Люкан…
Совещания главных редакторов издательства было в самом разгаре. Кипели обсуждения и накалялся споры. Каждый хотел предложить что-то новое, свое. Серию, оформление, встречи с популярными авторами. От перебивавших друг друга голосов трещала голова. Казалось, еще немного и я взорвусь, а гнев мой они познают уже во владениях Аида. Я был уже на грани срыва, едва сдерживал сущность, как в гомоне спорящих смертных раздался телефонный звонок.

«Пепельный» — высветилось на экране.

Не хотел отвечать и слышать его полумертвый голос сейчас, как и разбираться с проблемой Врат. Не разрушились пока что, и ладно. У меня и так своих проблем хватало. Да и поиски Морганы все еще продолжались. Мы не знали где она, что с ней. Но феникс был настойчив. Поэтому я все-таки ответил, но так, чтобы он понял, что не во время.

— Чего тебе, пепельный?

— Я знаю, где Моргана! — выпалил Эверард, а я одним лишь жестом приказал всем редакторам и издателям замолчать. Люди стихли, а я, спросив «где?», и получив ответ «За Завесой», не смог сдержать поток ненормативной лексики, чем крайне удивил подчиненных. Матерная брать продолжалась около минуты, когда же меня отпустило, назвал время и место встречи, — Мой офис. 20:00, и сбросил вызов, возвращаясь к работе.

Но меня здесь словно и не было. Где угодно, но не в переговорном зале. В голове не укладывалось, что Моргана попала за Завесу. Как, за что, кто? Крутилось в мыслях. И почему-то все мои подозрения останавливались на Пурпурном. Архате Но я не мог поверить в то, что Архат был на подобное способен. Она — его родня. Кровь и пламя.

— Неужели ты, ради фейри, пожертвовал внучкой?

Время было позднее. За своими мыслями я не заметил как закончилось совещание и подошел к концу рабочий день. Я будто выпал из реальности. Смотрел на все и всех со стороны. С чем-то соглашался, от чего-то отказывался. Когда пришел в себя, офис опустел. Остались только вахтеры и пара коллег, уже собирающихся домой А до встречи с Эверардом осталось от силы пара часов.

За это оставшееся время я позвонил Артура, Тристана, Свету и Камила. Им не безразлична Моргана, дорога и важна, как и мне. Первой позвал Свету. Моя птичка, услышав о месте, где затосили Моргана, прилетела буквально через пятнадцать минут. Следом за ней Артур и Тристан, оставив ресторан на су-шефа и администратора. Последним в мой кабинет постучался Камил. Хмурый и малосовный. Себе на уме, как и всегда. Но бледный и осунувшийся больше обычного.

— Кого ждем, брат? — спросил Тристан, сидевший ко мне ближе всего.

— Эверарда, — и как только я назвал имя пепельного феникса, в коридоре послышались шаги.

Но феникс был не один.

Рядом шел кто-то еще. Выше и сильнее пепельного Сноходца. Шаг спутника тяжелый, размашистый. Но уверенный, словно он — Владыка или Император. Говорила о высоком статусу и аура. Она сшибала с ног, давила древней мощью на сущность, заставляла против воли склонять голову в поклоне. Знакомые ощущения. Они играли на кончике когтей пламенем Тартара, обжигали. Но кому принадлежала эта сила, я не смог вспомнить, пока не увидел гостя.

— Владыка! — с застывшим ужасом на лице, выпалил Камил, смотря на мессира Аррхатара, открывшего дверь.

Величественный, властный, как и тысячелетия назад. Он возвышался над всеми. Взгляд — затянутый льдом янтарь, лик — истинный царь зверей. Император небес. Одеяние под стать. Современный костюм-тройка в тёмно-синих оттенках. Черная рубашка. И только волосы распущены, спускаются по спине смоляной волной.

— Черный дракон! — едва дыша, не отводя взгляд от мессира, прошептал Артур, смотря на сопровождающего его Эверарда. Парень хотел обвинить пепельного в том, что сестра пропала по его вине, но не посмел. Слова, стоило Аррхатару посмотреть в его сторону, застряли в глотке.

— Приветствую, Владыка! — поприветствовал дракона легким поклоном, приглашая расположиться напротив, — я — Люкан Озеров. Владелец этого офиса. Мой младший брат, — показал на Тристана, тут же склонившегося в поклоне, — Перествета — подруга Морганы, — все еще пребывая в оцепенении, Света поклонилась дракону, тот с пониманием кивнул в ответ.

— Церберы, гамаюн, — с улыбкой, без намека на безумие, сказал дракон, поясняя сказанное: — приятная у девы зеркал компания, — а потом перевел взгляд на остальных, еще не представленных, — чую в твоем пламени связь с Морганой, — чуть сузив янтарные глаза, будто пробуя пламя Артура на вкус, сказал Аррхатар.

— Я ее брат — Артур. Но я не несу силу предков Вайлет. Я — феникс черного пламени, — с уважением и поклоном представился Артур.

