Нынешний мир совершенствующихся был поделён на пять методов культивации: даосизм, демонический метод, буддизм, духовные искусства, и боевые искусства. Наиболее влиятельным среди всех был метод культивации переданный Старейшиной Лу - даосская культивация - которая могла похвастаться большим количеством сект и множеством учеников по всему миру. Самыми известными из всех сект были гора Нефритовая Обитель и Зелёная Вершина.

Расположенная от юго-запада Великой Пустыни, Зелёная Вершина имела множество гор и высоких горных вершин, от которых захватывало дух. Секта была основана семьсот лет назад, и за все время существования секты у четырёх членов получилось вознестись, что заставляло бесчисленное количество культиваторов соперничать друг с другом за возможность попасть в эту секту. В Зелёной Вершине было более трёх тысяч учеников, включая главных учеников, которые были во главенстве и за которыми следовали ученики первого, второго, третьего и четвёртого ранга. Все они учились либо у главы секты либо у трёх старейшин, и тренировались всевозможным навыкам Зелёной Вершины.

Лёжа на кровати, Чжун Янь мысленно пересказал сюжет книги, после чего разочарованно вздохнул. Его сосед, Цин У, сразу же бросился к его кровати:

«Что случилось, старший Цинь?»

У культиваторов определенно острый слух. Чжун Янь заставил себя улыбнуться: «Все в порядке. Мои раны просто немного болят.» Цин У вздохнул: «Старший Цинь, твои раны слишком серьёзные, у меня сердце почти остановилось, когда я пришёл тебя лечить. За то, что ты все ещё жив, нужно благодарить Старейшину Лу. Пожалуйста, потерпи немного, старший брат. Я пойду сварю для тебя ещё лекарство.»

Чжун Янь желал сказать ему: «Твой старший Цинь не выжил». Если он быстрый, то, вероятно уже выпил суп старой госпожи Мэн1. Однако, в тот момент, когда он об этом подумал, в его голове раздался андрогинный голос робота. [Внимание: хозяин, пожалуйста не раскрывайте свою личность.]

(1) ‘В китайской мифологии, все мертвые души должны выпить суп, который сотрёт воспоминания о их нынешней жизни перед вхождением в следующую жизнь.’

Отлично, теперь пульсировали от боли не только его раны, но также и его голова. Снова Чжун Янь лежал на своей кровати и в тихом негодовании смотрел на уходящего Цин У.

Ещё прошлым вечером Чжун Янь был обычным студентом второго курса и готовился к экзамену по алгебре. В то время как его сосед по комнате, заливаясь слезами, работал всю ночь, Чжун Янь утешал себя в сердце: «Как я могу хорошо учиться, если я не могу расслабиться?», с такими мыслями он кликнул на веб-роман.

Это был совершенно типичный веб-роман об исполнении желаний. Главный герой был из богатой семьи, имел идеальную внешность, совершенную личность и ему постоянно сопутствовала удача. С юных лет, он верил, что должен быть спасителем обычных людей. С другой стороны, злодей был гнусным, хладнокровным убийцей, который желал отомстить всему человечеству. Оба они совершенствовались побеждая монстров и неустанно тренировались, прежде чем вступить в финальную битву на Запретной Вершине. В конце концов, зло было побеждено добром, злодей был трагически убит главным героем. Чжун Янь закончил читать роман вечером, накануне своего экзамена.

Мучительные вопли и яростный лай заполнили раздел с комментариями. Все комментарии содержали в себе похожий смысл: «Убийство злодея? Только через мой труп!». Некоторые даже начали писать фанфики о второй жизни злодея, и некоторые из них даже собрали много лайков. Фанаты главного героя критиковали фанатов злодея за испорченную мораль, чем вызвали вспыхнувшую, кровавым пламенем, войну. Среди них было огромное множество шипперов главного героя и злодея, которые, дрожа от слез, обнимались друг с другом.

Не было ничего удивительного в том, что читатели так взволновались. Злодей был действительно жалок. Он родился в семье совершенствующихся. Так как его родители отказались сотрудничать с презренными совершенствующимися, клан злодея был уничтожен, когда ему было семь. Он был единственным кто выжил, потому что добрый слуга сбежал вместе с ним, но, к сожалению, слуга умер сразу после их успешного побега. Злодей волочил жалкое существование, пока ему не исполнилось двенадцать. Благодаря его исключительным способностям, третий старейшина секты Зелёная Вершина выбрал его, привёл в секту и сделал его своим учеником.

Безмерно благодарный своему мастеру, злодей усердно практиковался. Всего за семь лет он сформировал золотое ядро и получил звание главного ученика. Однако, в это время, он случайно обнаружил, что его благодетель был причастен к уничтожению его клана. Более того, поскольку его мастер не мог вознестись даже по прошествию многих лет тренировок, он перешёл на путь демонического совершенствования. Мастер привёл его в секту только для того, чтобы потом убить ради своего совершенствования, после того, как у него получится сформировать золотое ядро.

В припадке ярости злодей убил своего мастера. С тех пор, он шёл по пути зла и мести, ища каждого кто причастен к уничтожению его клана. Во время этого периода, он был не единственным кто пострадал от предательства своих друзей в секте, девушка, которую он любил, трагически умерла из-за него. В конечном итоге, он стал абсолютным злом, обратив свою ненависть не только на врагов, но и на целый мир. Он принёс массовые бедствия, множество праведных сект посылали карательные экспедиции против него. Роман закончился его смертью в руках главного героя.

[Гу Сюаньянь понятия не имел сколько ранений в действительности он получил, но кровь продолжала просачиваться сквозь его одежду. Окровавленная, покрытая снегом земля делала это зрелище ещё более жутким. Из-за сломанного ядра и разрушенной базы совершенствования, его рот наполнился металическим привкусом. Он знал, что он находится на грани смерти, но его это совершенно не волновало. Подняв голову вверх и обратив свой взгляд на человека с мечом в руках, он усмехнулся: «Это всего лишь очередной виток в цикле реинкарнации, очередной виток в многовековой тренировке.» После того, как он использовал свои последние силы, чтобы произнести заключительные слова, он рухнул в снег. ]

——

Это было слишком душераздирающе, не так ли?! Автор с самого начала подчеркивал, что роман вращался вокруг добра, и злодей был просто второстепенным персонажем. Тем не менее, Чжун Янь чувствовал, что личность злодея иногда перекрывала главного героя. Он не мог остановить себя от написания комментария: [Если бы был кто-то, кто относился к Гу Сюаньяню искренне, то он бы не ступил на путь зла. Уважаемый автор, Вы всерьёз не подумываете написать экстру о его спасении? Т_Т]

Возможно, это было возмездием за то, что он не готовился к экзамену или за то, что он вёл себя мило, несмотря на то, что был взрослым парнем. Когда он проснулся, он осознал, что переселился в роман и стал персонажем, которого звали Цинь Минси. Более того, в его голове звучал механический голос, растягивающий каждое слово: [Система: 111. Хозяин: Чжун Янь. Миссия: Не дайте цели продолжить совершать убийства, измените траекторию его жизни и помогите вознестись. Нынешнее количество очков хозяина: 100.]

Сбитый с толку серией непредвиденных событий, Чжун Янь принял миссию с растерянностью. Ещё раз вспомнив сюжет романа, он попытался связаться с системой: [Почему я переселился?].

Система со вздохом ответила на этот вопрос: [Судьба Гу Сюаньяня была изначально предопределена - повернуться спиной к добру, что привело к его гибели. Но кто бы мог подумать, что обида читателей будет настолько сильна, что сможет повлиять на развитие этого мира. Поэтому нет выбора, кроме как изменить судьбу злодея.]

Чжун Янь спросил: [... Но почему именно я? Я просто слабый, жалкий и безнадёжный студент.]

Система отвечала с черепашьей скоростью: [Судьба изначально предопределена небесами, поэтому необходим поворотный момент, чтобы изменить ее. Так совпало, что в комментарии Вы написали, что конец был бы другим, если бы к злодею относились искренне. Поэтому организация решила сделать Вас этим ‘поворотным моментом’.]

