18+ | Предназначено для личного ознакомления и не является пропагандой.

Запрещено копировать и распространять в любых форматах (DOC, PDF, FB2 и т.д.) Лица, нарушившие этот запрет, несут полную ответственность за свои действия и их последствия.

Проект: Bestiya

▬▬▬▬▬||★||▬▬▬▬▬

Юрий ждал Линг Шинру у больницы. Он находился снаружи, потому что Линг Шинру наотрез отказался встречаться с доктором Байроном в чьём-либо присутствии. Пока Юрий кормил птиц крошками от печенья, на экране его телефона появилось имя «Джеймс», и он машинально взглянул на вход в здание.

Хотя Линг Шинру всё ещё не вышел, Юрий уже знал, что скажет врач: доктор Байрон успел сообщить ему результаты.

Юрий ответил на звонок и услышал:

[Подтверждено, что Чон Тхэ Ин находится на вилле Аль Сауда.]

Хотя он и догадывался об этом, но на мгновение потерял дар речи.

Юрий выбросил оставшееся печенье и встал.

— Как это подтвердилось?

[Похоже, он сам позвонил Рику напрямую. Известно, что в настоящее время он живёт с Чон Джэ Ином на вилле Аль Сауда.]

— Понятно. Ситуация в данный момент...

[Мы не можем знать, что произошло потом, так как он быстро завершил разговор. Но, судя по отсутствию упоминаний о других обстоятельствах, я не думаю, что ему угрожает опасность.]

В это время Линг Шинру вышел из больницы с пакетом лекарств в руке.

Вместо плотных бинтов, закрывающих половину лица, теперь на нём была лишь лёгкая повязка, прикрывающая один глаз, и солнцезащитные очки.

Он улыбался ему со странным выражением лица, а затем помахал рукой, медленно приближаясь к Юрию, который в это время смотрел на него с удивлением.

— …теперь, наверное, нужно поторопиться.

[Полагаю, что так. Будет сложно, если они успеют сменить местоположение. В любом случае, Юрий, спасибо за отличную работу. Местоположение Чон Джэ Ина подтверждено.]

Услышав, как Джеймс добавил, что месяцы тяжёлой работы наконец подошли к концу, Юрий нерешительно пробормотал: «Да».

На этом его контракт был выполнен.

Первоначальная задача — определить местонахождение Чон Джэ Ина — выполнена, и работа Юрия завершена. Остальное зависит от тех, кому нужен Чон Джэ Ин и они справятся с этим самостоятельно.

[Я свяжусь с тобой позже по поводу продления контракта. Теперь, как ты и сказал, нам нужно поторопиться.]

После этого звонок завершился.

Юрий молча положил телефон в карман, а подошедший к нему Линг Шинру некоторое время задумчиво молчал.

Он наблюдал.

— Его нашли?

Это был тот же спокойный голос, что и в любое другое время, но почему-то у Юрия было какое-то странное ощущение…

Тем не менее, Юрий кивнул.

— Где он?

— Говорят, что он с Чон Джэ Ином на вилле Рахмана Абида Аль Сауда.

— Это подтверждено?

— Мистер Чон Тхэ Ин напрямую связался с мистером Риглоу.

После короткого молчания последовало:

— Понятно.

После этого на обратном пути в отель между ними почти не было разговоров. Юрий спросил его о состоянии глаз, но он лишь вяло ответил, что всё в порядке. Линг Шинру просто смотрел в окно, и Юрий не мог понять, о чём он думает.

Восстановление шло быстро, почти не осталось следов травмы. Когда сняли повязку, он ничем не отличался от обычного человека. Ни по движению глаз, ни по внешнему виду не было заметно, что с его глазом что-то не так. Его тело вернулось в исходное состояние и стало почти таким же, как и раньше.

В последние несколько дней он чувствовал себя намного лучше. По крайней мере, его настроение стало приближаться к тому, какое было до травмы, когда он часто сталкивался с Юрием в Серенгети.

Вечером, из-за накопившейся за день усталости, его настроение немного ухудшалось, но боль уже не была такой сильной, как раньше, и он перестал просыпаться из-за неё по ночам.

Вместо этого он начал страдать от бессонницы. Иногда он просыпался посреди ночи и больше не мог заснуть. Тогда он выходил в гостиную и сидел там некоторое время в темноте. Можно сказать, что за несколько таких дней это стало привычкой.

Юрий, который очень чутко спал, когда слышал его шаги, сразу же просыпался и выходил в гостиную, где просто молча стоял позади Линг Шинру на некотором расстоянии.

— Ах… ну правда… тебе действительно нужно беспокоить человека, когда он пытается побыть наедине с собой?

В такие моменты Линг Шинру обычно раздражённо огрызался, но когда Юрий молча продолжал оставаться на месте, он больше ничего не говорил и просто отворачивался. Время от времени он произносил одно или два слова, но в основном это были внутренние разговоры, не требующие ответа.

Линг Шинру уже давно ушёл в спальню, а Юрий, дочитав книгу, выключил свет и лёг в постель, но почти сразу же снова встал. Это произошло из-за того, что он услышал тихий шорох снаружи.

Он едва мог различить, что кто-то тихо сел на диван, почти не издавая звуков. Именно оттуда доносились негромкие шумы.

Юрий надел халат и вышел из комнаты. И действительно, как он и думал, Линг Шинру сидел в тёмной гостиной. Как обычно, он подошёл и остановился в нескольких шагах от него.

Даже в темноте контуры его лица были хорошо видны. Но выражение лица было нечитаемым. Юрий просто молча смотрел на его бледные щёки, освещённые слабым светом извне.

— Сегодня у меня сильно болит голова, так что настроение не самое лучшее, – внезапно прозвучал его тихий голос.

Голос звучал ниже и грубее, чем обычно. Нет, это была не усталость. Скорее, это было подавленное состояние, сжигающее его сердце изнутри. И было видно, что ему сложно сдерживать себя.

— В такие дни тебе лучше не смотреть на меня, хорошо?

Ему было грустно слышать такое, но всё же это было намного лучше, чем его первоначальное резкое «Убирайся».

Юрий ничего не ответил и не двинулся с места, что Линг Шинру принял за отказ. Однако на самом деле он просто беспокоился и волновался за него. Внезапно Линг Шинру, который молча сидел на месте, обернулся.

— Человек пытается справиться со своими эмоциями, а ты влезаешь со своими выходками... Разве я не говорил тебе, что от твоего взгляда мне становится плохо? Чего ты хочешь?

— Я ничего не хочу.

Губы Линг Шинру дернулись от короткого ответа Юрия. Выражение его лица изменилось, как будто гнев, который он сдерживал в глубине души, наконец нашёл повод для выхода наружу.

— В этом и есть главная проблема. Я просто не понимаю тебя. Было бы проще, если бы ты, как все остальные, имел хоть какие-то желания, которые можно было бы понять. Я привык к таким взглядам и могу не обращать на них внимания. Но ты не имеешь никаких желаний. Ты как будто не жадный… Так почем ты на меня смотришь Юрий Гейбл? Какой смысл в твоём взгляде?

— Я не знаю.

Юрий немного поколебался, но ответил искренне.

На самом деле его смутил вопрос Линг Шинру. Он никогда раньше не смотрел на кого-то с такой страстью, ни к одному человеку, с которым он был в отношениях, Юрий никогда не испытывал такой привязанности. Почему же он так на него смотрит?

Почему он ему так нравится? Юрий не мог объяснить этого даже самому себе.

Внешность, характер, речь, поведение... ни один из этих аспектов по отдельности не мог вызвать абсолютную симпатию. Но когда они все слились в одно целое — это было прекрасно.

Желание — это то, что Юрий мог понять. Но у него было другое желание: ему просто хотелось обнять этого человека и принять всё, что в нём было. Да, ему хотелось лишь обнимать и ограждать от невзгод эту сложную, противоречивую личность. Он не хотел присваивать его себе, он просто был бы счастлив знать, что у него всё хорошо. Но он не знал как объяснить эти вещи Линг Шинру, поэтому просто молча смотрел на него.

Линг Шинру внимательно наблюдал за ним своими чёрными как смоль глазами. Кажется, его взгляд стал немного недовольным, но его губы улыбались.

— Да, конечно, ведь чтобы испытывать жадность, нужно почувствовать её вкус. Это же очевидно. Как люди, познавшие вкус денег, становятся более жадными к ним.

Ледяной гнев в голосе Линг Шинру рассеялся.

Как хищник, скрывающий свой аппетит перед добычей, он легко похлопал рукой по месту рядом с собой.

— Подойди сюда, — добавил он.

Юрий немного поколебался, но когда он снова похлопал рукой, подошёл к нему, сев рядом, но на некотором расстоянии.

Линг Шинру, постукивающий пальцами по месту рядом с собой, медленно, по очереди, переводил взгляд от Юрия, сидевшего немного в стороне, до места рядом с ним, которое оставалось пустым.

Затем он издал низкий звук, похожий на фырканье.

— Я всегда думал, что мистер Гейбл находится в своём особом мире. Как будто его ноги находятся как минимум в десяти сантиметрах от земли.

— ...действительно?

Юрий взглянул на свои ноги, прижатые к полу. Линг Шинру улыбнулся, увидев как Юрий слегка постукивает пяткой о пол.

— Это потому, что ты не знаешь жадности. Кажется, ты ещё многого не знаешь. Не хочешь ли узнать это сейчас?

Потрясённым взглядом Юрий смотрел на Линг Шинру, который поднимался со своего места. Не успел он опомниться, как тот уже остановился прямо перед ним.

— Господин Линг Шинру…?

— Ты говоришь, что тебе достаточно просто смотреть на меня? Но это ложь, верно?

— …

— Ты этого не знаешь, потому что не пробовал. Так часто говорят те, кто даже не пробовал осуществить своё желание. Это самое распространённое оправдание тех, кто не хочет задеть свою гордость. Кажется, ты просто этого не знаешь, потому что не пробовал, но...

