Кабинет Райкаге находился на
верхнем этаже. Джирай пришёл точно к назначенному времени, постучал в дверь и
зашёл, не дожидаясь приглашения. Внутри было на удивление тихо. Неужели за
сегодня ни одного косяка у всего Облака? Райкаге сидел за столом, склонившись
над планшетом с отчетами.

— Проходи, — не поднимая головы, сказал он. — Садись, читай.
Нужно твоё видение.

На столе перед ним лежала
короткая распечатка с итогами прохождения традиционного испытания и
промежуточными характеристиками пятикурсников. Джирай взял один из листов,
пробежался глазами, медленно кивнул.

— В целом, всё ожидаемо, — заметил он. — Никаких провалов.
Двое из моего класса выступили лучше, чем я ожидал. Даже двое из Кунихада вели
себя спокойнее чем обычно.

— Этим двоим наверняка сделали внушение в клане на тему
истинной подоплёке «выезда на природу».

Райкаге пролистнул до второй страницы, задержался на одном
из пунктов, приподнял бровь.

— Камобоку Мидзуки, — медленно прочитал он. — Это о нём ты
рассказывал? Хорошие мозги, да жаль с чакрой проблемы.

— Именно. Наблюдался у Миёри. Странный случай. Использовал
чакру инстинктивно, без осознанного контроля, но, как мне сказали в больнице,
смог исправить ситуацию благодаря своему упорству и каким-то методикам Миёри.
Закрытый, связи поддерживает всего с пятью людьми. Но умный и
дисциплинированный.

— Что думаешь?

— В классе совершенно не поддаётся на провокации принцессы
клана Дотэн. Ведёт себя сдержанно, на конфронтацию не идёт. На социальные
взаимодействия более чем способен, но в кругу сверстников ведёт себя
покровительственно. Непонятно на чём это основано. Явно не из-за высокой
позиции в рейтинге. Дружит с парнем из Фумэй, конфликтов у них не возникало. В
будущем из них троих получилась бы сбалансированная команда с явным лидером.
Пусть станет Мидзуки им и не без труда. Потенциал у всех высокий, а если в это
уравнение добавить хорошего наставника…

Райкаге слегка усмехнулся,
отложил бумаги и потянулся. Взгляд скользнул по окну, потом снова на список.

— Слышал, Би? — сказал он, словно в воздух.

С кресла у стены, до этого
казавшегося пустым, поднялся человек в белом.

— Йо, Райкаге-бро, я тут как тут.

Что обсудить хотел, мой друг?

Я был неподалёку, и был я крут,

Отправь уже меня на миссию,

Не держи на месте рэпа мессию,

Как щупальцами большой спрут.

Эй тяжело вдохнул, посмотрел пару секунд в потолок, потёр
переносицу, выдохнул, но смог взять себя в руки.

— Это его я подумывал определить в твои ученики. Камобоку
Мидзуки. Есть ещё варианты, но этот очень интересен. Посмотришь?

Би кивнул. Взял папку с фото и личным делом со стола и с
удивлением сказал:

— О, да я уже видел как-то этого па-ца-на,

Брат, ты хочешь дать мне рэп-бра-та-на? — Повеселел
джинчурики восьмихвостого.

Джирай повторил действия Райкаге.

— Он будет у тебя учиться, а не читать твой долбаный рэп,
придурок! — Рявкнул Эй, мгновенно закипев.

— Одно другому никогда не мешает,

Для тех, кто в одной теме шарит, йоу — немного отшатнувшись,
продолжал страдать фигнёй Би.

— Просто скажи мне, против ты или нет и вали нахрен отсюда!
Вот тебе миссия! — проорал Райкаге и, достав свиток из-под стола кинул его в
Би.

— Нет, подожду пару лет. Вроде должен быть классный малый. —
Серьёзно ответил Би, и, пока Джирай смотрел на него с удивлением, а Эй с
раздражением, быстро свалил в окно.

— Иногда я его просто не понимаю… Главное ещё одного рэпера
не заиметь. Сразу шапку кому другому отдам. Ладно, есть ещё какие выделяющиеся
из класса…?

***

Это садист в виде престарелой
клячи от мира медицины меня просто заколебал, после нашего выезда до местных
лесов взявшись за меня с утроенной силой. Реально, стоило мне вернуться,
рассчитывая в кои-то веки на два полноценных выходных, он примчал ко мне и, дав
две минуты на одеться, забрал в больницу и погнал меня на практику. Я перестал
работать в больнице, я стал там (м)учиться.

