Выложила 16 и 17 главы. 18 будет завтра.

Спасибо за поддержку!

Приятного чтения💖

_____________________________________________

Фарагонда приняла моё решение с присущим ей упрямством. Мол, лучшая школа для фей, ценные знания, умения, абы кто в эти стены не попадает и все в этом духе. Тем более мне вроде как пошли навстречу: предложили урезать программу и перейти на домашнее обучение.

В конце концов ее настойчивость вывела меня из себя, и я прямо спросила, почему ее так волнует мое обучение. Ответ удивил - я важная персона, судьба которой ее беспокоит. Почему важная? Айсис, накопители, громкое имя и скандалы, которым привлекут ненужное внимание к Алфее. В общем - своя личная выгода и ничего более.

Так или иначе, я все же забрала документы и пошла на остановку.

В планах оставалось посещение Магикса - от Красного фонтана было принято решение отказаться.

Однако на остановке меня ждал никто иной, как Палладиум. Заметив меня, он мягко улыбнулся, и мне не оставалось ничего другого, как подойти и встать рядом.

Я и забыла, как он красив. Высокий, с безупречной кожей и точеными скулами. Глаза ясные, с длинными ресницами. В нем было идеально все: и осанка, и густые, лоснящиеся на солнце волосы, и манера подавать себя.

Пожалуй, я рада , что в жизни Лили появился другой мужчина. Говорить хоть о чем-то серьёзном, конечно, рано и, возможно, бессмысленно, но с Палладиумом не было ни шанса. Стар, не по-человечески красив и находящийся абсолютно на другом уровне. Не в плохом и не в хорошем смысле, просто как констатация факта.

- Здравствуйте, профессор.

- Добрый день, Диаспро. Вы решили вернуться?

Ах, да - голос тоже по-эльфийски идеальный.

Я позволила себе ехидную улыбку - эльф понял без слов.

- В таком случае я желаю вам найти свой путь и смело ему следовать.

- А я думала, вы станете поучать как директриса Фарагонда, - елейно продолжила я. - Вы были очень настойчивый в нашу последнюю встречу.

- Первые недели после потери самые тяжелые. Вы их пережили, поэтому у меня нет причин сомневаться в вашем состоянии. Вы хорошо справились.

Его слова неприятно кольнули. Хорошего здесь было мало.

- Вы забыли обо мне, профессор. И в этом нет ничего зазорного, ведь под вашим крылом учится множество фей. За всеми не уследишь.

Автобус подъехал к остановке, и я села у окна. Оказалось, Палладиум ехал туда же. Видимо желая продолжить разговор, он занял соседнее место.

- Я внимательно читал новостные сводки о вас.

- Разве новостные сводки скажут о моем состоянии?

Эльф загадочное улыбнулся.

- Вы живы и вы не одни. Это уже немало. К тому же я готов предположить, что девочки ездили к вам. Значит, вы помирились.

Я вскинула брови.

- Школу не уведомляли?

- Школу уведомили, что три студентки разъедутся по домам. Но, к сожалению, родители Вильгельмины Антарес не подтвердили возвращения дочери. 

- Девочки не сказали об этом.

Вернее, не рассказали всего. Лакки сослалась на то, что родители потребовали либо вернуться домой, либо в Алфею, чтобы не прерывать обучения. Я думала проблема в них, а не в том, что директрису изначально не предупредили.

- Фарагонда в каком-то смысле сложный человек, - намекнул преподаватель.

- Она была бы против?

- Она была бы всерьёз обеспокоена тем, что юные неокрепшие умы общаются с не самой ответственной студенткой, которая ко всему прочему может быть опасной.

- Какое ее дело?! - возмутилась я. - Да и... А, - осознание пришло неожиданно. - Финансирование и репутация. 

В Алфее училось не так уж и много фей. Школа все же заточена на качество, а не количество. Фарагонда принимала либо богатых, либо талантливых.

- Эта информация не для лишних ушей, но последнее время дела школы идут не слишком хорошо. Обучение дорожает, выбить квоты на бесплатные места становится все сложнее. Помимо этого среди знати домашнее образование становится более популярным. Родители требуют более мягкого подхода к образованию. С каждым годом все чаще и чаще говорят о том, что юные волшебницы не должны подвергаться опасности. Но это приводит к проблемам. У фей к концу обучения нет ни опыта, ни Энчатикса или хотя бы Чармикса.

- И отсюда мы снова приходим к тому, что вместо нескольких лет в Алфее, девушкам целесообразнее осваивать базовые заклинания на дому с личными преподавателями.