— Я…

— Шшш…

В следующий момент Юрий ощутил, как тихий шёпот коснулся его губ и Линг Шинру сел на бёдра Юрия.

* * * * *

Он нежно коснулся его губ, осторожно скользнув по ним влажным языком. Наклонив голову, будто выжидая отклика Юрия, он мягко проник внутрь, когда губы легко разомкнулись. Тёплое дыхание Лин Шинру стало ещё ощутимее, когда он уверенно устроился у него на бёдрах.

Юрий на мгновение замер, боясь нарушить эту волшебную иллюзию, в которой красивый мужчина нежно гладил его по щекам и целовал.

— Ты такой спокойный, – тихо промолвил Линг Шинру, когда на мгновение их губы разомкнулись.

У Юрия не было выбора, кроме как сохранять спокойствие, потому что он утратил ощущение реальности.

Когда он понял, что это не сон, то моргнул, и в тот же момент остро ощутил тепло тела Линг Шинру, вкус его языка и прикосновение руки, ласкающей его щёку. В этот момент его тело слегка задрожало. Линг Шинру мгновенно заметил эту дрожь. Его губы мягко изогнулись в удовлетворённой улыбке. Рука, поглаживающая щёку, нежно, но твёрдо удерживала голову Юрия. Тем временем чувство проникновения усилилось, превращаясь в бурное жаркое течение, которое захлестнуло его рот и проникло даже в самые глубины его сознания.

— …………!

В воздухе запахло насыщенным ароматом.

Это был запах большого и яркого цветка, парализующий разум. Внезапно Юрий осознал, что аромат исходит от этого мужчины и неосознанно сам начал тянуться к его языку.

Почувствовав это, Линг Шинру замедлился, и тогда движения Юрия тоже стали медленными и плавными, он словно следовал за его интенсивным и страстным исследованием.

Рука Линг Шинру, ласкающая подбородок Юрия, медленно стала двигаться вниз, чтобы погладить его шею, ключицы и грудь, а потом сжал его бёдра и нежно погладил нижнюю часть его тела. Это были ласковые и нежные движения, как будто он делал это для человека, которого действительно любил.

Глядя на Линг Шинру, который с закрытыми глазами нежно кусал его щёку, у него в голове возникла смутная мысль. Хотя он думал, что разделить тепло тела с этим прекрасным молодым человеком было бы чудесно, он знал, что на самом деле это всего лишь сон наяву, который скоро оборвётся…

Но всё равно это было прекрасно.

Опьянённый сладким ароматом, Юрий тоже нежно поцеловал Линг Шинру в щёку.

В этот момент Линг Шинру остановился.

Он слегка отстранился и взглянул на Юрия. Выражение его лица было каким-то загадочным, и Юрий не мог отвести от него взгляд. В его голове была лишь одна мысль: «Как он прекрасен».

— Как ты себя чувствуешь? – тихо прошептал Линг Шинру.

— Что?

— Тебе хорошо? – спросил он нежно, продолжая ласково гладить лицо Юрия своей рукой.

Юрий помедлил мгновение, а затем честно кивнул. Его сердце всё ещё билось горячо и неровно. В ответ Линг Шинру улыбнулся глазами и легонько коснулся губами его уха.

— Тебе всё ещё достаточно просто смотреть?

Его голос был мягким, как конфета, которой соблазняют ребёнка. Юрий моргнул, чувствуя прикосновение его губ на своей щеке.

— Мистер Линг, а Вам это нравится?

Губы на щеке на мгновение замерли, прежде чем отступить. Линг Шинру отстранился настолько, чтобы можно было разглядеть его лицо. Он пристально смотрел на Юрия, изучая каждый уголок. В следующую секунду рука, которая удерживала его за щёку, тоже отстранилась.

— Порой ты говоришь такие вещи, что отбиваешь всё желание... Зачем говорить это, когда даже дыхание замирает?

Линг Шинру раздражённо цокнул языком и отступил. Юрий с сожалением отпустил уходящее тепло и сразу же ощутил холод, проникающий через расстёгнутый воротник его рубашки. Он опустил голову и посмотрел на Линг Шинру, который снова цокнул языком и со смешанными чувствами произнёс:

— Тем не менее, это было не так уж и плохо. Да, лучше, чем я ожидал... Почему ты так на меня смотришь, если тебе было приятно?

Линг Шинру погладил пальцами губы Юрия, нахмурившись при виде его безэмоционального лица.

— Если у тебя всё ещё не возникло желания, о котором я говорю, значит, я зря старался, – медленно произнёс он.

Юрий молчал.

Наклонив голову, Линг Шинру спросил:

— Тебя действительно это не интересует? Получается, я зря старался?

Юрий на мгновение задумался и покачал головой.

— Не знаю.

Линг Шинру слегка наклонил голову и тихо рассмеялся.

— Ты действительно странный человек... Иногда кажешься забавным, но в тебе много что раздражает. Наверное, нелегко быть таким, да?

Он снова приблизился к Юрию, опасно изогнув глаза, и прошептал ему в ухо:

— Может, мне стоит тебя поцарапать?

— …

— Знаешь, если я захочу, то легко могу ранить чьи-то чувства. Не сомневайся.

— …но это… будет очень обидно…

От тесно прижатого тела Линг Шинру передавалось его тепло; в каждом прикосновении ощущались ясные, недвусмысленные намерения.

— Не возникло ли у тебя желания? Сейчас, если захочешь, я позволю тебе делать всё, что пожелаешь. Я буду следовать всем твоим желаниям, – его голос был сладким, словно мёд, который он мягко вливал в уши Юрию, слегка прикусывая мочку его уха.

Линг Шинру немного откинул голову назад и посмотрел на Юрия, улыбнувшись, когда их взгляды встретились. Улыбка ясно демонстрировала его намерение соблазнить. Он прекрасно осознавал, как выглядит в этот момент.

— Только сейчас ты можешь обладать мной сколько захочешь и как захочешь. Такая возможность может больше не появиться.

«Это единственный шанс обладать этим прекрасным человеком, пусть всего лишь на короткое мгновение», – подумал Юрий, осознавая глубокий смысл в его улыбке.

Линг Шинру знал, что Юрий колеблется.

Не сказав ни слова, Юрий медленно протянул к нему руку. Казалось, его улыбка стала ещё шире. Когда он обнял его за голову и притянул к себе, Линг Шинру послушно приблизился.

<<Чмок>>

Юрий звонко поцеловал его в щёку.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Линг Шинру. Тот, кто нежно улыбался всего мгновение назад, теперь смотрел на Юрия так, будто неожиданно получил пощёчину. Юрий, понимая, что что-то пошло не так, слегка наклонил голову и снова звонко поцеловал Линг Шинру, на этот раз в губы.

<<Чмок>>

Тишина заполнила пространство. Улыбка исчезла окончательно, а взгляд стал холодным.

— Вам не понравилось? – серьёзным тоном спросил Юрий, встретив взгляд Линг Шинру, который молчал и с холодной отстранённостью смотрел на него.

Потом медленно, очень медленно, Юрий отпустил его лицо.

— Ты прав. Это действительно обидно.

Он не ожидал, что простой поцелуй в губы (даже не поцелуй, а скорее лёгкое касание), вызовет у него такую сильную реакцию. И уж тем более не ожидал, что в ответ получит такой холодный взгляд.

Все женщины, с которыми Юрий встречался до этого, были достаточно терпеливы и не обижались на его неуклюжесть. Никто до Линг Шинру не реагировал так странно на его поцелуи. Из-за этого он ощутил тяжесть на сердце и подумал, что этот момент останется в его памяти надолго.

— Я говорил не о такой обиде... ладно, не важно.

Линг Шинру отошёл от Юрия и тяжело опустился на своё прежнее место. Но, видимо, он не мог до конца скрыть свою внезапную обиду, и поэтому взглянул на Юрия недовольным взглядом.

— Я думал, что наблюдать за человеком, доведённым до предела, но не достигшим разрядки, будет весело, но вот к чему это привело, – сказал он, словно говоря сам с собой, и цокнул языком.

Видимо, что-то действительно очень сильно его обидело. Но Юрий никак не мог понять, что именно.

Юрий тихо провёл рукой по груди. И всё же он почувствовал волнение. На мгновение внизу даже появилось тяжёлое ощущение. Это было настолько очевидно, что его заявления о гетеросексуальности самому показались нелепыми.

Почувствовав на себе задумчивый взгляд Юрия, Линг Шинру холодно спросил:

— Что?

— Да так, просто подумал, что, может быть, и с мужчиной получится, – ответил Юрий, покачав головой.

Линг Шинру только усмехнулся, не проявляя особого интереса. Юрий немного подумал и спросил:

— Мистер Линг, а Вы с самого начала воспринимали мужчин как сексуальных партнёров?

Юрий почувствовал себя так, словно задавал вопрос для интервью, и Линг Шинру, похоже, подумал так же, слегка нахмурившись. Он сказал, как будто нехотя разъясняя:

— Я особо не задумывался об этом. У меня было очень мало опыта с мужчинами и женщинами, так что я в этом плане не слишком опытен. Пару раз делал это, потому что ситуация была забавной, но не более.

Юрий замолчал.

Удивительно, что у Линг Шинру почти не было опыта. Задумавшись об их недавнем коротком взаимодействии, Юрий удивлённо поднял брови. Ему показалось, что он довольно искушён и уверен в себе.

Как будто прочитав его мысли, Линг Шинру продолжил:

— Я просто быстро учусь. Даже если делаю что-то впервые, то делаю это лучше многих профессионалов. Первый парень, с которым я это делал… кхм… кажется, мы провели вместе часов двенадцать, пробуя разные вещи, пока я не набрался опыта. После этого он буквально висел на мне, как наркоман, и потом было сложно от него отделаться. Он плакал и терял сознание от усталости, но всё равно продолжал цепляться за меня.

