Невеста в чёрном саване. 53 глава «Дальше мы сами, Трис!»
Под стенами академии…
Миэтрэ напал на Лиатрис, нанося первый удар, пока что проверяя ее реакцию и стойкость, но Жрица под напором Зверя Пустоты не дрогнула. Приняла всю тяжесть и жар молний на лезвия коротких клинков, отвечая связкой Огненных вспышек, слившихся в единый взрыв и удар, метящий в жизненно-важные точки. Зверь среагировал почти сразу. Сделал шаг назад и заблокировал технику Яростного взрыва. Но одна из вспышек его все-таки задела, пусть и по касательной.
— Ш-ш-ш!
Зашипел Миэтрэ, резко срывая правый рукав одеяния. Быстрыми движениями и своей магией, он подавил и заблокировал расползающиеся и поднимающиеся по руке ожоги, похожие на языки пламени. Еще пара пассов рукой, неизвестное Трис заклинание, и одежда Зверя восстановилась. Миэтрэ стоял на потоках воздуха перед Жрицей как ни в чем не бывало. С такой же самоуверенной улыбкой и прожигающим взглядом.
— Опасный ты противник, Жрица, — с усмешкой сказал ей Зверь, — но все твои трюки лишь оттягивают неминуемый конец!
И дико, безудержно рассмеялся, призывая мановением руки к стенам академии сотни своих подданных. Воины, закованные в черную броню, несшие погибель этому миру, его жителям, рычали и шипели, предвкушая пир. Их вели за собой трое Рыцарей, родом из диких земель Бездны. Демоны Черных Пустошей*, самые свирепые представители своего рода. Ученики, наблюдающие из окон за происходящим, увидев воинов и Рыцарей, ощутив мощь их силы и жажды крови, задрожали от страха. Кто-то забился в угол и готовился к смерти, видя перед глазами надгробие. Кто-то горько плакал и звал на помощь высшие силы. Учителя так же не знали чем и как помочь.
— Это мы еще посмотрим! — рыкнула в ответ Трис, вставая спиной к стене академии, раскрывая стрекозиные крылья, поднимая к небесам столп ярко-алой энергии, намереваясь защищать ее и всех учеников и учителей от тварей Бездны.
Несколько едва уловимых движений, скорая активация древнего защитного массива, и Алый терновник, напитанный магией Жрицы, вновь устремился вверх, к черно-серым облакам, накрывая академию еще одним куполом. Как только массив был полностью создан и активирован, напитан силой алого демона, на лозах терновника распустились бутоны кроваво-красных роз.
— Какая мощь!
— Красивая магия!
Восторгались ученики, немного успокоившиеся и пришедшие в себя от явления воинов в черных доспехах. Жрица Багровой Луны, стоящая на защите академии, вселяла уверенность, что им все-таки удастся выжить. Что еще есть шанс. В ней они видели надежду на спасение. А то, что она демон Алой Госпожи, ни ангелов, ни магов, ни других представителей рас не волновало. Сейчас она на их стороне.
— А дальше что, Жрица? Неужели собралась сражаться в одиночку против моих воинов и Рыцарей? — смеялся над демоницей Зверь пустоты.
Трис, вместо ответа, быстрыми движениями рук, шепча слова заклинания, сплетала из алых нитей своего бытия сложный, замысловатый узор одного из ее умений. «Рука, сплетающая душу» — способность, погружающая противников в мир их грехов и кошмаров. Выхода оттуда тем, кто не раскаялся, нет. Лишь вечные муки и страдания, искупление грехов. Именно за это умение Трис когда-то давно получила прозвище среди ангелов:
— Кукловод!
Воскликнул кто-то из учеников, наблюдающих за происходящим. О Кукловоде, вот уже несколько столетий ходило множество слухов, ведь деяния этого алого демона были красочными и наполненными жестокостью. Но, как выяснялось позже, за дело. Кукловод воздавал по сотворенным заслугам. Обращая страдания жертв против согрешивших.
Как и сейчас, когда воины и Рыцари Бездны угрожают невинным ученикам и учителям кровавой расправой. Она не останется стоять в стороне, не станет сторонним наблюдателем. А сделает все, чтобы каждый познал десятикратное страдание. Погружать в кошмары порождения Бездны бесполезно, а вот с помощью «Руки» направить силу, захватить все пространство вокруг академии, ставшее полем боя, можно. Это ей по силам.