И вот уже три месяца я хожу как
сомнамбула, и вот уже три месяца, Куромацу задаёт мне один и тот же вопрос:
«Куда я готовлюсь, что прохожу такие тренировки, которые превращают меня в
живой труп?». А я знаю? На все мои мольбы, просьбы, уговоры и даже откровенное
нытьё, что было бы неплохо дать мне и отдохнуть, он только отмахивается и
говорит, что потом благодарен буду. Что-то он там узнал через секретариат
Райкаге, и поэтому я должен «заткнуться и делать, что неучу сказано, а не
обсуждать наставления мудрого учителя».

Воодушевляет, не так ли? И вот
сижу я в академии, пытаясь не вырубиться, ещё и Джирай вещал максимально
скучнейшую лекцию про базовые традиции местной аристократии. Прям как четвёртое
испытание с выезда. Труднее их всех вместе взятых. Я б лучше Куромацу по всему
лесу протащил, чем вот это вот всё.

Потом иду на практику в больницу,
где буду под присмотром Миёри лечить травмы средней тяжести. Он вещал о том,
что ещё чуть-чуть и моих куцых знаний хватит на сдачу ирьёнина С-ранга, и,
возможно, я бы даже порадовался, но как же я задолбался. Вот куда мы торопимся?
На войну? А если и да, то может мне лучше боевые навыки тренировать, нет?

Кхм, ладно. Опять скатываюсь в
нытьё, надо взять себя в руки. И долбанный голубой шарик — ДГШ, или, по-местному,
рассенган — тоже надо в руки взять. Ибо я как был на первом этапе, так и
остался. Ни времени, ни сил нет.

***

Прошло ещё четыре месяца моего
учебного ада, организованного учителем Миёри. И знаете что?

Сегодня я ему выскажу всё. Учёба
и практика — это конечно здорово, но не оставлять же меня в ночь на мой единственный
выходной дежурным. Какая-то команда джонинов вернулась с миссии и все
экстренные. Тот, который донёс их до ворот, потом вырубившись, вообще ничего
целого кроме ног не имел.

Благо брезгливости уже нет. Я в
паре с медиком кое-как вытащили его с того света. Следом ещё два тяжёлых. Потом
были просто раненные, средней тяжести. Такое ощущение, будто полдеревни решило
поиграть в камикадзе и недоиграло.

О вот он как раз идёт, излишне довольный, ну держись:

— Учитель Миёри, сколько мож…

— О, а вот и ты. Слышал у тебя была тяжёлая ночка? Молодец,
отлично справился. —похлопал он меня по плечу. — Свободен на три дня. Иди давай
морально разлагайся. Как и вся молодёжь. Эх, а вот в наше время… — И просто
прошёл мимо, что-то недовольно бурча под нос.

Я настолько ошалел, что даже
слова сказать не смог, а когда меня отпустило, этот… учитель уже свалил за
поворотом на лестницу. Да, блин. Съехал. Ну да ладно, впереди целый день,
который можно посвятить…

— Тренировкам! — крикнул я проснувшись. Посмотрел по
сторонам и понял, что до сих пор нахожусь в больнице, в которой меня сморило
прямо на лавке в коридоре.

Посетители больницы недовольно на
меня посмотрели, но пошли дальше по своим делам. Но они меня не волновали, ведь
через окно я увидел солнце, медленно клонящееся к закату.

Похоже не сегодня, готовку еды и
уборку никто не отменял.

***

На следующий день вернувшись из
академии, я в припрыжку, на волне энтузиазма бросился тренировать рассенган.
Эта техника уже стала моей идеей-фикс, с мыслью о которой я начинал день и с
ней же и заканчивал. Семь месяцев топчусь на одном месте, тот же Наруто освоил
её за три или четыре месяца вроде. Да, у меня есть свои причины, но у него же
был отвратительный контроль чакры, у меня то идеальный, я же медик. Хотя клоны,
да. Эти ребята решают. Мне же эта техника не светила, ввиду отсутствия таковой
в Кумо вообще.

Во время своих размышлений я
пытался порвать долбаный шарик, которому было искренне по барабану на мои
хотелки.

Внезапно, на третий заход он
рванул, расплескав всю жидкость, оставляя визуально видимый завихрённый след синей
чакры. Ессс, получилось. Так всё, срочно надуваем шарик и надуваем.

Как этот шарик рванул, вы себе
даже представить не можете. Со звуком светошумовой гранаты он разлетелся так,
что было ощущение его полной дезинтеграции. Собрав глаза в кучку и дождавшись
окончания звона в ушах, я приступил к следующему бедалаге.

