Горшок и подарок
Участники:
Алурами Редоран, жрица в храме Альмалексии в Морнхолде (нпс)— @Antarela
Все остальные (Делин Редоран, Катрен Сарети, Фавенил Дрес, Ралдена) — @truegaru
Алурами Редоран, жрица в храме Альмалексии в Морнхолде (нпс)— @Antarela
Все остальные (Делин Редоран, Катрен Сарети, Фавенил Дрес, Ралдена) — @truegaru
Она почти и забыла, что вне этих стен могут раздаваться посторонние звуки, чутко вслушиваясь в тихое дыхание своей подопечной, её стоны во сне и жаркие молитвы, когда девушка бодрствовала.
Тяжко прошаркав до двери, жрица завозилась, доставая ключ с шеи и просовывая его в скважину. Она едва успела отойти, как дверь распахнулась, пропуская вместе с потоком дневного света сиятельного Делина Редорана.
Едва переступив порог комнаты, мужчина брезгливо поморщился. Несмотря на проветривания, в воздухе причудливо и смрадно пахло благовониями и нечистотами. Ллодис открыла рот и тут же его закрыла, ослепленная и заторможенная внезапным появлением мужчины. Он был слишком ярким, как солнце посреди ночи, и нарушал привычный распорядок вещей.
- Мутсэра, я прошу вас… - пропищала она подобострастно…
- Это я прошу вас. - Делин изобразил улыбку, насквозь фальшивую, словно тонкий слой позолоты поверх грубо обожженной глины. Но Ллодис ещё никто и никогда так не улыбался, и она заморгала часто-часто, будто боясь ослепнуть. - Оставьте меня с сестрой наедине.
Ллодис попятилась задом, врезаясь в косяк двери. Делин с неудовольствием вздернул бровь.
- И заберите с собой этот проклятый горшок! - прикрикнул напоследок.
Жрица, громко и нелепо извиняясь, схватила горшок и исчезла за дверью. «Неуклюжая, словно бетти-нетч», - пробормотал Делин едва слышно, скривив губы, а потом обратился к Алурами. Гримаса с его лица исчезла как по волшебству, уступив место самой искренней заботливой улыбке.
- Дорогая сестра, как ты? Мы так волновались за тебя. - Прохладная ладонь коснулась лба девушки, убирая с лица сбившиеся пряди волос.
Алурами продолжала молиться, лежа на сбитом в комки тюфяке, потому что Ллодис не утруждала себя особой заботой о ней, а сама редоранка была еще слишком слаба, чтобы вставать.
Появление Делина прервало ее молитву, но отнюдь не улучшило ее состояния.
- Как видишь, братец, - произнесла она слабым голосом, в котором все же явственно слышались досада и раздражение. - Обо мне заботятся, давая возможность молиться и наслаждаться не только благо-, но и просто "вониями".
Но, в конечном итоге, это действительно идет мне на пользу... раз я до сих пор не сошла с ума, находясь здесь в полной изоляции. Может, будешь так добр и объяснишь мне, что произошло?
-А, может быть, сама объяснишь? Например, где ты пропадала накануне свадьбы, моя дорогая сестрица. Почему пренебрегла заботами своей любезной сиделки, сестры Ллодис?
- Накануне? - глаза Алурами стали круглыми, как маленькие тыквы. - Насколько мне помнится, свадьба планировалась только через неделю как минимум. А результаты заботы Ллодис ты обоняешь прямо сейчас, и я сомневаюсь, что они тебе нравятся. - Девушка изо всех сил старалась бодриться и под язвительными высказываниями прятала глубокую тревогу о судьбе Катрена. Но не могла же она спрашивать о нем Делина!
- Учитывая твою любовь к серджо Дресу, мы постарались сократить сроки. - Делин приподнял бровь. - Кстати, вот тебе подарок от семьи. Один из многих. - Мужчина положил на постель объёмный сверток. - Ты же не выйдешь замуж в мантии жрицы?- Он рассмеялся. - Хочу, чтобы ты примерила его.
Сестра рассмеялась.
- Могу, если ты подержишь меня и не дашь упасть. Слабость, - пояснила она Делину. - Ничего не могу есть, вся в волнениях перед свадьбой.
Платье оказалось просто великолепным. В меру строгим, сшитым из переливающейся красной ткани родового цвета Редорана. По подолу были пришиты вставки из серой материи цвета дома Дрес с их символом, изображающим рабские кандалы. Но они были так искусно вышиты, что казались всего лишь частью орнаментального узора.
Делин поддержал Алурами за локоть и помог надеть наряд поверх тонкой ночной рубашки. Платье мягко легло по фигуре девушки, струясь длинными складками по подолу.
Увидев платье, Алурами не сдержалась от восхищенного вздоха. Да и какая женщина устояла бы перед таким нарядом? Вот только в сердце ее властвовал только Катрен, а не какой-то там Дрес.
Данмерка вопросительно посмотрела на Делина:
- Ну как? К сожалению, здесь нет зеркала, чтобы я смогла оценить, как выгляжу.
- Восхитительно. - Отозвался мер. - Как и подобает истинной дочери Редорана. Я рад, что удалось угодить тебе, сестра.
Девушка натянула на лицо благодарную улыбку и задумчиво погладила ладонью нежную ткань платья.
