Макс ехал на назначенную на час дня встречу в «Bestman Salvage» и размышлял. Голос Эдриана Тумса по телефону чем-то зацепил его слух. Предчувствуя неладное, Макс решил перестраховаться.

Желтое такси плавно остановилось у ворот промзоны. За рулем сидел неразговорчивый русский с тяжелым, пробирающим до мурашек взглядом — из тех людей, что одним своим видом подтверждают все мрачные стереотипы. Макс нанял его на весь день, заплатив солидную сумму вперед, и предупредил, что ездить придется много. За всё время знакомства водитель произнес ровно три слова. Сначала короткое: «Куда?», а на вопрос о стоимости дня работы лишь сказал: «Пятьсот долларов». Идеальный шофер для мутных дел.

С его помощью Макс уже успел помотаться по городу, собирая припасы и решая вопросы с больницей. Оказалось, что наличные в этом городе открывают любые двери. Таким образом, с помощью наличных он смог попасть к главному врачу больницы, в которой лежат Перальта и Валентайн. А дальше был лишь вопрос суммы... И эта сумма у Макса была.

Ровно в 13:00 Макс зашел в здание. На входе его встретил мрачный темнокожий решала — явно не из простых работяг. Вопреки ожиданиям, он повел Макса не в офис, а прямо на склад.

Это Максу сразу не понравилось, но он решил посмотреть, что будет дальше. В самом центре ангара стоял Эдриан Тумс и улыбался — как-то криво, мрачно и очень недобро. Рядом с ним, сзади, стояли два громилы. По периметру Макс заметил ещё несколько человек. Но самое интересное было в том, что сегодня склад был абсолютно пуст. Никаких инопланетных технологий или чего-то, что могло бы скомпрометировать «честного» бизнесмена.

— Знаешь, Гордон, — начал Тумс без предисловий, — а я ведь на тебя вообще ничего не нашел. И это довольно странно, учитывая мои связи. А сегодня кое-кто лишил меня одного очень важного контракта. Мои парни немного нервничают из-за этого. Скажи мне, пожалуйста, Гордон... на кого ты работаешь?

Макс очень спокойно огляделся, оценил обстановку и решил, что вступать в полемику без козырей будет непродуктивно. Он ничего не сказал, а просто медленно развёл руки в стороны. Эдриан непонимающе нахмурился, глядя на этот жест.

В следующую секунду прямо из воздуха Макс материализовал двух скаутов. Роботы с грохотом рухнули на бетон. Их оптика вспыхнула. Судя по выражению лиц присутствующих они явно этого не ожидали.

Эдриан резко напрягся и отступил назад, а все люди на складе повыхватывали стволы. Макс лишь улыбнулся.

— Знаешь, Эдриан, — спокойно произнес Макс, игнорируя направленное на него оружие. — Я еще ни разу не пробовал один интересный фокус. Мне даже интересно что случится, если эти два очень быстрых робота из очень твердых сплавов решат, что мне грозит серьезная опасность? Помнишь того сломанного робота, который валялся у тебя? Он завалил где-то двенадцать бронированных инопланетян врукопашную. А эти двое — его полные копии. Советую общаться со мной более уважительно. Да и кто знает, какие еще фокусы я могу показать?

Тумс сглотнул, не отрывая взгляда от скаутов.

— Я видел опалины на том металлоломе... — пробормотал он, после чего поднял руку. — Парни, опустите стволы... Мистер Фримен, прошу простить меня за некое недопонимание... Мне кажется, мы начали разговор не с той ноты.

Оружие неохотно, но опустилось.

— Сразу хочу сказать, что у меня были причины на такую встречу, — Тумс тяжело вздохнул, подняв руки в примирительном жесте. — После вашего прошлого визита я потерял очень важный для моей компании контракт на расчистку улиц. У меня сложилось стойкое впечатление, будто бы ваше появление и это подлое нападение были как-то связаны. Может быть, проясните этот вопрос?