***

Вы когда-нибудь задумывались о том,
что потеря друга может быть не только физической или ввиду какой-нибудь сильной
ссоры? Что если ваш друг сойдёт с ума, двинется по фазе? Останетесь ли вы друзьями?
Ведь это будет совершенно другой человек…

Сегодня ничего не предвещало
беды. Идя в академию, он ожидал встречи с товарищем, приветствия, вялой
остроты. Затем должна быть дорога до класса, где тот бы с видом умирающего потёр
бы свои огромные синяки под глазами, сел и захрапел. Потом, в начале урок, он
бы его разбудил, поймал бы недовольный взгляд, получив благодарный кивок, и
начал бы слушать очередную лекцию учителя Джирая.

Но повседневная рутина,
начавшаяся после серии традиционных для Кумогакуре испытаний учеников академии,
прервалась также неожиданно, как и началась.

Его друг, ярко улыбаясь забежал
на территорию академии, хлопнул его по плечу (больно кстати, этот дурень
совершенно силу не контролирует), громко закричал «здорова, симулянт» (боже, да
с его подачи ко мне полкласса так обращается) и, отвесив ему пендель, вприпрыжку,
весело гогоча, убежал в академию.

Вы когда-нибудь задумывались о
том, чтобы убить лучшего друга? Что если ваш друг сойдёт с ума, и это будет
лишь удар милосердия? Сможете ли вы дальше жить без близкого человека? Ведь
теряя друзей, мы теряем частичку себя…

Два этапа за вечер, это ли не
фантастика? Наконец-то! Просто формировать чакру на руке, я даже не пробовал —
вырубился сразу после того, как внутри шарика появился стабильный вихрь. Нет,
всё-таки Миёри мировой мужик — как бы я ещё достиг такого филигранного контроля
чакры? Я говорил про него плохо? Да забудьте, не было такого никогда.

Поздоровавшись с Куромацу, я
ворвался в местную обитель знаний, жизнерадостно улыбнулся Сэки, от чего та аж
впала в ступор, я хотел было на крыльях радости вознестись на свою парту и
приготовиться внимать учителю Джираю. Но меня остановил душевный пинок в зад.

— Кхм, ну ладно, заслуженно…

— Ты чё такой дурной с утра? — Я так понял, Куромацу не
понравилась моя новая стилистика приветствия.

— Успех на тренировках. Долго пытался, с начала года, и вот
прорыв случился!

— У меня тоже есть чем похвастаться, но я же на людей с
пинками не бросаюсь!

— Ой, милые бранятся, только тешатся. — Это мимо нас прошла
ехидно улыбающаяся Сирои, которая не могла оставить проявлений дружбы без
комментария.

— Иди в пень! — От нашего сдвоенного крика её вынесло в
коридор, прямо на заходящего в класс Джирая.

— Мда, «умный и дисциплинированный», — прошептал тот себе
под нос, оглядывая меня с ног от головы, от чего я даже замялся. — Класс по
местам!

***

Время бежит против нашего желания
— ещё вчера я только очнулся в этом мире, а уже сегодня я стану полноценным
шиноби. Буду убивать и защищать людей, терять друзей и заводить новые знакомства,
рваться к победе и пытаться остаться человеком.

Сегодня выпускной экзамен в
академии и получение протектора вместе со званием генина.

В зале собрались все выпускники. Кто-то
нервничал, кто-то же наоборот олицетворял собой спокойствие. Были и третьи, я
покосился на Куромацу, которые просто дрыхли.

На возвышении появился Джирай.

— Сегодняшний экзамен состоит из трёх этапов, — объявил он.
— Первый — теория. Второй — тайдзюцу. И третий — проверка владения техниками.

Тишина в зале стала ещё глубже.

— Начнём с теории. Подходите и берите билеты.

Так, мой первый вопрос — тактика
ведения боя против ниндзя Страны Травы. Это просто. Не сражаться с ниндзя травы,
конечно, но эти ребята полностью лишены индивидуальности и в битве ведут себя
как по методичке — очень предсказуемо.

Вторым был вопрос об особенностях
инфраструктуры Страны Воды. Они все на воде или во влаге. И всё из этого
проистекающее. Ладно, смотрим следующий.

Здесь уже посложнее — принципы сокрытия
от сенсора и способы избежания обнаружения. Способа было два — специальные плащи
и техники. И оба этих варианта недоступны генину: первые слишком дорогие, чтобы
доверять их молодняку; вторые недоступны из-за нужды в опыте их использования и
длительного времени тренировок.

Я писал ответы быстро, почти не
задумываясь. Годы зубрёжки, бессонных ночей и бесконечных тренировок давали о
себе знать.