Чжун Янь на мгновение потерял дар речи. Внезапно, Цин У, который только что вышел, чтобы сварить лекарство, вошёл в комнату с паническим выражением лица: «Старший Цинь, лидер секты и старейшины секты прибыли сюда!»

Секта Зелёная Вершина состояла из лидера секты и трёх старейшин. В ней были очень строгие правила. Ученики должны были тренироваться в горах их мастеров. Лидер секты и старейшины редко встречались, не говоря уже о встречах с учениками. Однако, лидер секты, Ли Сюньцзи, вместе с двумя старейшинами и со всеми пятнадцатью главными учениками собрался в бамбуковым доме, где обычные ученики сегодня отдыхали. Это было только потому, что третий старейшина секты Зелёная Вершина был убит и Цинь Минси был единственным свидетелем этого инцидента. У Чжун Яня было подозрение, что система просто издевалась над ним посылая его в эту часть сюжета.

Одетый в белую даосскую мантию, лидер внушительной секты Зелёная Вершина, Ли Сюньцзи, сидел у кровати. Его волосы и борода были бледно белого цвета. Глядя на человека в постели, он спросил глубоким голосом: «Видел ли ты четко хулигана, который убил Юньцзи?»

Чжун Янь знал, что он переселился в то время, когда злодей убил свою первую жертву, начав путь зла. Тем не менее, он понятия не имел, в какого персонажа он переселился и он не знал, должен ли он сказать правду о произошедшем. В конце концов, он так и не смог отыскать в романе персонажа с именем Цинь Минси, в теле которого он оказался. Видя, что ученик перед ним молчал, лидер секты нахмурил брови и повторил свой вопрос. У Чжун Яня не было другого выбора, кроме как вернуться в реальность и разобраться с этим делом.

Выглядя робким и беспомощном, он произнёс запинающим голосом: «Лидер секты, это... когда этот ученик вошёл, чтобы принести чай и заметил упавшего, в лужу крови, третьего старейшину, кто-то напал на этого ученика сзади... Этот ученик упал в обморок, прежде чем увидел убийцу.»

Услышав это, выражение лица каждого слегка изменилось. Некоторые боялись, что у убийцы высокий уровень совершенствования, в то время как другие тайно демонстрировали своё презрение к этому ученику. Они начали обсуждать, насколько посредственными были способности старшего Циня. За двенадцать лет нахождения в этой секте, единственное, что росло, - его возраст, база его совершенствования оставалась прежней. Помимо тренировок, он мог выполнять только чёрную работу, например подавать чай каждый день. Однако, этот инцидент показал насколько слабым он всё-таки был. Он был даже не в состоянии отбить один удар убийцы, не говоря уже о том, чтобы подробно рассмотреть произошедшее.

Лёгкие смешки тут же заполнили комнату. С хмурым выражением лица, лидер секты, стоявший у кровати, уже собирался заговорить, когда раздался голос: «Поскольку убийца пришёл подготовленным и внезапная смерть мастера была шокирующем событием, для старшего Циня нормально быть неспособным защитить себя. Старшему брату повезло, что он смог выжить с такими тяжелыми ранами. Сейчас ему необходимо сосредоточиться на выздоровлении, прежде чем вспоминать о произошедшем. Он сможет вспомнить некоторые детали инцидента.»

Голос был холодным и собранным. Чжун Янь поднял голову, чтобы посмотреть и увидел молодого человека, которому было около двадцати. Его одежда была светло-зелёной, в тон зелёной ткани, которую он использовал чтобы завязать волосы. Он был высоким и прямым как бамбук, черты его лица были такими же привлекательными как нефрит, его глаза имели освежающий, мальчишеский вид. Заметив, что Чжун Янь смотрит на него, молодой человек слегка приподнял уголки губ, выглядя спокойным и вежливым.

Это был злодей, Гу Сюаньянь. Вокруг него была благородная аура, не было никакого шанса чтобы кто-нибудь догадался, каким жестоким убийцей он станет в будущем. Впрочем, этого и следовало ожидать, ни одна душа в оригинальной истории не подозревала его до самого конца. Он раскрылся только тогда, когда попался в ловушку, загнавшую его в тупик у обрыва. В конце концов, Гу Сюаньянь являлся главным учеником Зелёной Вершины и был одним из лидеров возгласившим экспедицию против демонического совершенствующегося, все его приказы выполнялись незамедлительно. Кроме того, он не позволит выжить никому во время совершения убийства.

Как раз в то время, когда эта мысль пришла в голову Чжун Яню, система заговорила тихим голосом: [Но сейчас есть выживший.]

Чжун Янь потерял дар речи. Иди нахуй.

Услышав слова Гу Сюаньяня, глава секты вздохнул: «В таком случае все свободны. Давайте продолжил когда старший Цинь поправиться. Необходимо усилить безопасность на каждой горе.» После небольшой паузы, стиснув зубы, он продолжил: «Этот ублюдок не только убил третьего старейшину, но и сломал его золотое ядро. Зелёная Вершина клянётся отомстить за него!»

Чжун Янь украдкой бросил взгляд на Гу Сюаньяня. Он выглядел таким же невозмутимым, как и всегда, и даже помог лидеру секты подняться, перед этим он не забыл напомнить ему хорошо заботиться о своём теле. Чжун Янь находил это жалким. Он родился не в ту эпоху. Если бы он жил в современном мире, то с его красивой внешностью и превосходными актерскими способностями, его дом был бы наполнен наградами в мгновение ока. Он бы никогда не стал злодеем.

Когда все ушли, Цин У подошёл к Чжун Яню, чтобы заверить его: «Старший, спешка ни к чему. Со временем ты все вспомнишь.»

Чжун Янь внутренне жаловался. Братан, я действительно помню, что произошло, но у меня не хватает духу рассказать об этом. Когда он посмотрел на невинное выражение лица Цин У, меланхолия, окутавшая его, рассеялась, сведясь к простой фразе: «Лекарство, возможно, испортилось.»

Цин У выскочил за дверь, в то время как Чжун Янь отдыхал на кровати.

[Безусловно, я могу помочь ему с вознесением, но отправь меня хотя бы в момент получше. Например, в то время, когда он ещё был молодым, честным мальчиком, так бы я смог спасти его семью и не дать ему стать злодеем, или когда он только осознал, что его мастер был его врагом, я бы мог остановить его от убийства. Он уже ступил на путь зла, как я, черт возьми, могу спасти его сейчас?!]

После небольшой паузы, система ответила немного неловко: [Мы не очень стабильны и не можем определить в какой отрезок времени Вас забросит... Взгляните на это с положительной стороны, он только начал становиться злодеем. Если Вы приложите усилия, то сможете вернуть его на праведный путь.]

В системе переселения тоже есть сбои? Перед глазами Чжун Яня все на мгновение потемнело. Он мог только утешать себя тем, что он хотя бы не переселился в конец романа. А злодею, вероятно, было бы все равно, если бы он покончил с собой прямой сейчас или сделал бы это позже.

Чжун Янь снова спросил: [Только что, ты все время просила меня не раскрывать свою личность, что испугало меня спрашивать что-либо ещё. Кем является мой персонаж? Какие у него взаимоотношения со злодеем Гу Сюаньянем?]

Система вытащила свою информацию: [Цинь Минси, является членом секты с десяти лет, ученик третего старейшины. Обладает посредственными способностями, в начальной стадии конденсации сущности, ученик третьего ранга. Робкий, слабый и мало говорит. Поскольку его силы слабы, он ежедневно выполняет чёрную работу. Случилось так, что именно он подавал чай в ночь убийства старейшины. Что касается отношений... цель никогда не обращала на него внимание.]

Чжун Янь изо всех сил пытался вспомнить сюжет романа, после того как услышал новые детали. Однако, проведя некоторое время за поиском этого персонажа в своей памяти, он признал поражение: [Почему я даже не помню, чтобы в романе упоминался этот персонаж? Это какой-то новый персонаж, которого, вы, ребята, создали?]

