Начало учебного года всегда было напряжённым, особенно для классного руководителя. Запомнить имена всех учеников было лишь первой задачей; ему также нужно было наладить дисциплину и решить множество других вопросов.

Это включало в себя школьные самостоятельные занятия по утрам.

Преподавание во 2-м классе для первокурсников, а также английского языка в 5-м экспериментальном классе для второкурсников означало, что ему приходилось каждый день рано вставать, чтобы проводить утренние занятия по самообучению.

Прошлый год он уже преподавал в экспериментальном классе, и ученики были хорошо знакомы с ним, но как насчёт первокурсников? Они были похожи на группу беспокойных животных, запертых в недавно построенном загоне: то болтали, то дремали.

Ранее, когда Ин Тунчэнь проводил утреннее занятие со второкурсниками, он получил сообщение в WeChat от преподавателя литературы, который должен был присматривать за его 2-м классом. В сообщении тот объяснял, что не может контролировать его учеников и поэтому ушел в столовую за едой.

Учебные корпуса школы были разделены на переднюю и заднюю части. Когда урок почти закончился, он вернулся во 2-й класс первокурсников.

Выйдя в коридор, он услышал крик Чжо Цзы: «О боже! Опасный красавец!»

Ученики 2-го класса в один голос ответили: «О боже!»

За их восклицанием последовала громкая, восторженная декламация урока.

Ин Тунчэнь: «......»

Когда прозвенел звонок, возвещающий об окончании урока, «животные» наконец-то оказались на свободе. Группа мальчиков пронеслась мимо него, как вихрь, весело выкрикивая: «Учитель Ин, идёмте!»

Не отставая от них, девочки тоже вышли из класса, окликая его: «Учитель Ин! Хотите пойти с нами в столовую? »

«Не нужно. Идите все вперёд», — ответил Ин Тунчэнь с лёгкой улыбкой. Учитель литературы уже взял для него завтрак!

В столовой, для персонала подавали впечатляюще разнообразную еду. Ин Тунчэнь сел рядом с учителем литературы, взял свой завтрак и молча начал есть.

Мгновение спустя к ним за столом присоединился Чжэн Чжинань. Его волосы были растрепаны, а очки в толстой чёрной оправе едва держались на носу. Едва приоткрыв глаза, он зачерпнул ложкой кашу и пробормотал: «У меня сейчас будет первый урок математики во втором классе. Господин Ин, как ваши ученики? С ними легко справиться?»

Ин Тунчэнь, не забывая о своих изысканных манерах за столом, откусил ещё кусочек, прожевал, и сказал: «С ними легко поладить», — — да, конечно — — «девочки в моём классе сообразительные и эксцентричные», — и невероятно похотливые, они уже составили рейтинг всех учителей по степени привлекательности, и я, конечно же, на первом месте, — «а мальчики жизнерадостные и энергичные». Буквально вчера вечером комендант общежития застал их за игрой в карты и болтовнёй после отбоя.

«В общем, — заключил он, — группа... перспективных студентов».

Чжэн Чжинань с облегчением вздохнул: «Хорошо. О, кстати, как я сегодня выгляжу? Я решил попробовать одеться стильно, как вы».

Ин Тунчэнь быстро окинул его взглядом: «Твой галстук завязан неправильно».

«Ух, это так сложно, — застонал Чжэн Чжинань, пару раз дёрнув за галстук, от чего тот стал выглядеть ещё хуже. — Не могли бы вы подсказать мне, что делать?»

«Конечно». Ин Тунчэнь привстал, слегка наклонилась и терпеливо развязала галстук Чжэн Чжинаня, прежде чем продемонстрировать каждый шаг. — Вот так. Понятно?»

«Понятно», — сказал Чжэн Чжинан, не сводя глаз с лица Ин Тунчэня, такого близкого и такого сосредоточенного, и выпалил: «Учитель Ин, вы, должно быть, очень красивы, когда преподаёте».

«Спасибо», — ответил Ин Тунчэнь, возвращаясь на своё место. И тут же заметил, что в их сторону устремились странные взгляды.

