«У второго молодого господина кое-что случилось в школе, поэтому он пробудет здесь несколько дней», — Няня поспешно объяснила, будто боялась гнева Ли Вэньяна.

«Хм», — Тот слегка кивнул и неспешно поднялся на второй этаж.

Закрыв за собой дверь, он прислонился к косяку и медленно выдохнул, восстанавливая дыхание, которое у него сбилось при виде ребенка.

Насколько дырявым был мозг бывшего владельца, если он ни разу даже не вспомнил своего приемного брата!

От одежды и волос жутко воняло алкоголем, поэтому Сун Шиуй набрал ванну и лег отмокать, попутно приводя в порядок мысли.

Супругой Ли Юншена была очень красивая женщина, Фэй Линьхуа. Они встретились в институте и влюбились. Фэй Линьхуа была сирота и знала, что сословные различия не дадут им быть вместе, поэтому несколько лет старательно игнорировала Ли Юншена. Тот долго упорствовал и в конце концов, завоевал первую красавицу кампуса. Семья Ли была категорически против этого брака, но всегда тихий и спокойный Ли Юншен, вдруг заявил о своем  выходе из состава директоров компании и собирался покинуть семью.

    Его разработки тогда уже использовались на всех заводах Лиансина и он заслужил уважение  руководителей и верхнего звена компании. Убрать его в то время означало огромные финансовые потери, а старик не мог на это пойти и семья, скрепя сердцем, согласилась на их союз.

Будучи сама сиротой, Фэй Линьхуа всегда мечтала взять ребенка из детского приюта, но не делала этого из-за семейного происхождения своего мужа. Она руководила благотворительным фондом,  помогала детям из разных бедных деревушек и спонсировала детские дома. Однажды, отвозя провизию в один далекий приют в соседней провинции, их машина чуть не сбила выбежавшего на сельскую дорогу мальчика. В полиции им рассказали, что в деревне, в глуши находится полулегальный приют, о котором мало кто знает. Иногда их воспитанники сбегают и разбредаются по деревне, что и случилось сегодня. Мальчик был очень красивый и в свои 3 года вел себя тихо и спокойно. Ли Юншен, видя привязанность своей любимой супруги к мальчику, позволил забрать его и вписать в домовую книгу под именем Ли Миншенг.

Ли Вэньяну тогда было 19, он учился в университете и жил в студенческом общежитии. Он не разделял увлечений матери благотворительностью и ничего не испытывал к Ли Миншенгу.

Через год его родители погибли в автокатастрофе. После этого, он впал в депрессию, кое- как закончил бакалавриат, периодически появляясь в компании, куда его с 18 лет начал вводить отец. Но там его ждали лисы и тигры, дядя Ли Бэй и кузен Ли Цзянь долгие годы собирали вокруг себя коалицию, а не видящий жизни Ли Вэньян попал в водоворот борьбы за власть. 30% акций, доставшиеся от отца делали его живой мишенью, и даже дед хотел отобрать эти акции.

До 4-летнего Ли Миншенга никому не было дела. Вэньян отослал его в городскую квартиру вместе с одной из слуг, и за 2 года ни разу даже не звонил ему. Иногда того привозили на виллу, то ли на каникулы, то ли по другим делам, Вэньян не интересовался. Главное, чтобы тот не мешался под ногами.

Сун Шиуй плеснул воды в лицо. Возможно, ему все же придется влезть в это дело. Его не оставят в покое с таким количеством акций, есть к тому же Ли Миншенг. О пацане придется позаботится, больше некому. Иначе эти волки сожрут и его, -у мелкого по завещанию родителей осталось 5% акций. Это, конечно, капля в море, но если представить, что даже эта незначительная доля может приносить ему сотни тысяч в год, можно представить, сколько охотников будет вокруг.

Сун Шиуй с трепетом подумал, что у него неожиданно появился младший брат и какое-то давно забытое чувство семейного тепла коснулась его сердца.  Нет, это брат Ли Вэньяна.

Черт с ним, он станем им.