- Именно.

- Вас это не расстраивает?

- И да, и нет. Меня немного беспокоит, что за последние годы появилось мало сильных магов и волшебниц, но я не боюсь потерять работу. Умелый зельевар всегда найдет как заработать деньги.

С губ едва не сорвалась ехидная шутка про яды.

Когда Палладиум спросил о моих планах на будущее, я рассказал про артефакторику и зачаровывание. Конечно, сейчас не так много времени ими заниматься. Но плюсом Системы определенно было то, что навыки не забывались. Да и с магией Система тоже помогала, хотя об этом эльфу точно не стоило знать.

В Магиксе мы попрощались, а я пошла к Брендону.

Мы договорились встретиться в одном из неприметных кафе. Брендон еще не знал причину нашей встречи. Я же ее предвкушала. Отчасти было страшно так рисковать, но я чувствовала, что могу сыграть этими пешками.

Выбрав дальний столик, мы сели и сделали пару заказов - кофе да сладкое.

- Признаюсь, меня удивила твоя просьба встретиться, - неловко потирая затылок, сказал Брендон. - Все утро голову ломал и так и не понял, чем могу тебе помочь.

- Неужели ничего не придумал? - с улыбкой спросила я.

- Честно?

- Конечно.

- Не придумал ничего хорошо.

Я тихонько засмеялась. Брендон смущенно улыбнулся в ответ, видимо, еще надеясь, что не прав.

- Буду признательна, если ты передашь Скаю, что я хотела с тобой посоветоваться насчет подарка ему на день рождения.

- Ты же не простила его?

Я пожала плечами. Признаться, я ожидала, что Брендон акцентирует внимание на настоящей цели нашей встречи.

- Может да, может нет. Кто знает?

- Тогда зачем этот обман? Ради Айсиса?

К нам подошла официантка с заказом, из-за чего пришлось прерваться. Но не успела я ответить как Брендон продолжил:

- Я все еще думаю, что Скай поступил с тобой как придурок. Но я в жизни не поверю, что ты ничего не задумала.

- А если и задумала то, что?

- Мне бы не хотелось подставлять себя и свою семью.

- Не подставишь.

Брендон выглядел настороженным. Он, естественно, пытался это скрыть. Но для опытного стража, у него слишком подрагивала вилка.

- Тогда к чему это встреча?

- Чтобы предложить тебе трон Эраклиона.

Брендон уронил вилку, и та со звоном свалилась со стола.

- Что? - растерянно прошептал он. - С ума сошла?! Да нас казнят, если кто-нибудь услышит об этом разговоре!

- Ты знаешь кто твой отец?

- Чарли Тейлор.

- Настоящий отец, - нажимом сказала я.

Он отвел глаза. Значит, догадался. Неплохо. Меньше времени потратим на доказательства.

- Ты любишь Стеллу?

Брендон подозрительно прищурился.

- Какое она имеет отношение к этому?

Я положила голову на скрещенные перед собой ладони.

- Как какое? Ты же планируешь занять в ближайшие годы неплохую должность, чтобы король Радиус дал добро на ваш брак.

- Планирую, - холодно подтвердил он.

Больная тема? Неудивительно.

- Но ты же понимаешь, что вероятность успеха крайне мала? Должность без происхождения - весьма сомнительный аргумент. Да и если тебя признает Эрендор, ты останешься всего лишь бастардом. Но главное даже не это. Откуда уверенность, что у Стеллы есть несколько лет? Ее недавно чуть не выдали замуж , и ты был бессилен. К тому же ей просто повезло, что выбор пал на мужчину со своими скелетами в шкафу, иначе бы отменить свадьбу не вышло. Надеешься, в следующий раз так же повезет?

- Стелла сможет за себя постоять, - с явной неохотой ответил Брендон. - В крайнем случае она откажется от титула.

- А ты обеспечишь ей достойную жизнь?

- Да.

Пара медленных глотков кофе позволила выждать необходимую паузу - Брендон сомневался. И правильно делал.

- Не сможешь. Она привыкла к роскоши. Сейчас вы молоды и влюблены, но стоит вам начать жизнь вместе, как появятся проблемы. Ты не соответствуешь ее уровню.

Брендон заиграл жвалками.

- Это не твоя вина, но разбираться с проблемой тебе. Что касается отречения от титула - с чего вы оба взяли, что Стелла имеет на это право? Тебя легче убить. Тем более ты подвергаешь себя риску практически каждый день. Достаточно организовать нападение на Ская или вовсе подставить тебя на тренировке.

