Вокруг буйствовали потоки энергии, не свойственные этому миру. Мир чакры редко сталкивался с энергией души. Той, которую я сейчас пожирал. Держа над пастью сферу души своего противника, омывающим потоком своей энергии я разрушал ту. Поглощенный делом, я не сразу тогда заметил неприятные чувства в груди.

Распадаясь множественными протуберанцами, моя энергия не позволяла чужой распространяться по миру. Серый, казалось, бесконечный поток пропадал в моей искаженной пасти. Лишь легкое сияние расходилось по безжизненной пустыне праха.

Так я бы и продолжал, погруженный в процесс. Однако холод, столь знакомый, нарастающий в груди, заставил остановиться.

Усталость. Я, как и любое другое существо, не мог подчинять своей воле энергию бесконечно долго. И теперь мне требуется перерыв.

Поток прервался, лишь немного «сточив» сильную душу. Только недавно «умерев», она полнилась свойствами. Она жаждала существовать, а потому сейчас её было поглощать кратно сложнее, чем примись я за это позже. Моя рука опустилась, когда с металлическим щёлком её когти сомкнулись. К счастью, под потоком сен-чакры сорвались внутренние печати, когда внешне-нанесенные пространственные сохранились.

Напротив, вторую руку я поднял над собой, чтобы показать прятавшийся в ней глаз. Чёрное яблоко с золотой радужкой и золотыми сходящимися к ней треугольниками. Красивое доудзюцу, заключающее в себя не менее красивые моему сердцу дзюцу.

Мой взгляд опускается вниз, на изувеченное тело Ишики.

Громко выдыхаю.

В горячке боя не замечал, но как я же был напряжен. По рукам прошла дрожь, но я тут же её подавил. Нет смысла предаваться слабости. «Не думал, что этот мир сможет найти мне такого противника…» — меланхолично говорю в мыслях, обращаясь к Ооцуцуки. — «Но я неприятно удивлён… Хмпф. Пусть мы были знакомы столь кратное время, я не могу не испытывать уважения к твоему могуществу. Извини, враг. Не знаю, есть ли у твоей расы ритуал достойного погребения. Но ты его не получишь…» На краткое время в моем разуме повисла тишина.

«Однако не беспокойся. Своей смертью ты станешь частью чего-то большего. Твои тело и душа послужат моему становлению чему-то выше Ооцуцуки. Это ли не повод гордиться тем, от кого ты пал?» …

«Для меня бы не был, но, может, ты найдёшь в этом что-то высшее…» Моё напряжение с последней фразой спало, обратившись лёгкой неловкостью. С моим мировоззрением я вообще вряд ли найду что-то достойное собственного конца. Тяжела жизнь того, кто её ценит…

Но на этом остановим пока самокопание.

Моё внимание вернулось к телу Ишики и его глазу. Их я тоже, как и душу оного, беззвучно отправил в измерения печати. Каждую часть в отдельное пространство, чтобы тело и душа не смешивались в парах разной энергии, а также был удобный доступ к глазу без лишнего открывания клапанов печати куда не надо.

Пора возраща… ться. Возникшая мысль потянула за собой осознание. В этом бою никто не сдерживал распространение чакры. И если я правильно оцениваю возможности сенсоров, а я это делаю правильно, тогда особо чувствительные должны были ощутить такое сражение и с другого конца планеты. Но что ещё важнее, оное точно ощутила Карин… И вот уже как около минуты волны перестали разноситься. Эхх, мне теперь даже страшно вообразить, что она могла успеть надумать… А если, хотя нет, не если, а точно она ещё и поведает об этом Хинате и Сакуре, тогда вместе... ммм, мне не хочется возвращаться домой, потому что стыдно. Но в то же время, если я это не сделаю в кратчайшее время — будет хуже...

Не дожидаясь окончания мысли, из моего тела хлынули белые вперемешку с черными завихрения сен-чакры. Моя стать быстро возвращала прежний вид, когда бугры чёрной плоти развеивались энергией.

Через пару секунд я сжал привычный себе, людской кулак. Ничего кроме усталости от превращения не оставило. Разве что та неприятная мелочь в слетевших внутренних печатях, и теперь отсутствующая одежда. Хорошо, что я ношу с собой несколько запасных комплектов.

***

В просторной комнате, оформленной в схожим одновременно с японскими и скандинавскими стилями, на полу сидели три девушки. Обладательницы розовых и тёмно-синих волос с беспокойством смотрели на обладательницу красных, которая, хмурясь, крепче смыкала веки. Она сосредоточенно сжимала руки в печати концентрации, пытаясь отыскать родной источник чакры в вихре далёкой энергии.

Тихий звук касания босых стоп пола заставил их застыть. Лёгкий, едва ощутимый бриз чакры скользнул по комнате, и в тот же миг девушки ощутили присутствие столь долгожданного человека. Не успели они обернуться, как мягкие, но крепкие объятия сомкнули их всех вместе.

— Всё хорошо… — произнёс я, и напряжение в их телах немного спало.

До этого сидевшая ко мне спиной Карин повернулась, оказавшись зажатой между двумя другими девушками. Она жадно вцепилась в мою куртку и притянула меня ближе.

— Мы пер-реживали… — голос Сакуры дрогнул, но в нём слышалось облегчение.

— Да… — тихо добавила Хината, едва заметно кивнув.

— Ха-а-а… Наверное, я должен был вернуться быстрее, — виновато пробормотал я.

В ответ на мои слова Карин подняла взгляд, полный укоризненной нежности, за ней последовали такие же взгляды Сакуры и Хинаты. Однако, как принято в нашей семье, в их глазах не было преждевременного осуждения, лишь ожидание.

— Во время боя, который вы ощутили, я поглотил слишком много сен-чакры. Это затуманило мой рассудок, и я действовал не совсем рационально. Простите, что заставил вас волноваться… Всё оказалось сложнее и тяжелее.

— Мы понимаем… — несмело произнесла Хината.

— И будем рядом, — уверенно добавила Сакура, сжимая мою руку.

— Всегда, — прошептала Карин, не отрываясь от моей куртки.

— Спасибо, — искренне ответил я, чувствуя тепло их поддержки. — Это придаёт мне сил.

На несколько секунд комната погрузилась в тишину. Однако вскоре атмосфера начала меняться.

В глазах Сакуры мелькнуло беспокойство, но затем оно сменилось любопытством.

— Расскажи, что произошло, — попросила она.

Я поведал им о событиях в Тумане и стране Ветра, стараясь окончательно развеять мрачные мысли. Хорошо, что они не почувствовали, как я разорвал связь с чакрой внутри их барьеров. Если бы это произошло, их тревога могла бы стать ещё сильнее.