Когда вечером няня позвала его на ужин, то была ошеломлена увиденным. Ли Вэньян открыл дверь и указал на огромную кучу посреди комнаты: «Это все мусор, скажи кому-нибудь выбросить».

«Да, молодой господин».

Няня покосилась на кучу. Там было все вперемешку: вещи, игрушки, модели машин, которые господин дарил ему когда-то, бумаги, книги – любимые романы молодого господина, плакаты, коробки… Остальная комната выглядела чистой и опустевшей. Она не осмелилась ничего сказать или долго разглядывать «мусор», в котором были сотни тысяч юаней, но про себя испугалась, - у молодого мастера новый этап депрессии, нужно предупредить остальных.

Ли Вэньян, не подозревая, какой ужас вселил в слуг дома, в этот момент вошел в столовую. Пустая комната, все  блюда стоят вокруг одной единственной тарелки посередине стола.

«Где Миншенг?» — Спросил он у няни, которая днем пыталась сказать пару слов за мальчика.

Женщина напряглась: «Второй молодой господин у себя в комнате». 

«Пригласи его на ужин и распорядись принести тарелку и приборы».

Он понимал, почему няня с опаской смотрит на него. До сегодняшнего дня, единственный раз, когда Ли Миншенг сидел за одним столом с братом, был в первый Новый год после усыновления, когда вся семья ужинала.

Няня не шелохнулась.

«Что-то не так?» — Слегка нахмурился Ли Вэньян.

«Второй молодой господин поужинает у себя в комнате. Если вы хотите что-то узнать о нем, вы можете спросить меня».

Ли Вэньян пристально посмотрел на женщину. От этого взгляда у нее холодок прошел по позвоночнику, она опустила глаза в пол, но по-прежнему не двигалась. 

Ли Вэньян холодно усмехнулся, только это было совсем не похоже на улыбку. Даже его личные помощники и водитель не посмели бы так разговаривать с ним, а он далеко не потомственный богач.

Эту няню наняла мать прежнего владельца, специально, чтобы присматривать за Ли Миншенгом. Хоть она служила в семье всего 3 года, но должна понимать, что к чему. Ли Вэньян никогда не обижал приемного брата, он только говорил слугам, чтобы в доме была тишина и, когда был чем-то недоволен, высказывал именно им. С чего вдруг такая ненормальная опека?

Или что-то спрятано в тени, или даже слуги в доме его не уважают, но судя по воспоминаниям, он склонялся к первому пункту.

«Дядя Суцзы!» – Позвал он дворецкого.

Когда мужчина вошел, Ли Вэньян не дал ему заговорить:

«Кто оплачивает зарплату рабочим в этом доме?»

Дворецкий опешил от неожиданного вопроса, но быстро ответил: «Ежемесячная заработная плата приходим всем  со специального счета семьи Ли».

«Кто владелец счета?», — Ли Вэньян элегантно сидел за столом с прямой осанкой, постукивая пальцем по столу.

«Вы, старший молодой господин».

Женщина занервничала сильнее и исподлобья посмотрела на Ли Вэньяна. Тот даже не глянул на нее, продолжая спрашивать: «Значит, плачу, нанимаю и увольняю тоже я?»

Дворецкий начал понимать, что няня, скорее всего, чем-то не угодила хозяину, и был удивлен, каким методом тот решил разобраться.

«Безусловно, молодой господин. Но кадровая работа, обычно на мне, у господина много других дел», — Дворецкий завуалировано предложил делегировать наказание ему.

«Прекрасно. Тогда я положусь на дядю Суцзы в этом вопросе. Рассчитайте няню второго молодого господина и проследите, когда она будет собираться».

При этих словах, женщина дернулась, будто ее током ударило, затем вскинула голову и впилась неверящим взглядом в молодого человека.

«Не давайте ей возможности ни с кем разговаривать, если нужно, задействуйте охрану».

«Нет!» — Женщина вскрикнула и кинулась к Ли Вэньяну: «Молодой господин, простите, что ослушалась! Я просто переживала, чтобы Миншенг не доставлял вам проблем. У меня больная мать, вы не можете уволить меня за то, что я волновалась за вас».

В этот момент подоспел охранник, которого вызвал дворецкий. 