— Что она собралась делать? — задавался вопросом ректор ин Ваэр, смотря, как Лиатрис продолжает плести из нитей узор за узором, высвобождая все больше и больше сил.
— Бесполезно, — отмахнулся Миэтрэ, — эти фокусы против меня…
Но не договорил, так как всего за несколько мгновений рой ало-хрустальных стрекоз заполонил все пространство, а сотканное из нитей бытия магическое воплощение Жрицы возвысилась над землей, уходя высоко в небеса. Проекция вдовы держало в руках нити сущего, связаннее и переплетенные между собой узлами. Истинное же тело, закованное в броню восточного рода Айдо, продолжало сжимать в руках короткие клинки.
Вш-ш-ших!
Пропели потоки воздуха, рассекаемые лезвиями парных клинков, окрашенных черно-алой кровью воинов Бездны. За считанные секунды преимущество Миэтрэ в этом бою пошатнулось, так как Жрица, используя первый шаг техники Яростного взрыва, отправила обратно в Черные Пустоши три десятка жизней. Стрекозы, заполонившие поле боя, стали ее опорными точками и маяками, указывая на слабые места противника. Трис мелькала алыми вспышками, оставляя после себя остаточный шлейф магии, но она не останавливалась, а продолжала убивать тварь Бездны за тварью. Все быстрее и быстрее.
Хрустальные крылья за ее спиной звенели, короткие клинки пели, а воздух накалялся, заполняясь запахом горелой плоти и покореженных доспехов. Миэтрэ смотрел на все это с улыбкой, наслаждаясь красотой и точностью движений демоницы. Ее невероятным мастерством и контролем над ситуацией. Она видела все поле боя. и не только с помощью подручных, но и способностей своего вида. Жрица читала каждое движение, предсказывала поведение противника и наносила удар.
Зверю Пустоты на данный момент было плевать на потери в ряду черных воинов. Как и на то, что его Рыцари связны алыми нитями «Руки, сплетающей душу». Важна только Лиатрис, ее техника и владение клинками.
— Была бы одного со мной уровня… — бормотал себе под нос Миэтрэ, восторгаясь каждым взмахом, выпадом и росчерком алого лезвия.
Трис сражалась в полную силу, вкладывая в каждый удар и шаг к противнику максимальное количество магии. Но сила ее не безгранична. Она уже чувствовала, как усталость накатывает, замедляет скорость наносимых ударов и сверкание между воинами Бездны. Надолго ее не хватит. От силы несколько минут и с демоници слетит боевое облачение. А с ним и преимущество в бою.
Кроме сражения с ордой тварей пустошей, ей приходилось поддерживать алое воплощение, держа под контролем Рыцарей. А еще Алый терновник, защищающий академию. Но, несмотря на усталость и покидающие тело силы, ей нужно было продержаться до прихода Ваэтрэ и Курехи. Зверь и лисица остались в ближайшем городке ради встречи с подмогой. Трис, продолжая сражаться, скользить между черными воинами, уже чувствовала их приближение, слышала шепот нитей бытия.
— Пять минут, — уговаривала себя вдова, снова сжимая рукояти клинков, вспыхивая в строю врагов алой искрой, — осталось продержаться пять минут.
Спад ее сил не скрылся от глаз старшего Зверя Мооро.
— Смотрю, силы твои не безграничны, Жрица! — с насмешкой сказал Миэтрэ, делая шаг к ней навстречу, — жаль, что ты всего лишь на пределе золотого ранга! — расстроено сказал Зверь, понявший, что больше ничего интересного в ее исполнении он не увидит.
Под громыхание туч, раскаты грома, всего лишь взмахом руки, сорвавшейся с кончиков пальцев молнией, он уничтожил десяток хрустальных стрекоз, лишая демоницу возможности отступить с их помощью. Ей ничего не оставалось, как принять удар старшего Мооро, в разы мощнее ее самого сильного умения.
— Грха! — вырвалось из ее горла вместе со сгустком крови, стекающим по подбородку, — зараза! — зашипела вдова, теряя концентрацию и позицию сильного в этом бою.
