокации создают сеть постов, секретов, патрулей, всегда имеющих поддержку групп быстрого, а иногда и очень грубого, реагирования. Сами части укомплектованы и оснащены сверхштатными силами ПРО и ПВО.
— Непосредственно космодром прикрывает три смешанных авиагруппы, — вступил после маршала главком ВВС Гавриил Аквилов, — две истребительно-дозорных, одна истребительно-разведывательная. Первые две оснащены самолётами дальнего обнаружения. Так же изменены протоколы воздушного патрулирования внутри страны и вдоль границ.
— Космодром будет иметь собственную службу безопасности, — по сравнению с обычно тихим голосом собственные слова, наверное, кажутся Андрееву криком, — из осназа ГРУ. Коллеги из КОРТС будут отвечать за личную охрану персонала и безопасность внутри периметра.
— Космодром будет существовать в практически полностью изолированной сети, — Угрюмов пожимает плечами, — поэтому наиболее вероятным способом проникновения Буева считает радиоаппаратуру и работу засланных нетранеров. “Невод” будет развёртываться параллельно с установкой радаров и станций, центр сетевиков закладывается уже сейчас.
— Это весьма ободряющие новости, — согласился с мерами Шилов, и обернулся к Садалову. – Как оснащены строители? Позора с палаточным городком не повториться?
— Строители живут в полевых бараках армейского типа, — дёргает шеей Садалов, — питание централизованное, один врач на сто рабочих, один зубной кабинет на триста, работают санитарно-гигиенические службы, наряды милиции. Есть кинозал, библиотека, приезжают исполнители. Работы ведутся вахтовым методом, не дольше четырёх месяцев. Надбавки – больше только у полярников. Строгий отбор на вахту – меньше десяти лет опыта работ только у четверти рабочих.
— Тамара Рахманова взяла обеспечение рабочих на стройке на личный контроль, — добавила София Латур, — здесь работают её наблюдатели. Из её отчётов следует, что были частные вмешательства и рекомендации, но предпосылок к кризису она не наблюдает.
— Бригады рабочих имеют своих политработников, — подхватил Демичев вопрос общественной организации, — а библиотеки, кинематография и музыкальные программы сформированы таким образом, чтобы подчёркивать важность текущей стройки – например, много научной фантастики.
— Полевые бараки? Отказались от возведения полноценного города?
— Космоград будет не здесь. Размещать его так близко как лагерь строителей было бы бессмысленно и опасно, — объясняет Садалов, — а введение сначала Космограда неоправданно задержало бы строительство космодрома. К тому же, план предполагает начинать строительство города с обеспечивающих космодром служб и организаций, и лишь затем массового жилищного строительства – были бы те же полевые бараки.
— Обеспечение космодрома?
— Производство зондов, спутников, автоматов, дронов, — Садалов поправил свои тёмные очки, — будет производится на других заводах, но ремонт, обслуживание, и сборку по требованиям нужно осуществлять как можно ближе к космодрому. Там же будет расположена школа лётчиков-космонавтов со всеми прилагающимися службами, технический вуз для подготовки персонала, университет для специалистов на орбите. Ну и всё прочее, необходимое для жизни.
— Космоград в зоне военного охранения?
— Охраняется аналогично космодрому, правда, хватило одной воинской части. Собственные отряды спецназа и осназа ГРУ, — отвечает Андреев, — усиленная агентура КОРТС-а. Постоянно вооружённая милиция, регулярные патрули. Космоград будет первым, наравне со Сталегором и Петричевском в очереди на автоматизацию безопасности.— И собственное охранение в школе лётчиков-космонавтов, — гордо заметил Аквилов. – Но это позднее. Пока не будет готов Центр подготовки, продолжим работать в Высшей Авиашколе.
— Мы каждый космодром будем так обеспечивать? – Дубовой с сомнением оглядывается, прикидывая возросшую стоимость содержания.
— Не забывайте, здесь три стартовых стола, — говорит Хазанов. – Это ставит наш космический проект впереди Королевства Акорнов, и на ровне с Федерацией.
— Впереди. У них на полёты денег нет. – Поправляет Садалов.
— За последнее время ни Королевство, ни Федерация не выводили на орбиту ничего, кроме спутников связи или метеозондов четыре и шесть соответственно, — быстро сверилась со сводками София. – В Королевстве центры пусков не обновлялись со времён Войны Роботника, Федеральная Ассоциация космических исследований по бюджету отстаёт от нашего Космического управления в пять раз. Отмечается ограниченное количество пусков с территории Империи Роботника.
— К тому времени, когда нам потребуется расширять это хозяйство, не будет либо от кого защищать, либо кому защищать, — утешил Шилов товарища.
