***

PS: Вероятны опечатки и тавтологии. Текст ещё будет перечитываться позже.

***

Закончив с делами в таверне на этот день, Дилюк Рагнвиндр снова отправился в тишину мондштадского кладбища. Раньше он порой заглядывал сюда на могилу отца. Теперь же чаще просто приходил отдохнуть в тишине на одной из кладбищенских скамеек. Просто из этой точки города открывался лучший вид на парящую в небесах Селестию. Зная, что где-то там, на острове среди облаков сейчас находится его любимая, Дилюк не мог не смотреть туда. Она жива – в этом он был уверен. Боги не могут просто взять и умереть, ведь так? Хотя о чём он, один раз ведь она уже умерла пятьсот лет назад. Поэтому на душе Рагнвиндра было очень тревожно. Пусть в Селестии по ночам теперь вновь горели огни, как и сотни лет назад. Но оттуда не было ни одной весточки о состоянии близнецов. Хотя бы о её состоянии…

Перед глазами всё ещё всплывала картина того дня, когда близнецы распались на золотой свет и очистили этот мир. Дилюк помнил, как в истерике попытался удержать её тело от распада, используя глаз порчи. И как второй бог атаковал его, разрушая эту опасную побрякушку. Кто же знал, что ценный артефакт разрушится так легко. Как Беннет изо всех сил вцепился в него сзади, стараясь оттащить подальше в центр крыши Ордо Фавониус, чтобы Моракс смог закончить барьер. А дальше всё как в тумане.

Кажется, Дилюк что-то кричал на эмоциях, а Беннент и Дайнслейф удерживали его, схватив за руки с обеих сторон. Кажется, рыдала Джинн, наблюдая эту картину. Точнее, наверняка всё дело было в бесчувственном Кэйе, который лежал неподалёку на крыше, рядом с раненым Владыкой лун, заходящейся в кровавом кашле Кэ Цин, и всеми остальными, кто присутствовал там тогда. Просто её лицо отобразилось фоном момента в памяти. Как и всё остальное.

Хаотичные образы сменяли друг друга, Дилюк не понимал, что ему теперь делать. Он не мог устремиться за Асмадеус, которая собрала, оставшийся от богов свет, и улетела наверх, в сторону Селестии. После того, как Моракс закончил золотой барьер вокруг крыши Ордо Фавониус, сразу после того, как внутрь успел проскользнуть Сяо с раненой Розарией на спине, всё изменилось.

Паймон повернула время назад.

Теперь кроме тех, кто был на крыше, все утратили память о чудовищных событиях того дня. Точнее, их воспоминания частично заменились обычной повседневностью.

Впрочем, позже появились и те, кто сохранил воспоминания и вне барьера.

Во-первых, вернувшийся к жизни Барбатос. Кое-как восстановив часть сил после своей повёрнутой вспять смерти, он добрался до винокурни, где и уснул в пустой комнате на втором этаже. Потом эта комната запечаталась анемо элементом. Видимо анемо архонт настолько доверял Дилюку, что решил погрузиться в восстанавливающий сон под его опекой.

Во-вторых, магистр Варка. Как оказалось, крио архонт передала ему некое устройство через одного из своих Предвестников. Это было необходимо, чтобы остался кто-нибудь, помимо компании богов-близнецов. Кто-то нейтральный, через кого можно строить с Мондштадтом дипломатические отношения. Дилюка это злило, ведь, в отличие от Мондштадта, Снежная понесла минимальные потери. Царица отделалась от Кэйи крио гнозисом и закрыла границы, пока всё не закончилось. Пусть она и помогла Фелике, передав кое-какие артефакты… Это слишком незначительно на фоне всего, что произошло.

Кстати о Царице…

С мондштадтского кладбища открывался хороший вид на дорогу с другой стороны Сидрового озера. На какой-то миг Дилюку показалось, что там промелькнула вспышка знакомой энергии. Что-то подобное он ощущал в Заполярном дворце, но тогда не было времени задумываться, кому оно принадлежит. Однако, немногим ранее в гавани Ли Юэ, он видел обладателя этой крио энергии. Точнее – обладательницу. Раньше Дилюк не обращал внимания, но с момента того путешествия в Ли Юэ понял, что может улавливать присутствие других архонтов. Совсем слабое, но чёткое. Лучше всего он мог почувствовать энергию Беннета, так как у них был один источник. Осиала и Моракса он чувствовал совсем слабо. Но теперь подозревал, что это… восприятие, наверное, распространяется на всех архонтов.

Во всяком случае, сейчас он мог точно сказать, что Царица Снежной почему-то находится на территории Мондштадта. Учитывая сон Барбатоса, это не могло его не беспокоить.

И вот, третье существо, кого он увидел сохранившим воспоминания о дне, когда Мондштадт атаковали полчища монстров из Бездны. Дилюк узнал об этом случайно во время очень странной встречи.

***

На следующий день Дилюка в таверне ждал сюрприз. После того, как Чарльз отчитался ему о последних делах, то принёс из подсобного помещения какую-то подозрительную коробку. Он сказал, что это передали фатуи лично господину Рагнвиндру.