Макс лишь наклонил голову, осмысливая услышанное.

— Я не работаю ни на одну из организаций этого мира, мистер Тумс. И к вам я обратился только потому, что увидел возможность сотрудничества. Предлагаю решить вопрос доверия совместными делами. У меня есть что вам предложить.

Макс смотрел прямо в глаза Эдриану.

— Помните тот подарочек, который я вам оставил на прошлой встрече? Сегодня я хотел поговорить как раз об этом, только в куда больших масштабах. Мне кажется, что вы человек с деловой хваткой.

На складе повисла тяжелая тишина. Эдриан Тумс молчал. Его люди ждали от него какой-либо реакции. Целую минуту, а может и две, он пристально, почти не моргая, рассматривал стоящего перед ним Макса. Затем его цепкий взгляд просканировал двух замерших роботов, чья синяя оптика продолжала холодно фиксировать каждое движение в ангаре. В голове Тумса явно шла напряженная борьба между уязвленной гордостью, паранойей и профессиональной жадностью.

Наконец Эдриан коротко, отрывисто кивнул.

— Ладно, — произнёс он. — Решим вопрос доверия совместными делами. — Тумс повернулся к своим людям и махнул рукой. — Парни, возвращайтесь к своим делам, шоу окончено.

Он снова посмотрел на Макса, и на этот раз его кривая ухмылка выглядела уже более искренней.

— Прошу за мной, мистер Фримен. Обсудим ваши масштабы.

***

Макс стоял в сверкающем дилерском центре Ducati на Шестой авеню, переваривая события утренней сделки.

Вывалить пятнадцать килограмм золота на стол Эдриану Тумсу было отличным решением. Нужно было видеть глаза жёсткого дельца, когда тот в одно мгновение превратился в восхищённого ребёнка.

Тумс, заметно нервничая, сразу выгреб все наличные из сейфа в качестве аванса. Получилось четыреста двадцать тысяч. Остальное он обещал отдать после реализации.

В этот момент Макс решил закрепить произведенный эффект. Сидя в кресле он как бы невзначай развел руки и материализовал оружие: в одной руке оказался его Глок-гаубица, а в другой — светошумовая граната.

Тумс возле сейфа замер и настороженно посмотрел на Макса.

— Тестовые образцы, — спокойно сказал Макс и пододвинул всё это по столу к Эдриану. — Только сразу говорю: граната невероятно мощная. А пистолет обладает просто нереальной пробивной силой.

Тумс посмотрел на золотые слитки в сейфе, перевел взгляд на ствол с гранатой, посмотрел на пачки денег, а затем посмотрел Максу прямо в глаза, нервно усмехнувшись.

Макс так и не понял, чего в нем было больше — радости от получения золота или страха перед фокусами. И именно этого он и добивался. Макс испарил деньги и просто ушел, не прощаясь.

В этом мире Ducati почему-то выпускали лимитированные серии совместно с кастом-ателье Arch Motorcycle. Макс понятия не имел, что это за контора, но байки выглядели просто отпадно. Если в мире Чаппи ему пришлось с помощью системы делать байк третьего уровня, то эти машины были такими с витрины. Да, рядом стояла линейка обычных Ducati, но Макс на них даже не смотрел.

Ценник, правда, кусался: 50 тысяч вместо пятнадцати. Но деньги для того и нужны, чтобы их тратить. Макс окинул взглядом пять выставочных образцов и невозмутимо повернулся к молодому продавцу, который до этого смотрел на него как на заблудившегося клерка.

— Я беру все пять.

Продавец выпучил глаза.

Оформлять покупку выбежала целая делегация менеджеров, а вместе с ними в зал спустился... сам совладелец Arch Motorcycle. Для оформления нужно было лишь написать имя и поставить подпись. Они все очень удивились, когда Макс якобы из внутреннего кармана пиджака достал пять пачек стодолларовых купюр.