- Перестань, - выдавил он.

- Стелла моя подруга. И я хочу, чтобы ее жизнь была хорошей.

- Ты хочешь использовать меня ради личной выгоды! - зашипел Брендон. - Хватит прикрываться дружбой со Стеллой!

- Одно другому не мешает.

- Я не предам Ская.

- Ладно, - спокойно ответила я и потянулась к чашечке кофе.

- Ладно?..

- Ты не единственный претендент. И что-то мне подсказывает, что Торен или его отец будут сговорчивее.

Брендон замялся. Казалось, он был не уверен, что я так легко сдалась, поэтому я сложила приборы на тарелке и встала.

- Хорошего дня, Брендон. Надеюсь, тебе хватит ума сохранить этот разговор в тайне.

Я не успела отвернуться, как услышала:

- Подожди.

Губы сами потянулись вверх — он клюнул. Не спеша, будто делая ему одолжение, я вернулась на место.

- Ты хочешь независимости Айсиса, да? Но на что будет жить Эраклион?

- Договоримся. Пойми меня правильно, Брендон. Нас не интересует падение Эраклиона. Управлять большими территориями сложно, особенно когда в их состав входят разные народы. Благополучие Айсиса - вот, что важно для моей семьи, и оно зависит в том числе от благополучия Эраклиона. У вас много земель, большой военный и торговый потенциал. Вариантов для развития много, но объединяет их одно - Айсис становится вашим другом, а не слугой.

Брендон промолчал. Он посмотрел куда-то в сторону, нахмурив густые брови. Раз он догадывался о своем происхождении, то наверняка представлял себя с короной. Также как и представляла себя Стелла. Не могла не представлять — долгие годы принцесса была единственным ребенком в семье. А учитывая, что Радиус относился к ней с любовью, но не воспринимал всерьез, Стелла явно мечтала доказать его неправоту.

А потом на свет появился брат, который все испортил. Дальнейшая попытка насильно выдать ее замуж подогрела масла в огонь - я не сомневалась, что в глубине души Стелла хотела иметь власть, чтобы распоряжаться собственной жизнью и при этом не потерять богатство и титул.

Несомненно того же хотел Брендон.

- Брось, - хитро добавила я. - Мы не сделаем ничего плохого. Ты же знаешь Ская - он не хочет править. Это видит даже Эрендор, иначе бы он не привел тебя во дворец и не послал учиться.

- Он хотел, чтобы со Скаем был верный человек.

- Ха, и для этого обязательно нужен бастард?

Брендон откинулся на спинку стула и провел рукой по лицу, пытаясь стереть невидимую пелену сомнений. Внутри него бушевала внутренняя борьба — между долгом и возможностью, верностью и амбициями.

- А если... — он начал и тут же замолчал, снова закусив губу.

Пальцы сцепились в замок, костяшки побелели от напряжения. Казалось, в его голове проносились десятки мыслей, каждая громче предыдущей. Образ Ская, лицо Стеллы, призрачный трон, который вдруг оказался так близко... И страх. Страх ошибиться, предать, не справиться.

Он резко вдохнул, словно собираясь с силами, и наконец посмотрел на меня. В его глазах теперь читалась не просто неуверенность, а тяжелое, выстраданное решение — еще не окончательное, но уже переставшее быть абстрактным.

- Я... мне нужно время, — выдавил он наконец.

- Хочешь я опишу, как все пройдет?

- Нет! Не хочу знать. Мне не нужны проблемы.

Брендон так трогательно разрывался между желанием и долгом. Возможно, будь Скай хотя бы немного другим, он бы не сомневался вообще. Но, увы, Стелла далеко не единственная, кто увидел пренебрежение по отношению к Брендону.

А ведь ему нужно было не много. Неужели Скай не мог назначить его семье титул? Или хотя бы по-настоящему дружить. Да, кронпринц не обязан дружить с телохранителем, но и телохранитель обязан всего лишь защищать, а не играть друга, на которого Скай скидывал всем неугодные вопросы.

- Допустим, я обдумаю твои слова. Что ты хочешь от меня?

Я растянула довольную улыбку. Еще одна маленькая уступка.

- Я не согласился, - оскалился Брендон.

- Конечно-конечно. От тебя мне нужно только две вещи. Первая очень простая - подумай над тем, какими людьми себя окружишь. Вторая - не отказывайся в нужный момент.