Юрий был ошеломлён такой откровенностью. Этот разговор наверняка останется у него в памяти ещё надолго.

Двенадцать часов? Даже если это преувеличение, это всё равно означает несколько часов. Его партнёр должен был иметь отличную выносливость, чтобы так долго держаться, особенно в сложных позициях. И всё же, несмотря на усталость и обмороки, он продолжал это делать… удивительно.

Эти мысли на мгновение отвлекли Юрия. Он задумался, посмотрев на Линг Шинру, который встретил его взгляд с вопросом в глазах, но потом он прищурился, как будто что-то понял.

Казалось, он знал, о чём думал Юрий.

Тогда он осознал, что слишком углубился в мысли о личной жизни Линг Шинру и покачал головой, пытаясь избавиться от ненужных размышлений. Какое это имеет значение?

— Окружающие часто заблуждаются насчёт меня. Даже Тэй-хён первоначально не принял меня за актива, – сказал Линг Шинру.

— Актива? – спросил Юрий, не понимая, о чём идёт речь.

— Ладно, это не имеет отношения к мистеру Гейблу, забудь, – сказал Линг Шинру, вскользь упомянув что-то, не имеющее отношения к их разговору.

Юрий с удивлением посмотрел на него. Линг Шинру молча посмотрел в ответ и махнул рукой, как бы показывая, что это не важно.

— Тот первый парень позорно цеплялся за меня, чем ужасно раздражал. Я пытался от него избавиться и чего только не пробовал. Однажды я сказал ему: «Если прямо здесь снимешь штаны и раздвинешь ягодицы, я тебя трахну». И он действительно начал делать это посреди переполненного клуба. Он был не лучше наркомана, а когда начинал цепляться за меня, терял всякое достоинство.

Юрий слушал, как Линг Шинру с усмешкой рассказывает это, и наконец начал понимать, в чём именно он заблуждался. Но больше всего его удивил не сам факт его ведущей роли, а то, как он раздражённо говорил о человеке, с которым имел первый сексуальный опыт, без малейшего сочувствия, просто как о ком-то, с кем он «попробовал».

Хотя Юрий думал, что уже понимал эту сторону Линг Шинру, его слова заставили его нахмуриться. Несмотря на то, что он знал, что это часть характера Линг Шинру и это не делает его хуже, на душе всё равно стало горько.

Они оба молчали, погрузившись каждый в свои размышления. Затем Линг Шинру горько усмехнулся, его голос звучал самоуничижительно:

— Я думал, что никогда не покажусь таким идиотом... но в итоге я оказался ещё большим дураком.

Он вспоминал свою боль в Серенгети.

Юрий часто замечал, как воспоминания о том, что было отнято у Линг Шинру там, время от времени беспокоили его.

— Если бы его просто накачать наркотиками… – неожиданно пробормотал Линг Шинру, как будто эта мысль внезапно пришла ему в голову.

Это казалось импульсивным замечанием, и после него он замолчал, но мысль, похоже, начала проникать глубже в его сознание. Юрий почувствовал, как его сердце холодеет от этих слов, и невольно сжал руки.

— Тогда он станет моим?

— Нет, не станет, – уверенно ответил Юрий, но казалось, что Линг Шинру не услышал его.

— Если я заберу его, Риглоу будет мучиться, злиться, сходить с ума. Разве не так? …именно так, – пробормотал он и его глаза мрачно заблестели.

Юрий спокойно посмотрел на него и сказал:

— Прекратите. Так Вы навсегда лишитесь Чон Тхэ Ина.

— Лишусь? Да он и так не мой. Лишиться должен не я, а он, – Линг Шинру усмехнулся и поднял руки.

Казалось, он сам уже не знал, что в них было. Только ненависть, гнев, обида и отчаяние.

— Если я смогу привязать к себе Тэя таким образом, я сделаю это. Думаешь, я не смогу? Я привяжу его к себе, а того, кто будет беситься от ярости, буду высмеивать, говоря: «Тэй теперь мой, а не твой!» Его голос стал грубым, а глаза наполнились возбуждением.

Юрий подумал, что это выглядит странно.

Один глаз, пылающий яростью, и другой, мёртвый, не отражающий даже свет. Это, казалось, полностью раскрывало внутренний мир этого человека. Юрий почувствовал боль.

— Вы хотите лишиться и второго глаза?

— Что?

Нахмурив брови и наклонив голову, он смотрел на Юрия, который медленно открыл рот, понимая, что его слова могут стать ножом в сердце Линг Шинру.

— Вы действительно хотите Чон Тхэ Ина? Самого Чон Тхэ Ина? Или же просто ищете инструмент для мести Рику из-за ненависти к нему?

С лица Линг Шинру сошли все краски. Посмотрев на его бледное лицо, Юрий продолжил, отчётливо произнося каждое слово:

— Такой подход, как у Вас, не является любовью к Чон Тхэ Ину. По крайней мере, я так думаю.

— Ты говоришь, что я не люблю своего хёна?

— Не таким способом, о котором Вы говорите. Это не любовь.

— Почему ты такой? Как ты смеешь отрицать мои чувства?

Юрий не ответил, но продолжал смотреть прямо на Линг Шинру, на лице которого медленно появилась искажённая улыбка.

— Хм... ты думаешь, если моё сердце откажется от него, то тебе это пойдёт на пользу? Думаешь, тебе перепадёт кусочек пирога?

— Я сказал это не ради себя. Просто Вы собираетесь сделать нечто очень ужасное.

Линг Шинру саркастически рассмеялся. Он смеялся довольно долго, а затем всмотрелся в Юрия пристальным взглядом.

— Причинить вред Тэй-хёну?

— ...если Вы это сделаете, то навредите не Чон Тхэ Ину, ни даже Риглоу, а себе.

Смех замер.

Взгляд, который раньше был холодным, тоже замер.

Линг Шинру смотрел на Юрия. Казалось, даже гнев, который ползал по его телу вместе с кровью, тоже замёрз. Он медленно повернул голову и посмотрел на свои пустые руки, словно пытаясь понять, что в них находится. Вскоре он должен был понять. Там было множество переплетённых чувств... которые он не хотел осознавать. Не был готов осознавать.

— .....!

В следующую секунду его пустые руки схватили Юрия за волосы и он с силой прижал его голову к столу.

Стеклянная панель на столе разлетелась на осколки, которые посыпались на пол. Вскоре на эти осколки начали капать капли крови.

Мгновенно голова и стол окрасились кровью. Юрий несколько раз моргнул, когда кровь попала ему в глаза. Он не мог понять, откуда точно исходит горячая, жгучая боль в голове.

— Мне казалось, что я тебе нравлюсь, – сказал Линг Шинру, крепко удерживая Юрия за волосы и прижимая его к столу. — Иногда случаются моменты, которые мне действительно нравятся, да, когда такие мысли приходят в голову, мне становится лучше. Но в следующее мгновение ты портишь моё настроение, и делаешь его ужасным, отвратительным.

Юрий молчал.

Линг Шинру был в гневе.

Это произошло потому что он видел себя таким, каким не хотел видеть. Видел того презренного себя, которого не желал ни видеть, ни показывать другим. Его злило что Юрий это знает. Но ещё больше злило то, что он сам это знает.

— Почему ты такой? Ты такой умный? Тебе нравится копаться в душах людей с таким спокойным лицом?

Он знал, что это был всего лишь способ выпустить злость. Юрий не сказал ни слова. Не было ни оправданий, ни убеждений, ни извинений.

<<Пам>>

...его опять ударили головой о стол.

Он издал короткий стон, но всё ещё не произнёс ни слова. Однако после этого Линг Шинру отбросил Юрия в сторону и широкими шагами направился в свою комнату. Захлопнувшаяся с грохотом дверь больше не открывалась.

* * * * *

Когда такси остановилось у главного входа отеля, Юрий вышел и некоторое время стоял, раздумывая. Увидев его с толстым слоем бинтов, обмотанных вокруг головы, знакомый швейцар, работавший здесь всё время его пребывания, удивлённо подошёл к нему. Улыбнувшись и сказав, что всё в порядке, Юрий вошёл в лобби, но тут же снова остановился.

В стеклянных дверях он увидел свое отражение с забинтованной головой. Травма не была такой серьёзной. Рана была поверхностной, и немного порванная кожа не должна была вызывать большого беспокойства. Несмотря на то, что кровотечение было сильным, создавая впечатление тяжёлой травмы, достаточно было наложить мазь на несколько дней, чтобы всё зажило.

Тем не менее, его внешний вид с бинтами казался демонстративным, словно напоминая: «Ты это сделал». Поэтому сейчас ему не хотелось показываться перед Линг Шинру. Но так как невозможно избегать встречи до полного заживления, рано или поздно это всё равно произойдёт.

Юрий постоял у лифта, потом решил выйти наружу. Всё-таки будет лучше вернуться позже. Охранник, которому он дал указания, не связывался с ним, значит, поводов для беспокойства нет. В случае, если потребуется его присутствие, он сможет быстро вернуться.

Наверное, из-за пасмурной погоды у бассейна никого не было и лишь сильный ветер создавал волны на прозрачной поверхности воды. Юрий сел на шезлонг прямо у бассейна. Сняв наспех надетые сандалии, он опустил ноги в воду. Приятное знакомое ощущение обволокло его кожу.

Он недолго колебался. Сняв пиджак и бросив его на шезлонг, Юрий прямо в рубашке и брюках вошёл в бассейн. Сейчас не было и следа от того Юрия, который обычно говорил, что нельзя доставлять неудобства другим. Остался только тот Юрий, который отчаянно тосковал по воде, забыв о всяких ранах.

Возможно, он был гораздо более утомлён, чем осознавал. Иначе откуда взялась эта жажда? Одежда липла к его телу, мешая движениям, но вскоре и это стало привычным. Ощущение жжения от ран тоже вскоре притупилось. Осталось лишь ощущение спокойствия и уюта... всё напряжение и страдания растаяли и исчезли.