Макс точно где-то видел этого длинноволосого, бородатого парня в потёртом пиджаке поверх футболки и потрёпанных джинсах, но вот совершенно не мог вспомнить где. Чувака звали Киану Ривз. Он оказался невероятно простым мужиком. Киану с горящими глазами лично рассказал Максу про каждую деталь кастомных байков, к созданию которых приложил руку.

Слушая его увлечённый рассказ, Макс вдруг поймал себя на мысли, что этот безумный 2012 год, несмотря на пришельцев и летающих клоунов, не так уж и плох.

— Слушай, Киану, — произнёс Макс, забирая ключи от мотоциклов. — Теперь, после твоего рассказа о байках, могу сказать только одно: ты лучший.

Киану с улыбкой прищурился, ткнул в Макса сразу двумя указательными пальцами и выдал с широкой улыбкой:

— Нет, это ты лучший! Гоняй с удовольствием.

***

Мотоциклы доставили прямо в глухой переулок возле дома в Бруклине. Убедившись, что за ним никто не наблюдает, он забрал все пять профессиональных байков в инвентарь и тут же совершил контракт обмена.

Результат впечатлял: в слоте появился экспериментальный мотоцикл 4-го уровня: «Arch Angel». И всё бы ничего, но этот шедевр инженерной мысли требовал в качестве топлива чистый спирт. Пришлось потратить время на поиски нужных объёмов. Макс даже немного пожалел, что стал улучшать и без того идеальные машины, получив одну проблемную.

Вернувшись домой, Макс достал своих титановых напарников. Он всерьез рассчитывал использовать их не только как грубую физическую силу, но и как идеальную техническую поддержку. В его мечтах эти парни должны были моментально фильтровать все мировые новости, анализировать гигабайты сырых данных и, в идеале, за пару минут взламывать Пентагон.

Но реальность оказалась более приземлённой. Вместо кибер-богов Макс получил двух титановых детей, которые дорвались до развлечений.

Выяснилось, что Дион, их создатель, совершил невероятное чудо: он каким-то непостижимым образом умудрился впихнуть полноценное, живое сознание на довольно слабое железо. Роботы потребляли контент всего лишь раз в пять быстрее обычного человека. Это было быстро, но для взлома правительственных серверов явно недостаточно. Чтобы сделать из них суперхакеров, придётся серьёзно апгрейдить аппаратную часть.

К тому же местный интернет представлял собой ту ещё помойку. Чаппи зачем-то начал коллекционировать видеоролики, где с людьми происходят всякие нелепости, забивая память в своей голове. Ниндзя же ушёл в просмотр азиатских боевиков и фильмов про самураев, после просмотра которых минут тридцать отрабатывал новые движения. И если интересы Ниндзи Макс мог ещё как-то оправдать, то видео с падающими людьми, которые часами просматривал Чаппи, вызывали лишь недоумение.

Как Макс ни пытался направить их на путь идеального юнита информационной поддержки, внимание машин постоянно уплывало. Они формально выполняли поручения Макса по поиску мутантов, но из-за обилия информационного мусора в сети КПД такой помощи был довольно низок.

— Мы ищем, напарник! Вот, мы нашли! — радостно мигая оптикой, рапортовал Чаппи. — Неделю назад в Бруклине был замечен мощный мутант, который умеет создавать молнии!

— Хотя в комментариях написано, что это просто взорвалась трансформаторная будка, — тут же вклинился Ниндзя, сверяясь со своими потоками данных. — О, погодь! Тут еще один комментатор пишет: «Лол, кек, это же тот негр, который дрался с Человеком-пауком!».

Макс потер переносицу, переваривая эту передовую аналитику.

— Ладно. Попробуйте понять, где этот бьющий молниями мутант может находиться прямо сейчас.

Роботы на пару секунд зависли, синхронно замигав синими глазами.