К концу рассказа мы всё ещё оставались в той же позиции, тесно прижавшись друг к другу. Чтобы развеять остатки напряжения, я собрал чакру и мягкой волной распространил её по Конохе, успокаивая тех, кто был взволнован моим долгим отсутствием.

— Страшно знать, что наш мир был на грани уничтожения, — подвела итог Хината.

— Меня тоже передёргивает от этих мыслей, — вздохнул я, — но как я могу, когда ваши головы здесь, у меня на плечах…

От двух девушек донеслось что-то неразборчивое, но явно между ними согласное.

— Ишики говорил, что твоё тело подойдёт для него как сосуд, — задумчиво начала Сакура. — Хотя до этого хотел вырастить из твоих генов клона. Как думаешь, без тебя он смог бы создать себе подходящую оболочку?

— Без понятия, — покачал я головой. — Если полагаться только на технологии нашего мира, это могло бы занять десятилетия, а то и столетия. Конечно, если бы он контролировал учёных и направлял их усилия в нужном направлении. Технологии клонирования у нас недостаточно развиты для его целей. Хотя слышал, тот Саннин, с которым ты дралась, добился неплохих успехов в этой области. В Корне тоже с этим работали, но не совсем в том направлении.

— Значит, ему просто повезло наткнуться на тебя? — уточнила она.

— Вероятно. Он говорил, что изучал наши техники, а значит, уже какое-то время находился на Земле. И с его возможностями сомневаюсь, что ушло бы много времени, чтобы он добился моих успехов. С другой стороны, если он бессмертен — тогда у него могла бы быть другое восприятие мира. Кто знает, как мыслят рождённые небесными существами. Может, для него проще было подождать, — увлёкся я в разъяснение. — Кстати, а зачем ты спрашиваешь?

— Да это… — о моё плечо потёрлись щекой. — Чтобы ещё больше подкрепить причины гордиться, что ты у нас есть… — и сделала довольную моську.

— …Мне кажется это странным, но ладно, — я потёрся подбородком о красную макушку. — Карин, ты так долго молчишь. Это не похоже на тебя.

— М-рмр, — раздалось снизу. — Мне здесь хорошо. Не двигайся, пожалуйста.

— Ох… хорошо.

Следующие несколько минут мы просто продолжали стоять в обнимку. Это наслаждение, присутствие друг друга было особо приятным.

***Резиденция Хокаге. Один из кабинетов для митингов***

— Вот как-то так теперь выглядит карта страны Ветра, — стоя над круглым столом с картой мира, я своей чакрой закрасил около миллиона четырехсот тысяч гектар пустыни. Вообще, довольно небольшой клочок, что не занимал и десятой части государства. — Теперь картографам будет легче, когда я сделал за них почти всю работу.

— Х-х-х-х, — тяжело вздохнул, одновременно выдыхая дым, Хирузен. — Мне кажется, что ты хвастаешься?

— В каком-то роде. Но если бы Ишики не остановил метеор, разрушений было бы много больше. Кратер не в жалкие шестьдесят километров, а в сотни! — на волне эмоций я раскинул руки. Однако через секунду те опустил. — Всё же хорошо, что центр и запад Ветра не заселен — отличное место для подобных испытаний.

В помещении раздался уже сдвоенный вздох, но теперь не только от старика.

— Шикаку-сан, с вами всё хорошо? — спросил я у черноволосого мужчины с конским хвостом, покрытым шрамами лицом и козлиной бородкой. Это был главный стратег Конохи, глава Нара, батяня моего бывшего одноклассника Шикамару и как бы начальник Соры — лидера делегации в Туман.

— Со мной? — он поднял лоб со стола, чтобы сфокусировать на мне полные мучений глаза. — Пока что да… Но ненадолго.

— Мой товарищ хотел сказать, что теперь нам предстоит слишком много работы, чтобы чувствовать себя хорошо, — более сосредоточено пояснил сидящий с нами другой мужчина. Блондинистые волосы в прическе тоже типа «конский хвост», только длиннее, чем у предыдущего, а также двумя прядями, спадающими на худощавое лицо. Яманака Иноичи — глава группы анализа в отделе разведки Листа, сенсор, а также отец моей одноклассницы Ино. А ещё глава клана Яманака.

Пусть и не напрямую, но барьер на Конохой, тот, что должен фиксировать источники чакры в деревне, частично находиться под его юрисдикцией. Когда последний засёк начало моих и Ишики действий, а с тем масштабом барьер смог выполнить и такую не задокументированную функцию, и причем чуть ли не быстрее всех сенсоров, Иноичи сразу доложили о неладном. От этого шиноби немедля прибежал сюда поднимать кипиш. Хотя мог и не приходить, ведь чуть позже, когда более плотные потоки энергии добрались до Конохи, по словам Хирузена, вот тогда действительно началось. Это ощутили почти всё шиноби, что начали бегать по деревне, как в жопу ужаленные тараканы, не понимая, что происходит. Даже какой-то дед в шапочке из фольги выходил перед резиденцией и кричал о конце света. Жаль, Хокаге взял ситуацию под контроль — деда быстро убрали, а всех жителей селения заставили забиться в убежища. Те, что находятся в горе с лицами Хокаге.

— Нара-сан, вы просто не уделяете должного внимания плюсам, — попытался его как-то подбодрить. Хотя мне показалось в его положении что-то неестественным.

— Хм-м, — он повернул вновь опущенную голову на столе. — Это да. Теперь всё военные действия, как минимум в Великих Деревнях, будут отложены. Все будут рыть, что произошло. Начнётся хаос.

— Верно подмечено, Шикаку, — серьезней продолжил Хирузен. — Но Наруто… Понимаешь… Произошедшее не просто испытание новой техники. Если бы тот Ооцуцуки воплотил свой план, это был бы конец для нас.

— Да, понимаю, Хокаге-сама, — уже с меньшим довольством начал я. — Однако он мёртв, не мы. Остальное уже не настолько важно.

– Не скромничай, Наруто, – усмехнулся Хирузен. – Твоя роль в этом невозможно переоценить. Ты стал… Символом надежды для нас всех. Но помни, – его взгляд стал серьезным, – даже самая сильная надежда нуждается в защите. Будь осторожен, Наруто. Мир полон опасностей, о которых мы еще не знаем.

– Я буду, Хокаге-сама, – заверил я его. – Но никогда невозможно предвидеть всё, а паранойя заставляет упускать возможности. Потому я буду поступать, как посчитаю допустимым. Сейчас же перейдем к тому, зачем я пришёл. Нара-сан уже упоминал.

Обозначенному было лень говорить, потому это сделал его партнер по команде, Иноичи:

— Такие события не проходят бесследно. Мир изменится. Другие деревни, другие страны… Они почувствовали эту силу. Они будут задавать вопросы. Они будут бояться.