Невероятное давление древнего Зверя, первого в роду, заставляло Трис отступить обратно к стене академии. Чтобы не тратить драгоценную магическую силу, она отпустила облик Жрицы, отозвала стрекоз, оставшись в человеческой форме. Но умение «Руки», сковывающее Рыцарей, и Алый Терновник, все еще защищали академию. И будут это делать, пока в ней теплится хоть капля силы.
— Учитель!
Узнали ученики академии преподавателя по поисковой магии. Не все, только те, кто ходил на ее факультатив все то полугодие. Признали в стоящей на защите академии девушке Трис О’Ньен и другие учителя, иногда заглядывающие с просьбой найти потерянную вещь или прогуливающего уроки ученика.
— Смотри-ка, Лиатрис, а твои детишки расстроены! — смеялся Зверь, ощущая негатив, исходящий от некоторых из учеников. Особенно от тех, кто принадлежит к крылатой расе, — несмотря на все заслуги и старания, ты для них враг! — и снова воздух сотрясся от его смеха.
— Мне плевать! — рыкнула демоница сквозь зубы, чуть оборачиваясь к окнам аудиторий. С кровавой улыбкой, дрожа каждой клеточкой тела от истощения и напряжения, она продолжала защищать их, даже несмотря на то, что получит в ответ только ненависть и пожелание провалиться. Для она решила все давно, — примут они меня, или возненавидят, неважно. Главное, чтобы выжили.
— Хм! — усмехнулся старший Мооро, делая еще несколько шагов вперед, — раз ты готова за них умереть, то так тому и…
Но не договорил, а поднял руку, призывая на помощь небесные молнии, а с ними и свое воплощение. Огромная, объятая золотистыми разрядами ладонь падала с неба, собираясь разрушить и Алый терновник, и защитную формацию академии. Жар стихии, испускаемый от воплощения, плавил все вокруг. Кровь кипела, кожа горела неистовым пожаром, а легкие скрипели от нехватки кислорода. Кроме этого не стоило забывать про давление, исходящее от мощи Ваэтрэ. Она рвало любую защиту, волю и самоконтроль.
— Это конец!
— Мы покойники!
Кричали ученики и учителя, ощущая приближение длани Зверя Пустоты. На ногах не смог устоять никто, даже ректор ин Ваэр. Все до единого, кто был за куполом и Терновником, пали на колени, жадно хватая ртом раскаленный молниями воздух. Девы Смерти, как им казалось, уже стоят рядом, готовые открыть врата и проводить в загробный мир.
— Букашки, жалкие, слабые! — заливисто смеялся Миэтрэ, продолжая медленным шагом приближаться к Жрице и защитному куполу из Алого терновника, намереваясь оборвать ее жизнь. Уже навсегда, так как Алая Луна не поможет. Не ее время, — умри же, Лиатрис Охрэ! — прошептал старший Моро с восторгом на губах, протягивая руку к ее шее, чтобы сжать и сломать ее, но с небес, под раскаты грома, раздалось:
— Оставь ее, Миэт!
Голос принадлежал младшему наследнику рода Моро — Ваэтрэ Лиину.
— Ваэт! Ты пришел в себя!
Старший Зверь, загоревшись идеей сразиться насмерть с младшим братом, забыл о Трис и переключил внимание на Ваэтрэ, полностью восстановившегося после отката из-за разрыва клятвенных нитей с Лилит. Мощь младшего Мооро в данный момент не уступала старшему. Серебряные молнии трещали и рычали в черных облаках подобно драгниру, намереваясь сжечь в пепел любого, особенно зарвавшегося старшего брата. Восприняв это как приглашение на бой, Миэт взмыл вверх, а Ваэт за ним.
— Трис, — раздался еще один голос, приносящий ей спокойствие и умиротворение. Близкий друг, собрат по службе Алой Госпоже, — отпускай Терновник, отзывай воплощение и освобождай Рыцарей, — попросил ее Хардис, держа под локоть, делясь силами, чтобы та не рухнула без сознания, а увидела конец первого Князя своими глазами, — ими займутся ангелы, — и показал на прибывших Паладинов.