— Фатуи… — мрачно повторил Дилюк.

Раньше бы его подобное сильно разозлило. Но теперь вызывало лишь безразличие с небольшой долей негодования.

— Не сказали от кого? — уточнил он.

— Нет. Но упоминалось, что внутри должна быть компенсация за доставленные неудобства, во время Вашего последнего визита в Заполярный дворец. — ответил Чарльз.

— Понятно.

Дилюк тут же, возле барной стойки, пользуясь отсутствием большого наплыва посетителей, вскрыл коробку. Внутри находилось несколько чеков на приличные суммы моры, ценные диковинки Снежной и письмо с гербом крио архонта. Последнее заставило раздражённо цокнуть языком и мрачно нахмуриться. Чарльз тактично молчал, и, уловив нарастающее недовольство господина, вообще отошёл в кладовую, упомянув что-то о пополнении запасов для коктейлей.

Дилюк тем временем быстро вскрыл письмо, контролируя маленький язычок огня на пальце. Всё-таки после общения с Муратой в подсознании эта сила стала, наконец, слушаться нормально. Теперь не только в бою, но и в быту. Что не могло не радовать конечно. А вот само письмо наоборот, усугубило раздражение.

Лерайе действительно писала о компенсации за причинённые неудобства. И даже не заикнулась об убитом Предвестнике! Дилюка это напрягло. Ранее, когда после путешествия в Снежную отпустили эмоции и облегчение от мести, он задумался, что Дотторе умер слишком легко. Поэтому поднял свои связи в подпольной организации семи королевств и начал копать всё, что можно найти. Впрочем, пока информации не было. Но спокойное отношение крио архонта к этому моменту, убедило его, что поиск информации был точно правильным решением.

Далее Царица интересовалась его самочувствием и рассказывала, что, по её связи с Селестией, присутствие близнецов ощущается нормально. Значит, с ними должно быть всё в порядке. Дилюк раздражённо фыркнул на эти строки. Но всё же его сердце радостно ёкнуло. Ведь, если тот же Осиал или Моракс могли говорить подобное просто из хорошего отношения к нему самому, эта леди точно не стала бы слепо обнадёживать. Вопрос только, зачем ей вообще было такое писать?

В конце письма Лерайе просила о личной аудиенции на винокурне. Нужно было обсудить важный вопрос насчёт Барбатоса.

Дилюк, не долго думая, спрятал письмо обратно в конверт. Если в начале послания ещё проглядывались какие-то более-менее доброжелательные мотивы, то последние строки пресекли их на корню. Венти сейчас находился в тяжёлом состоянии и медленно восстанавливался во сне. Подпускать к нему чужого архонта, возможно настроенного враждебно, Дилюк не планировал.

Коробка была вручена Чарльзу с поручением передать её обратно фатуи.

***

Вечером того же дня Дилюк возвращался домой, на винокурню, через новую площадь возле деревни и присел там на лавочку отдохнуть. Эта площадь появилась совсем недавно по его же капризу. После ухода близнецов, Рагнвиндр продолжал наблюдать за руинами Сал Виндагнира. Ведь эта мёртвая замороженная гора была Фелике очень дорога. Однажды он заметил там подозрительную активность учёных из Академии Сумеру. Они нашли один из двух имеющихся на данный момент ходов в погребённый под камнями и снегом дворец. Та нора, которая образовалась после падения Фелики и Венти в яму во время побега от Синьоры. Беспокоясь, чтобы никто не узнал лишнего из-за статуи девушки в тронном зале, вечером того же дня Дилюк попросил Двалина помочь ему перенести статую в другое место. В ту ночь сам Дилюк, Джинн, Розария и Двалин забрали статую Фелики из руин дворца и установили на окраине деревни возле винокурни «Рассвет».

На следующий день Дилюк неуклюже объяснил это новшество своим желанием облагородить территорию деревни. Однако каждый решил, что всё дело в его чувствах. Впрочем, жители, желая подбодрить своего господина, с энтузиазмом поддержали его решение и позже даже соорудили небольшую площадь возле статуи. Красивая ухоженная площадка с парой клумб и скамеек для отдыха стала уютным местом и новой достопримечательностью. Все, кому не лень, шептались об отъезде Фелики на родину из-за проблем со здоровьем и что Дилюк очень тоскует из-за этого, так как вынужден оставаться здесь. Кажется, этот слух разнёс Осиал, так как, работая в ресторане «Хороший охотник», это сделать очень удобно. Впрочем, через несколько дней подобные перешёптывания быстро утихли, став чем-то обыденным.

Когда Дилюк сел на скамейку напротив статуи, то с удивлением заметил какого-то странника в плаще на другой лавочке, которая располагалась ближе к самой статуе. Сначала странник, точнее странница, не вызвала у него никакого беспокойства. Однако потом он увидел выскользнувшую из-под капюшона белого дорожного плаща голубую прядь, будто окрашенную элементальной энергией крио, и всё понял.