— М-г, — моё настроение снова началось подниматься. — Поэтому я и рассказал вам всё. Чтобы вы знали правду.

– Правда… – пробормотал Шикаку, всё же поднимаясь в нормальное положение. – Теперь нам нужно решить, как эту правду преподнести. Как успокоить другие деревни, не вызвав при этом панику.

– Это уже ваша забота, пусть и не полностью, – с легкой улыбкой добавил я, – Пусть я это ещё не обдумывал хорошо, но, наверное, я отойду от дел в мире. Для этого нужно, чтобы в этом самом мире было спокойно, и меня не дёргали по пустякам.

— Будет сложно, — сложа руки, сказал Нара.

— Со мной не совсем. Ваша цель не в том, чтобы не допустить конфликта совсем. Лучше, чтобы особо непонимающий противник собрал войско побольше. Вот тогда приду я и заставлю всех передумать. Этот мир я считаю своим. И я не позволю всяким там тратить его ресурсы на что-то столь бесполезное, как война, — я повернулся к нему. — Ваше наигранное выражение горя, относительно будущих проблем, излишне. И без него я бы выразил Листу свою поддержку. Всё-таки, тут есть много важных мне людей.

— Кхм. Тогда это многое меняет, — пропустив сквозь уши то, что его раскусили, с гораздо большей бодростью кивнул Шикаку. — Если мы используем вас как знамя, Узумаки-сама, и вы донесёте его значение — будет легко.

— Отлично. У Листа есть ещё немало времени, так что можете не спешить.

— Хм… — Нара просительным взглядом впился в Хокаге, на что получил тяжёлый вздох от оного.

— Свободны, — ознаменовал Сарутоби конец совещания, так как я свой вопрос уже решил, а у него самого их не было.

Два шиноби элегантно поднялись.

— Бухать? — погладил бородку черноволосый.

— Да, — коротко, но с благородством ответил Яманака.

Когда же они удалялись, Яманака на ходу сложил печать барана и пустил канал чакры куда-то в квартал Акимичи. И из-за своей чувствительности и потерь техники Иноичи, я смог невольно подслушать не менее емкий разговор:

“— Чоуза-сан, как насчёт собраться в нашем баре?”

“— Уже выдвигаюсь…”

— Да уж… — прокомментировал я их уход, чтобы перевести взгляд на Хирузена. — У меня ещё остались дела в Тумане. Возможно, есть что-то, о чем нам нужно поговорить?

— Да, Наруто… Я очень благодарен за то, что ты делаешь. Спасибо, — искренне проговорил старик.

— Рад, что меня ценят, — я не менее искренне улыбнулся, прежде чем исчезнуть.

***

Мгновение – и я уже стоял посреди просторного зала Резиденции Мизукаге. Тишина здесь была звенящей, почти осязаемой. Сквозь высокие окна проникал тусклый свет, едва рассеивая царивший полумрак. Город, оставшийся снаружи, казался мертвым – ни звука, ни движения. Лишь легкий туман, словно саван, окутывал опустевшие улицы. Атмосфера была наэлектризованной, словно перед грозой.

Меня передёрнуло. Отклик жизни из прошлого мира. Темные безлюдные улицы ещё тогда селили в моём сердце что-то неспокойное.

Высвобождение чакры, и по моей воле туман рассеивается, тогда как облака уносятся с горизонта. Тут же комнату наполняет свет. Лишь стоящие около окон стол со стулом откидывают тень.

Я был до этого в этой минималистичной комнатушке. Именно такой она стала после того, как революционеры временно вынесли отсюда все документы. Прямо со шкафами.

Вот только что я тут не делал…

“Вирть-вирть”

Я раскачивал по сторонам на кресле. Отталкиваюсь посильнее…

“Ш-ш-ш-ш…”

Два оборота… хорошо! Настроение вернулось к хорошему, и можно приступать к тому, зачем прибыл.

Беззвучно явившись, но всё же с легким звуком передо мной стукнулась задом о стол девушка с длинными рыжими волосами. Обычно она движется более ловко, даже в неожиданных ситуациях, но это немножко неловкое приземление было нечастым исключением.

— …Н-на… руто, — она завершила моё представления. Только площади с людьми впереди уже не было, обстановка вообще очень резко поменялась. От этого она водила взглядом по кабинету, по мне и мне за спину.

— Добро пожаловать в мир завтрашнего дня! — процитировал я одного пафосного робота.

— …А?

— Шутка, на самом деле прошло только несколько часов, — Мей попыталась встать со стола. — Вот этого я бы не советовал пока делать. Лучше вообще приляг.

От моих слов Теруми застыла, но непонимания в ней только добавилось. Слишком много, чтобы она сколько-либо могла удержать его в себе.

— Так… что произошло, — её глаза “собрались в кучку” и сфокусировались на мне.

***

— …Значит, это была… угроза такого масштаба? — медленно произнесла Мей, ее взгляд блуждал по комнате, словно пытаясь найти подтверждение моим словам в пустых стенах и затихшем городе. — И ты… ты справился? Один?

К концу моего рассказа, удобно упираясь руками сзади о поверхность, на меня взирали противоречивым взглядом.

— В каком-то роде, — с ленцой ответил я.

На мне ещё на секунду задержали нерешительный взгляд.

— Тогда я должна поблагодарить тебя. Ты снова спас страну Воды… и мир, — она перебрала пальцами рук. — Могу задать вопрос?

— Можно и два.

— …Ты выглядишь очень спокойным, как для пережившего подобное столь недавно. Всё хорошо?

— А? — она беспокоиться, что я «перегорел», что ли? — Вполне. Просто уже в третий раз это рассказываю… — с последним предложением я ощутил некую интересную эмоцию в собеседнице, отчего моё лицо расплылось в лисьей улыбке. — Мне приятна твоя забота, но неужели я в тебе ощутил ревность?

Не совсем ту, о которой можно было бы подумать. Скорее оттого, что она только третья. Однако тоном я намекнул именно на «ту самую».

На лице Мей промелькнула целая гамма разных чувств. Но она быстро пришла в себя, чтобы сделать жалостно-неодобряющее лицо и положить руку мне на плечо.

— Даже капля юмора «мужланов» не к лицу столь красивому юноше, — я почувствовал, как по моей щеке провели пальцами.

— …Приму к сведению.

До этого ведущим в разговоре был я, но всё резко поменялось.

— Ты так много для меня делаешь. Моё сердце не может не болеть, когда твой образ порочат. Даже если это делаешь ты.

— …

— С твоим появлением холодный туман в моей душе развеялся.

Женщина потянулась лицом к моему лбу с ясным желанием выразить благодарность, но я её остановил. В этот во мне появилось нечто перечащее.

