Эта глава тоже вышла большой поэтому для удобства поделила пополамXD

Завтра выйдет следующая

Приятного чтения!

_____________________________________

Пальцы заметно тряслись — я с раздражением сжала и разжала кулак. Не помогло.

Отвратительно. Мне нужно собраться.

Просто необходимо.

Во рту разлилась горечь — лечебное зелье с эффектом успокоения навесило бафф «легкое спокойствие», но он продержался меньше минуты. Его благополучно обнулил ряд дебаффов, с которым я проснулась в гостевых покоях. Большая часть уже привычна — усталость, истощение и прочее. А вот проблемы с ментальным здоровьем удивили — «Защита разума» не спасла.

«Есть я действительно не хочу, — подумала я. — Но в целом этот дебафф подождет».

А раз Система не желает помогать, придется справляться своими силами.

Я подошла к зеркалу. Темные тени под покрасневшими глазами и впалые щеки меня явно не красили. Однако все исправит косметика и правильный оттенок платья — на переговорах у меня нет права выглядеть не идеально.

Я потянулась к кисточке, но та неприятно задрожала в руках. Попытки совладать с тремором кончились неудачно — на лице остался кривой росчерк теней. Зарычав, швырнула косметику в угол. Привычка полагаться на слуг сыграла со мной злую шутку — во дворце Эраклиона при нынешних обстоятельствах мне их не видать.

Может, магией?

По пальцам пробежала колючая искра. Дракон, не хватало еще спалить себе волосы.

Придется, довольствоваться подходящим платьем.

Перед тем как выйти в коридор, я взглянула в зеркало напоследок и вздрогнула. На мгновение на голубом платье появились капли крови. Но стоило моргнуть, как наваждение спало.

«Замечательно, я сошла с ума», — фыркнула я и вышла в коридор.

Там меня ждали Гелия, Дональд и один неизвестный стражник, которого я быстро узнала благодаря системе.

— Ты принес, что я просила?

Дональд изогнул бровь, Гелия настороженно глянул на стражника. Однако никто из них не задал ни единого вопроса, когда Думан растянул наглую улыбку и насмешливо ответил:

— Хах, а я думал, Огрон набрехал. Как ты это делаешь?

В любой другой день я бы язвительно посоветовала доверять главарю своей маленькой готической банды и не лезть не в свои дела, но сегодня было совершенно некогда.

— Так принес?

— Душнила. — Думан закатил глаза, и на его руке прямо из воздуха появилась небольшая стопка, перевязанная веревкой. — Но-но-но, сначала имя.

— Сначала я посмотрю то ли вы нашли.

Я выхватила стопку и начала бегло просматривать бумаги.

Первые страницы были посвящены порталу. Маги Черного круга нашли старинный круг из камней на севере Шотландии. Судя по карте, он находился довольно близок к Каллодену и некому Инвернессу.

— Переверни.

На обратной стороне фотографии было написано «Восстановлению не подлежит».

— Это ещё почему?

— Камни разрушены, каких-то и вовсе не хватает. Проще отстроить новый.

Хм… А ведь круг мог разрушить и переход.

— Дальше выписки из архивов. Если коротко, Домналл женился на некой Агате. После Каллодена оба были объявлены умершими. Но история там весьма мутная. Каллоден превратился в побоище с горой трупов, и всех пропавших попросту записали в список погибших.

Я достала из папки портрет Агаты. Золотые глаза, золотые волосы — Падпараджа, вне сомнений.

— В качестве маленького бонуса лично от меня. — Думан перелистнул к концу папки. — Страницы из дневников очевидцев.

Я одобрительно хмыкнула и быстро пробежала глазами по страницам.

Агата не могла не выделяться из-за внешности. К тому же девушка не старела. Возможно, если бы она успела пройти более углубленное обучение, ей было бы проще скрыть свою внешность или банально себя защитить. Но, увы, ей приходилось осваивать заклинания методом проб и ошибок. Как итог — с землянами возникали проблемы. Но горцы и правда приняли ее лучше прочих. По крайней они относились к магически одаренным женщинам с опаской и уважением, а не пытались сжечь на костре.