— Что ты здесь забыла? — настороженно спросил он у незваного визитёра, не расщедриваясь на приветствия недавнего вроде как врага.

— Ну, здравствуй. — тем не менее вежливо ответила ему девушка, убирая с головы капюшон.

Передние голубые пряди на прямых белых волосах действительно мерцали элементом крио. Но что Царица забыла в Мондштадте?

— Раз ты отверг мой подарок, я пришла поговорить лично. Это важно. — тяжело вздохнув, сказала она и встала со своего места, чтобы подойти к Дилюку.

Тот напрягся всем телом, однако не вскочил на ноги, а лишь отодвинулся н самый край скамейки.

— И о чём ты хочешь поговорить? — осторожно спросил он.

— Видишь ли, недавно состоялась встреча архонтов в Заоблачном пределе. — спокойно начала рассказывать Царица.

— Осиал ничего не рассказывал. — нахмурившись, возразил Дилюк, тем самым не очень красиво перебив её.

— Потому что его не позвали. — тем не менее спокойно ответила ему собеседница, и бровью не поведя на подобное невежество в свой адрес.

— Не очень честно по отношению к нему. Тем более, что он сейчас вроде как присматривает за Мондштадтом.

— Именно поэтому я здесь. Я пришла, чтобы сообщить ему и тому мальчику, наследнику Мураты, об этом собрании. Пока что все просто гостят в Заоблачном пределе. А потом будет собрание, где мы решим один важный вопрос... насчёт тебя. И, я предполагаю, что решение будет единогласным.

— Какое решение? О чём идёт речь?

— Мы подумали, что нам не помешает кто-то нейтральный, кто-то между архонтами и богами Селестии. Кто-то, к кому они хорошо относятся и прислушиваются. Объясним подробнее при встрече, твоё присутствие тоже необходимо. А пока мне очень нужно поговорить с Барбатосом.

— Понятно…

Дилюк перестал гипнотизировать мрачным взглядом профиль крио архонта и перевёл взгляд на статую перед собой.

— В любом случае, ты пока не сможешь поговорить с ним, потому что Барбатос пребывает во сне.

— Я знаю. И у меня есть способность, которая позволит связаться с ним через его же сон. Просто позволь мне зайти в гости на пару часов. Насколько мне известно, Барбатос сейчас спит именно на твоей винокурне.

Дилюк колебался ещё какое-то время, пока они напряжённо беседовали обо всём и ни о чём. Но в итоге решил согласиться. Не выглядела гостья врагом в данный момент. И интуитивно он ощущал, что анемо архонту она вредить не будет.

***

На следующий день Дилюк заранее отпустил всех слуг и работников винокурни, чтобы не было лишних свидетелей. На всякий случай он предупредил Осиала о запланированном визите крио архонта, чтобы тот наблюдал со стороны. Поэтому архонт Вихрей после смены в ресторане не уплыл отдыхать в свою обитель под водопадом, а засел на недавно построенной возле него же водяной мельнице. Находясь настороже, он наблюдал за винокурней, прислушиваясь к своим ощущениям и ожидая возможного сигнала о помощи.

Сам Дилюк лично принял гостью. Несмотря на запланированное чаепитие из вежливости, никто в итоге не стал тратить на это время. Лерайе попросила провести её к месту сна Барбатоса сразу же, так как понимала, что здесь ей не рады. Дилюк сделал это и остался ждать за дверью. Впрочем, он всё равно не смог пройти за анемо печать, укрывающую эту комнату. Однако Царица смогла. Видимо ей помогла та её способность, о которой она упоминала ранее. Вероятно, именно её Царица использовала тогда, в гавани Ли Юэ, чтобы усыпить миллелитов на их постах.

Где-то через три часа Царица вышла из комнаты, а печать за её спиной снова обрела чёткость.

— Спросила?

— Спросила. И он ожидаемо согласился с остальными.

***

После этого необычного визита крио архонта, Дилюк ждал грядущего собрания. И через три недели в гости пожаловал Сяо, как посланник Моракса, чтобы сопроводить его, Беннета и Осиала к месту проведения собрания. И на том собрании все, оставшиеся на данный момент архонты Тейвата (временно Осиал вместо Барбатоса) единогласно нарекли Дилюка Рагнвиндра «Говорящим с архонтами». Теперь, в случае конфликтов между ними или необходимости напрямую поговорить с богами Селестии, он являлся нейтральным звеном. Посредником, через которого можно было всё мирно разрешить. Небольшая печать в виде цветка с семью лепестками возле его ключиц теперь позволяла ощущать присутствие любого из архонтов и знать, где его или её искать.

— Но я же не могу связаться с Селестией. — попытался возразить он тогда.

— Пока не можешь. — хитро улыбнулся Моракс на это высказывание.

— Скоро она вернётся. Поэтому всё ты сможешь. — нейтрально высказалась Лерайе.

И, несмотря на всю неприязнь к ней, в груди снова разлилось приятное тепло. Потому что верить в то, что Фелика скоро вернётся, хотелось очень сильно.