— Мей, это слишком. Мы уже хорошо знакомы, чтобы я воспринимал тебя как… подругу. Но если ты меня поцелуешь, мне будет стыдно перед подругами, с которыми ты ещё не знакома.

От меня отстранились.

— Да, прости… — она снова неловко обвела комнату взглядом.

— Правда… сейчас вы чуть по-разному мыслите, и желательно подождать. Чтобы у вас были общие темы. Но это не значит, что не могли бы стать ближе позже.

— …Это предложение стать твоей девушкой в будущем? — с сомнением и лёгким непониманием уточнила Мей.

— Предполагаемая возможность.

— Знаешь, я как-то по-другому воображала себе ухажёров.

— Но они все были либо старше, либо того же возраста. Может, дело в этом?

Её глаза на секунду остро сощурились.

— Ты меня в чём-то обвиняешь?

— Нет, — без колебаний соврал я, давя лёгкую улыбку и отводя глаза.

— … — через ещё несколько секунд молчания послышался вздох. — Проехали, — она решила отложить это дело на полочку и снова быстро сменила настроение. Всё, чтобы спокойно-нарочито даться в поправки. — Если тебе ещё придётся быть на важных переговорах, говорить «правду» и далее я бы не советовала. Особенно если в «правде» есть лёгкий намёк на возраст, а ты говоришь с женщиной.

— …А? Ты так резко решила дать мне советы?

— Обычно же за ними и являлся сюда.

— О, ну вообще-то да. Хотя что касается темы переговоров, мне вряд ли понадобится…

— Наруто, — в глазах Теруми добавилось серьезности. — Ты очень силён, но…

— Не всесилен. И судя по тому, что рассказал тебе недавно, где-то там, — я поднял руки к потолку. — Могут быть существа ещё более сильные, чем тот Ооцуцуки. Даже банально из этого клана могут прийти сородичи Ишики по него же. Но дело в том, что они не люди, и наш церемониал к ним может быть малоприменим.

— Хм, — она снова откинулась на руки. — Если смотреть с этой стороны, тогда это так.

— …Нужно захватить одного и пытать, чтобы он научил своему этикету.

— Хи-хи, это была бы интересная задачка для палача.

Хотя на небе не было ни единого облачка, чтобы закрыть солнце, в комнате потемнело.

— Однако я всё ещё настаиваю, что глубокое понимание вежливости нужно. Даже в этом мире. Подкрепленная силой, она подчинит людей гораздо эффективнее.

— Слышал о кнуте и прянике… но, возможно, Теруми-сенсей посвятит меня в нюансы?

— Да, но со временем. Сейчас же нужно собрать, как ты упоминал в своём рассказе, эвакуированных по соседним городам жителей. И шиноби.

***

Посреди малых барханов праха возвышалась гора. Высотой более пары километров, она состояла из того же чёрного, крошечного и невесомого песка. Своим величием она поведывала о прошлом. Когда разносящий чёрное марево ветер шептал всему миру пробирающую до костей историю.

Над горой, в безмятежном небе, нависала расслабленная фигура человека. Его мысли, под отчаянной атмосферой окружающего мира, медленно, тоже становились мрачными. Впрочем, недолго.

***

Как же всё быстро произошло… Вот я просто стою, и внезапно, как инсульт, является Ишики.

Диалог с ним выдался очевидно ведущий к тому, что случилось. Когда интересы двух разумных слишком сильно пересекаются, они идут на конфликт. Инопланетянин здесь оказался ничем не хуже и не лучше меня, человека.

Он желал мой улучшенный геном, улучшенный в прямом смысле. И, конечно же, я воспротивился этой идее. Всё потому, что в своей крови я раскрыл огромный потенциал. И, полагаю, соедини он свои знания с моим трудом, он мог бы создать оболочку, много превосходящую меня. Тогда из позиции более-менее равного я бы опустился в бесправного.

Конечно, перетянув всё в схватку, я поступил слегка радикально. Возможно, можно было бы поверить в схожую с людской порядочность, а также в то, что он ценит свободу низших за себя существ. Можно было бы, но это слишком наивно. А учитывая ложь Ишики относительно того, что он поделится плодом, так и вовсе глупо.

Как я понял в конце, Ооцуцуки очень вряд ли мог влиять на мою душу. Ведь так ничего и не сделал, что могло бы ей нанести даже малейший вред. Но до боя я этого не знал, а жизнь, даже духовна, вполне возможно, что у меня одна. Из-за незнания о моих способностях мужчина позволил себе недостаточно хорошо скрывать свою чакру, непроизвольно не скрывая показал свои намерения. Это и спровоцировало меня закончить на месте, упустив всякую выгоду от сотрудничества с таким существом. И это… наверно, было ошибкой. Решись я на подобное, совместная работа, риск даже погибнуть был бы больше, но и я мог бы вытянуть из него что-то интересное. Впрочем, вспоминая о возможной духовной смертности, игра не стоила свеч. Теперь у меня есть для изучения неизвестное доудзюцу и тело с неизвестными генами. Поглотив же чакру из последнего, я стану втрое энергетически сильнее. И немного меньше, чем в трое, усилю собственную душу, поглотив энергию уже из души Ишики.

Бой с ним, как я понимаю после небольшого обдумывания, тоже вышел далёк от идеального. Это не повод для самобичевания, однако хорошая возможность для самоанализа и становлению лучше. Главная ошибка заключилась в поглощении природной энергии планеты. Не уверен, это она на меня смогла повлиять, чтобы во второй части схватки я поглотил её близко к своему максимуму, или мне просто так не пришло этой замечательной идеи, что я раскрою озвучу, но ведь можно было бы обойтись без слегка рискованного обращения тела. С точки зрения влияния на меня стороннего имеется в виду. Открой я образно Восьмые врата, то есть обрати всю систему циркуляции чакры в чакру, тогда я бы получил силу в полтора раза большую, без влияния на разум. Тогда можно было бы закончить поединок за несколько секунд, ведь собственную чакру контролировать много легче.

В каком-то роде мне повезло, ведь противник не имел возможности убить меня сразу. Его чакра в резерве была быстрее, её было больше, и она была плотнее. Имею в виду, после его перевоплощения. Однако на дистанции этого было недостаточно, чтобы успеть нанести мне урон. Тем не менее достаточно, чтобы поглощать все мои дзюцу. Именно уверившись в последнем, он ошибся, когда я поглотил ещё больше сен-чакры. Тогда мой резерв «активной» чакры кратно превзошёл тот, что был у Ишики, но главное, в моём распоряжении оказалось ещё больше агрессивной энергии, полнящейся этими самыми агрессивными свойствами. И мало того, энергия планеты действительно желала смерти моему противнику, я чувствовал это, как мой мир наливается ненавистью к Ишики. Не уверен, это ли нормальная реакция всех миров на Ооцуцуки, или дело… к примеру, в том, что этот индивид уже пытался поглотить энергию планеты со своей соплеменницей. Или, не знаю, потому что в чакре Земли осталась ненависть Кагуи к Ишики за уготованную участь жертвы. Было желание погибели для моего противника, которое, дополнившись моим контролем, смогло кратно превзойти ту степень наполненности свойствами, плотности и количества чакры, которое мог поглотить Ооцуцуки. Отчего он и лишился руки, когда, переоценив свои силы словил мой луч энергии.