А ещё… Ох, кажется у Агаты была дочь, которая осталась на Земле. Девочку отдали перед самым Каллоденом родственнице Домналла. После разгрома шотландцев она уехала как можно дальше вместе с ребенком и вернулась на родину только к старости.

Думан подобрался слишком близко — мне пришлось оттолкнуть его тычком в плечо.

— А это самое интересно, феечка, — довольно протянул он. — Потомок этой девочки заключен нами в Тир Нан Ог. Как там поживает твоя фейская солидарность?

Я усмехнулась.

— Не жалуюсь. В конце концов лишние конкуренты на трон мне ни к чему. — Я захлопнула папку. — Что ж, обещанное имя — Рокси Фаули.

Думан разом поменялся в лице. Растерянность переросла в почти мертвенную бледность, а та плавно перетекла в злобный прищур темных глаз и покрасневшие уши.

— Пиздец, Огрон на говно изойдет, — процедил он. — Все мозги вынесет, что не заметили.

Я пожала плечами.

— Это уже ваши трудности.

— И то правда. Ладно, уговор есть уговор. — Думан протянул мне руку. Но я пожимать не стала. Маг покосился на свою ладонь, потом снова на меня и в итоге отмахнулся. — Бывай, красотка.

И пошел по коридору.

— Не трогайте, — тут же бросила я Гелии и Дональду от греха подальше. — Пускай дурачится дальше. У нас есть дела поважнее.

***

Бальный зал быстро переделали в комнату для переговоров. Со стен стянули украшения, слуги вынесли закуски и бокалы, а в центр поставили широкий деревянный стол.

Присутствующих было предостаточно, однако важных гостей, которые действительно могли повлиять на исход, пересчитать по пальцам.

Во главе списка, естественно, Эраклионские. Казалось их лица треснут от злости прямо сейчас. Конечно, их глубоко возмутила непокорность Айсиса. К тому же ни Эрендор, ни Самара не видели в собрании никакого смысла. Их единственным требованием было наказать и меня, и Айсис — а именно лишить нас даже иллюзии самостоятельности и стереть как историческую единицу.

По обе стороны от них восседали Радиус, Луна, Кристал и многие другие. Радиус пытался поддержать друга и союзника в одном лице, но, к сожалению или к счастью, зависимость от кристаллов сыграла свою роль: все остальные единогласно потребовали мирового урегулирования общей рукой.

Скай тоже присутствовал, однако он занял место у стены. Принц напоминал побитого пса — он не верил в мое предательство и, очевидно, волновался за Блум, о которой сегодня тоже пойдет речь. Рядом с ним, такие же растерянные, стояли Стелла и Брендон. Но если фея точно так же волновалась за подругу, то тайный наследничек уже понял, к чему я поведу, и терпеливо ждал.

Мы сели за стол и после тяжёлого вступления короля Радиуса приступили к переговорам.

Мой план сработал. Я хотела привлечь внимание других миров и заставить их сесть вместе с нами. Ведь иначе Эраклион решал бы вопрос сам. Даже если бы у нас был шанс противостоять Эрендору чуточку дольше, исход был бы таким же — справедливости от врага не получить.

А так все уже здесь и, естественно, нападение в такой день не добавляет очков Эрендору.

— Вопросы нас ждут тяжелые, и я хотел бы, чтобы все отнеслись к ним серьезно, — сухо объявил Радиус. — По воле союза значимых миров объявляю сей совет открытым. Да будут услышаны все стороны и да не прольется кровь там, где может восторжествовать слово.

— Здесь нечего решать, — холодно сказал Эрендор. — Агрессор должен быть наказан.

— Полностью согласна, — ядовито ответила я.

Обстановка стояла тяжелая. Я прекрасно понимала, что желание решить вопрос всем вместе исходило не из-за чувства справедливости или хотя бы жалости. Нет, все имели какую-то выгоду. Но внутри я все же надеялась…

— Представители Эраклиона утверждают, что вчера около семи часов вечера армия, состоящая преимущественно из горного народа, пересекла границу между субъектами Эраклиона и напала на пограничную крепость. Также были захвачены шесть мелких деревень и была попытка захватить город Хэрроуфилд.

Представитель Айсиса подтверждает достоверность обвинений?

— Подтверждает.

— Представитель Айсиса подтверждает, что нападение было спланированным и имело цель свергнуть законных правителей Эраклиона?