«Закрой ей рот и выпроводи», — Ли Вэньян сидел с бесстрастным лицом.

Когда сопротивляющуюся женщину увели, он неторопливо встал и пошёл в спальню Ли Миншенга. Дважды постучав и не дождавшись ответа, он повернул ручку двери. В спальне никого не было, из комнаты внутри доносился звук льющейся воды.

Зачем так рано принимать ванну, подумал Ли Вэньян, но не придал этому значение, вспомнив, как сам недавно отмывался от запаха алкоголя.

Спальня была средних размеров, но ничего в ней не указывало на то, что здесь живет ребенок. Из мебели стояла кровать, стол с простым стулом, да шкаф. Ли Вэньян поверить не мог, что ребенок прожил тут целый год. Возможно, все вещи перевезли в квартиру.

Он пожал плечами и сел на стул, дожидаясь мальчика. Как только его зад коснулся твердой поверхности, раздался щелчок и из ванной вышел мальчик в домашней одежде. С волос его капала вода, а щеки были розовые от влажного пара. Он застыл с полотенцем в руках, глядя на Ли Вэньяна с удивлением и недоверием.

Вэньян рассматривал его в ответ. Все же этот ребенок действительно был очень красив. Длинные ресницы, тонкие губы, изящные черты лица. Он выглядел холодным и отстраненным днем, но сейчас, с румянцем на молочном личике с расширенными от удивления глазами, действительно был похож на очаровательного юного господина знатной семьи.

Ли Вэньян первый нарушил молчание: «Хорошенько вытри волосы и иди в столовую, ужин готов».

После этого ушел. Ли Миншенг еще некоторое время стоял, не двигаясь, переваривая произошедшее. Потом безразлично пожал плечами, аккуратно повесил полотенце и пошел в столовую.

Ли Вэньян распорядился подогреть еду и заново засервировать стол на двоих, потом нашел дворецкого.

«Дядя Суцзы, направь кого-нибудь изучить уволенную няню».

Дворецкий удивленно посмотрел на молодого человека, но промолчал.

«Ты уже давно в этом доме  и раньше работал на отца, а он не держал бесполезных людей. Значит, у тебя есть способности. Сегодня я пришел в себя и обнаружил, что вокруг много чего происходит. Мне нужен надежный человек в семье».

Дворецкий был шокирован. Он смотрел на серьезное лицо молодого человека, которое было так похоже на предыдущую хозяйку, но с отцовским подбородком и бровями. Он как будто за ночь повзрослел, такие глубокие глаза не могут принадлежать мягкому юнцу. Неизвестно, какие изменения на самом деле произошли с молодым господином, но сейчас у него была внушительная аура и серьезный настрой, поэтому, он попытается поверить в него.

 Дядя Суцзы поклонился: «Сделаю».

Ужин проходил молча. В столовой два великолепных молодых человека, постарше и помладше, изящно двигали палочками. Ли Вэньян был действительно голоден. Последние месяцы еда была как вата из-за болезни, он скучал по разнообразию вкусов, и сейчас, с огромным удовольствием, смаковал каждое блюдо. Ли Миншенг смотрел только в тарелку, видимо, не привыкший к разговорам за столом.

Когда посуду убрали, ребенок собирался уйти к себе, но Ли Вэньян попросил его задержаться, чтобы поговорить в гостиной. Пододвигая тарелку с фруктами ближе к мальчику, он спросил:

«Что у тебя произошло в школе?»

Ли Миншенг не притронулся к фруктам и с сомнением покосился на молодого человека. За последние 3 года можно было по пальцам пересчитать, сколько фраз они сказали друг другу. Сун Шиуй про себя уже несколько раз отругал первоначального владельца, он действительно плохой брат! Как можно было так обращаться с ребенком?

Когда Фэй Линьхуа привела Ли Миншенга в дом, она очень переживала. Ли Вэньян был богатым наследником. В кругу к нему всегда уважительно относились, но это было из-за личности его отца. И хотя в лицо парню улыбались, ходили слухи, что его мать – просто красивый цветок, который забрался на высокое дерево. Даже дедушка с бабушкой не особо скрывали своего отношения. Во время семейных собраний, только с Фэй Линьхуа неохотно общались и смотрели свысока.