Вообще, даже не ненавидь чакра Земли Ишики, мне всё равно бы за счёт двух других фактов удалось пересилить его. Пусть устал бы я больше.

Эти рассуждения, к слову, не значат, что существо может ранить другое только если пересилит его в мощности. Вернее, это действительно так, но важно ещё учитывать, что мощность контроля — показатель, который нужно направлять на разные аспекты. И если, допустим, отвлечь противника на атаку, в этот момент его защита будет всё равно что ничто. Сложность же в том, чтобы противник не успел отреагировать для отдачи контроля для защиты.

Как раз когда мы перешли в ближний бой, Ишики попытался сделать подобное со мной. Когда соприкоснулся с моей чакрой, Ооцуцуки ощутил, какие она имеет связи. К примеру, связи с барьерами девочек. Тогда, играя в рулетку, он поставил на то, что эти связи важны мне, и ему выпал красный сектор. Видимо, в привычной для себя манере, раз действовал столь быстро, он увидел в этом возможность меня обмануть, сместив моё внимание на разрыв связей, когда двинул свою энергию по ним. Всё, чтобы успешно и удачно для себя вогнать в моё тело чёрные штыри. Это меня не только значительно ранило, но и должно было дезориентировать. Причём не только причинением боли. Ведь штыри, как и его круги вокруг нас, были переполнены резонирующей в своих колебаниях чакрой, что мешали контролю моей. И действительно, это было так, чтобы Ишики мог посчитать достаточным для моего обездвижения. Он даже рискнул не вогнать в мою голову несколько штырей, видимо, для дальнейшего более лёгкого восстановления моего тела. Ведь риск, что уже что-то ещё смогу сделать, был достаточно мал. Однако даже сделай это, его бы не уберегло бы от того, что моя душа не была ранена чужеродной чакрой, и вместе со взрывом собственной чакры я смог усилить удар энергией души. И так как уже контроль Ишики был занят атакой по мне, он не ожидал, когда по нему пришёлся слишком сильная атака, нанёсшая критические повреждения. Более того, я тогда смог даже выполнить задуманное действие — вырвать доудзюцу Ишики, разворотив попутно часть его головы.

Тот предсмертный штырь даже не стал помехой, несмотря на свою быстроту. Удивительно, что, получив повреждения по СЦЧ, «ауре» души и даже внешнему ядру, его контроль сохранился, видимо, в конце уж очень сильно ему захотелось меня прикончить. Однако пусть и истощил свою способность к контролю, этого было недостаточно чтобы не среагировать. Впрочем, даже попади он мне в голову, как я показал дальше, проблем бы это не вызвало. Ведь я обратил своё тело в энергию, применив в принципе в технике шарингана Изанаги, и так же собрал, но уже целым. И смог бы это провернуть даже без мозгов, ведь в большей мере мой разум находиться в энергии. Как у сильных шиноби — в чакре, и ещё часть в энергии души.

Но, возвращаясь к тому, что я мог бы сделать лучше. Оптимальным вариантом мне смотрится открытие восьми врат, и далее не растрата собственной чакры, а поглощение природной. Причём из-за большего количества активной собственной чакры я смог бы кратно больше поглотить природной, чтобы уже в дальнейшем сражаться последней. Таким образом на соотношение затрат собственной энергии относительно разрушений действительности ушло бы минимум энергии. После же боя, потрать я, например, десятую часть собственной чакры, последствия небыли бы значительны. Ведь я бы всего-то стал на эту десятую часть слабее с точки зрения чакры. Особенно не значительны в ракурсе, что, поглощая сен-чакру, я могу в меру бодро наращивать собственный резерв.

С боем анализ закончен. Теперь что делать дальше?

Вообще, сложновато с ответом. До этого не особо осознанно я потянул себя в сторону одного из своих желаний. Захват мира. Но только начав с Тумана, вселенная взяла да вывалила мне на голову проблему, с которой я еле справился.

До этого я посчитал, что очень силён, и действительно в этом мире мало что даже теоретически могло бы навредить мне. Как подумалось моему сознанию — ничто, но нет. Взял да пришёл инопланетянин, что возжелал моего тела…

Захват мира предположительно под моё руководство даст развитию оного сильное ускорение. И пожиная плоды изысканий учёных целой планеты, это могло бы дать мне потенциально огромнейшее могущество. Однако это процесс не быстрый, и полагающийся скорее на случай, чем точный расчёт. Но в то же время сейчас я уже обладаю достаточным и вариативными материалами для собственных изучений и куда более быстрому и надёжному становлению сильнее. В моей голове проект с саркофагом, что позволит увеличить предрасположенность, и множество генов, венцом которых есть тело Ооцуцуки. Я всё ещё не пробудил риннеган, не изучал подробно бьякуган, не изучил новое доудзюцу Ишики, не нащупал весь спектр «пирога» сен-чакры, не завершил тот эксперимент с улучшением душ. Потому поставлю захват мира на паузу, чтобы завершить хотя бы часть из имеющихся дел… И в то же время уделю немалую часть внимание ещё одной подзабытой идее — разделение души для посыла аватаров в другие миры. Ведь в теории именно это должно сильнее всего прикрыть опасность того, что я могу оказаться в какой-то момент слишком слабым для выживания. А также дать возможность для дальнейшего роста силы. Ведь чем раньше разойдутся пути..., тем сильнее они могут разойтись. Всё, чтобы потом, объединив разные знание, сделать что-то большее.

И так… К чему бы приступить? Да, пожалуй, всё же с того, что после потребует наиболее долгих испытаний и проверок. Проект… пусть будет для понятности «Аватар». Пора разорвать несколько… сотен? Душ. Но аккуратно.

А, стоп, нет. Для начала всё же стоит сделать место, где можно с размахом приняться за свои не светлые делишки. Подвал, конечно, хорошо. Однако теперь слишком мал мне.

***

Пока оригинал думал тяжкие думы и планировал грандиозное, я, его клон, занимался не менее важным делом. Вернее, подготовкой к нему.

С беззвучным шелестом страниц пред моими мангёко листалась сразу дюжина книг. Сейчас я находился в самом престижном университете страны Камня, в отделе библиотеки, посвященном архитектуре и строительству. Пусть в этого конкретного государства с упомянутыми направлениями было не то, чтобы ахти. Особенно если вспомнить их селение, схожее ульями. Однако здесь моя цель — расширить кругозор и, по возможности, подчеркнуть какую важную мелочь.