— Нападение спланировано, но цель была иная.

— Какая же? — коротко уточнил король Радиус.

— Собрать всех вас здесь.

Мои слова ожидаемо вызвали неоднозначную реакцию. Короля Дасии оскорбило, что я посмела подвергнуть опасности правителей других миров. И вообще кто знает, что у меня в голове? Быть может в планы входил шантаж? К моему удивлению Луна резонно заметила, что с такой неподготовленной армией ни о каком захвате столицы говорить не приходится.

— Однако, — парировал Аракс, король Диадена, — если бы Эраклион позаботился о безопасности, как обещал, такая ситуация не возникла бы вовсе. Я ни за что не поверю, что нападение мятежников ничего не предвещало. А это значит, что Эрендор не только подверг нас опасности на мероприятии, но и умолчал о возможных проблемах с поставками кристаллов.

— Да как вы смееете указывать как мне править?! — прорычал Эраклионский. — Мы много лет сдерживали Айсис, а что же Диаден? Мне напомнить, как у вас справляются с оппозицией?!

— От моих проблем другие миры не зависят.

Кажется, между ними есть какие-то личные разногласия. Это хорошо.

— Проблем с поставками не будет, — ответила я и после короткой паузы добавила: — Если вы нас услышите.

— Это угроза?

— Нет, констатация факта. Вы же не думаете, что в случае уничтожения Айсиса как самостоятельной единицы, проблемы вас не коснуться? Иначе бы этого собрания не было.

Радиус поднялся.

— Давайте успокоимся. Все присутствующие заинтересованы в мирном решение. Я предлагаю выслушать сторону Айсиса. — Мужчина повернулся ко мне. — Что не так, Диаспро? Что заставило тебя предать своего короля, нарушить клятву, которую ты дала совсем недавно, и заключить мир с… горным народом.

Дональд тихо усмехнулся, а я заскрипела зубами от злости. Какая фамильярность.

— А чтобы вы сделали, если бы ваши люди многие годы жили как рабы? И будьте любезны обращаться ко мне как положено.

Радиус неловко прокашлялся.

— Конечно, однако я вынужден попросить пояснения.

Я вытащила из инвентаря документы, связанные с требованиями Эраклиона к Айсису, и пустила по столу.

— Ознакомиться со всем сразу будет сложно, но основные требования следующие: Айсису запретили развивать сельское хозяйство, чтобы он не мог себя прокормить, девяносто процентов кристаллов уходило Эраклиону, как и прибыль с их продажи. Также на нашей территории был введен запрет на родной язык и полностью разрушена система образования. Эраклион распустил нашу армию и не защитил своей. Это привело к тому, что мы не могли защититься от набегов горного народа и в результате заключили с ним мир, который вам так не нравится.

— Какие сказки, — насмешливо сказал Эрендор. — Будто Эраклион не знал, что Падпараджа уже много лет нарушают условия договора. А союз с горным народом был заключен не ради защиты, а ради нынешнего нападения. Что ты им пообещала? Земли? Деньги?

От ответа избавила Кристал.

— Так вы подтверждаете, что эти бумаги действительны?

Эрендор скривил губы.

— Да.

— Чем оправданы такие жесткие условия?

— Дела Эраклиона — это дела Эраклиона, и я не обязан что-либо пояснять Линфее.

— Нет, обязан. — В разговор снова вступила Луна. — Мы не так давно собирали съезд, одной из тем которого были проблемы с кристаллами. Если население Айсиса эксплуатировалось и не получало достойные условия, то нет ничего удивительного в том, что выработка накопителей снизилась.

Глаза Эрендора потемнели от гнева.

Я напряглась. Скажет ли Эрендор о сердце? И что он вообще о нем знает?

Но молчание тянулось секундой за секундой, пока наконец его не прервал Радиус.

— Это все, конечно, прискорбно, но Айсису стоило обратиться за помощью мирным путем, а не устраивать бойню.

По плечам пробежали неприятные мурашки. Списков погибших еще не было, но это вряд ли можно назвать бойней. Скорее… Уничтожением.