Подростки очень чувствительны. Ли Вэньян любил свою мать, но он рос под давлением родственников и слухов. Его характер к подростковому возрасту уже стал закрытый и вспыльчивый. Он предпочитал ничего не знать о делах матери с благотворительным фондом, ведь это было прямое напоминание о ее происхождении.

На маленького мальчика Ли Вэньян отреагировал с виду безразлично, но до родителей доходила информация о нескольких пьянках и несерьезных драках. Ли Миншенг был сирота, как и Фэй Линьхуа, что подняло новую волну слухов среди богатых наследников. Над Ли Вэньяном подшучивали, что его мать нашла настоящего сына, а его родила только как взятку семье Ли. После смерти родителей, тот сломался и не хотел даже видеть Миншенга, но выгнать ребенка из дома уже не мог – он был записан в семейной домовой книге. Поэтому просто предпочел делать то же, что и со всеми делами матери – игнорировать.

Ли Миншенг помнил, как приемная мама рассказывала про его нового брата, показывала фотографии и хвалила за сообразительность. Она также сказала, что у него сложный период учебы в университете и всячески старалась укрепить между ними связь, хотя бы своими рассказами. Но после похорон его будто забыли. Ли Миншенгу было все равно, в приюте было отношение еще хуже. Здесь хотя бы не ругали и не били, и давали учиться. Что до семейной привязанности, ему не было до этого дела. 

А теперь этот «брат» вдруг решил поговорить с ним. Сложный период закончился или от него хотят избавиться?

«..,Ничего особенного», —  Тихо произнес ребенок. Он так же правильно сидел, сложив руки на колени. Как и днем, когда Ли Вэньян впервые увидел его.

«Миншенг, — Как можно мягче сказал Ли Вэньян, — Теперь всеми твоими делами буду заниматься я, а не няня. Завтра твои вещи перевезут на виллу и мы будем жить вместе. Поэтому, расскажи брату, что произошло в школе, чтобы я знал, как справиться с ситуацией».

«Зачем?» — Осторожно спросил ребенок.

Да что же это такое! Ты не мог бы не быть таким подозрительным ко мне!

«Кхм. Мы семья и это нормально, жить под одной крышей. Я знаю, что был не очень хорошим братом, но обещаю, с сегодняшнего дня все изменится. Миншенг, твоя фамилия Ли и все, что касается тебя, может повлиять и на меня. Мамы с папой больше нет, но у тебя все еще есть старший брат. Мы должны заботиться друг о друге».

Ребенок ошарашено смотрел на него немигающим взглядом. Ли Миншенг не привык к такому мягкому Ли Вэньяну и не знал, как реагировать. Няня Мао все время уговаривала его не говорить и не шуметь, будучи на вилле. Рассказывала, что старший молодой господин очень эксцентричный и не хотел брата, что от него попытаются избавиться и ему не место в этом доме…

Но сейчас Миншенг вообще не видел взрывного характера этого человека. Может, няня ошибалась? У него не было никаких иллюзий насчет семьи, но он все же был обычным ребенком, которого можно уговорить.

Ли Вэньян разговаривал с ним какое-то время, при этом был терпеливым и участливым.

Оказалось,  Ли Миншенг подрался с одноклассником. Ничего особенно, дети просто потолкались в коридоре, но у второго мальчика упал телефон и треснул. Это был новенький дорогой аппарат и директор был вынужден вызвать ответственных лиц в школу. За Миншенга отвечала няня, поэтому она привезла его на виллу, чтобы посоветоваться с дворецким и выяснить, как им возместить стоимость телефона.

«Понятно. Ну, не переживай,  завтра я поеду с тобой в школу и поговорю с директором», — Ли Вэньян потрепал по голове явно сконфуженного ребенка.

«А где няня Мао?» — Спросил Ли Миншенг. Раньше, всеми делами в квартире и школе заправляла эта женщина. Иногда она привозила его на виллу, но он не знал, зачем и не задавал вопросов. 