Среди прибывших на подмогу ангелов, Трис увидела Кэтрин. Улыбнувшись ей, получив ответ, согласилась со словами Хардиса, что ее миссия по защите академии выполнена. Трис, не теряя окончательно контроль, начала отпускать и развеивать заклинание за заклинанием. Сначала Воплощение и технику «Руки, сплетающей душу». Дальше Алый Терновник. Лозы вяли, бутоны опадали лепестками. Смотрелось красиво, на несколько мгновений белокрылые ангелы засмотрелись. Но тут же взяли себя в руки, когда Азарэль приказал:
— В атаку!
И ангелы белого, серебряного и золотого ранга рванули в бой. Как и Куреха с Набуюки-доно. Там же она видела собратьев, сражающихся с именем Алой Госпожи на устах. Среди них Плутонис, ставший за эти полгода куда сильнее. Убедившись, что воинов Бездны и правда скоро не останется, как и Рыцарей, Трис отпустила ситуацию, уходя в академию, под защиту Крионеля и Ринара.
Небеса сотрясались, тучи громыхали, сверкая золото-серебряными молниями. Земля же заливалась кровью. От белого снега ничего не осталось. Лишь грязь, хлюпающая под ногами. Да тела убитых, покрывшихся копотью и кровью.
Миэтрэ напал на Лиатрис, нанося первый удар, пока что проверяя ее реакцию и стойкость, но Жрица под напором Зверя Пустоты не дрогнула. Приняла всю тяжесть и жар молний на лезвия коротких клинков, отвечая связкой Огненных вспышек, слившихся в единый взрыв и удар, метящий в жизненно-важные точки. Зверь среагировал почти сразу. Сделал шаг назад и заблокировал технику Яростного взрыва. Но одна из вспышек его все-таки задела, пусть и по касательной.
— Ш-ш-ш!
Зашипел Миэтрэ, резко срывая правый рукав одеяния. Быстрыми движениями и своей магией, он подавил и заблокировал расползающиеся и поднимающиеся по руке ожоги, похожие на языки пламени. Еще пара пассов рукой, неизвестное Трис заклинание, и одежда Зверя восстановилась. Миэтрэ стоял на потоках воздуха перед Жрицей как ни в чем не бывало. С такой же самоуверенной улыбкой и прожигающим взглядом.
— Опасный ты противник, Жрица, — с усмешкой сказал ей Зверь, — но все твои трюки лишь оттягивают неминуемый конец!
И дико, безудержно рассмеялся, призывая мановением руки к стенам академии сотни своих подданных. Воины, закованные в черную броню, несшие погибель этому миру, его жителям, рычали и шипели, предвкушая пир. Их вели за собой трое Рыцарей, родом из диких земель Бездны. Демоны Черных Пустошей*, самые свирепые представители своего рода. Ученики, наблюдающие из окон за происходящим, увидев воинов и Рыцарей, ощутив мощь их силы и жажды крови, задрожали от страха. Кто-то забился в угол и готовился к смерти, видя перед глазами надгробие. Кто-то горько плакал и звал на помощь высшие силы. Учителя так же не знали чем и как помочь.
— Это мы еще посмотрим! — рыкнула в ответ Трис, вставая спиной к стене академии, раскрывая стрекозиные крылья, поднимая к небесам столп ярко-алой энергии, намереваясь защищать ее и всех учеников и учителей от тварей Бездны.
Несколько едва уловимых движений, скорая активация древнего защитного массива, и Алый терновник, напитанный магией Жрицы, вновь устремился вверх, к черно-серым облакам, накрывая академию еще одним куполом. Как только массив был полностью создан и активирован, напитан силой алого демона, на лозах терновника распустились бутоны кроваво-красных роз.
— Какая мощь!
— Красивая магия!
Восторгались ученики, немного успокоившиеся и пришедшие в себя от явления воинов в черных доспехах. Жрица Багровой Луны, стоящая на защите академии, вселяла уверенность, что им все-таки удастся выжить. Что еще есть шанс. В ней они видели надежду на спасение. А то, что она демон Алой Госпожи, ни ангелов, ни магов, ни других представителей рас не волновало. Сейчас она на их стороне.
— А дальше что, Жрица? Неужели собралась сражаться в одиночку против моих воинов и Рыцарей? — смеялся над демоницей Зверь пустоты.