— Йоу, Макс, данных нет, — развел металлическими руками Чаппи. — Об этом в интернете не пишут. Но у нас есть железобетонная гипотеза: он залег на дно!

— Ага. Класс, — саркастично выдохнул Макс.

В конечном итоге Макс просто смирился, надеясь, что постепенно они эволюционируют.

***

Начались суровые будни. Три долгих дня Макс просто колесил по Нью-Йорку, пытаясь выследить мутантов для глобальной миссии. Чаппи сидел дома, сканировал полицейские частоты, просматривал свежие новости и координировал его по телефону.

Поиски шли туго. Местный Человек-паук оказался Максу пока явно не по зубам: понаблюдав издали, как этот парень ломает конечности бандитам и играючи поднимает над головой автомобиль, Макс решил вычеркнуть его из списка целей. А другие заметные супергерои-мутанты пока что не появлялись.

Пришлось переключиться на уличных отбросов со сверхспособностями, промышлявших в районе Адской кухни. Макс довольно долго выслеживал и ещё дольше ждал подходящего момента, чтобы Ниндзя мог без последствий для себя взять образцы крови. Забор он делал с помощью пустых инъекторов корпорации «Амбрелла».

Как только система скушала образцы, так сразу Макс поймал жесточайшее разочарование. Он наивно полагал, что для выполнения миссии нужно просто собрать кровь пяти разных носителей. Но Система сработала иначе. Выяснилось, что шкала заполнялась не по количеству пробирок, а по качественному «весу» самого фактора.

Кровь бандита с каменной кожей дала вес 0,03.

Кровь странного мужика, плюющегося ядом — 0,05.

Кровь парня с суперсилой, которая была куда слабее, чем у Человека-паука — 0,07.

Итого за неделю напряженной охоты он набрал жалкие 0,15 из 5.0.

Прежде чем окончательно отдать образцы Системе, Макс их проверял через Слот Ассимиляции.

Суперсилу местного здоровяка он протестировал первой и сразу забраковал. Десяти процентов не хватило даже на то, чтобы нормально оторвать от земли мотоцикл. Усиление оказалось ничтожным.

Фактор каменной кожи на десяти процентах тоже разочаровал. Кожа Макса просто стала более плотной, поменяла цвет и потеряла чувствительность, но на вид всё еще оставалась довольно хлипкой. Никакой реальной брони — скорее просто неприятный побочный эффект.

А вот ампулу крови мужика с ядовитой слюной Макс тестировать не стал. Прагматичный мозг быстро просчитал риски: если железы во рту реально начнут вырабатывать токсин и он по привычке сглотнёт эту слюну, а потом вытащит фактор из слота, то есть вероятность, что организм будет резко отравлен. Так что некоторые образцы, скорее всего, непригодны для ассимиляции.

Сделав выводы, Макс без малейших сожалений отдал все три собранных образца Системе в счёт глобальной миссии. Только нужно будет восполнить запас ампул. На этом охоту пришлось временно прекратить. Осталось 52 дня.

***

Макс вошел в просторную ВИП-палату и с удовлетворением отметил, что Джилл выглядит всё лучше и лучше. Откуда-то у неё уже появился планшет, на котором она увлеченно смотрела какие-то видео.

Увидев его, Валентайн сразу же заулыбалась и даже потянулась к нему. Но тут же осеклась, смутилась, опустила руки и начала нервно теребить края одеяла. В смущении они выглядела прелестно. Макс улыбнулся и поставил на прикроватную тумбочку корзинку с фруктами.

— Врачи говорят, ещё пара недель, и меня выпишут, — произнесла Джилл. — Выздоровление идет очень хорошо. И, кстати, Перальта тоже пошел на поправку. Но с ним всё намного серьезнее, его лечение может растянуться надолго.

— Да, я знаю, — кивнул Макс, присаживаясь рядом. — Я уже поговорил с его лечащим врачом.