«С ней обнаружились проблемы и я ее уволил».

Ли Вэньян не видел смысла скрывать это, а тем более, пацан должен в будущем быть более осторожен с людьми. Он уже решил, что откажется от своей доли в семейной компании, но акции Миншенга никто не должен отобрать. Он позаботится  о нем.

Этот разговор был самым долгим за все годы пребывания ребенка в доме. Отправив  Миншенга в комнату, Ли Вэньян  пошел к себе. Он открыл окно и вдохнул свежий воздух.

Войдя первый раз, его глазам было очень больно: в комнате был бардак, на стенах какие-то плакаты, на полках игрушки (это у 22-летнего лба-то!), а на столе несколько книг, как оказалось обычных пошленьких романов. Перебирая одежду, чтобы одеться после ванны, он обнаружил, что у предыдущего владельца были  проблемы со стилем. Шкаф забит шмотками отменного качества, но вот все вместе просто не сочеталось. Также было много молодежной одежды, от которой сам нынешний Ли Вэньян с душой 37-летнего дяди, отвык. Поэтому, оставив только 1/3 от одежды, все остальное он выбросил.

Сидя в чистой комнате, он включил телефон и по памяти набросал в блокнот список людей, разделив их на 3 колонки: +,- и нейтральные.

 В первой колонке оказалось больше имен, чем он думал. Помимо дворецкого семьи, был еще личный адвокат и личный помощник Ли Юншена, по воспоминаниям, преданные ему люди. А также  несколько руководителей компании. Хотя они поддерживали Ли Вэньяна из-за Ли Юншена, но даже после похорон, их поддержка не исчезла. А еще молодой человек обнаружил начальника охраны, некоего Ян Тао, которого Ли Юншен нанял по наставлению жены. Ян Тао был из одного приюта с Фэй Линьхуа и со школы ушел в армию. Там дослужился до лейтенанта, вернувшись после ранения. Ли Юншен устроил его в кампанию, но он также отвечал за безопасность его семьи. Этот человек дольше всех оставался в похоронном зале в месте с Ли Вэньяном, молча склонив голову.

Написав адвокату, личному помощнику Ли Юншена и Ян Тао с просьбой встретиться, Ли Вэньян лег со спокойной душой спать.

На следующее утро, после тихого завтрака, водитель отвез Ли Вэньяна и Ли Миншенга в школу. Увидев молодого человека, директор был очень удивлен. В начале года, когда мальчика устраивали в первый класс, с ним приходила женщина, типа экономки. Все учителя сделали вывод, что об этом ученике никто не заботится в семье, раз его даже не отправили в школу. 

«Приятно с вами познакомиться, молодой мастер Ли», —  Директор широко улыбался, выглядя доброжелательно.

«У Ли Миншенга бывают иногда перепалки с одноклассниками, но это дети, сами понимаете, конфликты не избежны…»

«Не понимаю, — С холодной улыбкой ответил Ли Вэньян, — Дети могут иметь противоречия, но разве ваша частная школа не должна в первую очередь заботиться о том, чтобы в классе была благоприятная обстановка?»

Директор немного опешил от властной ауры молодого человека, но быстро пришел в себя. Сами за ребенком ни разу не приезжали и ничем не интересовались, а тут вдруг пытаются школу обвинить в недостаточном усердии.

«Молодой мастер Ли шутит, наши учителя очень внимательные и стараются пресекать конфликты. Но ведь Ли Миншенг уже не в первый раз ругается с одноклассниками, мы звонили домой и просили приехать. Но видите ли, если не заниматься должным образом воспитанием детей, школа одна не сможет решить эту проблему».

Ли Вэньян был очень зол. Он уже начал понимать примерное отношение этих людей к Ли Миншенгу. Он сидел в кресле, положив одну руку на подлокотник, а вторую на согнутые колени. Его черный костюм и черная рубашка обтягивали стройное тело. Выглядел он при этом очень внушительно.

«Когда наши родители умерли, я учился в университете, поэтому не мог много времени уделять делам Миншенга. Его отдали в эту  школу из-за вашей высокой моральной позиции. Теперь я взял на себя функцию воспитания», — Ли Вэньян сузил глаза.