Брендон грустно усмехнулся.

- Какие люди, Диаспро? Я всего лишь телохранитель. У меня нет ни знаний, ни опыта.

- Такое бывало и раньше.

- Ага, и в таких случаях короли становились пешками в чужих руках.

- Тебе поможет Айсис и Солярия, а дальше все зависит от тебя.

Надеюсь, он сейчас тщательно взвешивал все «за» и «против».

- А что станет со Скаем? Я не соглашусь, если ты планируешь навредить ему.

- Не трону и пальцем, даю слова.

- Клянешься? - хрипло спросил он. - Великим Драконом?

- Клянусь Великим Драконом.

Он медленно выдохнул, словно выпуская из себя часть сопротивления.

- Хорошо... Я подумаю.

Я кивнула, довольная. Не согласие, но и не отказ. Первый шаг сделан.

- Тогда на сегодня всё. - Я отодвинула стул и встала. - До встречи, Брендон.

Брендон промолчал, а я улыбнулась на прощание и вышла из кафе.

Раскачивайся, Брендон. Чем дольше сомневаешься, тем сильнее затянет.

Мне ли не знать?

***

Я пригубила горячий чай и расслабила плечи.

- Через Стеллу я передала письмо королеве Луне. Она дала добро. Остался Брендон.

- Он согласится. У меня было достаточно времени понаблюдать за ними. Но от Ская и Блум избавиться сложнее, - ответил Гелия.

Я вздохнула.

- Не знаю, что делать с Блум. Ей так нужен Эраклион?

- Мне кажется, не нужен вообще. Она, как и Скай, не любит ответственность. Но откажется ли она? Не знаю.

А Марта любила? Не помню. Подруга старалась по учебе, но скорее по нужде. И это приносило ей головную боль и нервозность. Она же, в отличие от меня, стремилась в центр.

- Расскажи о Блум. Ты наверняка успел составить о ней какое-то мнение.

- Вспыльчивая, смелая, сильная. У нее проблемы с самоконтролем. В общем-то в ее возрасте это нормально. Но из-за мощной магии, вспышки гнева приводят к серьезным последствиям.

- Например?

- Сожженная комната симуляций, испорченная мебель. Опять же вспышки не удивительны, беспокоит лишь их сила. - Гелия серьезно посмотрел на меня. - В такие моменты она не думает о последствиях. Рано или поздно кто-то пострадает.

Но у меня вспышек не было. Влияние ли это Системы? Или характера? Или ее состояния?

- А еще, возможно, Блум несколько охладела к Скаю.

- Правда?

Гелия хитро усмехнулся, заметив, как я заулыбалась.

- Злорадствуешь?

- Немного. Так что там?

И Гелия рассказал. На втором курсе Блум увлеклась изучением собственного древа. Она узнала о королевской семье Домино и какое-то время посвятила изучению родного мира.

Это я смутно помнила по канону. В тайне боялась и надеялась одновременно. Враг в виде сильного государства никому не нужен. Но и сплавить туда соперницу тоже хотелось.

Так или иначе из-за новых увлечений Блум, Скай начал серьезно ревновать. Блум, естественно, обиделась. А Скай начал просить совета у товарищей по команде.

- И что ты ему посоветовал?

- Извиниться и загладить вину.

- А он?

Гелия налил мне еще чая.

- Извинения должны быть искренними. А когда человек не считает себя виноватым, искренности добиться сложно.

После этого Блум и охладела. Вернее так считал Скай. Он же тщетно искал виновника, но естественно не нашел. Как итог: ссоры, редкие встречи и постоянная нервозность со стороны Ская.

 Изменщик боялся измены. Забавно.

- По ним со стороны и не скажешь, что есть какая-то проблема, - задумчиво прокомментировала я.

Со стороны — да. Но от Ская устал даже я, при том, что мы жили на одном этаже, а не в одной комнате.

Злорадство сменилось глухой грустью. Конечно, Гелия не жил в комнате со Скаем. С ним жил Джэмисон.

И всё-таки это несправедливо. Скай при всех его недостатках все ещё жив, здоров и его не бросила Блум и товарищи. 

- Я могу тебя нарисовать?

На мгновение мне показалось, что он шутит. Но Гелия не шутил.

- Можешь. Но тут вроде нечего рисовать.

Гелия провёл пальцем по контуру моего плеча в воздухе, будто уже рисуя.