— А ты…

Последним, на кого Владыка посмотрел — это Камил. Пристально и сурово, с толикой злости, с силой сжимая подлокотник кресла, на котором сидел. Дракон все никак не отводил от Кощеева взгляд, в котором мелькало прошлое. Их с Мечеславом противостояние. Но стоявший перед ним не тот Кощей. Он не нес ответственности за дела старшего.

— Кощей! Твою сущность я чую ярче остальных. А еще вину, — черный коготь мессира, загнутый по-кошачьи, коснулся губ, а раздвоенный по-змеиному язык прошелся по острой кромки, — винишь себя, Кошей?! Терзаешь бессмертную душу противоречиями, — не вопрос, а факт, — ммм… Знакомо… — с широкой улыбкой, чуть рыча, сказал Аррхатар.

— Виню, мессир, — опустив голову и поникнув, Камил согласился со словами дракона, говоря себе в упрек, — если бы я тогда, у нас дома, задержал Творца, Архата, то возможно Моргана была бы…

От злости на самого себя, на деда Морганы и древнего фейри, Кощей с силой сжал руки до крови и боли перед глазами. Плечи его дрожали, как и бессмертная душа, объятая тоской, но слабость он себе не позволил. Слез не проронил.

— Твоя жертва была бы бесполезной, Кощей, — равнодушно, будто отмахнувшись, сказал Аррхатар, поясняя, — к тому моменту, как Творец был свободен, Моргана уже находилась за Завесой.

И вот, мы перешли к самому главному. Как она туда попала, и есть ли возможность ее вытащить, не вредя устоям и порядкам Завесы, не нарушая ее целостности. Если Архат Вайлет смог, то и мы сможем. Теоретически. Такого мнения придерживался я, и не только. Но у Владыки на этот счет было другое мнение.

— Не выйдет, — обрушил он на наши планы и рассуждения лезвие гильотины, приводя нас к самому началу, как быть. — Никак, — короткий ответ на все недоумения и вопросы, озвученные с разных концов моего кабинета.

— Но вы же покинули Завесу! — тихо и надрывно сказал Камил, с налетом обиды, делая шаг к Аррхатару, — значит, и она может!

В кабинете повисла тишина, а все взгляды были направлены только на Владыку Черного пламени. Он же, как ни в чем не бывало, перекинув ногу на ногу, откинувшись в кресле, ответил все с таким же безучастием:

— Мой срок заточения подошел к концу, вот Завеса и отпустила, — а потом, опережая вопрос о безумии, точившем разум несколько столетий, сказал с намеком на благодарную улыбку, — она показала мне путь, протянула руку. Поэтому я здесь. У меня к ней долг, — договорил дракон, не называя имени, но мы и так поняли о ком идет речь.

— Мессир, а как же Зеркало Творца? — наконец-то включился в разговор Сноходлец, отделившийся от тени, к второй стоял все это время, — если найти его Зеркало, и… — Аррхатар, как только Эверард упомянул зеркало, тут же помрачнел и рыкнул, от чего пепельный отступил назад, а моя птичка вздрогнула и сжалась, не в силах смотреть на Владыку, и что-то ему сказать, о чем-то спросить.

— Оно, скорее всего, или повреждено, или вовсе уничтожено, — вслух рассуждал Аррхатар, потирая тяжелый гладко-выбритый подбородок, — но стоит попытаться. Возможно… — задумался он, посмотрев на Артура, с чем-то мысленно соглашаясь, — … есть шанс его восстановить.

И, не дожидаясь слов остальных, резко встал с кресла, покидая мой кабинет, уводя за собой Эверарда. Оставляя нас с надеждой на вероятное спасение Морганы. Ведь Зеркало Бродячего Творца — это шанс не только вытащить Мори из Завесы, но и предотвратить ту катастрофу, которую два старых монстра собирались устроить.

— Мойры, — опомнился Тристан, — нужно навестить их. Может, эти древние старухи скажут что-то стоящее.

Идея была неплоха. На этом мы с братом договорились. Как и с остальными присутствующими. Собраться снова, когда появиться информация о текущих событиях и способах разрешения грядущих беспорядков.

— Почему мессир помогает нам, Моргане? — недоумевала Света, оставшаяся после собрания. Обнимая свою птичку, перебирая ее светлые пряди, оставляя легкие поцелуи, ответил:

— Потому что Моргана помогла ему найти свет во тьме безумия, — уточняя, — если я правильно понял сказанные им сегодня слова. Как она это сделала, я не знаю. Но дракон Черного пламени теперь вменяем. И не опасен. Завеса не отпустила бы его, не будь это так.

— Она невероятная, — с улыбкой сказала Света, — восхищаюсь ей.

Как и я. Будь она гарпией, или фениксом — Моргана, это Моргана. Надежный друг, на которого можно положиться. Умный и начитанный человек, с которым не скучно. Она поддержит почти любую тему. Улыбнется, если весело, нахмурится — если зла, расстроится — если грустно. Настоящая, искренняя.