Участники:
Алурами Редоран, жрица в храме Альмалексии в Морнхолде (нпс)— @Antarela
Все остальные (Делин Редоран, Катрен Сарети, Фавенил Дрес, Ралдена) — @truegaru

- Катрен? - Повторил Делин и поджал губы. - Не ты ли, дорогая сестра, считала наши детские забавы дикарскими? Впрочем, это время давно позади. Не стоит вспоминать. Ты знаешь, как я был привязан к Катрену. Но... Его судьба оказалась более чем печальной.
Надо было срочно перевести разговор на что-то другое, и Алурами поспешно произнесла:
- Выбранное тобой платье просто шикарно! Но оно требует такой же прически. Смотри, если волосы приподнять вверх, - она высоко подняла копну черных волос, обнажив шею, за счет чего ее стала казаться гораздо более юной и беззащитной, - то я буду выглядеть гораздо красивее. Надеюсь, перед свадьбой ты сможешь пригласить ко мне надежного парикмахера?
Жрица снова мило улыбнулась Делину. И только на самом дне ее зрачков билась какая-то неуловимая невысказанная мысль...
- Конечно, - с преувеличенным энтузиазмом отозвался Делин. - Ты будешь самой красивой невестой. А парикмахера наймем в Тире. Ты не забыла, что свадьба состоится именно там?
- Как я могла забыть то, чего не знала? - нахмурилась сестра. - А вот ты, - она сильно ткнула пальцем в грудь брата, - забыл главное условие свадьбы: она произойдет здесь, в храме Морнхолда у алтаря моей Богини, и никак иначе.
Раздосадованная жрица с пыхтением начала стягивать с себя вдруг сдавившее и мешающее дышать платье и едва не упала. От слабости ее сильно пошатывало.
Делин не помогал сестре, равнодушно глядя, как она пытается стянуть платье.
- Поосторожнее, не порви его, Алурами. - Он чуть не добавил, что отвалил за него бешеных денег, но сдержался. То, что Алурами едва держалась на ногах от слабости, было скверно. Ей надо дать время оклематься. Если она сляжет в Тире, будет настоящая катастрофа. И мер смиренно кивнул.
- Я поговорю с мутсэрой Дресом о том, чтобы провести свадьбу в Морнхолде.
Алурами не могла кивнуть, потому что голова как раз была внутри платья. Она вздохнула, села на постель, но была вынуждена обратиться к Делину за помощью.
- Помоги же, наконец, снять его! Иначе я либо его порву, либо задохнусь внутри...
Мужчина подошёл к сестре и в несколько осторожных рывков помог ей выпутаться из злосчастного платья.
- Свадебные украшения привезу позже. - Он бросил взгляд на обнажившиеся под задравшимися рукавами запястья Алурами. - Вижу, лекарство тебе помогло, и руки совсем зажили. Мутсэра Дрес будет рад этой новости.
Девушка вздрогнула, с трудом удерживая руки, чтобы не спрятать их за спину.
- Главное - не забудь пригласить куафёра, - с фальшивой улыбкой напомнила она. - И, раз уж украшения будешь выбирать ты, не забудь про шпильки для волос. Они должны быть достаточно длинными и прочными, чтобы моя прическа не развалилась прямо во время церемонии. Фавенильчику это не понравится.
- Не сомневайся, Алурами, тебе понравится то, что я выберу. - Сладким голосом пропел Делин. Ты запомнишь этот день, как один из лучших в своей жизни. А пока, набирайся, сил, сестра. Ты должна сиять на собственной свадьбе. - Он заботливо положил ладонь на девичье плечо.
«Да, набирайся сил, паршивка. Расцвети, как цветок коды, сведи с ума этого идиота-Дреса. Алурами... Наивная дурочка! Да ты для меня как раскрытая книга, я же читаю каждую твою страницу твоих бесхитростных надежд и обожания Сарети. А он всегда был хорош в этом, как ловко он портил самых благочестивых и строгих девиц. Тварь, он и теперь не упустил возможности ужалить побольнее даже не смотря на риск быть пойманным.
Но он поплатился за свою самонадеянность. И ты поплатишься, сделай хоть крошечный шажок в сторону, дорогая милая сестрёнка, и ты пожалеешь, что расстроила меня…» - пальцы мера больно вдавились в темную кожу.
Услышав вскрик девушки, Делин разжал хватку:
- О, прости, сестра, я просто задумался.
Жрица плотно стиснула зубы. На лице ее большими буквами было написано: "Уж я постараюсь, я так вам всем посияю!"...
Девушку жутко выводило из себя то, что брат бесцеремонно навязывал ей свою волю, не считаясь с ее собственными желаниями. Больше всего на свете ей хотелось свободы от обязательств, налагаемых семьей и Домом. Сначала родные на много лет лишают ее дома и своей любви, а как только появляется возможность продать ее подороже - требуют беспрекословного подчинения.
Нет уж. Такого удовольствия она им не предоставит!