...а, вот что это было! Это то самое чувство, которое он всегда испытывал, не осознавая его, как естественное дыхание.

Юрий закрыл глаза. Он чувствовал, как всё застывшее в его душе постепенно начинает таять. Так вот, значит, как ему было тяжело.

Удивительное ощущение!

Никогда прежде он не осознавал так ясно, насколько ему было тяжело.

Всего лишь за несколько недель его сердце стало таким обременённым. Оказывается, любить кого-то настолько трудно.

Он подумал о прекрасном молодом человеке.

Ему тоже пришлось нелегко. Возможно, даже в десятки раз тяжелее. Если бы он осознал всю тяжесть своего утомлённого сердца, эта усталость стала бы для него невыносимой.

Может быть, ему не стоило говорить тех слов? Лучше было бы сохранить их при себе, чем вытаскивать наружу его истинные чувства и выставлять их перед ним же.

Однако Юрий знал, что даже если бы он вернулся назад к тому моменту, он сказал бы те же самые слова. Осуждая себя за неспособность подобрать слова, которые причинили бы ему меньшую боль, Юрий вздохнул.

«Пойду наверх», – подумал он. – «Пойду наверх и скажу, что вернулся из больницы, что всё в порядке, раны незначительны. И расскажу ему новости о Чон Тхэ Ине: кажется, он и его брат в безопасности, и находятся на вилле как почётные гости».

Вспоминая звонок, полученный по дороге из больницы, Юрий медленно поднял своё тело из воды.

На границе воды и воздуха, Юрий ощутил приятное чувство, когда вода струится вниз и обволакивает его кожу, он глубоко вздохнул…

И в этот момент раздался крик, обрушившийся прямо на него:

— Ты сошёл с ума?!

Юрий испуганно открыл глаза.

Прямо перед бассейном, словно готовясь прыгнуть в воду, стоял мужчина, который держался за лестницу и сильно наклонился вперёд. Через мгновение он грубо схватил Юрия за плечо, словно собираясь немедленно вытащить его наружу.

Вынырнув из воды и всё ещё находясь в растерянности, Юрий, полностью промокший, поднял глаза на мужчину, который сурово смотрел на него. Это был Линг Шинру, который должен был быть наверху в отеле, и у которого не было причин находиться здесь.

— Вы собираетесь плавать?

На вопрос Юрия, который прекрасно знал, что он не любит плавание, Линг Шинру саркастически усмехнулся и коротко рассмеялся, словно не веря своим ушам. Однако его лицо оставалось суровым.

— Даже если ты настолько одержим водой, что мечтаешь стать утопленником, как можно лезть в бассейн с раненой головой? Ты в своём уме? Кто захочет плавать в бассейне с кровью? Почему ты такой эгоист?

Юрий, опустив плечи, как провинившийся щенок, и лишь моргая, слушал поток гневных слов, но когда тот закончил, тихо спросил:

— Вы переживали за меня?

— Да! Переживал! Смотрю сверху и вижу, как кто-то с головой, обмотанной бинтами, полностью одетый, прыгает в бассейн. Я подумал, что он сошёл с ума, и спустился! Что?

Линг Шинру, который выглядел таким разъярённым, словно в любой момент был готов толкнуть его обратно в воду, кричал прямо в лицо Юрия, который молча смотрел на него. Вдруг Юрий не смог удержаться и улыбнулся, несмотря на то, что Линг Шинру явно злился.

— Спасибо за доброту.

Линг Шинру открыл рот, чтобы ответить, но, кажется, слова застряли у него в горле. Он недоумённо посмотрел на Юрия, а потом скривил губы в усмешке.

— Я не говорил тебе раньше, что у тебя талант отвечать на язвительные слова комплиментами?

— Да, говорили.

Юрий спокойно произнёс эти слова, ощупывая голову. Внутри плотной повязки рана слегка покалывала. Возможно, кровь снова начала сочиться. Но, так как он ни обо что не ударялся, достаточно будет просто нанести антисептик и заново перевязать.

— Вы немного успокоились? – тихо спросил Юрий, и Линг Шинру, который смотрел на него с недовольством, фыркнул.

— Сейчас это звучит как…

Он оборвал свою речь и махнул рукой, как бы говоря, что это не важно. Однако для Юрия это было важно. Линг Шинру уставился на Юрия, который безмолвно ждал продолжения.

— Мистер Гейбл, я серьёзно говорю, у Вас, кажется, не все дома. Где Вы видели, чтобы кто-то с раненой головой сразу бросался в воду, и где Вы видели, чтобы кто-то спрашивал обидчика успокоился ли он?

Не произнеся вслух «дурак или идиот» он всем своим видом показывал, что считает Юрия дураком или идиотом.

Однако, каким бы ни было отношение Линг Шинру, Юрий чувствовал себя хорошо. Ему этого было достаточно. Линг Шинру всё-таки спустился и стоял перед Юрием – будь то из-за беспокойства, или из-за капли вины, или даже с намерением утопить его в этой воде. Для Юрия это было как неожиданный подарок. Линг Шинру не был настолько эгоистичен или злонамерен, как сам о себе думал. Даже если в экстремальных ситуациях такие качества проявлялись, для Юрия он всё равно оставался милым и достойным любви. Поэтому Юрий улыбнулся. Он был счастлив и рад его видеть. Линг Шинру замер, увидев эту улыбку, и, возможно, подумал, что Юрий действительно сошёл с ума.

— Всё в порядке. Не волнуйтесь за меня. Заходить в воду совершенно безопасно. Она ничем мне не повредит.

Юрий на мгновение окинул взглядом воду. У него не было никаких доказательств своим словам, но он был уверен в этом, как ни в чём другом. Вода не причинит ему вреда. Наоборот, в воде он чувствовал себя намного лучше, чем на суше. Вода окутывала его, даря ощущение уюта и защищённости, как будто он вернулся в место, где находился ещё до своего рождения.

— Жаль, что у господина Линг Шинру нет такого места, – внезапно сочувственно пробормотал Юрий.

Ему нужен был бы источник воды, чтобы больше не мучиться от жажды и усталости.

...жаль, что такой человек как Чон Тхэ Ин не стал для него водой.

Но, возможно, вода была нужна не только Линг Шинру. Может быть, есть кто-то, кто нуждается в ней даже более отчаянно, чем он. Юрий посмотрел в сторону бассейна и затем вернулся к Линг Шинру. Тот продолжал смотреть на него с крайне странным выражением лица. Похоже, он размышлял, не разозлиться ли, не накричать ли, не съязвить ли или, возможно, не вздохнуть и просто отступить. Хотя это казалось невероятным, но может ли он, как ребёнок, залиться слезами и сказать, как ему тяжело. Видя его лицо, Юрий вдруг почувствовал необъяснимую уверенность: всё будет хорошо. Без каких-либо оснований или доказательств, так же твёрдо, как он верил, что вода не навредит ему.

— Вы тоже найдёте своё место. Теперь Ваша очередь быть счастливым. Чем труднее сейчас, тем более обильной и надёжной будет вода, в которую Вы попадёте.

В следующий момент Юрий положил руку на голову Линг Шинру.

Это движение было таким естественным и непринуждённым, что он не думал о том, что это может обидеть или показаться назойливым. Это было так, словно он гладил ребёнка, который ждал возможности расплакаться. Его чёрные глаза, которые были устремлены на Юрия, были невероятно красивыми. Поэтому Юрий продолжал смотреть на него и мягко гладить его голову.

— Вы ведь красивый, очень красивый и хороший.

— …..

— …..

— …с тебя капает ...ты меня намочишь, – раздался тихий недовольный голос.

Но даже когда Юрий ответил «Правда?», то не убрал свою руку, а Линг Шинру не стал отстраняться или избегать её.

* * * * *

Он получил новости.

Юрий на мгновение задумался, стоит ли говорить об этом Джеймсу. Однако долго раздумывать не пришлось. Подобная информация скоро дойдёт до Джеймса и без его вмешательства. А может, он уже в курсе. Впрочем, тот факт, что обычно Джеймс звонит ему по утрам, а сегодня нет, говорит сам за себя.

Ему казалось, что где-то сейчас Джеймс рвёт на себе волосы и кричит от отчаяния.

Юрий размышлял, поглаживая подбородок, но в итоге решил не брать трубку. Он не раз это видел, да и сам оказывался в ситуациях, когда поспешный звонок мог только усугубить положение. Да и Джеймс в этой ситуации волновал его меньше всего. Вопрос: сообщать ли о происходящем Линг Шинру, беспокоил его гораздо сильнее.

— Почему ты с самого утра сидишь возле телефона? – прозвучал голос, одновременно со звуком открывающейся двери.

Юрий слегка повернул голову в сторону, продолжая тереть подбородок. Перед ним стоял Линг Шинру, только что вышедший из душа, в халате и с полотенцем, которым он вытирал мокрые волосы. Сняв повязку, которая ему мешала, он больше ничем не отличался от других людей.

Если не сказать, никто не догадается, что один из его чёрных и сверкающих, как у лисёнка, глаз не функционирует должным образом. Иногда, когда он что-то поднимал, его движения были слегка замедлены, словно он не мог правильно оценить расстояние.

Его яркие, блестящие глаза, жизнерадостное и милое выражение лица, лёгкость и спокойствие – всё это оставалось неизменным с тех пор, как он получил травму. Иногда даже казалось, что он стал более уравновешенным, чем прежде. Больше он не вызывал тревоги у окружающих.

Юрий тоже так думал: «теперь с ним всё в порядке».

Иногда, когда разговор заходил о прошлых событиях, его лицо каменело, но он, казалось, принял реальность и стал спокойнее, чем раньше. Однако, несмотря на это, оставались вещи, о которых он предпочитал не говорить, как, например, сейчас.