Обработка стольких книг одновременно давно уже не приносила дискомфорта, когда усвоение информации производилось в кратчайшие сроки. Лишь в первом подобном заведении возникли трудности с тем, что меня бы в него банально попытались не впустить. Но только в моих мыслях, где я это предусмотрел, после чего также пришло и решение — излучать волны гендзюцу, чтобы на меня не обращали внимания. Нечего всяким там «магглам» мешать занятому сиру.

Спустя час с очередным учебным заведением было покончено. Обычно я тратил на такое не более пары суток, облетав уже более десяти стран.

А всё для чего. Я как-то недавно в притык к Конохе выкупил территорию размером с Коноху. Чтобы домик построить поуютней. Однако, чтобы построить домик, нужно знать не только приблизительно, как он выглядит, а ещё и очень много нюансов. Причём чуть ли не для каждого типа домов. Хотя без общих концепций, конечно, тоже не обошлось.

Итого это было последнее научное заведение, которое я посетил по этому вопросу. Ведь до этого я просвещался в немного другом, но не менее важном для строительства деле. Работе с материалами, исследованиями которых обычно занимались другие заведения. Оных я тоже не поленился облазить не меньше восьми, а ровно девять. Не строить ведь дом из чего попало?

Моей задачей было разобраться, почему чакра-сталь проводит чакру, и можно ли это пренеприятнейшее свойство придать другому материалу — попрочнее. Ну, чтобы объединить и получить прям что-то очень стойкое!

Прилетел я тогда, но не совсем, а другой клон, в страну Железа. В снежных горах металлов нашло много. Причём, вроде как, все были подобны тем, которые были в моем старом мире, без магии. Не уверен, что прям все-все, потому что в той самой прошлой жизни в металлах не особо разбирался, и каждый на зубок перелечить не смогу. Однако, ввиду отсутствия чего-то «магичного», здешние были тоже обозваны «обычными» и, скорее всего, естественными для планет того типа, на которой живу. Все, кроме чакрапроводящего железа.

Смотря на этот материал с помощью мангёко, и щупая-смотря ещё с помощью нескольких концентрирующих моё внимание фуин, я смог разглядеть молекулярную структуру! И понял, в чём разница этого материала от других.

Как понятно в этом мире, всё состоит из чакры. Но в чакрапроводящих материалах есть как бы дополнительные линии в молекулярных связях, в виде микроскопических каналов из природной чакры. Вот и открылось одно из неизвестных до этого мне свойств этой энергии. Она подобной оксидной плёнке формируется немного в большем количестве внешне, но со временем пропитывает весь материал, если последней находится в насыщенных природной чакрой местах. Как также оказалось, сен-чакра в мире не однородна, и в каждой части планеты разнится немного своими свойствами. И именно та чакра, что по неведомым мне причинам сгустилась и какое-то время пребывала внутри железа и с внешней стороны (в притык), например в земле рядышком, изменяет то по описанной структуре. Именно эти маленькие каналы берут наибольшую роль в проводимости сквозь материал чакры.

Тут встал другой вопрос. Как эти свойства передать… например титану? Ведь чакра образует каналы только в железе. Именно стопроцентному титану, а не сплаву с ферумом, по типу чакра-стали куда добавили углерод. Ведь для сохранения чакрапроводимости нужно в достаточном роде сохранить молекулярную структуру железа. Она, к слову, квадратная и простая по сравнению с некоторыми другими материалами. Скорее, эта простота и могла стать причиной для успешного формирования такого материала… ну, или причина в чем-то другом. В стали хорошая чакрапроводимость возможна, когда добавление малого количества углерода лишь немного изменяется структура, но материал становится прочнее. В это мире ещё до открытия микромира методом научного тыка много до чего дошли. Даже, к примеру, «фиксации чакрапроводимости магнетизмом», когда при добавлении кобальта или никеля у чакрастали появлялась большая магнитная память, способствующая прониканию названных свойств в каналы чакры, отчего их структура становилась устойчивее и позволяла вносить в себя ещё больше примесей. Как результат, ещё более прочная чакра-сталь, не потерявшая сколь либо значимо в проводимости.

Но я был бы не, если бы не попытался сделать что-то недоступное простому обывателю. Пусть это может прозвучать лицемерно, но иногда, в отличии, не будем тыкать пальцев в Сенджу Хашираму, имея неимоверный потенциал, я пытаюсь его реализовать. В кажущейся мне выполнимой задаче, иногда даже многое рассчитав и подготовившись, а не в бессмысленной гоньбе за идеалами, придумыванием возможностей воплощения которых не предусматривалось. Как бы, Первый был многообещающим шиноби, которого никто до меня не мог превзойти в ирьёниндзюцу. И сосредоточься он на личном росте, конечно, не без небольшой группы особ помогающих, по типу его же клана. Тогда, вполне вероятно, годам к пятидесяти-семидесяти мог бы диктовать миру, как ему жить. Полноценно, не боясь особо за свою кончину.

Однако это я отвлекаюсь. Посылая клонов для детального изучения свойств сен-чакры в горах страны Железа и самого чакра-железа, приложив некоторые усилия, был достигнут результат. Так же как получилось в лаборатории, благодаря фокусирующим фуин, всё проанализировать и вынуть нужные закономерности. Чтобы сделать несколько специализированных для каждого материала конструктов, который наделял бы молекулярную структуру оных каналами чакры.

Всё, чтобы выкинуть в утиль почти всё прототипы за неэффективностью и в дальнейшем делать конструкты более объемные. Такие, что уже с моим пониманием техники Созидания Всего, а также использования смеси моей и природной чакры, кратно облегчали воплощение чакра-проводимого материала. Причем с участием моей энергии проводимость материала для моей чакры выше. Хотя и не на очень существенные несколько процентов в КПД, но тоже что-то.

Материалы, к слову, были одной из самых легких частей в разработке. Потому что до меня почти всё уже придумали, и пришлось лишь сложить несколько сотен паззлов в общую картину. Итого нужна была самая устойчивая ко всем нагрузкам молекулярная структура, которая должна обладать несколькими ключевыми свойствами: высокой плотностью связей, симметричной геометрией, малой подвижностью атомов и способностью равномерно распределять нагрузки. И такая уже была изобретена. Людьми до меня на бумаге и в своих влажных мечтах, мною в реальности. Гипер-алмаз, атомы соединены ковалентными связями в виде тетраэдров, где каждый атом имеет четыре соседа, и бла-бла-бла, много чего ещё не очень интересного в его строении. Важно то, что у меня появилась возможность создавать материал, который и сам по себе невероятно стойкий к растяжению, сжатию, сдвигу, его температура плавления выше шести тысяч градусов, и с повышением оной он почти не расширяется, напоследок же почти полная инертность к коррозии и химическим воздействиям. Однако уже только благодаря добавленному свойству чакра-проводимости эти свойства возрастают на порядки, особенно по отношению устойчивости ударам. Ведь включённые на субатомный уровень чакра-каналы абсорбируют и перераспределяют энергию. А ещё они обладают запрограммированными свойствами магнитной памяти, что, объединив с частью фуин Кубикирибочо и немного доработав, позволило создать самовосстанавливающийся под действием чакры материал.

