Мастер и Платон поднимались на гору. Они шли уже полдня. Чем выше они поднимались, тем тяжелее дышалось.

Дом Мастера, что располагался у подножия горы, превратился в маленькую точку. И Платону стало казаться, что все то, к чему он привык, все, что составляло его быт, становится каким-то мелким и незначительным. А красота открывающихся с высоты видов вовсе заставляет его забыть о той, прежней красоте, которую он наблюдал и ценил, будучи внизу.

Платон поделился своими соображениями с Мастером, сказав, что величественные виды, открывающиеся на высоте, затмевают собою все, что он считал прекрасным прежде.

Мастер ничего не ответил, лишь привычно крякнул, досадуя невежеству своего ученика.

Наконец, Мастер и Платон добрались до цели, вышли на небольшую площадку, на которой росло большое ветвистое дерево. У корней того дерева лежал плоский камень, покрытый мхом, грязью и сухой прошлогодней листвой. Мастер указал Платону на камень и сказал:

— Посиди и подумай о возвышенном, а я пока отдохну тут в сторонке.

Мастер расположился неподалеку на травке, а Платон постелил на камень свою накидку и сел в позу лотоса. Под деревом ничто не тревожило его, ни ветер, ни солнечные лучи, сокрытые листвой.

Платон закрыл глаза и вообразил, как раньше здесь сидел прежний ученик Мастера, а до него еще один, а когда-то и сам Мастер впервые поднялся на эту гору. Платон представил, как высоко он находится, по отношению к уровню земли, эта высота показалась ему похожей на высоту правителя, по отношению к обычному крестьянину.

«Чем выше человек, тем прекрасней вид из его очей, тем прекрасней его бытие», — подумал Платон.

Тут на голову ему что-то упало. Платон провел рукой по ежику волос и посмотрел на ладонь. Зеленовато-белесой массой по коже был размазан птичий помет. Платон скривился.

— Заметь, — сказал Мастер, который, как оказывается, пристально следил за Платоном, пока тот медитировал, — на высоте оно такое же, как и на земле.

Платон покраснел и поклонился Мастеру в благодарность за урок.

Мастер немного погодя продолжил:

— Ради этого понимания стоило пройти путь в гору, чтобы не лезть на другие горы, в надежде найти лучшую жизнь. А теперь пойдем назад, успеем домой до заката.