[Он был упомянут в романе.] Система защищаясь, говорила: [Позвольте мне прочесть про него Вам - Как только Гу Сюаньянь узнал правду о причастности своего мастер к уничтожению его клана, он убил Ли Юньцзи на месте и разрушил его золотое ядро. Когда он собирался покинуть место преступления, он встретил ученика, который вошёл в комнату, чтобы подать чай. Гу Сюаньянь, не моргнув глазом, убил его тоже.]

Ученик... ученик... ученик...

В этот момент Чжун Янь хотел завыть. В конце концов, он был не просто второстепенным персонажем, он был просто пушечным мясом без имени, на него ссылались только как ‘ученик’! Было бесполезно использовать такую личность, чтобы попытаться спасти злодея. Злодей даже, черт возьми, понятия не имел, кем был его персонаж.

Системы утешала его: [Это неправда, теперь он определено тебя запомнил.]

А, ну да. Я единственный, кто выжил после того, как он совершил убийство. Печаль захлестнула Чжун Яня и он заскрежетал зубами: [Я наконец-то понял.]

Система сразу же спросила: [Поняли что?]

[Вы никогда не должны расслабляться и читать романы перед экзаменом. Карма укусит вас за задницу!]

Чтобы вознестись, праведному культиватору необходимо было пройти семь стадий: создание фундамента, очищение ци, конденсация сущности, покидание тела, золотое ядро, хинаяна (1), махаяна (2). После двенадцати лет тренировок, Цинь Минси был все ещё на стадии конденсации начальной сущности, его способности были слишком посредственными. Из-за его бледного цвета лица и абрикосовых глаз, даже если ему исполнилось двадцать два, он выглядел намного моложе своих лет. Более того, он был таким слабым и трусливым, что товарищи по секте постоянно над ним издевались.

Чжун Янь сидел за столом уставившись на чашу с лекарством, оно было настолько кристально чистым, что можно было увидеть своё отражение. Спустя долгое время, он вздохнул. В конце концов, система не могла не спросить: [За все утро, Вы вздыхаете уже восьмой раз, что, черт возьми, у Вас на уме?]

Чжун Чнь пробормотал: [Я точно завалил свой экзамен по алгебре...]

Система ответила: [Вы перенеслись сюда около месяца назад... и все ещё думаешь об экзамене? Не нужно больше об этом переживать, Вы уже мертвы.]

Лицо Чжун Яня ничего не выражало: [Сегодня будут результаты экзамена, ты знала?]. Он начал испытывать беспокойство: [Я даже не могу хорошенько выспаться. Я постоянно переживаю, что Гу Сюаньянь появиться у моей кровати и проткнет меня мечом.]

Системе ничего не оставалось, как попытаться успокоить его: [Прямо сейчас, безопасность Зелёной Вершины усилена, ученики постоянно патрулируют территорию. Кроме того, о том, что Вы являетесь свидетелем, знают только лидер секты, старейшины и их главные ученики. Он будет с лёгкостью разоблачён, если попытается Вас сейчас убить. Гу Сюаньянь не настолько глуп.]

Найдя слова системы вполне логичными, Чжун Янь вздохнул с облегчением и сделал глоток из чаши с лекарством. Он ещё не закончил его пить, когда услышал голос позади себя: «Старший Цинь, ты принимаешь лекарство?»

«Кашель! Кашель! Кашель!» Это чуть ли не лишило его жизни, все его лицо было красного цвета. Когда он обернулся, то увидел Гу Сюаньяня со слегка нахмуренными бровями, который подошёл к нему и похлопал его по спине. Обвиняя себя, он произнёс : «Поскольку дверь старшего брата была открыта, то я решил, что можно войти. Это мое упущение.»

У Чжун Яня возникли подозрения, что Гу Сюаньянь сделал это нарочно. Чжун Янь, продолжая кашлять, начал размахивать руками, пытаясь показать Гу СюаньЯню, что с ним все в порядке. После того, как он восстановил своё дыхание, он спросил: «Младший Гу, почему ты здесь?»

Гу Сюаньянь отдернул руку: «Услышав, что старший Цинь почти выздоровел, лидер секты приказал мне привести тебя в переговорный зал.»

Так, получается я могу разоблачить тебя?

Чжун Янь утвердительно промычал вслух и последовал за Гу Сюаньянем.

Переговорный зал находился довольно далеко от дома Чжун Яня. Поскольку секта запрещала летать на мечах, им необходимо было преодолевать это расстояние пешком. Во время дороги, сердце Чжун Яня становилось все болеее беспокойным. Он продолжал переговариваться с системой: [Эй, если я разоблачу его сейчас, он будет вынужден сразиться с лидером секты и двумя старейшинами, которые наверняка выиграют в сражении против него. Если они запрут его в пещере и он будет практиковаться в течении следующих лет, сможет ли он вознестись?]

Система ненадолго замолчала: [Вы уверены, что он не станет еще более злым? Первой вещью в списке его дел, по прошествию десятилетней тренировки, будет месть Вам. Кроме того, разве Вы не говорили, что нужно относиться к нему с добротой?]

Чжун Янь смутился: [Я знаю, что нужно направить его на добрый путь. Даже если я всего лишь обычный старший брат, я все ещё могу попытаться немного его перевоспитать. Но с такими отношениями, которые у нас с ним сейчас, не пошлёт ли он меня, если я попытаюсь сблизиться с ним?]

Не зная как решить эту проблему, система могла только утешать Чжун Яня: [Не переживайте, Гу Сюаньянь не знает, разглядели ли Вы его лицо тем вечером, продолжайте лгать.]

Что если он убьёт меня, не пытаясь понять видел ли я его лицо или нет? Прежде чем задать этот вопрос системе, он стукнулся головой об спину Гу Сюаньяня. Чжун Янь потерял дар речи. Ах! Мой лоб должно быть сильно покраснел из-за удара.

Вероятно, это был первый раз когда с Гу Сюаньянем произошёл такой инцидент, слабая улыбка появилась на его лице, когда он обернулся: «Старший брат, мы пришли.»

Смущенный Чжун Янь, прикрывая лоб рукой, вошёл в зал. В зале находились только лидер секты и старейшины. Чжун Янь почтительно поклонился, в то время как Гу Сюаньянь остался стоять у дверей. Когда он уже собирался закрыть двери, лидер секты медленно произнёс: «Сюаньянь, ты ученик, которым больше всего гордился Юньцзи, ты должно быть сильно расстроен его кончиной. Останься и послушай.»

Ошеломлённый Чжун Янь обернулся, чтобы посмотреть на Гу Сюаньяня, который на мгновение замер, после чего слезы появились в его глазах, и он пробормотал: «Хорошо.» Войдя в зал, он отошёл в сторону.

Чжун Янь был безмолвен. Вау, он действительно хорош.

Ли Сюньцзи кашлянул и посмотрел на Чжун Яня: «Минси, ты поправился?»

Чжун Янь поспешно ответил: «Я почти выздоровел.»

Три старейшины обменялись взглядами, прежде чем первый старейшина, Ли Вэньцзи, начал задавать вопросы: «В таком случае, как много ты помнишь о том, что произошло тем вечером?»

Чжун Янь почувствовал взгляд Гу Сюаньяня. Стиснув зубы, он произнёс: «Было слишком темно. Этот ученик был застигнут врасплох и не смог четко рассмотреть лицо убийцы. Даже после многократных попыток, в течении этого месяца, этот ученик не смог вспомнить детали.

Второй старейшина пришёл в ярость, его голос был громким как гром: «Ты ни разу не смог взглянуть на лицо убийцы?!»

Ли Сюньцзи смотрел сверху вниз на Чжун Яня, его глаза были смертельно серьёзны. На лбу Чжун Яня выступили капли пота, он низко опустил голову, не смея произнести хоть слово. Смотря на реакцию Чжун Яня, все в зале решили, что он напуган до смерти. Ли Сюньцзи отвёл свой суровый взгляд и глубоко вздохнул: «Вы можете хотя бы определить, какой из пяти методов культивирования, использовал убийца?»

Несмотря на то, что база совершенствования Чжун Яня не была хороша, он все же находился на этапе конденсации начальной сущности. Любой бы понял, что он притворяется, если бы он сейчас сказал, что не знает этого. Чжун Янь пробормотал: «Этот глупый ученик... думает, что убийца, возможно... демонический совершенствующийся.»