— Ты ждёшь чьего-то звонка? Может, лучше самому позвонить? Или ты не звонишь из-за размолвки с девушкой?

— Размолвки... ничего такого.

— У тебя есть девушка?

— …

— Хотя сомневаюсь, что у мистера Гейбла есть девушка, — спокойно проговорил Линг Шинру, проходя мимо, и вытаскивая лимонный сок из мини-бара.

В его словах звучала лёгкая насмешка.

Юрий почувствовал небольшую обиду из-за намёка на его неспособность на романтические отношения, но понимал, что это не касалось его дилеммы о том, стоит ли рассказывать о происходящем.

— Пока Вы были в душе, Вам звонил Линг Тань Юань. Он сказал, что приедет в Германию на следующей неделе.

— Старший брат? Зачем он приезжает? Если из-за меня, скажи что не нужно. Не хочу лишних хлопот.

Линг Шинру махнул рукой и плюхнулся на диван. Рассеянно посмотрев в окно и потягивая сок, он пробормотал:

— В любом случае, к следующей неделе меня уже здесь не будет.

Юрий бросил на него удивлённый взгляд.

Линг Шинру уже почти выздоровел, хотя всё ещё ходил в больницу. Глаз, возможно, потребует долгой реабилитации, но в остальном ему оставалось несколько визитов. Однако…

Юрий повернулся к нему.

— Куда Вы собираетесь?

Независимо от того, собирался ли Линг Шинру возвращаться домой в Китай, или ехать в Серенгети или куда-то ещё, теперь, когда он почти поправился, не было причин удерживать его. Но Юрия беспокоил сам факт, что Линг Шинру упомянул об этом именно сейчас.

Он смотрел на Юрия своими узкими, едва заметно улыбающимися глазами и, наконец, усмехнулся.

— Ты хочешь знать, куда я поеду, потому что он вернулся в Германию?

После его колкости Юрий замолчал, не зная, что ответить. Линг Шинру с интересом наблюдал за ним, словно находя в этом развлечение. В его взгляде была озорная усмешка, как будто он укорял Юрия за молчание.

«Он уже знает об этом».

Юрий узнал о прибытии Риглоу в Германию прошлой ночью. Точнее, в тот момент Риглоу ещё не прибыл, но была информация, что он купил билет из Дар-эс-Салама во Франкфурт. И лишь несколько часов спустя пришли новости о том, кто его встречал в аэропорту.

— Почему ты так смотришь? У меня тоже есть свои источники. Я слышал, что он собрал бывших участников оперативной группы T&R.

— ...понятно.

— Но это всё, что я знаю. Если у тебя есть что-то новое, поделись со мной.

Юрий отвернулся от телефона. Больше не было смысла ничего от него скрывать. Линг Шинру уже знал всё, что нужно. И Джеймс, конечно, тоже был в курсе.

После того, как местоположение Чон Тхэ Ина было подтверждено, Риглоу без промедления вернулся в Германию и связался со своими бывшими коллегами, являющимися горькой частью прошлого T&R.

Каждый, кто с ними знаком и способен мыслить, знал, что это означает. Вскоре произойдёт что-то серьёзное, каким бы образом они ни действовали.

— Бедный мистер Миллер, — пробормотал Линг Шинру, казалось, с искренним сожалением, даже вздохнув.

Юрий кивнул, соглашаясь, но не отрывал взгляда от его лица. Тот спокойно улыбался и не казался ни взволнованным, ни нервным, но Юрий продолжал пристально наблюдать за ним.

Линг Шинру внезапно усмехнулся.

— Ты так смотришь на меня, как будто пытаешься рассмотреть невидимую пыль на моём лице.

— Извините, если это раздражает.

— Нет, всё в порядке. На самом деле, это не так уж и плохо. Кроме того, ты ведь не первый раз так на меня смотришь.

Улыбаясь, Линг Шинру отмахнулся и сделал несколько глотков сока. В комнате повисла тишина, нарушаемая только звуками его неспешных глотков.

Юрий не мог понять, о чём он думает. Но, видя его спокойным и собранным, он чувствовал некоторое облегчение.

— Как твои раны?

Линг Шинру, погружённый в мысли и потягивающий сок, вдруг задал вопрос, пристально глядя на Юрия. Тот слегка приподнял брови, а затем покачал головой.

— Всё в порядке.

Шрамы, конечно, останутся, но они скрыты под волосами и незаметны. Внешне Юрий выглядел абсолютно здоровым, и только иногда, бессознательно касаясь головы, он задевал рану, что причиняло лёгкую боль.

— Понятно, — сказал Линг Шинру, ставя пустую бутылку на стол.

Сев прямо, он сцепил пальцы на коленях и пристально посмотрел на Юрия. Юрий, который и так сидел прямо, встретил его взгляд, догадываясь, о чём он собирается говорить.

— Ты должен был наблюдаться до полного выздоровления, но у тебя нет такой роскоши, — сказал Линг Шинру.

Юрий молча кивнул, выражая, что всё в порядке и не стоит беспокоиться.

Глядя на Юрия с лёгкой улыбкой в глазах, он продолжил. Казалось, что его голос стал чуть мягче.

— Посмотри, пожалуйста, рейсы до Дар-эс-Салама на послезавтра, мне нужно забрать Тэй-хёна.

— …

— Я не стану накачивать его лекарствами, – добавил Линг Шинру, на что Юрий горько улыбнулся и медленно кивнул.

— Хорошо, я посмотрю рейсы. Вы поедете один?

— Из дома приедут люди, чтобы помочь мне. Мы встретимся в Дар-эс-Саламе.

— Понял, — пробормотал Юрий.

Линг Шинру молчал, а потом, словно внезапно что-то вспомнив, добавил:

— Я сам сообщу старшему брату, что тебе не нужно больше меня охранять, так что можешь не волноваться. Спасибо за всё. Береги себя.

Линг Шинру вежливо поклонился в пояс, склонив голову.

В первый и в последний раз он искренне благодарил Юрия. Несмотря на обиды, недовольства и горькие воспоминания, он был ему признателен.

Принимая его благодарность, Юрий понял, что пришло время расстаться.

Не слишком рано и не слишком поздно, прощание наступило в нужный момент. Спокойное и мирное расставание, без драм и трагедий.

Хорошо, что остались не только плохие воспоминания.

Юрий тоже поклонился ему в ответ.

— Вы тоже, — кратко, но искренне сказал он.

Оба молчали некоторое время. В этом коротком, но напряжённом молчании казалось, что они оба обдумывали время, проведённое вместе.

Для Линг Шинру это, возможно, было самое трудное время в его жизни, а для Юрия — время, которое ему надолго запомнится.

В конце концов, Юрий встал со своего места.

— Завтра нужно посмотреть рейсы, прибывающие к вечеру по местному времени, верно?

До завтра оставалось немного времени. Бронирование авиабилета было не единственным делом. Предстояло выполнить бесчисленные задачи, чтобы завершить пребывание здесь.

В этот момент казалось, что Линг Шинру собирается что-то сказать.

Юрий, который уже поворачивался, посмотрел на него с любопытством. Линг Шинру, который молча наблюдал за Юрием, спокойно ожидающим его слов, медленно покачал головой.

— Нет, всё в порядке. Береги себя.

Юрий кивнул в ответ, глядя на Линг Шинру, который изящно улыбнулся и помахал рукой. Посмотрев на него ещё мгновение, Юрий снова кивнул и, пробормотав: «Удачи», вышел за дверь.

Это было мирное и спокойное завершение их непростых отношений.

* * * * *

В решении Кайла не было ни малейшего колебания, и благодаря этому Джеймс снова упустил возможность подать в отставку.

По словам свидетелей, когда произошёл инцидент с терактом, услышав новость, Джеймс на несколько секунд замер, словно окаменев, пребывая в шоке. Однако через несколько секунд Джеймс неожиданно спокойно и непринуждённо поднялся со своего места.

— На этот раз точно уволюсь, — пробормотал он, направляясь к Кайлу лёгкими и уверенными шагами, будто испытывая радостное возбуждение.

Однако, к большому сожалению Джеймса, Кайл, услышав новость, без малейшего изменения в выражении лица коротко и ясно принял решение.

— Пусть так и будет. В худшем случае, что ещё ему грозит, если не смертная казнь?

— …..!?

— …конечно же, если он спокойно сдастся, – добавил Кайл, беспечно бросив на стол сообщение от Лестье о том, что его родной брат только что разбомбил Эр-Рияд.

Это была неожиданная реакция – хотя не совсем неожиданная, но всё же не та, к которой привык Джеймс. Обычно, когда из-за его брата случались неприятности, Кайл морщил лоб и ворчал что-то вроде: «Чтобы уладить это, придётся попотеть, Джеймс». Но такая реакция застала его врасплох, и Джеймс на мгновение лишился дара речи, просто уставившись на Кайла.

— ...тогда…

— Просто замять это дело, как будто ничего не случилось, будет слишком дорого. Пусть сам разбирается. Но если вдруг он окажется у меня дома, я смогу позаботиться о нём.

— …..

— В любом случае, сообщай мне обо всех изменениях в ситуации, — Кайл, похоже, собирался закончить разговор, но заметив растерянного Джеймса, он тяжело вздохнул.

— Этот парень всегда доставляет проблемы и заставляет меня волноваться. Похоже, ты тоже сильно переживаешь по этому поводу, Джеймс, выглядишь неважно. Не волнуйся так сильно. Этот парень умеет выживать при любых условиях. Тебе не стоит подрывать здоровье из-за беспокойства. Ты же знаешь, как сильно я ценю и доверяю тебе, Джеймс? Я действительно считаю тебя почти родным.

Джеймс не сказал ни слова, хотя чувствовал, что тема разговора немного изменилась. В конце концов, его родной брат оказался в серьёзной ситуации, поэтому несмотря на то, что это было его собственной виной, Джеймс не мог позволить себе саркастические комментарии.