Пришлось позже дорабатывать конструкты для добавления в них шаблонов как бы «зачарований» здания. Благо, много времени это не заняло, так как, снова же, изобретать тут особо ничего не пришлось. Фуин для укрепления давно были изобретены и даже отпечатаны в фоне планеты. Нужно это было для упрощения их нанесения на строение.

Однако эти изыскания были завершены за пару дней до боя с Ишики… и, вспоминая те кубы, которые очень прочные и излучают разрушающие волны чакры… Мне-клону, пусть и не тому, которым являюсь я, пришлось сидеть в пустыне и разбираться, что это такое. Как оказалось, чакра с особыми свойствами. Получив по связи которые, пришло чёткое осознание — придётся снова много чего перерабатывать. Только теперь в фуин. Ведь работающая с помощью неизвестных до этого принципов структура в объединении с моими другими знаниями сулила слишком вкусные десятки процентов прочности…

** Спустя неделю. Оригинальный Узумаки Наруто**

Под самое утро, в десять часов, я сверху оглядывал свою зелень около Конохи. Среди леса так ничего не изменилось с момента его покупки.

В моей руке появился пластинчатый браслет, состоящий антрацитово-чёрной чакры. Артефакт почти не излучал энергии, но был настолько ею переполнен, что рядом с ним искажалась реальность. Мир, будто вечно искривляющееся зеркало, не позволял глазам рассмотреть себя как что-то спокойное.

Но сейчас стоит это немного исправить.

Земля затряслась, когда из неё начали подниматься две перекрестные линии мутного белого кристалла. В то же время вокруг поднялся ветер, что нёс в себе незаметную энергию. Руша ландшафт и вытягивая собой широкие призмоподобные возвышения. К концу выделенного участка те застыли, чтобы на концах вытянутся высотой в сотню метров обелисками.

— Ха-а-а-а… — я слегка устало выдохнул, приземлившись в перекрестье линий. Одеваю браслет на руку и складываю руки в печати концентрации.

Тут же пересечение подо мной начало разрастаться, формируя закопанную в землю квадратную призму, с двумя гранями по пять сотен метров, но глубинной всего в двадцать.

Поток ветра застыл, обратившись штилем. На ближайшую же сотню километров фон сен-чакры немного просел. Впрочем, с ним всё будет хорошо, он относительно быстро выровняется под давлением всей чакры планеты.

Я опустился в сидячую позу.

— «Ещё немного» …

Меня собой подняло небольшое круглое возвышение, диаметром в пару метров. Всё, чтобы на явившейся площадке один заключая в другой, начали формироваться светящиеся круги, заполненные внутри кандзи. Иногда одни круги заключались в другие фигуры и даже были нарисованы как бы поверх основной конструкции. Но всё было симметрично относительно четырёх обелисков.

В отличии от предыдущей, много более масштабной постройки, нанесение фуиндзюцу заняло в пару десятков раз больше времени.

— Э-х-х-х… — я вздохнул, когда развалился на теперь уже поле.

Снова около сотни резервов пропустил сквозь себя. Вообще, утрирую, и прям плохо себя не ощущаю. Если было бы необходимо, было бы можно даже повторить. Но это было очень утомительно! Мне было бы легче страну разнести, чем это строить.

Гипер-алмаз, как материал подо мной должен был называться, вообще не должен был быть настолько чакра-затратным в воплощении. Но с теми модификациями, что я внёс, это чуть ли не нечто другое, даже если под обычным микроскопом оно выглядит приблизительно так же.

Не то чтобы жалуюсь. В… хм, пусть будет Годосё (剛導晶— твёрдый проводящий кристалл. Буду рад вашему восхвалению моей оригинальности). Есть в этом плюсы. Мою постройку теперь даже я слабо представляю, как снести полностью. Такой стойкий материал, даже пока я не подключил его к планете по-нормальному, может держать биджудамы. И убирать его будет не сильно легче, чем создавать.

Однако есть в нем и минусы. Из-за плотной кристаллической структуры не будем углубляться в вопросы фононов, у материала высокая тепловая и акустическая проводимость. Впрочем, это ещё не страшно, ибо просто решается покрытием по-аморфней. Проблем, связанных с гибкостью, вернее её почти полным её отсутствием, также нет, потому что оплетающие каналы делают материал стойкий к точечным перегрузкам, распределяя её. То есть проблема с хрупкостью была решена. Но вот самый главный минус остался… Охренеть какая чакразатратность! Но и это, впрочем, тоже решаемо. Именно для этого я и строил эту конструкцию подо собой. Пока голая основа, которая с помощью своей проводимости поможет мне создать артефакт для облегчения поглощения сен-чакры на больших площадях. Основа будет хранилищем и фокусировщиком благодаря печатям и массивнейшей структуре. А ещё сосредоточием моей чакры, которая может действовать даже без связи со мной. Она была мною разработана до этого и воплощена только что. Сейчас же…

Я с ленцой перешёл в сидячее медитативное положение, затылком к светилу.

— «Как говорил один художник с истеричным голосом, начнём с Запада».

***То же время, пара чунинов в сторожевой башне стены Конохи***

— ...

— ...

— Ты тоже это видишь?

— Кай! — в ответ на вопрос его напарник попытался развеять гендзюцу, но спустя ещё пару секунд молчания смог лишь кивнуть.

Они решили ещё несколько секунд подождать в надежде, что мираж из возникших перед ними построек пропадёт. Но этому не суждено было случиться.

— Кенши, — вымолвил наконец слово второй.

— М?

— Ты слышал слухи об Учиха Итачи?

— Думаешь, он хочет приникнуть в деревню, и сейчас заточил нас в гендзюцу мангёко шарингана?

— Да… Не знаю, что ему понадобилось. Но печенкой чувствую, нас сейчас будут пытать!

— Ч-что? — голос первого просел.