Трис, вместо ответа, быстрыми движениями рук, шепча слова заклинания, сплетала из алых нитей своего бытия сложный, замысловатый узор одного из ее умений. «Рука, сплетающая душу» — способность, погружающая противников в мир их грехов и кошмаров. Выхода оттуда тем, кто не раскаялся, нет. Лишь вечные муки и страдания, искупление грехов. Именно за это умение Трис когда-то давно получила прозвище среди ангелов:
— Кукловод!
Воскликнул кто-то из учеников, наблюдающих за происходящим. О Кукловоде, вот уже несколько столетий ходило множество слухов, ведь деяния этого алого демона были красочными и наполненными жестокостью. Но, как выяснялось позже, за дело. Кукловод воздавал по сотворенным заслугам. Обращая страдания жертв против согрешивших.
Как и сейчас, когда воины и Рыцари Бездны угрожают невинным ученикам и учителям кровавой расправой. Она не останется стоять в стороне, не станет сторонним наблюдателем. А сделает все, чтобы каждый познал десятикратное страдание. Погружать в кошмары порождения Бездны бесполезно, а вот с помощью «Руки» направить силу, захватить все пространство вокруг академии, ставшее полем боя, можно. Это ей по силам.
— Что она собралась делать? — задавался вопросом ректор ин Ваэр, смотря, как Лиатрис продолжает плести из нитей узор за узором, высвобождая все больше и больше сил.
— Бесполезно, — отмахнулся Миэтрэ, — эти фокусы против меня…
Но не договорил, так как всего за несколько мгновений рой ало-хрустальных стрекоз заполонил все пространство, а сотканное из нитей бытия магическое воплощение Жрицы возвысилась над землей, уходя высоко в небеса. Проекция вдовы держало в руках нити сущего, связаннее и переплетенные между собой узлами. Истинное же тело, закованное в броню восточного рода Айдо, продолжало сжимать в руках короткие клинки.
Вш-ш-ших!
Пропели потоки воздуха, рассекаемые лезвиями парных клинков, окрашенных черно-алой кровью воинов Бездны. За считанные секунды преимущество Миэтрэ в этом бою пошатнулось, так как Жрица, используя первый шаг техники Яростного взрыва, отправила обратно в Черные Пустоши три десятка жизней. Стрекозы, заполонившие поле боя, стали ее опорными точками и маяками, указывая на слабые места противника. Трис мелькала алыми вспышками, оставляя после себя остаточный шлейф магии, но она не останавливалась, а продолжала убивать тварь Бездны за тварью. Все быстрее и быстрее.
Хрустальные крылья за ее спиной звенели, короткие клинки пели, а воздух накалялся, заполняясь запахом горелой плоти и покореженных доспехов. Миэтрэ смотрел на все это с улыбкой, наслаждаясь красотой и точностью движений демоницы. Ее невероятным мастерством и контролем над ситуацией. Она видела все поле боя. и не только с помощью подручных, но и способностей своего вида. Жрица читала каждое движение, предсказывала поведение противника и наносила удар.
Зверю Пустоты на данный момент было плевать на потери в ряду черных воинов. Как и на то, что его Рыцари связны алыми нитями «Руки, сплетающей душу». Важна только Лиатрис, ее техника и владение клинками.
— Была бы одного со мной уровня… — бормотал себе под нос Миэтрэ, восторгаясь каждым взмахом, выпадом и росчерком алого лезвия.
Трис сражалась в полную силу, вкладывая в каждый удар и шаг к противнику максимальное количество магии. Но сила ее не безгранична. Она уже чувствовала, как усталость накатывает, замедляет скорость наносимых ударов и сверкание между воинами Бездны. Надолго ее не хватит. От силы несколько минут и с демоници слетит боевое облачение. А с ним и преимущество в бою.
Кроме сражения с ордой тварей пустошей, ей приходилось поддерживать алое воплощение, держа под контролем Рыцарей. А еще Алый терновник, защищающий академию. Но, несмотря на усталость и покидающие тело силы, ей нужно было продержаться до прихода Ваэтрэ и Курехи. Зверь и лисица остались в ближайшем городке ради встречи с подмогой. Трис, продолжая сражаться, скользить между черными воинами, уже чувствовала их приближение, слышала шепот нитей бытия.
— Пять минут, — уговаривала себя вдова, снова сжимая рукояти клинков, вспыхивая в строю врагов алой искрой, — осталось продержаться пять минут.