Кайл глубоко вздохнул и, словно осознав что-то, опустил взгляд на сжатую руку Джеймса.

— Но, Джеймс, что это у тебя в левой руке? Неужели заявление об уходе? Почему? Я что-то сделал не так в последнее время? Может, я ненароком добавил тебе хлопот и тревог своими семейными проблемами? Что бы это ни было, скажи мне, я всё исправлю!

Джеймс, смяв заявление об уходе, которое собирался бросить Кайлу в лицо в момент, когда тот скажет: «Как-то нужно это уладить», злобно смотрел на этого проницательного человека с жалким и наивным лицом, но своей цели не достиг.

* * * * *

— ...ты сжёг книгу? — Юрий, нахмурившись и с жёстким выражением лица, спросил Джеймса, отпивая кофе.

Прозвучавший ответ был таким же холодным, как выражение его лица.

— Да, сжёг.

— И тебя не уволили?

— На том месте, где я сжёг книгу, он сжёг и моё заявление об уходе, словно проводя похоронную церемонию.

— …..?

— Он плакал и говорил книге прощальные слова, чтобы она в следующей жизни попала в хороший дом. Это было ужасно, я больше никогда не хочу этого видеть, — содрогнувшись, сказал Джеймс.

— Понятно, — тихо кивнул Юрий, думая про себя, что даже если это не помогло, то Джеймсу никогда не удастся добиться принятия его заявления об уходе.

Однако для Кайла это было прекрасное решение. И тогда, и сейчас. В будущем тоже. Нельзя терять такого ценного сотрудника ради помощи брату, который, скорее всего, принесёт лишь неприятности. Да, именно сейчас, когда Илай Риглоу стал международно разыскиваемым террористом, только Джеймс может отвечать на многочисленные звонки и запросы со всего мира точно и безупречно.

С момента огласки прошло уже несколько дней.

В этой отрасли, если информация дошла до центральных телеканалов, то это означало, что событие уже завершилось. Но даже спустя несколько дней после выхода новости в эфир, офис оставался в хаосе.

Юрий пришёл в офис, чтобы завершить дела, связанные с истечением срока его контракта, и за двадцать минут, что он там был, Джеймс едва ли положил трубку хотя бы на минуту. И вот, когда стрелка часов точно показала полдень, Джеймс отключил офисный телефон. Одновременно с этим за дверью начались бесконечные звонки внешней приёмной, но внутри офиса на время стало тихо. (Однако Юрий мог бы поспорить на все свои деньги, что вскоре зазвонит личный мобильный телефон Джеймса).

— Как видишь, при таком раскладе, вряд ли получится пообедать вместе. Звал тебя на ланч, а в итоге... извини, — вздохнув, Джеймс бросил взгляд на бесконечно поступающие факсы.

Юрий, не удивившийся такому повороту, просто кивнул.

— Ничего страшного. Я ведь тоже пришёл по делу... Итак, с этим контрактом всё закончено. Все дополнительные условия выполнены. Так ведь? — Юрий бегло просмотрел отчёт, в котором не было никаких отклонений от первоначального договора, и вернул его Джеймсу. Тот мельком взглянул на отчёт, хотя, скорее всего, прочитал его тщательно до последней буквы, и сказал «Окей», подшивая бумаги в папку.

— Как насчёт продления контракта? Документы уже готовы. Может, подпишешь заодно?

— Ну... дай мне пару недель отдохнуть. Если я подпишу прямо сейчас, Кайл тут же отправит меня в Эр-Рияд.

Хотя Кайл и заявлял, что не будет вмешиваться в ситуацию с бомбардировкой, все знали, что он в курсе тесных связей T&R с Риком. Текущая ситуация, когда телефонные звонки и суета не прекращались ни на минуту, ясно показывала, что полностью игнорировать произошедшее невозможно.

В этой ситуации, когда нужно срочно потушить пожар, любая пригодная рабочая сила должна быть немедленно задействована. Юрий, зная это и понимая свою ценность, не собирался оставаться без дела. Однако, только что завершив крупный проект, он хотел хотя бы несколько дней отдохнуть.

— Извини, Джеймс, но ближайшие несколько дней тебе придётся справляться одному. Я намерен отдохнуть, — уверенно заявил Юрий с невозмутимым выражением лица.

Джеймс, разрывая очередной факс, стиснул зубы.

— В следующий раз я подпишу с тобой пожизненный контракт.

— Ты же знаешь, что я не заключаю пожизненных контрактов. Сделай, как всегда, на год, — ответил Юрий.

Хотя в случае особо длительных проектов он мог заключать многолетние контракты, в остальных случаях контракт всегда продлевался ежегодно. Джеймс махнул рукой, как будто ожидая такой ответ.

Факсы всё так же бесконечно сыпались, а Джеймс, не имея времени даже на обед, возился с принесённым сотрудником сэндвичем. Юрий, оставив деловое «Удачи», поднялся со своего места. Несмотря на желание помочь, в нынешней ситуации он мог только вручить Джеймсу пакетик с витаминами, которые были у него в кармане.

— Приходи на следующей неделе подписать новый контракт, — крикнул Джеймс вслед, и Юрий, помахав ему, вышел из офиса.

До самого выхода из здания главного офиса T&R он приветливо кивал встречающимся сотрудникам.

Вот почему важно выбирать правильного начальника. И при подписании трудового договора всегда нужно быть осмотрительным... Подумав об этом, как о чужих проблемах, Юрий отправился домой пешком, несмотря на то, что его дом находился довольно далеко от компании.

* * *

На уборку дома, который он надолго оставил пустующим и в котором скопилось много пыли, ушло несколько дней. Юрий выполнял работу медленно, но тщательно, проявляя терпение. Благодаря этому дом, который был покрыт пылью даже в шкафах, теперь блестел чистотой. Осталось только занести с крыши постиранные и высушенные занавески, и уборка будет завершена.

Юрий думал о том, что было бы хорошо, если бы его следующая работа находилась недалеко от Берлина, чтобы он мог понемногу заниматься уборкой каждый день. С этими мыслями он вошёл в тихий переулок, где не ездили машины. На безлюдной улице ярко светило солнце, и Юрий почувствовал себя спокойно.

В конце концов, Чон Тхэ Ин оказался в руках Рика.

Когда Юрий услышал, что Линг Шинру забрал Чон Тхэ Ина, прямо перед тем как Рик разрушил виллу в Серенгети, он почувствовал угрозу большую, чем от бомбардировки в Эр-Рияде.

С того момента, как Линг Шинру отправился за Чон Тхэ Ином, Юрий не ожидал, что всё пройдёт мирно и спокойно. Но он надеялся, что хотя бы не произойдёт ничего такого, что подвергло бы его опасности, как в прошлой схватке. Да, он надеялся, что они хотя бы будут пытаться разрешать любые вопросы, споры и переговоры максимально разумно и ненасильственно.

Однако после того, как Линг Шинру практически силой забрал Чон Тхэ Ина, можно было предположить, что кто-то в этой ситуации окажется в неприятном положении. И хотя это больше не касалось Юрия и не имело к нему никакого отношения, он продолжал внимательно следить за развитием событий.

К счастью, или, в зависимости от точки зрения, к сожалению, Чон Тхэ Ин вернулся к Рику, а Линг Шинру остался один но, похоже, не сильно пострадал.

После того, как Линг Шинру забрал Чон Тхэ Ина из Серенгети, по пути в Гонконг он сделал остановку в Йоханнесбурге, после чего билет на рейс до Гонконга был выписан только на имя Линг Шинру.

Узнав, что он вернулся в Гонконг невредимым, Юрий, предположив, что Линг Шинру уже должен был прибыть домой, связался с Линг Тань Юанем. Получив ответ, что он вернулся подавленным, но здоровым, Юрий смог облегчённо вздохнуть.

Линг Шинру никогда не показывал своего уныния перед другими людьми, так что если Линг Тань Юань говорит так, значит, он действительно был сильно расстроен.

Интересно, не пришёл ли он в себя к настоящему моменту?

Юрий вертел в кармане мобильный телефон. Он подумывал снова позвонить Линг Тань Юаню, но, не имея особой причины, опасался, что его начнут расспрашивать с подозрением: «Чего это вдруг тебя так интересует, как дела у других?»

Однако, у него всё будет в порядке.

Мысли о том, что Линг Шинру чувствовал, возвращаясь в Гонконг в одиночестве, заставляли его сердце сжиматься, но он старался не волноваться слишком сильно.

Последняя встреча с ним оставила впечатление лёгкой неуверенности, но гораздо большим было ощущение того, словно он всё обдумал и пришёл к какому-то заключению. Будто решил, что если последняя попытка не удастся, то он сможет поставить точку.

Поэтому, даже если какое-то время он будет подавленным и грустным, в итоге всё будет в порядке.

Кивнув головой, Юрий решил придумать подходящую причину, чтобы позже позвонить Линг Тань Юаню. В то время, пока он вертел телефон в кармане, его шаги ускорялись.

Полуденное солнце было тёплым. Холодный ветерок и яркое солнце создавали приятное сочетание. Прогуливаясь по светлому, пустынному переулку, Юрий глубоко вздохнул.

Было тихо.

Это было странное чувство.

Отчего-то этот тихий полдень казался пустым, как будто он потерял цель в жизни. Когда он завершал какую-то долгую работу, его иногда охватывало чувство пустоты, но оно было мимолётным. Никогда прежде это чувство не было таким продолжительным и глубоким.

Но Юрий знал, почему это так.

Впервые в жизни он испытал близость к живой, дышащей красоте. Хотя этот момент длился недолго, он действительно ощущал это тепло руками, телом, губами. Всего на мгновение он был окутан сладким и ярким ароматом.

Эта нежная и прекрасная вещь была так близка, а теперь её нет.

Ему было достаточно просто видеть её. Это на самом деле так. Он не стремился к чему-то большему. Но…

Ему хотелось бы видеть это ещё немного…

Кажется, прежде чем звонить Линг Тань Юаню, для начала ему нужно как-то справиться с собственными чувствами подавленности и пустоты.