Джилл лишь благодарно улыбнулась. Макс достал плотный бумажный конверт из воздуха.

— Я принес твои новые документы.

Джилл сразу же нахмурилась. Вся ее расслабленность улетучилась, и она уставилась на конверт каким-то строгим, недобрым взглядом.

— Не переживай, Валентайн, — успокаивающе произнес Макс. — Человек, который их делал, утверждает, что они проведены через все нужные базы. Даже бумажные записи есть. Он использовал какие-то особенные бюрократические механизмы и очень хорошо простимулировал нужных людей. Эти документы абсолютно законны, пусть и сделаны нестандартным способом. — Макс смотрел на неё абсолютно серьёзно. — Правда была одна проблема: я не знал, сколько тебе лет. Поэтому по паспорту тебе двадцать пять.

Джилл перевела взгляд с конверта на Макса, губы дрогнули в улыбке.

— Вообще-то, мне тридцать два, — произнесла она, опять смущаясь.

— Я думал женщины не называют свой истинный возраст? — Улыбаясь, ответил Макс. — Ну и выглядишь ты на двадцать пять.

Джилл усмехнулась и всё-таки приняла конверт, но всё ещё держалась как-то отстраненно. Она положила его на тумбочку рядом с фруктами.

— Мы в новом мире, Джилл, — серьезно произнёс Макс, перехватив её взгляд. — Здесь новые правила. И чтобы у нас с порога не было серьезных неприятностей, пришлось воспользоваться связями.

— Но это же новый мир. Откуда у тебя здесь связи? — Резонно удивилась она.

— Случайность. — Макс пожал плечами. — Тот самый спасатель в каске, что вытащил нас из-под завалов. Он оказался довольно предприимчивым малым с приличными связями.

Джилл всё ещё смотрела со скепсисом.

— Кстати, по новым документам Перальте сорок два, — добавил Макс.

Джилл засмеялась.

— Гордон, ему же двадцать семь!

— Ну, сейчас он выглядит на все сорок два, — хмыкнул Макс.

Смех Джилл немного утих, во взгляде промелькнула грусть.

— Да... Сильно же он пострадал.

— Ничего, выкарабкается, — уверенно сказал Макс. — Доктора здесь вполне нормальные. Кроме одного, правда. Но я его больше не видел, так что есть все шансы, что парня нормально вылечат.

Джилл оживилась:

— Ты про того хромого, с тростью?

— Ага, — Макс усмехнулся. — Тебе он тоже не понравился?

— Угу, редкостный хам, — фыркнула она, и они оба рассмеялись.

Смех постепенно сошел на нет. В палате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гудением больничных приборов. Макс вдруг поймал себя на мысли, что уже слишком долго и пристально смотрит прямо в глаза Джилл.

Она, похоже, тоже. Джилл моргнула, смутилась и поспешно отвела взгляд в сторону окна. Макс перевел взгляд на корзину с фруктами.

— Ладно, — он поднялся со стула. — Поправляйся. У меня еще есть дела в городе.

Он сделал шаг к выходу, но у самой двери остановился и обернулся.

— И кстати, хватит называть меня Гордоном, — произнес он совершенно другим, более мягким тоном. — Друзья зовут меня Макс. Макс Кросс, старший научный сотрудник «Black Mesa».

Прямо из воздуха на пиджаке материализовался пластиковый бейдж. А секундой позже в руке Макса появилась кружка из второго Абсолютного слота с надписью «Лучшему сотруднику недели. Black Mesa».

Макс с весёлой хитринкой посмотрел на опешившую Валентайн, сделал глоток и шутливо поклонился, разводя руки в стороны.

— Рад был с вами познакомиться. Мисс Валентайн, двадцать пять лет, выздоравливайте. — произнёс он, улыбаясь.

Макс вышел из палаты, оставив Валентайн наедине с её новыми документами, лёгкой улыбкой и ворохом мыслей.