Шекли придумал болезнь космических путешественников: на какой-то стадии мозг отказывается воспринимать новые и необычные впечатления и перерабатывает сигналы в нечто привычное. То есть, космонавт на Бетельгейзе видит семирукое чудовище, но ему кажется, что он в баре на Манхэттене видит блондинку. 

Я вырос с презумпцией идеальности Запада. Там люди свободолюбивые, честные, умные, благородные. Что вокруг совсем не такие, я отлично знал, а Запад воспринимал по картинкам и кино. 

Теперь я знаю, что Запад — это немного улучшенный вариант средневекового безобразия, а Россия — сильно ухудшенный вариант этого немного улучшенного варианта. Похоже на бигмак: снизу средневековье, сверху средневековье, посередине немножко цивилизации. 

Я увидел множество кремлевских и околокремлевских подонков, которые уехали на Запад и там отлично вписались в элиту, не меняясь ничуть. Некоторые стали ярыми обличителями Кремля, другие тупо делают бабки и наслаждаются жизнью.

И теперь я прежде всего примериваю на западных людей российскую матрицу. Папа Римский — похож на Гундяева? Увы, да. Макрон чем-то отличается от Медведева? Нет. Британский король и американские буржуи — да, лощенее, воспитаннее, манеры на рупь. Но... Чехов: «Посмотришь на иное поэтическое созданье: кисея, эфир, полубогиня, миллион восторгов, а заглянешь в душу — обыкновеннейший крокодил!» Бетельгейзе-с!

Это я об элите. А про молчалиных, которые эту элиту обслуживают, можно и похлеще сказать. Разницы между покойным Кирком и покойным Навальным ни малейшей. Антикремлевская оппозиция такая же гадость, как кремлевские холуи. Ну, это повтор ситуации 1920-1930-х годов.