По сюжету, Ли Юньцзи, зашёл в тупик, и не смог продвинуться дальше стадии формирования золотого ядра. Поэтому он стал демоническим культиватором. Он надеялся, что сможет украсть золотое ядро Гу Сюаньяня и мгновенно улучшить свою базу совершенствования, но вместо этого был убит Гу Сюаньянем. Гу Сюаньянь был праведным культиватором, и когда Ли Юньцзи умер, его демоническая аура рассеялась повсюду, и замаскировала праведную ауру Гу Сюаньяня.

Чжун Янь дал такой ответ не только для того, чтобы прикрыть Гу СюаньЯня, но также и для того, чтобы уменьшить подозрения Гу Сюаньяня насчёт него. Услышав это, напряжение в воздухе стало таким сильным, что его можно было резать ножом. Ли Вэньцзи бросил взгляд на лидера секты и сказал: «Действительно, в комнате присутствует демоническая аура.»

Знание сюжета спасло его положение. В конце концов, кто бы мог подумать, что лидер секты Зелёная Вершина будет культивировать демонический путь. Более того, несмотря на то, что тут было бесконечное множество культиваторов других методов совершенствования, некоторые культиваторы действительно бродили тут, чтобы убивать и красть базы культивирования.

Чжун Янь похлопал себя по спине, когда Гу Сюаньянь выступил вперёд и доложил: «Пришло письмо из секты Буддийский Храм Амогаваджра, в котором говорится, что великий наставник (3) Шиин, взошёл на лотосовый трон (4) и в ближайшем времени направится на запад, чтобы поприветствовать Ишвару-деву (5), поэтому необходимо нанести поздравительный визит.» Закончив говорить, он посмотрел на Чжун Яня и один из уголков его губ приподнялся: «Многие придут, чтобы поздравить его, так почему бы старшему Циню не составить мне компанию? Если вдруг наши пути с убийцей пересекутся, воспоминая старшего брата о том происшествии могут вернуться.»

Услышав это предложение, лидер секты и старейшины обменялись взглядами. Чжун Янь вздрогнул от шока. Внутри секты, Гу Сюаньяню сложно было бы его убить, лидер секты, старейшины и другие ученики могли бы это заметить, но вне секты, ему никто не сможет помешать. Для Гу Сюаньяня, убить Чжунь Яня там, было бы проще простого.

Как только Чжун Янь подумал об этом, он сразу же опустился на колени, не давая лидеру секты ничего сказать: «Этот ученик обладает посредственными способностями и он не осмелится опозорить Зелёную Вершину.»

Гу Сюаньянь заверил его: «Мы собираемся просто его поздравить. Старший брат, тебе не нужно волноваться.»

Лицо Чжун Яня выражало искренность: «Но младший брат, что если мы встретим убийцу? Он увидит, что я все ещё жив...»

Гу Сюань бросил на Чжун Яня взгляд, подобный весеннему ветерку: «Старший Цинь, не переживай. Не смотря на мою скромную базу совершенствования, этот младший брат будет стараться изо всех сил чтобы защитить старшего брата.»

Чжун Янь был поражён бесстыдством Гу Сюаньяня. Боясь, что Гу Сюаньянь начнёт его в чём-то подозревать, он больше не осмеливался ничего сказать. В этот момент, лидер секты наконец произнёс: «Вы должны быть предельно осторожны во время путешествия.»

Что ж, все решено, нет смысла что-либо ещё говорить. Лицо Чжун Яня выражало благодарность, когда он посмотрел на Гу Сюаньяня: «Раз младший так сказал, этот старший брат пойдёт с ним.»

Когда они вышли из переговорного зала, Гу Сюаньянь мельком взглянул на Чжун Яня, прежде чем поднять руку. Чжун Янь чуть не выпрыгнул из своей кожи и тут же отшатнулся. Рука Гу Сюаньяня повисла в воздухе, Чжун Янь неловко улыбнулся: «Что младший брат пытается сделать?»

Голос Гу Сюаньяня был нежным: «Старший брат, твои волосы растрепались.»

Чжун Янь тут же пригладил свои волосы: «Хахаха! Может из-за того, что я кланялся, они стали такими.»

Кивнув, Гу Сюаньянь опустил руку и тепло улыбнулся: «Старший Цинь, спасибо, что отправишься со мной на поздравительную встречу через месяц.»

Гу Сюаньянь ушёл, оставив Чжун Яня дрожать от страха: [Система, он поблагодарил меня за то, что я отправлюсь на поздравительную встречу вместе с ним или он поблагодарил меня за то, что ему будет проще убить меня там...?]

Система также была потрясена: [Понятия не имею...]

Как бы ни сопротивлялся Чжун Янь, новость о том, что он отправится в путешествие вместе с Гу Сюаньянем быстро распространилась в секте. О смерти Ли Юньцзи знали только главные ученики, старейшины и лидер секты. Всякий раз, когда ученики видели Чжун Яня прогуливающимся по горе, они шептались между собой.

Чжун Янь не обращал внимание на шепотки. Однако, не удовлетворившись только сплетнями, один ученик открыто спросил Чжун Яня: «Ходят слухи, что старший Гу возьмёт старшего брата в путешествие, это правда?»

Мальчику перед ним было лет пятнадцать-шестнадцать, его глаза были полны высокомерия: «Этот новый ученик был недавно принят лидером секты, Лянь И.»

Чжун Янь вздохнул: «Да, это правда.»

Ответ Чжун Яня ещё больше разозлил мальчика: «Раньше, старший Гу всегда ходил на поздравительную встречу один. Почему он взял тебя в этот раз?» Бросив оценивающий взгляд на Чжун Яня, он продолжал: «Даже если ему необходимо взять кого-то с собой, в секте есть множество других талантливых учеников, так почему он выбрал тебя?»

Вопрос прозвучал неприятно. Какой бы посредственной не была база совершенствования Цинь Минси, он все равно оставался его старшим братом. Чжун Янь с улыбкой поднял голову: «Я тоже не знаю. Почему бы младшему Ляню не спросить об этом младшего Гу.»

Этот вопрос поразил мальчика, заставив его остолбенеть. Это решение было принято лидером секты и старейшинами. Ему были трудно принять это, но он не осмеливался подойти к Гу Сюаньяню и спросить его об этом.

Чжун Янь продолжал настаивать, не обращая внимание на замеревшего ученика: «Действительно, в секте множество более умных и талантливых учеников, чем я. Иди и спроси его. Наверняка младший Гу захочет заменить меня таким выдающим младшим Лянем.»

Прежде чем Чжун Янь смог закончить предложение, система предупредила его: [Гу Сюаньянь здесь.]

Чжун Янь тут же закрыл рот. Как и ожидалось, за его спиной послышался голос Гу Сюаньяня: «О чем говорят старший брат и младший брат?»

Когда Чжун Янь обернулся, он увидел одетого в зелёное, Гу Сюаньяня. Он послушно ответил: «Младшего Ляня заинтересовала новость о том, что мы отправляемся в путешествие через несколько дней, поэтому он пришёл спросить правда ли это.»

Лянь И испугался: «Это верно, это верно. Я просто хотел спросить, может вам двоим что-нибудь нужно?»

Гу Сюаньянь тихо усмехнулся: «Младший Лянь ещё слишком молод, это нормально для него интересоваться прогулками на свежем воздухе.» Когда Лянь И выдохнул с облегчением, Гу Сюаньянь добавил: «Просто в будущем, не забывай быть более вежливым со своим старшим братом. Помнишь правило секты, уважительно относится к старшим?»

Хотя голос Гу Сюаньянь был спокойным и собранными, Лянь И стал послушным как ягнёнок. Он опустил голову и пробормотал: «Старший Гу, мне очень жаль.»

Это извинение лишило Чжун Яня дара речи. Ты должен был извиниться передо мной.

Гу Сюаньянь легонько похлопал Лян И по спине: «Иди.»