Спад ее сил не скрылся от глаз старшего Зверя Мооро.
— Смотрю, силы твои не безграничны, Жрица! — с насмешкой сказал Миэтрэ, делая шаг к ней навстречу, — жаль, что ты всего лишь на пределе золотого ранга! — расстроено сказал Зверь, понявший, что больше ничего интересного в ее исполнении он не увидит.
Под громыхание туч, раскаты грома, всего лишь взмахом руки, сорвавшейся с кончиков пальцев молнией, он уничтожил десяток хрустальных стрекоз, лишая демоницу возможности отступить с их помощью. Ей ничего не оставалось, как принять удар старшего Мооро, в разы мощнее ее самого сильного умения.
— Грха! — вырвалось из ее горла вместе со сгустком крови, стекающим по подбородку, — зараза! — зашипела вдова, теряя концентрацию и позицию сильного в этом бою.
Невероятное давление древнего Зверя, первого в роду, заставляло Трис отступить обратно к стене академии. Чтобы не тратить драгоценную магическую силу, она отпустила облик Жрицы, отозвала стрекоз, оставшись в человеческой форме. Но умение «Руки», сковывающее Рыцарей, и Алый Терновник, все еще защищали академию. И будут это делать, пока в ней теплится хоть капля силы.
— Учитель!
Узнали ученики академии преподавателя по поисковой магии. Не все, только те, кто ходил на ее факультатив все то полугодие. Признали в стоящей на защите академии девушке Трис О’Ньен и другие учителя, иногда заглядывающие с просьбой найти потерянную вещь или прогуливающего уроки ученика.
— Смотри-ка, Лиатрис, а твои детишки расстроены! — смеялся Зверь, ощущая негатив, исходящий от некоторых из учеников. Особенно от тех, кто принадлежит к крылатой расе, — несмотря на все заслуги и старания, ты для них враг! — и снова воздух сотрясся от его смеха.
— Мне плевать! — рыкнула демоница сквозь зубы, чуть оборачиваясь к окнам аудиторий. С кровавой улыбкой, дрожа каждой клеточкой тела от истощения и напряжения, она продолжала защищать их, даже несмотря на то, что получит в ответ только ненависть и пожелание провалиться. Для она решила все давно, — примут они меня, или возненавидят, неважно. Главное, чтобы выжили.
— Хм! — усмехнулся старший Мооро, делая еще несколько шагов вперед, — раз ты готова за них умереть, то так тому и…
Но не договорил, а поднял руку, призывая на помощь небесные молнии, а с ними и свое воплощение. Огромная, объятая золотистыми разрядами ладонь падала с неба, собираясь разрушить и Алый терновник, и защитную формацию академии. Жар стихии, испускаемый от воплощения, плавил все вокруг. Кровь кипела, кожа горела неистовым пожаром, а легкие скрипели от нехватки кислорода. Кроме этого не стоило забывать про давление, исходящее от мощи Ваэтрэ. Она рвало любую защиту, волю и самоконтроль.
— Это конец!
— Мы покойники!
Кричали ученики и учителя, ощущая приближение длани Зверя Пустоты. На ногах не смог устоять никто, даже ректор ин Ваэр. Все до единого, кто был за куполом и Терновником, пали на колени, жадно хватая ртом раскаленный молниями воздух. Девы Смерти, как им казалось, уже стоят рядом, готовые открыть врата и проводить в загробный мир.
— Букашки, жалкие, слабые! — заливисто смеялся Миэтрэ, продолжая медленным шагом приближаться к Жрице и защитному куполу из Алого терновника, намереваясь оборвать ее жизнь. Уже навсегда, так как Алая Луна не поможет. Не ее время, — умри же, Лиатрис Охрэ! — прошептал старший Моро с восторгом на губах, протягивая руку к ее шее, чтобы сжать и сломать ее, но с небес, под раскаты грома, раздалось:
— Оставь ее, Миэт!
Голос принадлежал младшему наследнику рода Моро — Ваэтрэ Лиину.
— Ваэт! Ты пришел в себя!