— Присутствующие здесь знают, что история Айсиса была переписана и что Эраклионские заняли место настоящей законной династии Падпараджа? — спросила я и внимательно вгляделась. Как я и думала, удивились лишь правители дальних от нас государств. — Где в таком случае вы были все это время? Где вы были, когда мой род вырезали? Где вы были, когда планета медленно лишалась магов?

Мой голос неприятно задрожал — я сжала под столом кулак.

— К чему эта проникновенная речь? — спросила королева Ромулеи. — Правящие династии рано или поздно меняются. Моя семья у власти лишь последние сто лет. Разве кто-то готов сказать мне в лицо, что я незаконная королева?

— А ваша семья ставила чудовищные эксперименты над магическим населением?

На стол упали журналы. Их хватило каждому. С легким недоумением сидящие открыли первые страницы и бегло прошлись по строчкам. Я почувствовала мрачное удовлетворение — их лица менялись на глазах.

Изменился в лице и Эрендор.

— Это ложь! — воскликнул он. — Подделка!

Самара же откинула от себя журнал и уставилась в пустоту.

— У нас есть фотографии из Аврама. Хотите взглянуть?

На стол легли распечатки. Рассмотреть их смогли не все. Кристал не выдержала и отбросила от себя пару фотографий и прикрыла ладонью рот.

— Правильно ли я понимаю, что вы посетили Аврам? — уточнил Радиус. — Насколько я помню, его территория признана запрещенной для посещения.

— А вас сейчас волнует нарушение запрета? — спросила я. — Вы уверены, что беспристрастны, Ваше Величество?

Радиус пропустил мою колкость.

— Кто-нибудь может подтвердить, что эти фотографии сделаны там?

— Я, — лениво отозвался Гелия. — Я сопровождал Диаспро.

Эрендор засмеялся.

— Заинтересованные лица не могут быть признаны свидетелями, тем более при таких варварских обвинениях.

— Однако заинтересованные лица сотрудничают с ведущим магическим центром Линфеи, куда были переданы пробы костей, земли, одежды и образцы страниц. В результате были установлены: возраст всех образцов, повреждения на костях, нанесенные металлическими предметами, и состав одежды и чернил. Вы желаете получить официальный документ с результатами исследования?

Эрендор откинулся на спинку стула.

— Даже если это правда, я не в ответе за содеянное предками.

— Сколько вы у власти?

— Ты прекрасно знаешь сколько.

— Так сколько? — Эрендор не ответил. Пришлось говорить мне: — Двадцать один год. Какая последняя дата в журналах? Не подскажете?

Нужный оказался у Аракса. Мужчина крепко выругался и озвучил — день нападения Трех Древних Ведьм, которое произошло уже во время правления Эрендора.

— Теперь вы понимаете?

— Я считаю данный вопрос гораздо серьезнее и требую пояснений от Эраклиона, — вступил в разговор Тередор. — Какова цель проведенных экспериментов?

Не выдержав, Кристал воскликнула, что насилие неприемлемо независимо от целей и что чудовищно даже обсуждать эту тему. Ей парировал Тередор: суть не оправдании, а том, что эраклионцы изучали то, что не нуждалось в изучении. И, очевидно, здесь замешено что-то еще.

— Ответ прост: нынешние эраклионцы потомки чужаков с Земли. У них не было магии, и с самого своего появления они пытались ее заполучить. Но, видимо, сам Эраклион, наш мир, был против, чтобы чужаки пользовались нашими благами.

— Это доказанная информация?

Перед правителями упали последние доказательства — папка принесенная Думаном, допрос Чужой и сравнение одежды и обычаев англичан и нынешних эраклионцев, шотландцев и горцев.

На изучение потребовали время. Я противиться не стала, хотя меня все же задело, что по-настоящему правители включились не на проблемах Айсиса, а на собственных. Ведь каждый из нас — член магического мира. И, несомненно, каждого ужаснет то, что сделали пришлые. Это преступление было не преступлением против Айсиса. Нет, это преступление против всего Магического измерения.

— Все это отвратительно. Я требую суда над Эрендором и Самарой Эраклионскими.

— Мне надоел этот фарс, — угрожающе произнес Эрендор.

— Фарс? — возмущенно воскликнул Аракс. — Да вас нужно запереть в Омеге!

Мужчина рассмеялся.

— Вы находитесь в моем доме. И если я захочу, вы останетесь здесь навсегда.