Когда Лян И ушёл, Гу Сюаньянь снова повернулся к Чжун Яню. Чжун Янь с вызовом приподнял уголки губ: «Спасибо за помощь, младший Гу.»

В глазах Гу Сюаньяня мелькнул намёк на улыбку: «Старший Цинь обладает даром красноречия, приятно осознавать, что меня не считают назойливым человеком.»

Почему у него такой острый слух?

Лицо Чжун Яня выражало несогласие: «Младший Лянь, подходит для этого путешествия лучше, чем я. Я действительно переживаю, что могу опозорить секту и младшего Гу.»

Чжун Янь понятие не имел, поверил ли ему Гу Сюаньянь. Глаза Гу Сюаньянь превратились в полумесяцы из-за улыбки и он заверил его: «Старший брат, не волнуйся. У тебя есть я.»

... то, что ты рядом и беспокоит меня больше всего. Но Чжун Янь должен был продолжать притворяться, поэтому он начал льстить Гу Сюаньяню: «В последнее время я очень плохо сплю по ночам, но зная теперь, что младший брат будет рядом со мной, я чувствую себя успокоившимся.»

Неловкое молчание повисло между ними, даже система не могла не съязвить: [В Ваших словах было слишком много лести, Вы переборщили.]

Чжун Янь не обратил внимание на слова системы и продолжал внимательно смотреть на Гу Сюаньяня. Редкое молчание окружило Гу Сюаньяня и казалось, что он был ошеломлён словами Чжун Яня, спустя пару мгновений он ответил: «Сюаньянь определенно не подведёт старшего брата. Уже поздно, пожалуйста, ляг пораньше старший брат. Мы уходим завтра.»

После этих слов сердце Чжун Яня на мгновение замерло, но он изобразил на лице храбрость: «Младший брат тоже должен лечь пораньше.»

На обратном пути Чжун Янь обратился к системе: [Моя лесть действительно была такой очевидной?]

Система ответила быстро и не колеблясь: [Абсолютно.]

Чжун Янь на мгновение лишился дара речи: [Это искусство красноречия, понимаешь? Если это сделает его счастливым, он может оставить мысли о моем убийстве.]

Система подметила: [Единственное, что я знаю, это то, что льстецов всегда быстро...]

Чжун Янь оборвал фразу: [Замолчи...]

(1) 小乘 xiǎochéng - хинаяна - термин, буквально означающий «малая колесница» (в смысле «малый или низший, ущербный путь», «узкий путь»). Одно из двух основных существующих направлений буддизма.

(2) 大乘 dàchéng, dàshèng - махаяна — Великая (Большая) колесница буддийского пути, проходя по которому, буддисты стремятся достичь Пробуждения во благо всех живых существ.

(3) 大师 dàshī - вежливое обращение к буддийскому монаху

(4) 莲台liántái - будд. лотосовый трон (буддийских святых), седалище (трон) Будды (в форме ненюфара).

(5) 自在天 zìzàitiān - будд. Ишвара-дева, термин употребляемый в буддизме, для обозначения могущественного, но не всесильного существа.

На следующий день они вдвоём отправились в путешествие. Из-за популярности Гу Сюаньяня в секте, многие ученики собрались у ворот, чтобы провести его. Какофония голосов окружила Гу Сюаньяня, когда все столпились вокруг него, прося его заботиться о себе и желая скорейшего возвращения. Чжун Янь стоял в стороне и был счастлив, что на него никто не обращает внимание.

Несмотря на то, что Гу Сюаньяня окружили все эти ученики, он не проявлял ни малейшего раздражения. Только после того, как он попрощался с толпой, он обернулся к Чжун Яню, который стоял сбоку, неподвижно, словно статуя: «Старший брат, пойдём.»

Самая знаменитая буддийская секта в Великой Пустыне, Буддийский Храм Амогаваджра, располагалась у северного моря на горе Амогаваджра, и была изолированна от всего мира. Так как секта находилась далеко, они летели на мечах. Спустя долгое время, они наконец добрались до места назначения. Монах, отвечающий за приём гостей, ждал их возле моря. Увидев, что они прибыли, он сложил руки в молитвенном жесте1 и произнес: «Амитабха.»2

Гу Сюаньянь ответил на приветствие: «Мы слышали, что наставник Шиин вознесся на путях буддизма, Гу Сюаньянь и Цинь Минси пришли, чтобы поздравить его от имени лидера секты.»

Монах поклонился: «Этого ученика зовут Шань Сюнь. Благодетель Гу и благодетель Цинь, должно быть устали после дороги. Пожалуйста, следуйте за мной в зал для отдыха3.»

Чжун Янь и Гу Сюаньянь последовали за Шань Сюнем в зал. Обычно на острове, на котором находилась секта Буддийского Храма Амогаваджра, жили только монахи. Но из-за поздравительной церемонии, на острове, собрались ученики со всех сект. Гу Сюаньянь спросил: «Могу ли я узнать, какие ещё секты будут присутствовать на церемонии?»

Немного поразмыслив, Шань Сюнь ответил: «Буддийские культиваторы из секты Буддийский Храм Гуаньюнь, духовные культиваторы секты Гора Фулин, культиваторы боевых искусств секты Дацзин, демонические культиваторы Северной Пустыни, даосские культиваторы секты Гора Нефритовый Обитель и секты Травяное Облако, и вы двое, из секты Зелёная Вершина.»

Любопытство взяло верх над Чжун Янем: «Демонические и духовные культиваторы тоже здесь?»

Шань Сюнь ответил: «Все культиваторы равны. Если внутри у них присутствует доброта, имеет ли значение какой путь они проповедуют?»

Лицо Чжун Яня покраснело, Гу Сюаньянь заступился за него: «Верно сказано. Мой старший брат никогда не встречал демонических или духовных культиваторов, это его первый раз, когда он покинул секту. Ему просто было любопытно, он не хотел никого обидеть.»

Чжун Янь вздохнул с облегчением и выразил благодарность Гу Сюаньяню в своём сердце. Было бы здорово, если бы ты все время оставался таким добрым. Однако, в следующую секунду, Гу Сюаньянь спросил: «Могу ли я узнать имена культиваторов, которые пришли из сект Гора Нефритовый Обитель и Травяное Облако? Будучи товарищами по даосскому методу культивирования, мы должны их навестить.»

«Конечно, Лянь Чжэнь - благодетель из Нефритовой Обитель и Чунь Цинь - благодетель из Травяного Облака.»

Сердце Чжун Яня слегка упало.

Он понятия не имел, кем был Лянь Чжэнь, да и в романе о нем почти ничего не было сказано, так что он не был важным персонажем. Однако Чунь Цинь был старейшиной секты Травяное Облако, а также являлся одним из виновников резни клана Гу Сюаньяня. Он был второй жертвой Гу Сюаньяня.

Прежде чем убить Ли Юньцзи, Гу Сюаньянь вызнал у него имена всех виновных в уничтожении его клана. С тех пор, как он осмелился убить своего мастера, у него определенно не дрогнет рука, чтобы убить Чунь Циня.

Как только эта мысль пришла в голову Чжун Яня, он поднял голову и посмотрел на Гу Сюаньяня, который по прежнему улыбался монаху.

Комната Гу Сюаньяня находилась рядом с комнатой Чжун Яня. Как только Чжун Янь вошёл к себе, он спросил систему: [Если Гу Сюаньянь убьёт кого-то из мести, это же не будет считаться как маниакальные убийства, которые он совершал дальше по сюжету?]

Система ответила спокойным голосом: [Согласно нашим правилам, Гу Сюаньяню строго запрещено убивать, не имеет значение кем является его жертва. Каждый раз, когда он будет убивать, из Ваших очков будет вычтено двадцать пунктов. Сейчас, количество Ваших очков составляет 100. Считаются даже убийства совершенные в защиту.]

Чжун Янь рассердился: [Это абсурдно... Что, если у меня не останется очков? Вернусь ли я тогда домой?]

Система отвечала холодно: [С Вами произойдёт то же самое, что и с Вашим экзаменом по алгебре.]

Голова Чжун Яня была пуста, когда он это услышал.

