Стих 

Яркий свет сотен свечей, украшающих главный бальный зал замка, наконец остается за дверью. За ней же остаются гости. И светские беседы. И этот день. Массивное полотно из векового дуба, украшенное резными элементами и железной ручкой в форме сердца, укрывает принцессу за собой надёжнее крепостной стены. Наконец одна, можно выдохнуть. Пальцы цепляются за шелковые нити корсета на платье и расслабляют его. Ткань пышных юбок с тихим шорохом скользит по животу и бедрам, едва касается ног девушки. Падает на пол. Освободившись от одеяний, тело наконец может вздохнуть спокойно. Глубокий вдох. На выдохе кожа покрывается мурашками в тех местах, где волосы щекочутся своими кончиками. Руки сами тянутся к мягкой меховой накидке. Девушка нежно укутывает себя в нее. Делает пару шагов к своему столу. Зажигает свечу. Теплый, тусклый свет озаряет книгу, которую ей предстоит заполнить словами. За окном тихо и медленно падает снег. Полумрак добавляет комнате уюта. Стул, как обычно скрипящий когда на него садишься, настраивает мысли на нужный лад. Шелестят страницы книги. Звонко стучит крышка чернильницы по столу. Перо мягко опускается в темную, вязкую жидкость. Дальше появляются слова.

«Январь. Сегодня родители снова устраивали шумный вечер. Был большой бал - много гостей, танцев и еды. И разговоров. И шума. И вина. Я очень устала от общения, все эти люди из высшего света говорят об одном и том же. Рыцари пытаются понравиться, дворянки светятся фальшивыми улыбками. Впрочем как и я, не могу их винить. Я бы и сама не участвовала в балах, если бы это не было обязанностью. Неприлично пропустить бал если ты принцесса. Еще больше неприлично если бал устраивает твоя семья в твоем же замке. Мне не терпится вернуться в лес к друидам. Обучение у них это невероятно интересно. Я уже полгода живу одна, но зимой в моем доме стало невыносимо холодно. Иногда ночевать у родителей в замке тоже неплохо, пока холода не кончатся. Или пока не починят камин в моем доме. Кроме того, в замке я чувствую себя менее одинокой. Я люблю дом, но одной там так пусто. Последний фаворит пробыл со мной пару месяцев. После него был еще какой-то невероятно заботливый и чудесный юноша с ледяными глазами и теплым сердцем. Мы целую неделю жили вместе, и обо мне никогда так не заботились. Но эта неделя - максимум что он мог дать мне. За что ему большое спасибо, я чувствовала себя счастливой. Теперь он ушел, и я чувствую себя уставшей. И одинокой. Зима это время, когда нельзя быть одной. Особенно если сердце было съедено ангелом, и ничего не может тебя согреть. Но я должна справляться. Я принцесса. Моя задача быть сильной, доброй, милосердной и справедливой чтобы все были счастливы. А как же то что делает счастливой меня? Я устала. Я всегда одна, и даже те кто приходят в итоге меня покидают. У меня на самом деле ничего нет. Ничего и никого. Я не хочу быть сама по себе. И мне тяжело. И пора спать», — дальше слова не шли.

Звон чернильницы, снова скрипящий стул. С выдохом воздух обрушивается на пламя свечи. Огонь гаснет, в полной темноте ноги наощупь находят дорогу до постели. Меховая накидка с тихим шорохом отправляется на крюк у кровати. Она еще долго будет хранить в себе тепло юности принцессы. Касаясь шелковых одеял, кожа покрывается мурашками от прохладной ткани. Девушка немного дрожит, устраиваясь в постели. Ресницы сплетаются друг с другом, закрывая глаза. Сквозь спальню текут минуты, мысли. Тревоги. Чувства. Тяжелое дыхание едва сдвигает их с места и тащит за собой прямо по ошмёткам сердца, оставляя новые царапины. Океаны глаз выходят из берегов, затекая в уши и за спину. Вскоре приходит сон.

Холод. Ветер хлещет ледяным дождем по плащу, срывая капюшон с головы. Вся одежда насквозь мокрая, как впрочем и волосы. Ледяные капли тонкими стрелами впиваются в кожу, пронизывая плоть и попадая прямо в сердце, как будто замораживая его. Пальцы рук дрожат, ноги едва ведут меня вперед. За стеной воды глазам не видно дальше одного шага. Вокруг темно. Ночь подбирается со спины, обнажая острые клыки и готовясь поглотить все вокруг. В том числе меня. Я пытаюсь бороться, но ветки цепляют меня за плащ своими скрюченными когтями. Тянут в глубь леса, душат свою жертву для ночи как гончие псы для охотника. Царапают лицо и руки вместе с дождем. Каждое движение требует сил, которых почти не осталось. Шаг. Еще один. Тяжелый взмах едва двигающейся рукой - слишком слабый, чтобы победить врага, но достаточный для освобождения плаща от очередных пут ближайшего дерева. Глаза поднимаются чуть выше по стволу, обегают дугой лесную чащу в попытке найти место для нового шага, и видят его. Свет. Свет теплый, мягкий. Струящийся из окна дома как дым из его же трубы. Чувствую, как сердце начинает стучать сильнее. Ноги сами делают шаг. И еще один, уверенный. И еще. Вскоре срываюсь на бег, если человек на грани сознания на него вообще способен. Бегу не оборачиваясь, прямо к дому - к свету, который окутывает мое сердце и указывает дорогу. Я знаю, что тьма уже меня не достанет, и все что ей остается - смотреть, разрывая ночной воздух ядовитыми жалами боли. Я переживу сегодняшнюю ночь. Выгрызу жизнь своими же зубами, своими ногтями вырву с корнем. Еще несколько шагов - глаза и руки цепляются за большую железную ручку двери. Металл льдом обжигает и без того промёрзшие пальцы. У рук едва хватает сил открыть дверь. Ноги делают последний шаг, дверь отсекает от меня тьму ночи и холод как лезвие отсекает голову от тела. Я в безопасности.