— Это угроза?

— Эрендор, — начал было Радиус.

— Вы не имеете права! — воскликнул Эраклионский. Он грубо сбросил руку Самары со своего локтя. — Это моя планета! Мой мир! И только мне решать, что делать с мятежниками! Захочу — пощажу, захочу — вздерну всех до единого!

Краем глаза я заметила, как Скай дернулся в нашу сторону. Но, видимо, порыв был недостаточно силен — он замер, так и не сказав ни слова.

А зал потонул в скандале.

Эрендор сорвался зря. Аракс, не стесняясь в выражениях, заявил о готовности использовать своих драконов и всадников. Луна, отвергнув попытки мужа успокоить, напомнила о лунной и солнечной армии, которая несмотря на свою малочисленность, была очень хорошо подготовлена. На стороне Андрос стояли обученные маги, у Дасии, Ромулеи и других королевств также были свои войска. Не осталась в стороне и Кристал — Линфея попросту могла уничтожить всю растительность и заставить подчиниться.

Угроза сыпалась за угрозой, а напряжение росло с такой скоростью, что буквально через несколько минут повскакивали некоторые короли. Стража у стен напряглась — они положили руки на оружие, но без приказа не посмели пустить его в ход.

И в этой ужасающей своим равнодушием какофонии раздался мой крик:

— Хватит!

Но на меня не обратили никакого внимания — казалось мужчин уже не остановить. И пока Эрендор уже плевался от злости, стуча по столу, его жена сидела бледная как смерть. Она беспокойно смотрела на своего сына. А тот бессильно замер у нашего стола.

И тогда я едва не задохнулась от злости и ударила по столу.

Кристаллы-светильники вспыхнули и часть из них рассыпалась вдребезги.

Наконец, они замолчали.

— Айсис требует признания статуса суверенного государства, а также возвращения исконно наших земель до реки Тид. Эраклион может оставить себе все остальное. Род Падпараджа должен быть признан законной правящей династией Айсиса со всеми вытекающими привилегиями. Также я требую, чтобы на курсах истории преподавалась настоящая история планеты Эраклион.

Казалось, я предоставила все необходимое и получила хоть какой-то вес за свои старания и репутацию. Но обманчиво согласные со мной правители разом охладели. Аракс заявил, что вопрос свободы Айсиса — вопрос безопасности Магического измерения и такую необходимую всем жилу нельзя оставлять без присмотра. Его поддержал и король Андроса Тередор. Они сошлись на том, что нужно организовать совет, куда будут входить представители всех значимых государств. Эта идея понравилась большинству. Мне же с королевского плеча пообещали место в совете, как управляющей Айсисом.

Услышав это, я разом поникла. Не то чтобы я ждала справедливости и понимания. Нет. Но я не предполагала, что наилучшим исходом станет предложение сменить одни оковы на другие.

А Эрендор злорадно заулыбался, словно ни он всего несколько мгновений назад кричал о войне.

— То есть мы по-вашему мало жили под чужим гнетом? Вам этого мало? — указывая на все бумаги, спросила я.

— Это вопрос отдельный, — ответил Радиус. — Представленные Айсисом доказательства будут тщательно изучены, в Аврам отправится разведывательная экспедиция и после установления всех деталей начнется судебный процесс. До тех пор правящая семья Эраклиона согласно презумпции невиновности будет продолжать выполнять свои обязанности.

— Это неправильно, и вы это знаете.

— Мы знаем, что арест правящей семьи вызовет волнения в обществе, — легко, будто поясняя мелочь, ответил Аракс. — Такие вопросы требуют тщательного решения.

— А Айсис не достоин тщательного решения, я правильно понимаю?

— Найденные вами доказательства несомненно заслуживают уважения, но вы юная девушка, не обладающая достаточным опытом. К тому же даже совершенное во благо насилие должно быть наказано.

Я не поняла, что разозлило меня больше: издевательское уведомление Системы, снисходительный тон короля Диадена или то, что несмотря на все старания я все еще не достаточно хороша.

Тем не менее от злости заболело в груди и мне стало тяжелее дышать. Неприятный холод обжег виски и у меня снова задрожали руки. Перед глазами потемнело, и я тихо выдавила:

— Я не буду наказана.