В этот момент к их столику подошла учительница Фу с подносом и села рядом с ними. Стул тихо скрипнул, и этот звук был похож на звук её разбитого сердца. Но она быстро взяла себя в руки, заговорщически наклонилась к ним и понизила голос: «Господин Ин, вы как-то упомянули, что вам нравятся высокие… Вы ведь не имеете в виду кого-то вроде господина Чжэна, не так ли?»

Ин Тунчэнь: «Боже упаси».

«Ха-ха-ха! — Чжэн Чжинань, убеждённый в собственном обаянии, провёл рукой по и без того растрёпанным волосам. — Не может быть! Как я могу быть достоин учителя Ина?»

Ин Тунчэнь: «...» Пожалуйста, просто замолчи.

На лице учительницы Фу появилось выражение торжествующего понимания, как будто долгожданная деталь пазла наконец встала на своё место! Её замешательство мгновенно рассеялось, уступив место новому, сосредоточенному взгляду, направленному на Ин Тунчэня.

…

В последующие дни Ин Тунчэнь разрывался между потребностями своих учеников — он помогал им адаптироваться к новому учебному году и учёбе — и необходимостью отвечать на настойчивые и всё более провокационные вопросы учителя Фу.

«Господин Ин, вы смотрели это новое BL-аниме?»

«Господин Ин, признайтесь, вы втайне хотите быть «сестрёнкой» в нашей группе, не так ли?»

«Господин Ин, хотите видео? У меня их на несколько гигабайт!»

«...» Ин Тунчэнь оглядел кабинет и с облегчением увидел, что остальные учителя разошлись по своим классам. Устало вздохнув, он потёр лоб: «Не нужно, спасибо».

Учитель Фу сосредоточился на ключевой детали: «Ага! Ты не стал это отрицать! Я так и знала!»

«......» Женщины действительно прирождённые сыщицы.

«Это секрет».

«Мои уста запечатаны! И кроме того, — добавила она, и в её голосе внезапно зазвучал энтузиазм, — несмотря на то, что меня только что бросили, я нашла новую цель в жизни! Теперь ты — охраняемый вид в нашем офисе. Я позабочусь о том, чтобы ты был в безопасности!»

«......»

«Я так и знала! Такой красавчик, как ты, не может быть одинок по какой-то другой причине», — сказала учительница Фу, пододвигая стул, чтобы сесть рядом с ним, и открыла свой облачный диск.

«Вот, позволь мне поделиться с тобой этим потрясающим аниме, которое я только что нашла. Визуальная составляющая потрясающая, а сюжет невероятный. И начало, и концовка просто захватывают дух».

Ин Тунчэнь едва успел ответить «нет, спасибо», когда получил ссылку в WeChat.

Поскольку это был жест доброй воли, он решил, что будет нелишним принять его с благодарностью.

«Спасибо.»

«Не за что!»

Несмотря на напряжённую неделю, пятница наступила вовремя.

В завершение учебного года Ин Тунчэнь провёл короткое собрание, чтобы подвести итоги первой недели занятий и обсудить несколько важных моментов, о которых следует помнить в дальнейшем.

После уроков ученики постепенно разошлись, и он вернулся в кабинет, чтобы навести порядок, прежде чем отправиться домой.

Как обычно, ему позвонил Мэн Гун: «Есть планы на выходные? Как насчёт похода в горы?»

«Разве ты не занят?»

«Да, но Чжэнь Минсинь сказал, что в эти выходные он свободен, и спросил, не хотим ли мы куда-нибудь сходить. У меня уже есть планы, так что я не могу, а ты?»

«Я тоже занят». — Ин Тунчэнь стоял у своего шкафа и долго смотрел на ряд аккуратно развешанных рубашек. Тихо вздохнув, он наконец выбрал чёрную, затем повернулся и направился в ванную, чтобы переодеться: «Сегодня вечером у меня кое-что запланировано. Поговорим позже».

Приняв душ, он взглянул на часы и спустился вниз, чтобы неспешно поужинать перед поездкой в отель «Пекин».