Заметив, что Чжун Янь потерял дар речи, система утешила его: [Думайте позитивно, посмотрите как Вам повезло, что Вы переселились в такой удачный момент. Вы не получили минус двадцать очков за смерть Ли Юньцзи.]

После двух перекатываний на кровати и удара рукой по подушке, Чжун Янь наконец смирился со своей судьбой: [Я помню, что по сюжету, Гу Сюаньянь убил Чунь Циня в ночь перед церемонией, но это было только потому, что он случайно встретил его в буддийском храме. В романе ничего не говорилось о том, что Гу Сюаньянь расспрашивал Шань Сюня о нем, так что я понятия не имею, будет ли двигаться история в том же направлении.] Чжун Янь нахмурился и на мгновение задумался: [Неважно. Все будет хорошо, если я не допущу встречу Гу Сюаньяня и Чунь Циня.]

С этой мыслью, Чжун Янь спрыгнул с кровати и постучал в дверь соседней комнаты. Увидев в дверях Чжун Яня, Гу Сюаньянь слегка насмешливо приподнял бровь: «Старший брат, я могу тебе чём-нибудь помочь?»

Чжун Янь усмехнулся: «В комнате слишком скучно одному, поэтому я пришёл к младшему Гу.»

«О? Я думал старшему брату не нравится быть вместе со мной.»

Не уверенный, какой смысл заложил в этот ответ Гу Сюаньянь, Чжун Янь сухо рассмеялся: «Не правда. Я хочу быть ближе к младшему брату.»

Гу Сюаньянь почему-то обрадовался словам Чжун Яня. Он слегка усмехнулся, прежде чем отойти в сторону: «Пожалуйста, входи, старший брат.»

Чжун Янь вошёл в комнату. Комнаты, в буддийском храме, выглядели просто и скромно. В комнате были только кровать, стол и стулья, между ними стояла перегородка. Чжун Янь сел за стол, в то время как Гу Сюаньянь налил ему чашку чая: «Фруктовый чай, которые делают здешние монахи, очень хорош. Попробуй, старший брат.»

Чжун Янь взял чашку чая и залпом ее выпил, после чего польстил Гу Сюаньяню: «Действительно, очень даже неплохо.»

Гу Сюаньянь спросил его: «О? На что похож вкус чая?»

Почему я должен отвечать на такой вопрос... Он был человеком, который вырос, выпивая кока-колу. У Чжун Яня не было выбора, кроме как попытаться ответить на этот вопрос: «Этот чай оставляет во рту сладкое послевкусие... о, а ещё тут присутствует вкус бамбука.»

Услышав это, Гу Сюаньянь на секунду замер: «В фруктовом чае монахов нет никакого бамбука.» Что-то пришло ему на ум, когда он с улыбкой продолжил: «Однако, из-за частых холодов на Зелёной Вершине, я зажигаю благовония с запахом зелёного бамбука, это помогает избавиться от сырости. Так как я делаю это уже довольно-таки давно, моя одежда пропиталась этим запахом. Поэтому бамбуковый запах, скорей всего исходит от моей одежды.»

После этого он медленно спросил: «Разве старший брат, не чувствовал этот запах раньше?»

Черт возьми... Чжун Янь выругался про себя. Внезапно его осенило: «Я знаю.» После чего он слегка смущенно посмотрел на Гу Сюаньяня: «Просто это первый раз, когда я смог почувствовать запах младшего брата. Он, конечно, ароматный.»

Их глаза на мгновение встретились, прежде чем Гу Сюаньянь отвёл взгляд: «Если старшему брату нравится этот запах, я пришлю ему благовония, когда мы вернёмся обратно в секту. Я планирую нанести визит старшим из секты Гора Нефритовый Обитель и Травяное Облако, старший брат...»

Чжун Янь поспешно поставил чашку: «Я пойду с тобой!»

Лянь Чжэнь из секты Гора Нефритовый Обитель находился в комнате напротив них. Он являлся обычным учеником и был молод, поэтому вёл себя застенчиво. После того, как Гу Сюаньянь произнёс название своей секты, у него загорелись глаза: «Ты должно быть Гу Сюаньянь.» Он начал оправдываться, видимо смущенный вырвавшимися словами: «Я слышал о талантливом ученике в секте Зелёная Вершина, Гу Сюаньяне, который вошел в этап Золотое Ядро в возрасте восемнадцати лет. Сегодня у меня наконец появился шанс лицезреть вас лично.»

Гу Сюаньянь ответил со скромностью: «Благодарю, но это преувеличение. Гора Нефритовый Обитель знаменита своими талантливыми учениками. Видя вас я убедился в этих словах.»

Чжун Янь стоял рядом, тихий, словно мышь. Он пробормотал в своём сердце. Вау, культиваторы, оказывается, такие лжецы. Ни с того ни с сего, сбоку, прогремел пожилой голос: «Что тут за шум?»

Все трое одновременно повернули головы. Дверь соседней комнаты открылась и оттуда вышел седобородый старик. С раздражённым видом он снова взревел: «Что тут за шум?!»

Хотя они болтали без умолку, их голоса были тихими, они не шумели и, ни в коем случае, не кричали. Лянь Чжэнь поспешно поклонился: «Старейшина Чунь.»

Чжун Янь сразу понял, кем был этот старик. Лянь Чжэнь представил его им: «Это старейшина секты Травяное Облако, Чунь Цинь. А это ученики секты Зелёная Вершина, Гу Сюаньянь и Цинь Минси.»

Какое совпадение. Чжун Янь сокрушался в своём сердце, после чего он быстро подошёл к Гу Сюаньяню, боясь, что он не сможет сдержаться и убьёт этого старика из мести, прямой сейчас.

Бросив быстрый взгляд на Чжун Яня, Гу Сюаньянь перевёл свой взгляд обратно на Чунь Циня: «Приветствую старейшину, этого ученика зовут Гу Сюаньянь.»

Чжун Янь последовал его примеру и тоже представился. Чунь Цинь посмотрел на этих двоих, после чего остановил свой взгляд на Чжун Яне и начал насмехаться над ним: «Какой стыд, ученик с такой низкой базой совершенствования осмеливается позорить свою секту, выходя во внешний мир. Если бы ты был моим учеником, я бы давно уже изгнал тебя из секты.»

Лицо Чжун Яня ничего не выражало, он относился к этому, как будто это не его оскорбляли. Затем, взгляд старейшины упал на Гу Сюаньяня. Он нахмурился и в его глаза появилась зависть. Спустя долгое время, он заговорил: «Неплохо, неплохо. Стадия Золотого Ядра в таком юном возрасте. С таким учеником, конечно, надо считаться.»

Несмотря на то, что слова звучали должным образом, в тоне старейшины сквозила ненависть. Сердце Чжун Яня тревожно забилось. Напротив, у Гу Сюаньяня была нежная, элегантная улыбка на лице, как будто он не слышал тон старика: «Мне ещё многому нужно поучиться у старейшины Циня.»

Чунь Циню было уже за шестьдесят, однако, он все ещё застрял на поздней стадии Золотого Ядра, не в состоянии войти в стадию Ханаяны. Поэтому, естественно, он был переполнен ревностью, когда увидел Гу Сюаньяня. К счастью, он не знал, к какому клану принадлежал Гу Сюаньянь, и был осторожен, чтобы не начать сражаться в буддийском храме. Он только усмехнулся в ответ и вернулся в свою комнату, хлопнув дверью.

Лянь Чжэнь вздохнул с облегчением. С горькой улыбкой, он утешал двоих шёпотом: «Пожалуйста, не принимайте это близко к сердцу. У старейшины Циня скверный характер. За эти два дня, он уже оскорбил большое количество культиваторов. Прибыв сюда, я нанёс ему визит. Его отношение ко мне было ещё хуже. Хотя, это может быть связанно с моей неспособностью нормально общаться. По правде говоря, младший Чанъюнь должен был присутствовать, но у него внезапно что-то произошло...»

Сердце Чжун Яня пропустило удар и он поспешно прервал его: «Чанъюнь? Ты имеешь в виду Цзи Чанъюня?»

Лянь Чжэнь был потрясён: «Действительно. Этот младший Цинь знает младшего Цзи?»