И поняла: терять уже нечего.

— И Айсис не станет вашей марионеткой.

— Стража, взять ее, — скомандовал Эрендор.

Гелия и Дональд мгновенно вскочили и встали за моей спиной.

— Порву голыми руками, — с явным акцентом проскрипел Дональд.

Эрендор сжал кулак — стража наставила нас оружие, но не напала.

— Эта игра — слишком утомительная, поэтому скажу прямо. Все вы знаете о магических ядрах планеты. И я уверена, что хотя бы часть из вас подозревала, что Эраклион утратил свое ядро. Так вот — долгие годы это было так. Но теперь я хозяйка сердца Эраклиона.

— Эраклионцы решили, что им все позволено? Всего несколько минут назад Эрендор угрожал нам, и мы не поддались. Чем же угрожает Айсис? Убийством? Убейте нас, и я с радостью посмотрю с того света, как ваш несчастный клочок земли сожгут драконы.

— Не убийством, а уничтожением Эраклиона и всего Магического измерения.

Аракс усмехнулся. Не поверил. А вот Кристал широко раскрыла глаза — и в них я увидела ужас.

— И каким же образом ты уничтожишь хотя бы Эраклион?

— Вы, очевидно, мало взаимодействуете с сердцем. Впрочем, такова ситуация во многих мирах, — сказала я, расстегивая рубашку.

Уж теперь я знала, каково Лакки — ткань скользнула по неровному ряду кристаллов и обнажила сверкающие плечи и россыпь по бокам и животу, а я едва ли это почувствовала.

— Диаспро… — прошептала Кристал.

— Я слилась с сердцем и теперь мне не составит труда уничтожить его вместе с собой. А как вы знаете взрыв такого масштаба отразится на всех мирах. Возможно, вам повезет, но вряд ли. Скорее всего погибнут все.

В каком-то смысле это был блеф. При наличии Системы не так уж и сложно уничтожить какой-то предмет и без статуса «Аномалии». Но Систему не увидит никто, а новую меня видели все присутствующие в зале.

Однако их это не удивило. И никто, кроме Луны и Кристал, мне не поверил.

— Дракон, дайте ей все, что она требует! — вскрикнула Кристал. Она сорвала с рук перчатку и показала веточку вместо пальца. — Я тоже связана с сердцем, и поверьте его сила в умелых руках не знает границ! Линфея голосует за свободу Айсиса!

— Подтверждаю, — добавила Луна. — Мне довелось взаимодействовать с сердцем Солярии и сердцем Эраклиона. Не стоит недооценивать мощь такого источника энергии. Лунное королевство накладывает вето, и таким образом Солярия принимает нейтралитет.

Остальные попросили время на совещание с придворными магами. Торопиться было некуда. Пока правители пытались найти хоть малейшее доказательство того, что я не смогу уничтожить сердце, оставшиеся в зале сидели в гробовой тишине.

Не знаю почему молчали Дональд и Гелия, но я не хотела даже смотреть в их сторону. Понимала — точка невозврата пройдена. Я нарушила обещание не переходить черту, да и что-то мне подсказывало, что никто из них не подписывался умереть от моей руки.

Молчала и Кристал, хотя от ее испуганных глаз было не по себе. Кажется, она отказывалась верить, что я пойду на такое.

А я пойду?

Угроза была приступом агрессии. Она вырвалась бездумно, но… Возможно, какая-то часть меня знала, что все кончится вот так?

Наконец, совет собрался тем же составом.

Явно нехотя, скрипя зубами миры соглашались с тем, что Айсис теперь будет свободным, либо объявляли нейтралитет как Солярия. И когда очередь дошла до Эрендора, тот вместо ответа обратился к Дональду:

— И что, дикарь, ты готов дать ей разрушить свой дом?

По моим плечам пробежали мурашки.

— Я сожгу свой дом собственными руками, лишь бы он не достался вам.

— А я дал клятву идти с тобой до конца, — так тихо, что услышала только я, сказал Гелия.

Сердце дрогнуло. Значит, они все еще со мной.

— В таком случае давайте составим мировое соглашение, — объявил Радиус.

— И выберем нового короля Эраклиона, — уверенно добавила я, предвкушая новую волну дебатов.