— Время вышло. Свитки — на стол.

Нас вывели на тренировочное поле.

— Второе испытание — бой один на один. — Специальная
комиссия, — он кивнул в сторону трёх чунинов, стоящих в отдалении, — оценит
ваши навыки.

Мне выпал Рандо.

— Ну что, Мидзуки, — он беззаботно улыбнулся. — сто двадцать
против трёхсот двадцати одного в твою пользу. Но здесь победа будет более значимой.

— Да тебе все сто двадцать просто повезло — Ответил я, а сам
удивился — он реально всё это время считал?

Свисток — и мы рванули друг на
друга.

Рандо рванул первым — его тело
превратилось в размытую тень, предсказуемо уходя влево. Клановый стиль Цуджири
— контратака через предугадывание движений. Я знал это. Поэтому вместо того,
чтобы бить, я резко сорвал движение, сделав шаг назад. Удар в пустоту.

— А ты до сих пор на это ведёшся? — улыбнулся я,
одновременно вставая в стойку.

Рандо не ответил. Его кулак уже
летел мне в челюсть.

Бам!

Я едва успел подставить
предплечье, но сила удара отбросила меня на пару метров. Чёрт, он быстрее, чем
на спаррингах. Я пустил чакру в мышцы и моё тело взорвалось движением — не
рывок, а исчезновение. Рандо едва успел поднять блок.

Раз! — удар в ребро.

Два! — подсечка.

Три! — локоть в челюсть.

Он отлетел, кувыркаясь по песку,
но мгновенно вскочил. Его глаза расширились — он понял предвидел мой следующий
шаг. Я максимально усилил тело и рванул вперёд, оставив за собой трещину на
площадке.

Он прыгнул вверх, но я уже был
там — схватил его за ногу и со всей силы вогнал в землю.

БУМ!

Песок взметнулся фонтаном.

— Сдаёшься? — я придавил его коленом к груди.

Рандо внезапно расслабился.

— Да.

Я моргнул.

— …Что?

— Я сказал — да. — Он беззаботно улыбался, — я ещё возьму у
тебя реванш.

— Победа Мидзуки, — раздался голос Джирая.

Я откатился, тяжело дыша. Рандо
поднялся, отряхивая песок с формы.

— Было классно, — сказал он. — Но не забывай — реванш.

— Скажешь, как будешь готов. Снова поваляешься на песочке,
отдохнёшь.

— Ещё посмотрим. Через месяц готовься — я тебя вызову.

***

Джирай стоял перед нами, скрестив
руки. Его взгляд скользнул по моим окровавленным костяшкам — следы боя с Рандо
еще не успели зажить.

— Последний этап, — его голос резал тишину. — Хенге. Буншин.
Каварими. Три кита, на которых держится каждый шиноби. Покажите, что шесть лет
в этих стенах прошли не зря.

Рядом со мной Сэки нервно
перебирала кончики рыжих волос. Куромацу... Куромацу благополучно дремал,
прислонившись к дереву. Что с ним такое случилось то?

Первым пошёл я.

— Мидзуки. Превратись в меня, — Джирай щёлкнул пальцами.

Я вздохнул. Ну поехали покажем
фокусы с перевоплощением.

Пуф.

Теперь перед комиссией стояли два
Джирая — одинаково невыспавшиеся, с одинаковыми складками на лбах.

— Вы что, вообще не учите теорию?! Отработка после академии!
— Не удержался я от шикарного повода.

Настоящий Джирай закатил глаза
так, что я всерьёз обеспокоился за его зрачки.

— Буншин. Три клона.

Я театрально щёлкнул пальцами. Эта
техника была настолько простая, насколько же и бесполезная. Такая магия у меня
получалась невербально и без палочки. Воздух дрогнул, и рядом материализовались
три моих двойника.

Джирай кивнул и скомандовал:

— Каварими.

Он резко швырнул в меня затупленный
кунай, через мгновение ударившийся о деревянную чурку.

— Успешно, — констатировал один из экзаменаторов, который держал
в руке планшет, что-то записывая.

— Камобоку Мидзуки, — Джирай протянул мне повязку с
гравировкой Облака. — С сегодняшнего дня ты — генин Скрытого Облака.

Я поклонился и принял протектор.
Металл ярко играл солнечными бликами. В целом, выглядит стильно.

Я примерил повязку, чувствуя её
вес на лбу.

— Вот и закончилось «детство», — пробормотал я.

Где-то вдалеке что-то с грохотом
упало. Как по мне — отличное предзнаменование.