— Мне сложно судить о текущих способностях Империи Роботника к чему-то, кроме пусков спутников связи и разведзондов, но подозреваю, сейчас качественно мы обгоняем и его. К тому же, космодромы такого уровня нужны только для тяжёлых ракет, – со знанием дела объясняет Хазанов, — спутники могут выводится даже во время учебных ракетных пусков, не говоря уже об одиночных столах с куда более скромной инфраструктурой.
— Да не трясись ты, — смеётся Ченков, — нашему бойцу хоть здесь, хоть под Сталегором одна каша достаётся. Не объедим.
— Строительство космопорта уже окупило себя, — запоздало вступился за проект Угрюмов, — опыт работ такого масштаба, не говоря уже о технических решениях и научно-опытной работе, уже обновил треть инструкций и требований.
— Вопрос в тратах не стоит, — отрезал Шилов, но увидев выражение лица Дубового, смягчил заявление, — хотя и экономическую отдачу от космических проектов мы тоже ожидаем. Нужно понимать, что стабильное и регулярное космическое сообщение – это не просто козырь, который мы можем не прятать в рукаве, но и принципиальный шаг в будущее. Тем не менее – обернулся Шилов к прочим собравшимся, — отдача только от опыта в укладке бетона нас не устроит.
— Никто и не планирует этим ограничивается, — в словах Угрюмова слышится обида. – И с тем, что нужно добиваться большей отдачи за меньшие вложения я согласен.
— Будущее за пилотируемыми полётами! – от простого замечания Аквилов вскидывается как от соли на рану. – Ваши дроны и автоматы смогут оставаться полезными только на ранних этапах и только на начальном, испытательном периоде! Всё, что требует сложных манипуляций и компетентных решений – не говоря уже о работе дальше орбиты — не может быть поручено машине, получающей команды раз в два часа. И чем раньше мы начнём работу с пилотируемыми полётами, тем раньше мы добьёмся успехов.
Угрюмов не ответил, только отвернулся. Спорить с ещё одним любителем рискнуть и головой и поставленной задачей ради шанса сорвать быстрый успех там, где нужна долгая и кропотливая работа, не терпящая случайностей и эмоций, стало утомительной привычкой.
— Ну, автоматические действительно практичнее выглядят, — усмехается Ченков. – На низких орбитах нужно много зондов, и по космонавту в каждый садить – этак можно без авиации остаться.
— В чём смысл таких недолговременных зондов, если выведенные на орбиту тяжёлые спутники решают весь спектр задач, и при этом не гибнут в атмосфере через пару лет?
— Это потому, — отвечает маршал Дубовому, — что и спутники на высокой орбите, и спутники на низкой орбите в критический момент будут жить неделю, от силы. И насытить космос нашим советским “горохом” куда перспективнее, чем зашвыривать “арбузы”, которые не будут успевать решать все ставящиеся перед ними задачи.
— Но это же вложение средств в воздух, отработка по накатанной без прогресса, без перспективы, без отдачи. Нет, я понимаю меры военного времени, — упреждает очевидное возражение Дубовой, — но даже с военной точки зрения тяжёлые спутники на высоких орбитах выигрывают за счёт многозадачности, универсальности, и… ну не мне же говорить про военные спутники, в конце концов и пилотируемые полёты! Спутники, которые смогут защищать себя окупятся быстрее, чем “горох”… тьфу, прилипло… который будет висеть, пока его не собьют, и запас которого нам придётся постоянно, непрерывно пополнять десятками пусков.
— Ну, некоторые военные придётся насыщать экипажами… — не спорит маршал. – А некоторые не придётся. А пилотируемым полётам на малых орбитах найдётся место.
— Однако, согласитесь, какой тон задаст это в международном поле, — мечтательно тянет Демичев. – Десять пусков у конкурентов – и десятки у нас. На каждый их пуск мы можем отвечать тремя, на каждый спутник – тремя десятками. Самое приятное, что секретность требуется минимальная – показывай ракеты, да подтверждай спутники на орбите. Журналистов можно возить поездами – такой объект, а хоть обснимайся, по корпусу тайн не узнаешь. И что они этому противопоставят? А какую киностудию можно организовать при космодроме!..
— Космос должен приносить пользу государству. Всю пользу. – отрезал Садалов. – И пуски не потому, что надо нам, а потому что кто-то за кордоном совершил свой к этой пользе не относятся. Трёхкратные траты ради того, чтобы утереть нос врагам – это скорее вред. Даже больший, чем неизбежная задержка пусков, чтобы поддерживать темп. Если на то пошло – пуски должны быть тайными, строго выверенными и минимальными. Штурмовать в космосе пока что нечего.
— Тебе только что сказали, что нам нужны сотни спутников на орбите, — не сдавался Демичев. – И что космос требует отличных пилотов и лучших автоматизированных систем. Если не этим показывать достижения социализма – то чем?
— Достижением поставленных задач, — рубит Садалов, — а не фейерверками ценой в город.— Но и фейерверками мы окружающих точно порадуем. – завершил разговор Шилов.
===
За арты благодарим Frop