Он назвал имя Чжо Шу на стойке регистрации, и администратор, не говоря ни слова, протянул ему ключ от номера — того же, что и в прошлый раз.

…

Ин Тунчэнь обошёл номер и заметил проектор на столе. Он сел, открыл ноутбук и наугад выбрал американский фильм.

Когда Чжо Шу открыл дверь, он увидел тёмную комнату. Ин Тунчэнь, стройный и утончённый, сидел на ковре, откинув голову назад и глядя на экран. Его профиль был нежным и безмятежным.

Чжо Шу почувствовал тепло, словно после долгого изнурительного дня он вернулся домой к любящей супруге.

«Ты пришёл. Сначала прими душ», — сказал Ин Тунчэнь, не поворачивая головы и не отрываясь от фильма.

Чжо Шу: «...»

Это прозвучало очень похоже на то, что сказал бы преданный супруг. :)

Чжо Шу быстро закончил принимать душ и встал перед зеркалом, с большим удовлетворением любуясь своим телом.

Он открыл дверь ванной и подошёл к Ин Тунчэню: «Я закончил принимать душ...»

«Иди сюда».

Какой нетерпеливый малыш, — подумал Чжо Шу, небрежно распахнув халат. «Иду».

Ин Тунчэнь переключился на другой фильм и через мгновение повернул голову...

«......» Неужели он встретил извращенца?

«Надень что-нибудь, прежде чем что-то говорить», — сказал он, не сводя глаз с Чжо Шу.

«Зачем надевать что-то, если скоро снимать?» — спросил Чжо Шу, многозначительно приподняв бровь.

Ин Тунчэнь похлопал по ковру рядом с собой. «Я имел в виду, присаживайся сюда».

Чжо Шу спокойно завязал пояс своего халата, изображая безразличие, а затем неторопливо сел рядом с ним: «И что дальше?»

«Посмотрим фильм».

«...» Выражение лица Чжо Шу стало слегка недовольным: «Ты же знаешь, моё время дорого стоит».

«Моё тоже не из дешёвых, — ответил Ин Тунчэнь. — Мастер хорош ровно настолько, насколько хороши его инструменты. Давай кое-чему научимся».

Чжо Шу озадаченно посмотрел на него, а затем переключил внимание на экран.

Двое главных героев напряжённо ссорились, явно готовясь к драке.

Десять секунд спустя —

Хм? Что-то не так с этим фильмом!

«Что это такое?» — Чжо Шу недоверчиво повернул голову и увидел, что Ин Тунчэнь сидит совершенно невозмутимо. «Должен признать, я тебя недооценил. Ты посмел пригласить меня посмотреть это... лично».

«Не стесняйся, — слабо улыбнулся Ин Тунчэнь. — Считай это… особым увлечением.»

Технические навыки можно оттачивать.

Если отбросить в сторону все остальное, прелюдия определенно была необходима. Если они собирались стать друзьями с привилегиями на длительный срок, было важно дать другой стороне возможность учиться. Сотрудничество ради взаимной выгоды.

Чжо Шу фыркнул и неохотно переключил внимание на фильм.

Главные герои действительно были симпатичными, но это был западный порнографический фильм без субтитров.

И диалог… он никак не заканчивался.

«О чём они вообще говорят?» — небрежно спросил Чжо Шу, наблюдая за долгим и нудным обсуждением приобретения другой компании. Внезапно разговор перерос в спор.

Ин Тунчэнь, не теряя времени, начал переводить: «Верхний говорит, чтобы нижний больше не ходил в кино с боссом этой компании, иначе он разозлится. Нижний объясняют, что этот человек не испытывает к нему романтических чувств, они просто друзья».

«Такое клише?» — спросил Чжо Шу, переводя взгляд на профиль Ин Тунчэня. В его глазах читалось любопытство. «Ты ведь не шутишь, да? Они правда так сказали? Ты ведь смотрел это несколько раз, не так ли?»

«Нет, я получил видео только сегодня».

«У тебя такой хороший английский? — спросил Чжо Шу с ноткой сомнения в голосе. — Ты мог бы стать профессиональным переводчиком субтитров».