- Это платье подчеркивает мягкость твоей фигуры. И цвет... - Его взгляд скользнул вверх, задержавшись на моих волосах. - Молочный шелк оттеняет твои кудри. К тому же легкая усталость добавляет тебе особое очарование.

Я почувствовала, как по щекам разливается тепло. На мне было простое в меру закрытое платье, но теперь оно казалось куда более... интимным.

- Тебе идет румянец, - заметил он, и я невольно опустила ресницы.

Гелия принес альбом и короткий нож. Придерживая карандаш длинными пальцами, он начал подтачивать грифель. Лезвие скользило по дереву плавно, почти беззвучно, оставляя за собой аккуратные стружки. Он делал это красиво — с той же изящной точностью, с какой проводил пальцами по моей коже.

Гелия выставил руку с карандашом вперёд и прикрыл один глаз. А потом сделал тоже самое перед листом бумаги и нанес несколько уверенных штрихов.

- Не двигайся, - бросил он.

Тишина прерывалась скрежетом графита о бумагу и шумом ветра за окном. Когда набросок был готов, Гелия достал коробочку с пастелью.

Казалось, он хотел изучить каждую складку моего платья или быть может рассмотреть каждый сантиметр моей шеи и обнаженных плеч, чтобы перенести на бумагу. 

А я... я подумала о том, о чем думать не следовало. 

Сколько раз он обжигал поцелуями мою шею? Сколько раз шептал, как горит рядом со мной? 

Гелия обожал меня. С виду тихо и скупо, будто выражая обыкновенную пассивную вежливость. Но в постели вся таинственность растворялась, оставляя после себя нежную... Одержимость.

Еще один резкий росчерк в тишине, смерившийся шелестом штриховки.

А в голове калейдоскоп картинок.

Как Гелия обнимал меня за талию и утыкался носом в ложбинку на шее. Рвано вздыхал и тянулся вверх. Сантиметр за сантиметром - его дыхание становилось все тяжелее, сдавленнее и когда Гелия едва ощутимо касался моих губ, я слышала тихий стон.

И свое имя.

Диаспро. Он шептал мое имя как молитву каждую ночь.

Он шептал его, когда вдыхал аромат волос и поглаживал непослушные пряди. Когда его губы скользили по внутренней стороне бедра, а я изгибалась от нахлынувшего напряжения.

Однажды он тянул мое имя по особенному: протяжно, словно не желая расставаться с ним ни на секунду.

- Диаспро-о-о... 

В ту ночь его ладони ладони обжигали мне спину — Гелия поглаживал плечи, лопатки, талию, осторожно спускаясь к изгибам, которые знал наизусть... Как вдруг с снова прошептанным именем он легонько куснул мою шею. Я вздрогнула и почти жалобно застонала. А он засмеялся - низко, глухо - и тут же смягчил укус поцелуем. 

Это была странная, но необходимая игра. Игра, способная пробудить во мне то, что как будто бы давно угасло.

И несмотря на то, что мы с Гелией еще не узнали друг друга так хорошо, как стоило бы знать женатой паре, я ясно ощущала каждую попытку пробраться в мое сердце и согреть его холодными ладонями.

От жара стала тяжелее дышать. Это похоже на издевательство...

- Хм...

- Что-то не нравится?

- Надо было маслом, - недовольно пояснил он.

А я разочарованно выдохнула. Правда? Он думал про краску? Всего лишь?

Внутри все сдавило от возбуждения. И стол рядом со мной показался самым неприличным предметом в этой комнате.

Секунда, две, три.

Закусив губу, я потянулась к застежке на спине.

- Пожалуйста , не дви...

Ткань скользнула по груди и животу. По телу пробежали дразнящие мурашки. Я вынула шпильку из волос, и кудри рассыпались по плечам.

Сглотнула. Внутри свело сильнее. Хотелось простого человеческого - чтобы Гелия подошел ближе и коснулся. Так нежно, как он умел.

А ткань бы все падала, падала и...

Я провела ладонью и медленно подняла юбку платья до бедер.

Поборов смущение, повернулась к Гелии и сердце ухнуло вниз. Его глаза почти черные. Они пронзали насквозь, и я была уверена, что в эту самую секунду научилась читать мысли.

Гелия думал о том же, о чем и я. Но проклятый линфеец вставать не спешил. Он улыбнулся уголками губ, не отрывая взгляда, расшнуровал рубашку - та предательски обнажила ключицы, грудь и стройный живот - и распустил волосы.

Дразнит.

В тишине зашелестел новый лист бумаги и карандаш.

Похоже эта ночь будет очень и очень долгой.