— Говорю тебе, эти Учихи все не в себе. Не знаю, за что, но из нас всё выбьют, и никто не поможет. Остаётся только ждать…

***Спустя час, то же место. Узумаки Наруто***

За минуту работы, пусть диаметром всего в метр, я протянул около сотни километров «кабеля», по окончанию которого возвёл обелиск. Годосё прокладывать столь далеко было так же по сложности, как и в нескольких сотнях метров, с его проводимостью моей чакры расстояние почти роли не играло. Не знаю, смог ли бы дотянуться к другим планетам в солнечной системе, но, чтобы опутать Землю — этот материал подходил очень хорошо. Собственно, когда я оплету подобно паутине всю планету, тогда артефакт и будет завершён. Почти беспрепятственный доступ ко всей чакре Земли и возможность по чуть-чуть её выкачивать, тем самым, не принося вреда — это основное предназначение артефакта.

Сейчас было покрыто мало территории, но и это облегчало мне проблему с добычей энергии. Однако работа предполагалась длительная… А я ведь сначала всего-то хотел построить себе домик. И куда меня занесло?

Но, уже вздыхать поздно.

Я поднял голову к небу, солнце было ещё высоко.

В моей голове было полно идей, что можно сделать в своём уютном жилье. И тут в голову пришла ещё одна: мне ведь не обязательно делать домик полностью из Годосё? Материалы, в отличии от этого, легко разрушить и заменить. Значит, почему бы не построить всё сейчас, а потом понемногу не заменить?

Мои руки приложились к возвышению, на котором я всё ещё сидел. Начну с самого важного — будущей лаборатории. И теперь она будет прямо-таки здоровенная! Под ней же, поглубже, сделаю полигон для неразрушительных испытаний. Не сказано — но делать, пожалуй, начну.

***Спустя ещё полтора часа, та же сторожевая башня, что и немногим ранее***

— Мне это кажется странным… — начал было тот, что Кенши. Однако его сразу перебили:

— Сейчас, ну вот прям сейчас начнут! Я чувствую!

— ...

— ...

Даже спустя столь длительное время никто их пытать не начал.

— Хэйдзо, ты ведь тоже видишь вон там Узумаки-саму? — он ткнул в блондина вдали. — С ним в последнее время же странное случалось уже. То же воскрешение Первого и Второго…

— Нет, я уверен, это обманный манёвр! Коварный Учиха хочет, чтобы мы поверили в реальность, даже если она бредовая. Всё, чтобы подождать, пока расслабимся, и сами ему всё расскажем!

— ... — менее параноидальный шиноби не нашёл логики в словах товарища, но решил пока промолчать. Мало ли?

— Держись, Кенши! Мы не раскроем секретов Листа!

***

Закончив с подземными постройками, Узумаки приступил к наземным. Растительность на всём участке тут же сложилась, чтобы обратиться в ничто. Ландшафт начал с легкой дрожью меняться, полностью выравниваясь и становясь в один уровень с линиями Годосё.

После же под его волей начало сотворятся настоящее чудо. Ибо в тот же момент величественный дворец, словно сотканный из самых смелых мечтаний о красоте и гармонии, укрыл его в своём сердце. Окруженный исполинскими деревьями, он величеством титана ушёл выше облаков. Всего за два часа, с высоты километра над землей, его крыша покровительственно смотрела на мир под собой. Азиатские заострения на углах, лишь добавляли хищности взгляду. Когда широкие и могучие крылья заключали в своих объятьях всю обширную поляну.

Громадный особняк возвышался над зелёными садами, словно страж этого места. Его стены отражали дух двух миров: строгая утончённость японской архитектуры переплеталась с монументальной изысканностью европейских замков.

Первые этажи, построенные в стиле традиционных японских зданий, дышали теплом дерева и лёгкостью сёдзи. Открытые галереи позволяли наслаждаться видом внутренней растительности, а юбки крыш, покрытые черепицей, мягко переливались светом. Верхние этажи отличались величественными окнами и резными балконами с узорами, напоминающими о старинных легендах.

Столь знакомые стили заставляли лишь посмотревших на здание ощутить тепло в груди. Сопровождающие с раннего детства линии внушали, что именно здесь их дом, здесь можно полностью расслабиться. Когда стены цвета слоновой кости и теплых красно-коричневых крыши лишь усиливали желание отдаться умиротворению.

В руках и за спиной резиденции следом раскинулись обширные сады, задуманные как символ гармонии природы и человеческого гения. Японский сад с извилистыми тропинками и искрящимися ручьями. Сакуры сменялись клёнами, а каменные фонари мерцали мягким светом по вечерам. Аллеи для прогулок, спроектированные в стиле европейских парков, вели к изящным мраморным статуям. Укромные уголки с цветущими кустами создавали идеальные места для медитации.

Когда техника Сотворения Всего была завершена, казалось, сама природа смирилась перед волей её создателя. На этом месте родился оазис красоты и силы, резиденция, где каждая мелочь была продумана до совершенства. Символ абсолютного уюта и гармонии, и, как многие будут уверенны, воплощением Чистого Мира на грешной Земле…

***Немного до этого — пять минут спустя от начала строительства наземных частей. Та же сторожевая башня***

— Странные пытки пошли нынче… — одухотворенно наблюдая за возводящимся прямо на глазах чем-то великим, проговорил Кенши.

— Хнык… — Хэйдзо же был другого мнения об ситуации, сейчас по его лицу текли слёзы. — Я… Я понял замысел этого Учихи! Он хочет показать нам самое прекрасное, чтобы всё разрушить!

— Как по мне, ты бредишь, — не отвлекаясь от зрелища, сказал первый. — Не может гендзюцу быть таким длинным, и… Завораживающим.

— Нет! Нет-нет-нет! — в след отрицаниям второй завертел головой. — Стой, остановись! Я всё скажу! Всё до единой детали! Только дай этому сохранится в моей памяти целым!

Более вменяемый чунин поморщился и повернулся к товарищу.

— Хватит уже, ты мешаешь поймать поток, — он повёл рукой. — Единения.

Но второй только начал набирать обороты:

— Я сдам время, когда сменяются посты! Внешность, способности и слабости каждого ниндзя, которого знаю! А ещё…

Тихий звук открываемой двери всё же вынудил ниндзя заткнуться. Явившейся же гость заставил Кенши, что как раз повернулся, побелеть. Ведь он осознал, какие именно слова доносились из их позиции.

— Это вот всё он, — лишь секунду помедлив, шиноби сдал своего параноидального друга. — Хокаге-сама, я ни в жизнь не раскрою секреты Конохи!

— Эх-х-х… — горестно вздыхая, Хирузен закрыл за собой дверь, чтобы встать между шиноби и посмотреть вперед. — Я просто хотел посмотреть. — старик на несколько мгновений умолк, не в состоянии одним словом описать увиденное. Однако он не потерялся в виде надолго, его глаза совсем скоро сощурились на Хэйдзо. — Ты разжалован до генина. Будешь минимум год огороды вскапывать, — Хокаге вернул свой взгляд к возводящейся постройке, и почесал бородку. – Потом посмотрим, сдашь ли экзамен.