«Если школа выдвигает такие серьезные обвинения, как агрессивный характер ученика, значит, у нее должны быть доказательства. Итак, директор, по какой же причине мой брат задирает этих учеников? Вы выяснили? Конечно, выяснили, вы же директор элитной частной школы, который не бросается пустыми словами. Я слушаю».

«Нет-нет, мы ни в чем не обвиняем Миншега. Просто вчера был разбит телефон, поэтому мы были вынуждены оповестить… В остальные дни, все обычно мирно…»

Директор покрылся холодным потом. Он совсем не ожидал, что причина, по которой о мальчике не заботились, была в занятости старшего мастера Ли. Если братья на самом деле близки и эта ситуация выйдет наружу, он может потерять часть финансирования. Он судорожно думал, как решить проблему, когда сбоку раздался спокойный детский голос.

Ли Миншег все это время молча сидел, он хотел посмотреть, что будет делать Ли Вэньян. Видя, что тот действительно на его стороне, он заговорил: «На самом деле, ничего особенного. Одноклассница хотела меня сфотографировать, я не позволил. Тогда Ун Цзин пытался сделать это силой, схватив меня за руку, я вырвался, а у него упал телефон. Это все».

Ли Вэньян сурово посмотрел на директора:

«У вас детям даже не объясняют основы личной информации? И мы еще обязаны возмещать стоимость телефона, которым в вашей школе пытались сделать фотографии сына семьи Ли? Против его воли, с применением насилия. Как это понимать?»

Побледневший директор постоянно извинялся и пообещал, что сам проведет урок по нравственному воспитанию у первоклассников. Стоимость испорченного телефона возместит школа.

Ли Вэньян оставил директору свой личный номер для смены контактов попечителя мальчика и проводил Ли Миншенга в класс. Ребенок всю дорогу шел, опустив голову. На самом деле, приятно, когда есть кто-то, кто за тебя вступается. Незнакомое ранее чувство начало прорастать в душе Ли Миншенга, но он не осмеливался много думать. В этой жизни было много раз, когда ему сначала улыбались, а потом не заботились.

«После уроков приедет водитель, у меня днем дела, но я буду ждать тебя дома», — Вэньян улыбнулся и поднял руку, чтобы положить ее на макушку мальчика.

Ли Миншенг отстранился от него, свирепо зыркнул и ушел в класс. Он казался бы рассерженным, если бы не красные уши, выдававшие смущение.

Такой милый. Ли Вэньян тихонько засмеялся.

После того, как вернулся на виллу, он разбирал документы Ли Юншена, когда дворецкий сообщил о прибытии Ян Тао.

В кабинете сидел грозный на вид мужчина со шрамом на левой щеке. Чашка с чаем в его руках выглядела игрушечной. Прошлый Ли Вэньян встречал начальника охраны отца несколько раз, но не разговаривал. Поэтому он не стал пытаться наладить отношения или поговорить о прошлом, а напрямую приступил к объяснению ситуации.

«Ян Тао, ты много лет работал на родителей. И несмотря на то, что сейчас заведуешь службой безопасности на заводе, охрана этого дома до сих пор на тебе», — Ли Вэньян аккуратно подбирал слова.

Раньше он нанимал подобных людей по рекомендации или платил сторонним организациям, чтобы те откопали надежных телохранителей. Но сейчас у него нет времени на поиски, а единственный надежный человек работал на хозяев этого дома из-за личных отношений.

«Я хочу спросить, перейдешь ли ты ко мне на работу или останешься на заводе? Если останешься, то не мог бы ты порекомендовать мне надежного человека».

Ян Тао с минуту молча смотрел на него. Ли Вэньян не отводил взгляд, а спокойно смотрел в ответ. Наконец, мужчина открыл рот:

«Старший мастер Ли, я к вашим услугам. Но не понимаю, чем могу помочь. Вы редко появляетесь в офисе, единственное, что вам нужно – это охрана вас и второго молодого господина».

Ли Вэньян в душе выдохнул. Бывший владелец прогнал начальника охраны сразу после похорон и он не был уверен, что сможет вернуть его расположение.

