Читаю сборник воспоминаний о Надежде Мандельштам 2015 года, составленный Лернером. Бочка меда! 

И вдруг: «Надежда Яковлевна поражает ... своим желанием быть ... подчеркнуто неправой». Страница 682. Дмитрий Быков.

«Она решила показать нам всеми, как выглядят внутренности раздавленного человека». «Для нас такое счастье, что Надежда Яковлевна была ... как мы, что она была уязвленной, растоптанной, неправой, несчастной и что она сказала главные слова ХХ века: «Спрашивать будут не с тех, кто ломался, а с тех, кто ломал».

Что делает Быков в этом сборнике? Ах да — первая жена Быкова, сообщает он, жила в одном доме с Надеждой Яковлевной, но ее не знала.

Еще Быков великий русский писатель. 

Это позор. Наверное, позор Лернера, хотя, думаю, если бы все, кто знал, что в сборник войдет текст Быкова, встали бы на дыбы, этот текст бы не вошел. Текст омерзительный, типичный для Быкова, но как же — великий писатель... 

Нет слов. Но на всякий случай: Надежда Мандельштам была права абсолютно во всех своих оценках, особенно во «Второй книге». Она не была уязвленной, не была растоптанной и не была несчастной.

Быкову нужно одно — изобразить себя равным гениальной Надежде Мандельштам. Так вот нет, он — не как она.  

Слова про сломанных и ломавших — об очень малом числе людей. Мандельштам не была ни сломанной, ни ломавшей. И Быков не сломанный и не ломавший, а попросту ТК. Трепло Конъюктурное. Я, надеюсь, выразился недостаточно «по-христиански»? Слава Богу, слава Богу!

В Быкове, Невзорове и Кураеве поражает одна общая черта: они никогда не каются. Они не говорят «раньше я думал так, теперь иначе». Они просто меняют темы. Плюнули в один колодец, перешли к другому. Кураев никогда не скажет: «Мень — великий миссионер», «украинцы не бандеровцы», «рериховцы — не сектанты». Он даже не скажет «Константинопольский патриархат вовсе не крошечная кучка американских агентов». Он просто начнет обличать кого-то другого... Ну и Быков с Невзоровым точно такие же.