Чудовище и красавец
Дракон + принц
Монстер лав
Откровенно и горячо
Стекло
Драма
Карпатский сетиинг.
Пераые несколько глав будут выходить бесплатно и для всех, чтобы вы могли распробовать, влюбиться в Градана и Мирко, и решить, хотите ли остаться в Железном Пике до конца. 

Тьма в опочивальнях замка Грозовая Долина осязаемо давила на грудь, густая и терпкая, словно разлитое чернильное зелье. Мирко метался по шелковым простыням, которые казались ему змеиной кожей, скользкой и холодной от его собственного пота. Тонкий батист рубашки облепил его тело, подчеркивая хрупкую линию ребер и юношескую гибкость стана, а рассыпавшиеся по подушке золотистые волосы сияли в лунном свете, точно сокровище, брошенное в пыль.

Ему снился лес. Но не тот светлый бор, где он привык охотиться, а первобытная чаща, где деревья походили на скрюченных старцев, истекающих черной смолой.

Мирко видел себя на охоте. Сердце в груди стучало в такт бегу, а азарт обжигал горло сухим пламенем. Он отбился от свиты; рожки егерей за его спиной звучали все тише, превращаясь в призрачное эхо. Перед ним мелькала тень огромного кабана — твари с глазами-угольями. Колчан опустел, пальцы в кровь стерты о тетиву. Последняя стрела ушла в молоко.

В исступлении Мирко выхватил кинжал и бросился вперед. Сталь с влажным хрустом вошла в жесткую щетину, но зверь лишь взревел, обдав княжича зловонным жаром, и скрылся в зеве пещеры, унося оружие в своей туше.

Мирко шагнул под своды грота. Здесь пахло вечностью и сырым железом. Выхода не было. Путь назад, к солнцу и людям, перегородила тень, от которой в жилах застыла кровь.

Княжич зстыл, открыв рот, словно в кошмар наяву вляпался. Дракон был изящен, поджар и гибок, не как в сказках, где эти твари закрывали небо, нет - размером лишь с боевого коня. Его чешуя переливалась ядовитым черно-зеленым атласом, отражая призрачный свет пещерного мха. Существо дышало медленно, и с каждым его выдохом воздух вокруг Мирко становился густым, как патока, заставляя легкие гореть.

И вопреки легендам, змий не рычал и не скалился, вызывая витязя на бой. Он смотрел на него огромными вертикальными зрачками, в которых пульсировало золото. Во взгляде сказочного зверя плескалось что-то тяжелое, липкое, как пьяный сон, от которого не хочется просыпаться. Существо двинулось, разворачивая кольца своего гибкого, мускулистого тела, и из складок кожи, медленно, с влажным, чавкающим звуком, показалось «копье».

Оно было чудовищным в своем зверином совершенстве. Узловатое, обтянутое тонкой, почти прозрачной багровой кожей, под которой бились толстые жилы. Оно пульсировало силой, которая не принадлежала человеческому миру. От него исходил одуряющий запах мускуса, грозового леса и соленой морской бездны. Мирко чувствовал, как от этого запаха кружится голова, а по телу разливается постыдная, тягучая слабость.

Дракон склонил голову, почти ласково коснувшись мордой плеча юноши. Инстинкт, более древний, чем молитвы, заставил Мирко опуститься на колени. Дрожащими ладонями он уперся в холодный, скользкий камень. Он пополз вперед, чувствуя себя агнцем, идущим на заклание, и принял это копье — мокрое, горячее, соленое, заполняющее его рот до самой гортани, вытесняя крик, волю и самую душу.

Мирко вскинулся на постели с беззвучным криком, широко распахнув испуганные глаза. Комната кружилась перед взором. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот проломит тонкую клетку ребер.

— Нет… нет, это только сон… — хрипло выдохнул он, хватаясь за горло, где всё еще ощущался призрачный вкус соли.

Он откинул одеяло и замер в ледяном оцепенении. Живот был покрыт позорной, липкой влагой. В паху ныло от нестерпимого, сладкого напряжения, которое не должно было посещать благочестивого принца.

— Осквернение! — Его голос сорвался на крик. — Стража! Слуг сюда!

В спальню ворвались испуганные люди. Мирко стоял посреди комнаты, в мятой и мокрой рубашке, дрожащий, бледный как полотно, указывая на смятую постель.

— Это одеяло… в огонь! Сожгите его немедленно на заднем дворе! Чтобы и духа его не осталось в замке!

Когда челядь, в ужасе переглядываясь, вынесла драгоценную ткань, Мирко упал на колени перед распятием. Он шептал молитвы одну за другой, сжимая руки так сильно, что побелели костяшки. Он убеждал себя, что это морок горного воздуха, искушение бесовское. «Я чист, я благороден, я верный сын своего рода», — твердил он, сжимая зубы, пока губы не начали кровить.

Но молитву прервал тяжелый гонг. Двери в покои распахнулись, пропуская его отца, старого князя. Тот выглядел так, словно за одну ночь постарел на десятилетие.

— Молись усерднее, сын мой, — голос отца дрожал от сдерживаемого гнева и бессилия. — Грядет беда. Твоя невеста, Иллирика, похищена сегодня на рассвете.

Мирко похолодел. Туман сна снова окутал его, сжимая сердце ледяными когтями.

— Кто посмел пойти против союза наших домов?

— Тот, чье имя не произносят без нужды, — отец отвернулся к окну, за которым вдали темнели зловещие хребты Карпат. — Градан.

Мирко вспомнил рассказы о Домнуле гор. Градан Морак Вар-Тирн, Хозяин Железного Пика. Его зовут Черным Коршуном Гор, и говорят, что под его плащом прячется сама смерть. Огромный, хищный человек с глазами, что видят сквозь плоть. Его замок стоял на черном граните, окруженный облаками, и никто из тех, кто входил туда незваным, не возвращался назад. Шептали, что правит он нечистью в лесах, что разбойники платят ему долю за то, чоб не быть пожраными стригоями Градана.

— Отец, — Мирко поднялся, и в его мягких чертах проступила неожиданная, отчаянная твердость. — Я не допущу войны, в которой сгорит наш край. Если этот Коршун украл мою невесту, я сам поеду к нему. Я предложу ему выкуп, такой, какого он не видел. Я буду говорить с ним от имени чести.

Отец лишь нахмурил брови и отвернулся. Душа Мирко дрогнула от страха и гордости - наконец-то, ему будет поручено настоящее мужское дело!

Он встряхнулся от лихорадки ночного морока и немедля принялся собираться, дорога к Железному Пику манила его и тянула за горячий узел в животе, соединяя дурманный жар ночи с запальчивой гордостью дня.

Все части по тегу #градан