- А помнишь, как нам хорошо было втроем в детстве? - с отсутствующим взглядом спросила она Делина. - Я, ты и Катрен. Жаль, что нельзя пригласить его на свадьбу...
Алурами спохватилась, что чуть не сказала лишнего, и, скрестив пальцы за спиной, быстро добавила:
- Жаль, что он умер.
Тяжко прошаркав до двери, жрица завозилась, доставая ключ с шеи и просовывая его в скважину. Она едва успела отойти, как дверь распахнулась, пропуская вместе с потоком дневного света сиятельного Делина Редорана.
Едва переступив порог комнаты, мужчина брезгливо поморщился. Несмотря на проветривания, в воздухе причудливо и смрадно пахло благовониями и нечистотами. Ллодис открыла рот и тут же его закрыла, ослепленная и заторможенная внезапным появлением мужчины. Он был слишком ярким, как солнце посреди ночи, и нарушал привычный распорядок вещей.
- Мутсэра, я прошу вас… - пропищала она подобострастно…
- Это я прошу вас. - Делин изобразил улыбку, насквозь фальшивую, словно тонкий слой позолоты поверх грубо обожженной глины. Но Ллодис ещё никто и никогда так не улыбался, и она заморгала часто-часто, будто боясь ослепнуть. - Оставьте меня с сестрой наедине.
Ллодис попятилась задом, врезаясь в косяк двери. Делин с неудовольствием вздернул бровь.
- И заберите с собой этот проклятый горшок! - прикрикнул напоследок.
Жрица, громко и нелепо извиняясь, схватила горшок и исчезла за дверью. «Неуклюжая, словно бетти-нетч», - пробормотал Делин едва слышно, скривив губы, а потом обратился к Алурами. Гримаса с его лица исчезла как по волшебству, уступив место самой искренней заботливой улыбке.
- Дорогая сестра, как ты? Мы так волновались за тебя. - Прохладная ладонь коснулась лба девушки, убирая с лица сбившиеся пряди волос.
Алурами продолжала молиться, лежа на сбитом в комки тюфяке, потому что Ллодис не утруждала себя особой заботой о ней, а сама редоранка была еще слишком слаба, чтобы вставать.
Появление Делина прервало ее молитву, но отнюдь не улучшило ее состояния.
- Как видишь, братец, - произнесла она слабым голосом, в котором все же явственно слышались досада и раздражение. - Обо мне заботятся, давая возможность молиться и наслаждаться не только благо-, но и просто "вониями".
Но, в конечном итоге, это действительно идет мне на пользу... раз я до сих пор не сошла с ума, находясь здесь в полной изоляции. Может, будешь так добр и объяснишь мне, что произошло?
-А, может быть, сама объяснишь? Например, где ты пропадала накануне свадьбы, моя дорогая сестрица. Почему пренебрегла заботами своей любезной сиделки, сестры Ллодис?
- Накануне? - глаза Алурами стали круглыми, как маленькие тыквы. - Насколько мне помнится, свадьба планировалась только через неделю как минимум. А результаты заботы Ллодис ты обоняешь прямо сейчас, и я сомневаюсь, что они тебе нравятся. - Девушка изо всех сил старалась бодриться и под язвительными высказываниями прятала глубокую тревогу о судьбе Катрена. Но не могла же она спрашивать о нем Делина!
- Учитывая твою любовь к серджо Дресу, мы постарались сократить сроки. - Делин приподнял бровь. - Кстати, вот тебе подарок от семьи. Один из многих. - Мужчина положил на постель объёмный сверток. - Ты же не выйдешь замуж в мантии жрицы?- Он рассмеялся. - Хочу, чтобы ты примерила его.
Сестра рассмеялась.
- Могу, если ты подержишь меня и не дашь упасть. Слабость, - пояснила она Делину. - Ничего не могу есть, вся в волнениях перед свадьбой.
Платье оказалось просто великолепным. В меру строгим, сшитым из переливающейся красной ткани родового цвета Редорана. По подолу были пришиты вставки из серой материи цвета дома Дрес с их символом, изображающим рабские кандалы. Но они были так искусно вышиты, что казались всего лишь частью орнаментального узора.
Делин поддержал Алурами за локоть и помог надеть наряд поверх тонкой ночной рубашки. Платье мягко легло по фигуре девушки, струясь длинными складками по подолу.
Увидев платье, Алурами не сдержалась от восхищенного вздоха. Да и какая женщина устояла бы перед таким нарядом? Вот только в сердце ее властвовал только Катрен, а не какой-то там Дрес.
Данмерка вопросительно посмотрела на Делина:
- Ну как? К сожалению, здесь нет зеркала, чтобы я смогла оценить, как выгляжу.
- Восхитительно. - Отозвался мер. - Как и подобает истинной дочери Редорана. Я рад, что удалось угодить тебе, сестра.
Девушка натянула на лицо благодарную улыбку и задумчиво погладила ладонью нежную ткань платья.
- А помнишь, как нам хорошо было втроем в детстве? - с отсутствующим взглядом спросила она Делина. - Я, ты и Катрен. Жаль, что нельзя пригласить его на свадьбу...
Алурами спохватилась, что чуть не сказала лишнего, и, скрестив пальцы за спиной, быстро добавила:
- Жаль, что он умер.