Старший Зверь, загоревшись идеей сразиться насмерть с младшим братом, забыл о Трис и переключил внимание на Ваэтрэ, полностью восстановившегося после отката из-за разрыва клятвенных нитей с Лилит. Мощь младшего Мооро в данный момент не уступала старшему. Серебряные молнии трещали и рычали в черных облаках подобно драгниру, намереваясь сжечь в пепел любого, особенно зарвавшегося старшего брата. Восприняв это как приглашение на бой, Миэт взмыл вверх, а Ваэт за ним.
— Трис, — раздался еще один голос, приносящий ей спокойствие и умиротворение. Близкий друг, собрат по службе Алой Госпоже, — отпускай Терновник, отзывай воплощение и освобождай Рыцарей, — попросил ее Хардис, держа под локоть, делясь силами, чтобы та не рухнула без сознания, а увидела конец первого Князя своими глазами, — ими займутся ангелы, — и показал на прибывших Паладинов.
Среди прибывших на подмогу ангелов, Трис увидела Кэтрин. Улыбнувшись ей, получив ответ, согласилась со словами Хардиса, что ее миссия по защите академии выполнена. Трис, не теряя окончательно контроль, начала отпускать и развеивать заклинание за заклинанием. Сначала Воплощение и технику «Руки, сплетающей душу». Дальше Алый Терновник. Лозы вяли, бутоны опадали лепестками. Смотрелось красиво, на несколько мгновений белокрылые ангелы засмотрелись. Но тут же взяли себя в руки, когда Азарэль приказал:
— В атаку!
И ангелы белого, серебряного и золотого ранга рванули в бой. Как и Куреха с Набуюки-доно. Там же она видела собратьев, сражающихся с именем Алой Госпожи на устах. Среди них Плутонис, ставший за эти полгода куда сильнее. Убедившись, что воинов Бездны и правда скоро не останется, как и Рыцарей, Трис отпустила ситуацию, уходя в академию, под защиту Крионеля и Ринара.
Небеса сотрясались, тучи громыхали, сверкая золото-серебряными молниями. Земля же заливалась кровью. От белого снега ничего не осталось. Лишь грязь, хлюпающая под ногами. Да тела убитых, покрывшихся копотью и кровью.
В это же время рядом с прорывом в Бездну…
Высшая сущность, которую узкий круг лиц знал под прозвищем Некрос, спокойно читал местный справочник по травам. Внимательно, вчитываясь и запоминая описания слово в слово, параллельно сравнивая с ранее прочитанными трудами и книгами. Кроме этого высший в полглаза следил за прорывом в Бездну. Так, на всякий случай, чтобы оттуда не вырывались миазмы и подмога Черных пустошей. А тех же, кто все-таки решит показать свой нос, он награждая мелким проклятьем на неудачу. От банальной запинки на пути, до помутнения рассудка.
— Значит, ведьминым цветком здесь называют не аконит, а белену, — бормотал себе под нос Некрос, переворачивая страницу, смотря на яркий и детальный рисунок, — как интересно…
Высшая сущность, которую узкий круг лиц знал под прозвищем Некрос, спокойно читал местный справочник по травам. Внимательно, вчитываясь и запоминая описания слово в слово, параллельно сравнивая с ранее прочитанными трудами и книгами. Кроме этого высший в полглаза следил за прорывом в Бездну. Так, на всякий случай, чтобы оттуда не вырывались миазмы и подмога Черных пустошей. А тех же, кто все-таки решит показать свой нос, он награждая мелким проклятьем на неудачу. От банальной запинки на пути, до помутнения рассудка.
— Значит, ведьминым цветком здесь называют не аконит, а белену, — бормотал себе под нос Некрос, переворачивая страницу, смотря на яркий и детальный рисунок, — как интересно…
Примечания:
*Черная Пустошь — это самое гиблое место в Бездне. Ни живности, ни растительности, сплошная безнадега. Воздух и магия там пропитаны миазмами и ядом. Земля черна от скверны, съедающей почву десятки тысяч лет. Выживет там один из тысячи. Приспособиться чужаку невозможно. В Пустошах, чтобы выживать, нужно родиться.
*Черная Пустошь — это самое гиблое место в Бездне. Ни живности, ни растительности, сплошная безнадега. Воздух и магия там пропитаны миазмами и ядом. Земля черна от скверны, съедающей почву десятки тысяч лет. Выживет там один из тысячи. Приспособиться чужаку невозможно. В Пустошах, чтобы выживать, нужно родиться.
In bundle