Сегодня после обеда он собирался пойти в бассейн. Пообедать дома, повесить шторы, а потом провести остаток дня у бассейна. Это, возможно, улучшит его настроение.

В Германии всё хорошо, но вот с морем проблема — Балтийское море слишком холодное. Может, на выходных съездить в Швейцарию и искупаться в озере? С такими мыслями Юрий подошёл к своему дому.

Обменявшись коротким приветствием с пожилым соседом, который подметал перед своей дверью на первом этаже, Юрий зашёл внутрь и направился к почтовым ящикам. Почтовые ящики были частично заполнены, кое-где письма торчали наружу, но в ящике с номером его квартиры ничего не было.

Рука, привычно тянущаяся к ящику, замерла. Юрий несколько раз моргнул и, наклонив голову, начал рыться в почтовом ящике, а затем полностью открыл его. Там ничего не было.

«Странно» — подумал он, осмотрев ящик со всех сторон, но он был пуст.

— Ждёте письмо? — спросил старик, возвращаясь после уборки и заметив Юрия, роющегося в пустом почтовом ящике.

Он вытащил пару писем из своего ящика.

— Нет… не то чтобы, — ответил Юрий, бросив взгляд на письма соседа, и, наконец, закрыл свой ящик.

Не то чтобы он ожидал письма из какого-то конкретного места. Просто было очевидно, что должны прийти письма. Юрий понимал, что множество организаций хотели бы заключить с ним контракт. Обычно ему часто приходили письма с предложениями о сотрудничестве. В последнее время, когда срок контракта с T&R подходил к концу, ему почти каждый день приходило одно или два таких письма. И вот сегодня, когда контракт был окончательно завершён, Юрий ожидал, что его почтовый ящик будет переполнен, ведь в этой отрасли информация распространяется невероятно быстро.

Поэтому он без задней мысли потянулся к ящику, ожидая найти там множество писем.

Юрий посмотрел на пустой почтовый ящик и повернулся, чтобы уйти. С любопытством глядя на письма в ящиках соседей, он почесал голову.

Нет ничего страшного в том, что нет новых предложений о работе, ведь он, скорее всего, снова заключит контракт с T&R. Юрий не собирался искать новую работу, поэтому это его не сильно беспокоило. Однако, когда реальность настолько расходится с ожиданиями, поневоле испытываешь разочарование. И так на душе было тоскливо, а тут ещё и мир, кажется, отворачивается.

Сегодня он проведёт в воде больше времени, чем обычно, подумал Юрий, направляясь к своей квартире на шестом, самом верхнем этаже.

Не успел Юрий подняться по винтовой лестнице на несколько ступенек, как зазвонил телефон. Он замедлил шаг, доставая телефон из кармана. Увидев знакомое имя на экране, он немного расслабился.

— Аннет?

— Mon sucre, Юрий! Давно не виделись! Как ты? – Всегда ясный и радостный голос звучал так же ярко.

Это был тот голос, который мог поднять настроение любому, кто его слышал.

— Как обычно. Как поживаешь?

— Ты встретился с Джеймсом? Вы завершили контракт?

— Новости быстро распространяются. Я только что вернулся домой и поднимаюсь к себе, — ответил Юрий, покачивая в руке ключами и глядя на лестницу, ведущую на самый верх.

Старые деревянные ступени дома, которому было уже больше 80 лет, скрипели под его ногами.

— Ты, наверное, уже получил наше предложение по контракту? Вскрывал его?

— Что? Предложение? Нет, ничего не приходило.

— Правда? Странно, мы отправили его экспресс-почтой, должно было уже дойти. Наверное, придёт завтра? В любом случае, я отправлю его ещё раз по электронной почте. Рассмотри возможность заключить с нами контракт.

Похоже, она позвонила, чтобы обсудить возможность найма. Юрий усмехнулся.

— Похоже, у вас не хватает внешних агентов. Спасибо за предложение, но я откажусь. Скорее всего, я продлю контракт с T&R.

Не успел Юрий закончить, как она раздражённо возразила:

— Что за ерунда, почему ты заключаешь контракт только с ними? Условия найма ведь не сильно отличаются.

— Просто мы уже давно вместе работаем, и нам легче понимать друг друга, — ответил Юрий.

Тем более, условия найма в T&R были лучше, чем в разведывательном агентстве и большинстве других мест, но он решил не упоминать об этом.

Аннет, хорошо знавшая, что Юрия трудно уговорить после отказа, недовольно пробормотала что-то и вздохнула.

— Ладно, хорошо. Но всё-таки найди время для встречи, мы давно не виделись. Ты ведь пока свободен? Давай хоть пообедаем вместе, — сказала она, на что Юрий охотно кивнул.

Встреча с другом, с которым давно не виделся, всегда была приятным событием.

— Хорошо. Когда?

— Может, сегодня вечером?

— Так внезапно? — усмехнувшись, Юрий поднялся на шестой этаж.

Он собирался сразу пойти на крышу, чтобы снять шторы, но, подумав о солнце, решил оставить их там ещё на какое-то время и сначала зайти в комнату.

— Сегодня ты занят? — спросила Аннет.

— Нет, всё в поря... — Юрий начал отвечать, думая, что у него нет других дел на сегодня, кроме как сходить в бассейн, но не успел закончить фразу, как замолчал.

Перед его дверью, облокотившись на стену, стоял человек. Под его ботинками были разбросаны обрывки бумаги, а под мышкой он держал стопку конвертов. Увидев Юрия, он поднял руку в приветствии.

Юрий остановился в коридоре и пристально посмотрел на него, как будто видел галлюцинацию. Он не ожидал увидеть этого человека здесь. Когда тот достал один из конвертов из стопки и разорвал его, Юрий наконец пришёл в себя.

— Извини, Аннет, сегодня не получится. Я перезвоню позже, — быстро сказав это, Юрий завершил звонок, не отрывая взгляда от человека.

Он всё ещё не мог поверить в происходящее.

— Оплата будет скорректирована в соответствии с внутренними стандартами найма, условия труда – четыре раза в год… — он, казалось, говорил сам с собой, просматривая бумаги.

— Хм, это тоже не то.

— …

— Все условия, которые они предлагают, никуда не годятся. Нет ни одного приличного предложения, — проговорил он, прочитав очередной лист из стопки конвертов, и раздражённо смял его, бросив на пол.

К куче бумажного мусора у его ног добавился ещё один лист.

Когда он повторил это действие ещё трижды — вытащил, прочитал и выбросил письмо, — Юрий, наконец, двинулся с места.

— Линг Шинру, что Вы здесь делаете? — чётко произнес он, обращаясь к нему по имени.

Линг Шинру улыбнулся в ответ, его улыбка всё так же была яркой и радостной.

— Ты пришёл раньше, чем я ожидал. Как прошла встреча с мистером Миллером? Перезаключили контракт?

— Нет, ещё нет... но что Вы здесь делаете?

— Этот дом, похоже, очень старый. В коридоре здесь довольно холодно, несмотря на то, что он находится внутри здания.

Линг Шинру подышал на свои руки, чтобы согреть их, и Юрий, посмотрев на него, молча достал ключи и открыл дверь. Бумажный мусор на полу, видимо, был создан этим человеком, пока он его ждал. И, судя по всему, содержимое мусора — те самые письма, которые должны были быть в почтовом ящике Юрия.

Линг Шинру, который без зазрения совести вскрывал и выбрасывал чужие письма, спокойно прошёл в открытую Юрием дверь.

Юрий пригласил его войти, хотя это было уже бесполезно — Линг Шинру уже стоял в комнате. Он оглядел скромно обставленное маленькое помещение, в котором имелось лишь самое необходимое для одного человека, затем подошёл к кровати у окна и опустился на неё, устремив взгляд в мансардное окно.

— Уютно и в целом неплохо. На верхнем этаже отличный вид и свежий воздух, — пробормотал явно довольный Линг Шинру, осматривая комнату.

Затем он внезапно замолчал и рассмеялся. Юрий, подбирая бумажный мусор у двери и удивлённо глядя на него, спросил:

— Что Вас так развеселило?

— Да нет, просто подумал, что в комнате всегда отражается характер её владельца. Никаких лишних вещей, только самое необходимое, — ответил он, продолжая смеяться.

— Правда? — Юрий огляделся вокруг, но не заметил ничего необычного по сравнению с другими комнатами.

— Теперь мне стало интересно, как выглядит комната Линг Шинру, — произнёс он, задумавшись о том, какие предметы могут быть в его комнате, которых нет у Юрия.

Линг Шинру приподнял брови и улыбнулся.

— Правда интересно? — переспросил он с лёгкой насмешкой в голосе.

Когда Юрий посмотрел на него с недоумением, тот снова весело и невинно улыбнулся, как ни в чём не бывало.

— …..? Но что случилось? Я слышал, что Вы вернулись в Китай.

— А, я просто посидел дома, немного поплакал, потом вернулся, — Линг Шинру ответил, вновь улыбнувшись, как будто предвидя реакцию Юрия.

Однако слова о том, что он плакал, тронули Юрия намного больше, чем ему хотелось бы.

— Почему? — спросил Юрий, нахмурившись и слегка расширив глаза.

— А ты не хочешь меня утешить? — внезапно спросил Линг Шинру.

Юрий на мгновение замер. В конце концов, он осознал, что Линг Шинру пережил ещё одну любовную неудачу. После того, как он испытал столько боли и страданий, в конце концов...

— Вы хорошо постарались... Вы справились, — пробормотал Юрий, испытывая грусть.

Но Линг Шинру, наоборот, рассмеялся от этого.

— Ты совсем не изменился. Порой в твоих словах слышится насмешка, но воспринимается это совсем иначе, — Линг Шинру смеялся, наблюдая за реакцией Юрия.