Я не только знаю его, я ещё очень хорошо знаком с его жизнью! Он же главный герой романа!

Кроме Гу Сюаньяня, единственными персонажами, с которыми он столкнулся после своего переселения, были либо второстепенные персонажи либо такое же пушечное мясом, как и он. Были даже небольшие изменения, которые не совпадали с сюжетом романа. Неожиданное упоминание главного героя, наконец, дало Чжун Яню ощущение, что он действительно находится в мире веб-романа.

Чжун Янь стиснул руки Лянь Чжэня, слёзы почти наполнили его глаза. Через некоторое время, он наконец произнёс: «Как поживает твой младший Цзи?»

Лянь Чжэнь, заикаясь, пробормотал: «Не... неплохо. Знаком ли младший Цинь с младший Цзи?»

Только тогда, Чжун Янь заметил, что вёл себя слишком возбуждённо, он поспешно убрал руки: «Не знаком, я просто слышал, что Цзи Чанъюнь из секты Гора Нефритовый Обитель очень талантлив, я восхищаюсь им.»

Лицо Лянь Чжэня выражало гордость, когда он услышал похвалу Чжун Яня: «Неудивительно, что младший Цинь слышал о нем. Наш младший Цзи такой талантливый, высокоморальный и обычно...»

Гу Сюаньянь резко прервал его: «Старший брат, пора возвращаться. Скоро монахи будут доставлять еду.»

Чжун Янь хотел спросить, где был Цзи Чанъюнь, но услышав это, ему ничего не оставалось, кроме как попрощаться с Лянь Чжэнем. Когда они подошли к своим комнатам, Чжун Янь без стыда вошёл в комнату Гу Сюаньяня. Вместо того, чтобы остановить его, Гу Сюаньянь просто закрыл дверь: «Несмотря на то, что старший брат, столько лет не выходил из секты, он все ещё знает учеников из других сект.»

Чжун Янь не мог винить никого, кроме себя, за свою чрезмерно бурную реакцию. Он собрал все своё мужество и попытался объяснить: «Эмм... я слышал о Цзи Чанъюне от младших учеников. Многие хвалят его, поэтому я подумал, что он должно быть хороший человек. Поэтому я спросил из любопытства.»

Гу Сюаньянь кивнул, на его лице не было ни гнева, ни радости: «Что насчёт меня?»

«А?»

Гу Сюаньянь мягко произнёс: «Многие также хвалят меня. Что думает обо мне старший брат?»

Я думаю, что ты сумасшедший...

Хотя Чжун Янь был недоволен этим вопросом, ему все же надо было хоть что-нибудь сказать: «У младшего Гу очень мощная база совершенствования, он выглядит благородно и достойно, все им восхищаются.»

«Это все?»

«Это все.»

Голос Гу Сюаньяня стал холодным как лёд: «Старший брат умеет говорить комплименты.»

Если я умею, то почему ты выглядишь таким раздражённым? Чжун Янь чувствовал, что у Гу Сюаньяня не все в порядке с головой, но он все равно был вынужден к нему подлизываться. Немного подумав, он добавил: «Конечно, в моем сердце младший брат самый лучший.»

Как только он это сказал, выражение лица Гу Сюаньяня смягчилось.

Чжун Янь не заметил этого. Единственное объяснение, до которого он додумался было тем, что Гу Сюаньянь был талантлив и умён, и не было ничего странного в том, что он гордился этим и хотел, чтобы другие делали ему комплименты. Вероятно, ему не нравилась, когда в его присутствии хвалили других, в нем поднимался дух соперничества.

Тск тск тск, как злодей может быть таким мелочным?

Гу Сюаньянь не знал, какой образ о нем, сформировался у Чжун Яня в голове. Когда небо стало темным, Гу Сюаньянь зажег свечу и спросил: «Разве старший брат не собирается вернуться к себе в комнату?»

Чжун Янь тут же произнёс заранее заготовленный текст: «Младший брат, здесь находится так много людей, что если убийца прячется среди них? Моя база совершенствования очень плоха, я сомневаюсь, что успею позвать кого-нибудь на помощь, если за мной придёт убийца. Почему бы мне не поселиться с тобой в одной комнате?»

Гу Сюаньянь оцепенел. Прежде чем он успел ответить, система подняла шум: [А Вы не боитесь, что он просто проткнет Вас мечом пока вы будете спать?]

Раздражённый Чжун Янь, ответил ей. [Возможно. Но перед нашим отбытием, Гу Сюаньянь пообещал старейшинам секты, что он будет защищать меня. Не может же он убить меня сразу, после прибытия в буддийский храм, верно? Кроме того, я думаю, что Чунь Циня он хочет убить сильнее, чем меня, так что я могу пока не беспокоиться.]

Система не находила слов. Через некоторое время, она произнесла: [Вы такой оптимист.]

Когда уже Чжун Янь хотел ей ответить, Гу Сюаньянь согласился: «Хорошо. Приношу извинения старшему брату за причинённые неудобства.»

Во время беседы с системой, Чжун Янь, выглядел храбрым, но страх все ещё теплился в его сердце. Забравшись на кровать, он снова произнёс: «Младший брат, пожалуйста, защити меня.»

Гу Сюаньянь издал лёгкий смешок и задул свечу. Комната погрузилась в темноту. Единственным, слышимым звуком был холодный как лёд, голос Гу Сюаньяня: «Конечно, старший брат.»

В тот же миг, Чжун Янь пожалел о своём решении. Может мне стоит отказаться от этих двадцати пунктов? Думаю, мне лучше вернуться к себе. Однако, Гу Сюаньянь уже забрался на кровать. Он накрылся одеялом и прошептал: «Спокойной ночи, старший брат.»

Когда дыхание Чжун Яня стало ровным, Гу Сюаньянь открыл глаза и посмотрел на него.

Лунный свет освещал комнату. Лицо Чжун Яня выглядело мертвенно-бледным. Гу Сюаньянь уставился на человека,спящего рядом с ним, прежде чем протянуть руки и обхватить шею Чжун Яня.

Стоило только посильней надавить и Чжун Янь был бы мёртв.

В конце концов, Гу Сюаньянь, только легонько нажал, указательным пальцем, на кровеносный сосуд на шее Чжун Яня. Некоторое время спустя он убрал руки.

1) 双手合十 shuāngshǒu héshí - молитвенный жест; молитвенно сложить руки.

2) 阿弥陀佛 ēmítuófó - Эта фраза означает общее приветствие среди буддистов

3) 禅房 chánfáng - помещение в буддийском монастыре, куда уединяются для созерцания; жилище в храме

Когда Чжун Янь проснулся на следующее утро, он не увидел Гу Сюаньяня. Чжун Янь поспешно осмотрел всю комнату и только после того, как он увидел за перегородкой неясный силуэт Гу Сюаньяня, он вздохнул с облегчением и поднялся с постели, чтобы одеться.

В это время Гу Сюаньянь чистил зубы и умывался. Когда он заметил, что Чжун Янь проснулся, он подал ему чашку с подсоленной водой, чтобы тот прополоскал рот, и потом подал платок: «Старший брат, умой своё лицо.»

Чжун Янь послушно начал умывать своё лицо, одновременно с этим говоря системе: [Ах... Гу Сюаньянь действительно ведёт себя как джентельмен.]

Наблюдая, как Чжун Янь чуть не был задушен прошлой ночью этим ‘джентельменом’, система была безмолвна.

Забудь об этом, удача благоволит дуракам.

После того, как они оба позавтракали, неподалёку раздался звон, символизирующий начало церемонии.

Благодаря таланту и трудолюбию, культиваторы боевых искусств понемногу возносились и повышали собственный уровень. Духовные и демонические культиваторы, которые шли по праведному пути, улучшали свои навыки путём тренировок, в то время как остальные, продвигались путём совершения убийств культиваторов и кражи их базы совершенствования. Хотя буддийские культиваторы регулярно тренировались, их прогресс больше зависел от моментов прозрения1. Некоторые не могли постигнуть прозрение даже после многолетних тренировок. Только после тренировок в течении ста двенадцати лет наставник Шиин постигнул прозрение и взошел на лотосовый трон.