«Очень скоро я уйду из компании и организую свою фирму. Нам с братом нужна не только надежная охрана, но и человек, который будет учить Миншенга самообороне. У него осталось  5% акций “Лиансина”.»

Молодой господин хочет сказать, что у него скоро не будет своих акций? Ян Тао нахмурился: «Вам угрожают?»

«Нет,» — Ли Вэньян улыбнулся. Хорошо разговаривать с умными людьми.

«Но ты правильно понял, я собираюсь избавиться от своих активов, которые связывают меня с семьей Ли».

Он рассказал свой план Ян Тао. Ошарашенное, а потом восхищенное лицо начальника охраны позабавило Ли Вэньяна. Они договорились, что Ян Тао еще пару месяцев будет числиться на заводе, а потом официально уйдет.

После обеда приехал личный помощник Ли Юншена, который сейчас работает в секретариате компании. Это был худощавый серьезный мужчина в костюме средних лет. Он выслушал Ли Вэньяна и выразил безоговорочную поддержку.

«Господин Ли, я рад служить вам. Ваш отец был очень умным и дальновидным человеком, с сильным стержнем. Я вижу в вас его решимость», — Помощник Чжан встал и искренне поклонился.

Ли Вэньян даже не знал, плакать ему или смеяться. Видимо все вокруг решили, что он вдруг повзрослел и наконец, готов взяться за ум. И так радуются этому, что даже не задают лишних вопросов.

«Кхм. Садись. Помощник Чжан, что ты знаешь о ситуации с электронной платформой Югоумэй. Почему возвраты достигли показателей в 25%? Почему нет товара на складе? Что происходит?»

Помощник Чжан был застигнут врасплох такими подробными вопросами. Откуда молодой господин так точно знает проблемы компании, в которой был всего несколько раз за последний год?  Думая, что у сына Ли Юншена еще осталась поддержка в руководстве компании, он рассказал все, что знал.

Оказалось, Ли Бэй уволил нескольких ключевых сотрудников из команды Ли Юншена после его смерти. Они как раз занимались пополнением запасов на склады для электронной платформы и маркетингом. Ли Бэй поставил кого-то из своих на освободившиеся позиции, но они не смогли сразу вникнуть и начались проблемы. Почти год все более или менее работало по инерции, но с каждым месяцем все больше позиций заменялось, а компетентные люди увольнялись.

В итоге, на прошлом собрании новый руководитель электронной торговли предоставил отчет, по результатам которых хотел или сменить платформу, чтобы наладить все заново или выбить лучшие условия у Югоумэй, чтобы снизить издержки. Показатели электронной торговли и так падали последние 14 месяцев, им нужно остановить это.

Ли Вэньян задумался.

«Молодой господин Ли, совещание руководителей назначено на понедельник. Вы будете присутствовать?» — Помощник Чжао с надеждой смотрел на него.

«Да. В выходные я напишу тебе, что мне понадобится. Встретимся в офисе».

Ли Вэньян попрощался с помощником Чжао и вышел на задний двор прогуляться.

Тропинка вела мимо красивого сада с цветами и кустарниками. Ли Вэньян размышлял, как ему лучше поступить.

Переродившись, он определил основные задачи, с которыми нужно было разобраться. Среди прочих, - наладить отношения с Ли Миншенгом. Он не хотел, чтобы ребенок страдал от несправедливости. Если он может сделать для него что-то, то в благодарность за вторую жизнь, он позаботиться о нем и воспитает сам. Разбираться с остальными семейными делами он не очень хотел. Как он понял, предыдущий владелец еще не сделал ничего, что могло бы напугать или отвратить мальчика от него, а значит, сложностей здесь не возникнет.

Теперь оставалось лишь две проблемы - новая разработка, которая поможет ему сделать имя в IT и доля компании, с которой он не хотел иметь ничего общего. А просто так его не оставят в покое.

Но решение первой проблемы он нашел, из которого вытекало решение второго.

Как только он определился, дышать стало легче.

Погуляв еще немного, он получил звонок из дома – приехал Ли Миншенг, пора было ужинать.