Сенека – ровесник Иисуса – проповедовал простоту с энтузиазмом
сверх-богача, каковым он и был. Сегодня Сенека щеголял бы в джинсах.
Сенека восхвалял древних:

«Те, кто сохра­нил пре­да­нье о ста­рин­ных нра­вах Горо­да,
гово­рят, что руки и ноги, кото­рые пач­ка­ют­ся в рабо­те, мыли
еже­днев­но, а все тело — раз в восемь дней. — Тут кто-нибудь
ска­жет: «Ясное дело, как они были гряз­ны! Чем от них пах­ло,
по-тво­е­му?» — Сол­дат­ской служ­бой, трудом, мужем! Когда при­ду­ма­ли
чистые бани, люди ста­ли гряз­нее».

Хотя Сенека родился в Кордове, он был, конечно, натуральный
итальянец, как Бердяев не был украинцем, хотя родился в Киеве. Его
замечание про «чем от них пахло», вполне возможно, побудило Джанни
Родари через 20 веков написать изумительное «Чем пахнут ремесла»:

«Рыхлой землёю,
Полем и лугом
Пахнет крестьянин,
Идущий за плугом.

Рыбой и морем
Пахнет рыбак.
Только безделье
Не пахнет никак».

Если бы Родари этим закончил, Сенеку можно было бы не вспоминать, но
он добавил строфу, которая отсылает именно к Сенеке, а через него к
сатире Горация («Пахнет духа­ми Руфилл — и коз­лом воня­ет Гор­го­ний»:

«Сколько ни душится
Лодырь богатый,
Очень неважно
Он пахнет ребята!»

Вот тут и вспомнишь изумительную пару эпизодов в евангелии от Иоанна: помазание ног благоухающим маслом и омовение ног.

Вообще еврейские тексты показывают, как мытье ног изменилось, когда
евреи обзавелись рабами. Древнейшие части Библии однозначны:
гостеприимный хозяин предоставлял гостям воду для мытья ног, но ноги они
мыли сами. Даже ангелы у Авраама.

Лот в Содоме приветствует гостей словами: «Вы можете омыть свои
ноги». Сами моют себе ноги (и руки) священники перед богослужением, воду
они берут из огромной чаши («моря») во дворе перед Храмом. В Песне.
Песней ноги моют перед самым сном, так что упоминание об этом должно
напоминать об, извините, постели:

«Я скинула хитон мой; как же мне опять надевать его?
Я вымыла ноги мои; как же мне марать их?» (5:3)

Мытье ног было настолько тривиальной процедурой, что Филон
Александрийский – современник и Иисуса, и Сенеки -упоминает его в
качестве идиомы, обозначающей легкомыслие: «Осуждения заслуживает
думающий, что Авраам поступил так [выдал Сарру за свою сестру] по
легкости характера с немытыми ногами».

Библия, однако, показывает, что ноги могли мыть и зависимые люди.
Рабы? Ну, прежде всего – жена. Вот Авигея кланяется посланникам царя
Давида: «Вот, раба твоя готова быть служанкою, чтобы омывать ноги слуг господина моего» (1 Цар 25:41). Она предлагает себя в рабыни Давиду.

В «Завещании Авраама», сочинении времен Христа, Авраам лично моет
ноги архангелу Михаилу – непосредственно перед едой. В повести об Иосифе
и Асенет, того же времени, египтяне перед трапезой моют ноги Иосифу,
Асенет же в молитве обещает: «Я буду стелить Иосифу постель, и буду
умывать его ноги, и буду ждать его, и буду рабыней ему и служить ему во
веки веков».

При этом омовение ног становится символом не только служения, но и
господства. Без этого не понять фразу из 59 псалма (в точности
повторенную в 107):

«Моав умывальная чаша Моя;
На Едома простру сапог Мой».

Разумеется, в оригинале никакого сапога, а сандалий («нахаль»). Речь
идет о том, что иорданцы (во времена Иисуса «Моав» назывался Декаполисом
и там жили в основном греки) и арабы (Едом – нынешняя пустыня Негев)
будут рабами евреев и мыть им ноги, один держит таз, другой снимает
рабовладельцу сандалии и возливает воду.

Поскольку климат в регионе один для всех, то и мытье ног у всех было
принято, так что и у Лукиана «с немытыми ногами» означает «поспешно»,
«без подготовки», и Апулей защищает чистку зубов зубным порошком
(да-да!) как норму, обязательную как мытье ног (Апология 8).

Разумеется, все эти примеры я мог бы и сам собрать без труда, но до
меня это сделал Джон Томас в своей диссертации 1990 года «Омовение ног в
13 главе евангелие от Иоанна». Томас род. Ок. 1955 года, пятидесятник,
профессор библеистики в Кливлендской семинарии пятидесятников, автор
монографий об Апокалипсисе (2012), восприятии бесов в Новом Завете
(2011) и других.