Март принес в Хогвартс весеннее солнце, но Гермионе было не до него, как и всем вокруг. Их просто не выпускали из замка, чтобы насладиться первым весенним ветром.

Спрятавшись за стопкой книг в библиотеке, она нервно дёрнула пушистым ушком, уловив знакомые шаги. Гарри Поттер, обычно избегавший этого храма знаний с нелепой отговоркой, типа у него все эти книги уже есть в чемодане, ворвался внутрь и начал сосредоточенно сканировать взглядом стеллажи второго этажа.

Гермиона знала все отделы наизусть — там хранилась самая тяжёлая дополнительная литература для пятых-седьмых курсов. Что этому ленивцу вдруг понадобилось?

Мадам Пинс окликнула его от стойки. Гарри подошел к ней, перекинулся парой слов, вежливо поблагодарил и целеустремленно пошагал к винтовой лестнице.

И тут начался цирк. Какая-то старшекурсница — кажется, Крессида Блюм — зачем-то зачаровала свои учебники, и теперь они носились по залу. Учебники носились под потолком, хлопая разворотами страниц словно крыльями, и юрко уворачивались от любых попыток их поймать. Мадам Пинс, уже привыкшая к этому цирку, лишь устало иногда провожала их взглядом.

Один из увесистых томов врезался в голову Поттеру, когда тот поднимался по ступеням.

Гарри остановился, поправил съехавшие очки и достал палочку.

— Акцио, акцио, акцио, акцио, акцио, — будничным тоном произнес он, поочередно выхватывая из воздуха пять взбесившихся книг. Поттер отдал их Крессиде.

— Ох, Мерлин, спасибо тебе огромное! — с искренним облегчением выдохнула она, судорожно прижимая к груди спасенную макулатуру. — Я думала, эти твари так и будут тут летать до самого вечера, а Пинс меня просто со свету сживет. Мои модифицированные чары левитации опять дали сбой...

Но Поттер был на своей волне. Он всучил ей стопку книг, потер лоб, на котором разрасталась шишка, и с ноткой вселенской усталости пробормотал:

— Гребаные учебники...

Гермиона раздраженно дернула пушистым ушком и придвинула к себе пергамент. Поттер, очевидно, страдал какой-то тяжелой формой невнимательности. Но книги он поймал виртуозно.