«Жизнь сурова», — драматично вздохнул Ин Тунчэнь.

Чжо Шу приподнял бровь, а затем снова взглянул на фильм: «Так о чём они сейчас говорят?» И ... почему он вдруг решил раздеться?»

«Нижний отказывается признать, что он флиртовал с кем-то еще, поэтому верхний решил применить небольшое наказание ...»

Чжо Шу: Внезапно взволнован.jpg

«И что дальше?»

«Затем, — продолжил Ин Тунчэнь бесстрастным голосом, — нижний говорит: «Нет, нет, не подходи», а верхний отвечает: «Будь послушным», и нижний начинает плакать». Энтузиазм Чжо Шу заметно угас.

Чжо Шу: «Не могли бы вы вложить в свой перевод немного больше чувств?»

Ин Тунчэнь откашлялся, сосредоточившись на действиях двух персонажей на экране, и явно вошёл в роль. Его голос звучал ровно и убедительно: «Гэгэ, ты меня больше не любишь?»

У Чжо Шу слегка дёрнулся кадык, а затем он услышал, как Ин Тунчэнь переходит на глубокий, притягательный голос: «Малыш, дай мне посмотреть, как ты двигаешься».

Чжо Шу: «!!»

Это была не шутка! С его умением произносить реплики и сверхъестественной способностью имитировать голоса было бы преступлением, если бы он не получил награду за лучшую мужскую роль.

То, как он говорил, едва не довело его до белого каления прямо там, на месте.

Чжо Шу заставил себя сохранять невозмутимый вид, пока смотрел фильм, хотя его внимание было явно рассеяно. На экране главный герой нежно поцеловал второстепенного. Глаза второстепенного героя были красными и опухшими от слёз. Затем, пробормотав что-то неразборчивое, главный герой внезапно замолчал, и его взгляд стал более мрачным и напряжённым.

«Что сказал нижний? — спросил Чжо Шу, повернув голову и взглянув на Ин Тунчэня. — И... почему верхний вдруг стал таким агрессивным?»

Ин Тунчэнь бросил на него косой взгляд и положил обе руки на ковёр. Он вдруг улыбнулся и слегка наклонился вперёд, отчего воротник его халата немного распахнулся.

Чжо Шу на мгновение опустил взгляд, слегка приподняв брови от удивления. Затем он почувствовал, как кто-то легонько ущипнул его за ухо, и поднял глаза, встретившись взглядом с Ин Тунчэнем.

«Сними с меня очки», — скомандовал Ин Тунчэнь.

Чжо Шу без колебаний подчинился, снял очки и отложил их в сторону. Тёплый, нежный шёпот мягко коснулся его уха: «Он сказал — “Гэгэ, оближи меня”».

Чжо Шу: «!»

Ин Тунчэнь улыбнулся ещё шире, и в уголках его глаз появились милые складочки. Фильм продолжал идти, но они не обращали уже на него внимания.

Вскоре эти двое начали соревноваться с главными героями фильма, и их шёпот и вздохи стали почти такими же, как и на экране.

.

.

.

Первокурсники, второкурсники… По-сути это первый и второй классы старшей школы (напомню, всего в старшей школе 3 класса, где учатся с 15 до 18 лет). Аналогия у нас – 9-11 классы. Но путаница у русскоговорящего читателя может возникнуть из-за обозначения параллельных классов: у нас они обозначены буквами (9 «А», 9 «Б»…), в китайской же системе образования каждому классу присуждается цифра, а не буква (1 «1», 1 «2»…) В школе гг в каждом году обучения параллель состоит из 5-ти классов (то есть 5 на первом году, 5 на втором, 5 на третьем; У нас это были бы классы с «А» до «Д»). Я называю их курсом, чтобы хоть немного облегчить чтение у людей, не понимающих иностранную систему образования.

Итак, «Преподавание во 2-м классе для первых классов и английского языка в 5-м экспериментальном классе для вторых классов» превратилось в понятное: «Преподавание во 2-м классе для первокурсников и английского языка в 5-м экспериментальном классе для второкурсников...»