Юрий, в свою очередь, только потёр виски, глядя на него с лёгким смущением. Через некоторое время Линг Шинру вздохнул и перестал смеяться, затем, глядя на Юрия, вдруг сказал:

— Я оказался более чувствительным, чем думал.

— …..?

— Когда я вернулся домой, то сразу прошёл полный медицинский осмотр и оказалось, что у меня почти образовалась язва в желудке. Плюс, когда отец узнал о ситуации, он чуть не сошёл с ума от гнева, и я несколько дней провёл дома, просто отдыхая. Мне было ужасно плохо.

Сейчас он говорил об этом легко, чуть склонив голову, но тогда ему, должно быть, было невыносимо тяжело. Вспомнились слова Линг Тань Юаня: «Он вернулся подавленным и долго не выходил из комнаты». Насколько же его внутреннее состояние было разрушено, что его негативные чувства стали заметны окружающим...

— Если честно, мне сто раз в день хотелось просто взорвать дом того мерзавца, который обстреливал нас в чужой стране. Даже сейчас хочется. Раз уж я здесь, может, так и сделать?

Линг Шинру, прищурившись, пробормотал это и украдкой посмотрел на Юрия, потом улыбнулся и сказал: «Шучу. Шучу.»

Однако вряд ли это было полностью шуткой.

Юрий тихо сказал:

— Могу даже адрес Вам дать.

Линг Шинру удивлённо раскрыл глаза, а затем усмехнулся:

— Но если я действительно пойду в этот дом, ты ведь последуешь за мной, чтобы остановить?

На это Юрий ничего не ответил.

— Когда я заперся в комнате, у меня совсем пропало настроение. Жизнь казалась скучной, шутить было не с кем — вокруг одни идиоты, которые даже шуток не понимают... И вот, лёжа в комнате и размышляя, я понял, что с мистером Гейблом мне, по крайней мере, не было скучно.

Линг Шинру, глядя в маленькое окно на наклонном потолке, опустил взгляд. Он смотрел на Юрия, словно проверяя правильность своего решения. Его слова звучали как размышления вслух.

— ...я много думал …интересно, выздоровел ли он? Или, может, утонул где-то. И остался ли прежним этот твой язвительный, но вроде как не язвительный тон. А иногда, когда думал о Серенгети, меня захлёствывала ярость.

На его лице появилась спокойная улыбка, но в конце она слегка исказилась, как будто упоминание той обиды всколыхнуло в нём забытые чувства.

— Вот так я жил, всё время раздражаясь по пустякам. В конце концов мой отец сказал одно: «Как ты будешь жить дальше, если не можешь управлять даже собственным сердцем?»

— Видимо, я выглядел настолько плохо. Обычно мой отец только и делает, что старается меня успокоить и утешить, но на этот раз он был жесток со мной, — пробормотал Линг Шинру, собирая бумаги, разбросанные по кровати, и бросая их в корзину для мусора.

Большинство из этих писем даже не были вскрыты, и Линг Шинру не заботило то, что их получатель стоит прямо перед ним.

— И вот, что я хотел сказать…

Он порылся в своём просторном кармане и достал сложенный лист бумаги, который протянул Юрию.

Юрий посмотрел на Линг Шинру, потом на бумагу, молча взял её и развернул. Линг Шинру продолжил говорить игривым тоном.

— Не хотите заключить со мной контракт, мистер Гейбл?

Юрий замер, когда услышал эту фразу, даже не успев развернуть бумагу полностью. Линг Шинру, произнёсший это с нарочитой беспечностью, улыбнулся ему, как красивая кошка, когда Юрий молча посмотрел на него.

— Мне с тобой довольно весело и интересно, хотя иногда ты говоришь такие прямолинейные вещи, что мне аж злиться хочется. А когда вспоминаю Серенгети, аж на слёзы пробивает. Думаю, будет полезно потренировать терпение, находясь рядом с тобой.

— ...вы собираетесь тренироваться в терпении, находясь рядом со мной? С человеком, который вас постоянно раздражает? …в состоянии, когда у вас из-за злости вот-вот разовьётся язва желудка?

Мысль о том, что каждый раз, когда Линг Шинру смотрит на него, его уровень стресса растёт до такой степени, что у него может возникнуть язва, была малоприятной даже в воображении. Тем не менее, он пробежал глазами по содержанию контракта — документа, который ему так внезапно сунули, но который оказался вполне приличным.

— Ну, это лишь одна из причин. Вторая – мне нужно, чтобы кто-то следил за моими делами, так как я решил наконец-то заняться своими обязанностями и мне нужен умелый человек, который не связан другими обязательствами, имеет отличные способности и знает меня достаточно хорошо. И я подумал о мистере Гейбле.

Линг Шинру всё ещё улыбался, но на его лице не было и тени шутки, когда он кивком головы указал на бумагу в руках Юрия и спросил с игривостью:

— Все условия указаны там. Их недостаточно?

Юрий покачал головой и пробормотал:

— Нет, они весьма щедрые.

Это был такой прекрасный контракт, что, если не согласиться сразу, можно было бы потом чувствовать себя дураком. Условия работы, компенсации, гонорар — всё было на высшем уровне.

Но Юрий не мог сразу кивнуть, потому что он знал Линг Шинру. Он знал, что тот был нестабильным и капризным, и что он не был бы хорошим работодателем. И Линг Шинру тоже это знал. Именно поэтому он пристально смотрел на Юрия своими неулыбающимися глазами, ожидая его ответа.

— И ещё, это всё ещё сидит внутри меня и гложет... По ночам мне трудно заснуть, и приходится принимать лекарства. Может быть, если бы я мог кому-то всё рассказать, мне стало бы легче, но мне не с кем поговорить. Я не могу никому об этом рассказать.

Его губы слегка дрогнули, когда он пробормотал, что из-за этого чувствует себя как с камнем на душе.

Это был Линг Шинру.

Если бы не тот случайный момент, когда Юрий увидел, как его гордость была разбита и растоптана, Линг Шинру никогда бы не показал никому свою разрушенную и искалеченную гордость, и не стал бы жаловаться на свою боль. Даже если бы он каждую ночь корчился от боли, словно его резали ножом, он терпел бы это в одиночку. Днём он бы выглядел так, словно у него вообще нет никаких ран.

— Не согласишься ли ты мне помочь?

Смотрящий на Юрия с беспокойством и надеждой Линг Шинру делал это, вероятно, чтобы добиться его согласия. Юрий не был настолько глуп, чтобы поддаться этой уловке. Линг Шинру тоже понимал это.

Однако его слова не были ложью. Он стоял среди людей, скрывая свою незажившую рану за спокойным лицом.

— Что если я откажусь? — спросил Юрий, не отрывая взгляда от бумаги.

Лицо Линг Шинру стало чуть более холодным, но он быстро это скрыл.

— Вы не станете мешать мне искать работу? — Юрий оторвал взгляд от бумаги и посмотрел на переполненное мусорное ведро, затем снова на Линг Шинру.

Линг Шинру тоже взглянул на мусорное ведро, его лицо стало неловким, но он не собирался отказываться от своих намерений, а лишь слегка пожал плечами.

— Если найдётся место с лучшими условиями, чем у меня, я уступлю, — сказал он с милой улыбкой, уверенный, что такого места не будет.

Однако его слова подразумевали, что в противном случае он может мешать.

Юрий снова посмотрел на бумагу. Действительно, предложить условия лучше, чем эти, было практически невозможно. Но дело было не только в условиях.

Рука, теребившая лист бумаги, слегка напряглась. Юрий всё ещё сомневался, но понимал, что сколько бы он ни размышлял, вывод будет тем же.

Поэтому он заговорил:

— Дайте мне время.

Линг Шинру, встретив его взгляд, выглядел немного разочарованным, но, похоже, ожидал такой ответ и кивнул.

— Хорошо. Но я не хочу долго ждать, так что решите до завтрашнего полудня...

— Я немного подзабыл китайский, поэтому, чтобы вернуться на прежний уровень, мне нужно будет пару месяцев заново учить его. К тому же, чтобы уехать так далеко, мне нужно уладить здесь много дел. Поэтому я бы хотел приступить к работе через два месяца. Если это Вас устраивает.

Юрий закончил, спокойно ожидая ответа от Линг Шинру, который смотрел на него с каким-то странным выражением лица. Казалось, он удивился, что получил такой ответ так быстро, хотя, вероятно, именно этого и ждал.

Наконец, Линг Шинру медленно улыбнулся.

— Столько я могу подождать.

Линг Шинру сказал это с видом щедрого человека, улыбаясь, — это было знакомое лицо, но отчего-то оно казалось непривычным. Радостная и естественная улыбка играла в уголках глаз, на губах, бровях и щеках.

«Да, именно это я хотел увидеть», — подумал Юрий.

Ему не хватало этого чувства удовлетворения от одного только взгляда.

Линг Шинру заметил, что Юрий смотрит на него с восхищением, трудно было не заметить. Увидев, как его улыбка медленно исчезает, Юрий, хоть и запоздало, спросил:

— Мне можно смотреть?

Это был вопрос, который он когда-то уже задавал. Линг Шинру, внимательно глядя на Юрия, ожидающего ответа с серьёзным выражением лица, вдруг коротко рассмеялся. Этот смех прозвучал так, будто он не мог поверить своим ушам, и походил на презрительный смешок.

Потом он какое-то время задумчиво смотрел на Юрия, всё ещё тихо посмеиваясь, как будто не веря в услышанное.

— Хорошо. В течение срока контракта смотри сколько угодно, в любое время, вдоволь, – сказал он, на этот раз без всяких условий.

Юрий кивнул, тихо поблагодарив его:

— Спасибо.

Линг Шинру, улыбаясь, смотрел на Юрия и вдруг неожиданно спросил:

— Ну что, найдётся место с условиями лучше, чем у меня?

Юрий, недолго думая, честно покачал головой.

В комнате тут же раздался радостный смех.