Церемония проходила за пределами зала Лохань. Наставник Шиин сидел в центре лотосового трона и медитировал. В это время, у трона стояли и пели тысяча восемьдесят монахов. Их песнопения были похожи на звук издаваемый большим колоколом: торжественно, величественно и безмятежно. Все поздравляющие культиваторы, присели для участия в церемонии.

Церемония длилась весь день, так что большинству культиваторов пришлось остаться на ещё одну ночь. Чжун Янь и Гу Сюаньянь сидели рядом и слушали песнопения. В отличие от Гу Сюаньяня, который казался серьезным, Чжун Янь рассуждал, сможет ли он использовать тот же самый предлог, чтобы разделить постель с Гу Сюаньянем этой ночью.

После окончания церемонии, все начали расходиться. Чжун Янь и Гу Сюаньянь направились в сторону своих комнат, когда кто-то позади них крикнул: «Один из вас - Гу Сюаньянь из Зелёной Вершины?»

Хотя голос не был громким, это все равно привлекло внимание других. Прохожие, в том числе Чжун Янь и Гу Сюаньянь, обернулись и увидели тощего парня лет тридцати, одетого в чёрную мантию, с красной отметиной между бровей. Он смотрел прямо на них.

Гу Сюаньянь кивнул ему: «Я могу вам чем-нибудь помочь?»

На бледном лице обозначился намёк на улыбку, а в его глазах сияли яркие искры2: «Конечно нет, я не смею. Услышав, что Гу Сюаньянь из Зелёной Вершины умён и талантлив, несмотря на молодость, этот демонический культиватор Чжу Пин, просит о поединке с ним.»

Гу Сюаньянь издал лёгкий смешок: «Спасибо за похвалу, старший. Однако, сегодня не очень удачный день для этого.»

Поклонившись, Чжу Пин усмехнулся: «Могу ли я узнать причину? Возможно, вы, боитесь?»

Чжун Янь не смог удержаться и перебил: «Это потому, что сегодня состоится церемония. Вы здесь, чтобы поздравить наставника или поставить других в затруднительное положение?»

От его замечания все были в шоке. Чувствуя себя немного оскорбленным, Чжу Пин кинул быстрый взгляд налево.

Проследив за его взглядом, Чжун Янь заметил Чунь Циня, стоящего далеко в толпе, как будто ему нечем было больше заняться. Тем не менее, можно было почувствовать витавшее вокруг него ожидание и уверенность.

Подозрение, что что-то происходит, закралось в сердце Чжун Яня. Однако, прежде чем он смог до конца обдумать это, Чжу Пин, пребывавший в ярости и смущении, поднял свою ладонь, чтобы атаковать: «Я разговариваю с этим парнем Гу. Кто ты такой, чтобы вмешиваться?!»

Молниеносная скорость атаки застала Чжун Яня врасплох. Он инстинктивно сделал несколько шагов назад, но его противник был уже перед ним. О черт, я мёртв!

В этот самый момент, чей-то меч был приставлен к груди Чжун Яня, защищая его от атаки Чжу Пина! Несмотря на то, что меч был в ножнах, он сильно дрожал, его вибрация заставила Чжу Пина отступить. Чжун Янь повернул голову, его глаза остановились на недовольном лице Гу Сюаньяня, голос которого был холоден: «В таком случае, я принимаю предложение на поединок.»

Как только Гу Сюаньянь договорил, он обнажил свой меч и кинулся к вратам жизни3 Чжу Пина.

Атака была такой быстрой, что зрители смогли заметить только отблеск, вынимаемого из ножен, меча. Чжу Пин почувствовал сильное убийственное намерение, исходящее от меча. Вздрогнув, он поспешно шагнул влево. Гу Сюаньянь усмехнулся, прежде чем направить атаку в сторону шеи противника!

Меч был окутан угрожающей аурой. Чжу Пин заскрежетал зубами и нанёс удар ладонью в грудь Гу Сюаньяня, пытаясь заставить его отступить, чтобы он смог отдышаться. Удивительно, но Гу Сюаньянь не отступил. Он принял удар прямо перед тем, как пронзить левое плечо Чжу Пина.

Исход поединка был очевиден.

Голос Гу Сюаньяня был лишён эмоций, когда он убирал меч в ножны: «Простите мою неосторожность.»

Поскольку Чжу Пин был тем, кто первый напал, он ничего не мог сказать по поводу собственного проигрыша. Выглядя жалким, он прикрыл свою рану, пока другие помогали ему добраться до комнаты. Чжун Янь бросился к Гу Сюаньяню, осматривая его с ног до головы: «Ты в порядке?» Облегчение нахлынуло на него, когда он увидел, как Гу Сюаньянь покачал головой, подтверждая, что с ним все хорошо. «Я помогу тебе добраться до комнаты.»

Однако, у Гу Сюаньяня были другие планы: «Старший брат, подожди здесь минутку. Я собираюсь попрощаться с наставником. Мы вернёмся обратно в секту.»

Чжун Янь замер: «Прямо сейчас?»

Гу Сюаньянь мягко объяснил: «В конце концов, мы посетили церемонию. Поскольку старший брат не заметил убийцу мастера, нет никакой надобности оставаться тут. Сегодня мы оказались в центре внимания, так что не стоит здесь больше задерживаться.»

Чжун Янь потерял дар речи. Он слишком привык к феноменальной актерской игре Гу Сюаньяня. Кроме того, поединок мог быть спровоцирован Чунь Цинем. Хотя его целью было остановить Гу Сюаньяня от убийства Чунь Циня, он также не хотел чтобы Гу Сюаньянь умер. Поэтому он кивнул: «Тогда ладно.»

Они попрощались со всеми в буддийском зале. Чжун Янь зашёл к Лянь Чжэню только после того, как получил разрешение от Гу Сюаньяня. Горе было написано на лице Лянь Чжэня, когда он уговарива Чжун Яня нанести ему визит в Нефритовую Обитель в будущем. После всех прощаний, небо уже было темным. Наконец, они оба отправились обратно в секту на своих мечах.

Отставая от Гу Сюаньяня, Чжун Янь начал разговаривать с системой.

[Почему Гу Сюаньянь решил уйти? Может он думает, что не сможет нанести удар, когда я постоянно следую рядом с ним?]

[Возможно.]

[В таком случае, моя миссия завершена?]

[Возможно.]

[Меня просто немного пугает как гладко все идёт. Не выместит же он потом свой гнев на мне, потому что не может отомстить?]

[Воз-]

Искра ярости вспыхнула в Чжун Яне: [Принимает ли ваша организации жалобы? Я чувствую как ты пытаешься избавиться от своего хозяина!]

Прежде чем система успела ответить, Гу Сюаньянь покачнулся и упал со своего меча!

Шок пробежал по телу Чжун Яня, когда он последовал за Гу Сюаньянем вниз. К счастью, Гу Сюаньянь смог стабилизировать свое положение, прежде, чем он достиг земли. В итоге, он просто немного споткнулся. Чжун Янь бросился к нему, чтоб его поддержать, после того как он приземлился: «Что случилось? Что случилось?»

Гу Сюаньянь дважды кашлянул, его голос был хриплым: «Тот удар ладонью, во время поединка, ослабил меня.»

Если это так, то, почему ты ведёшь себя так, как будто все в порядке? Чжун Янь пробормотал: «Ч..ч..что нам тогда делать?»

Взглянув на Чжун Яня, Гу Сюаньянь тихо рассмеялся: «Не бойся, старший брат. Мне просто надо немного отдохнуть.»

Они приземлились в густом лесу, где не было видно ни единой живой души. После осмотра окрестностей, у Чжун Яня не было другого выбора кроме как помочь Гу Сюаньяню добраться до дерева: «Отдохни здесь немного.»

Гу Сюаньянь прислонился к дереву, хмурясь, он закрыл глаза и время от времени покашливал. Через некоторое время он открыл глаза, его голос был извиняющимся: «Старший брат, боюсь, я не смогу лететь на мече.»

Пустынные джунгли под чёрным, как смоль, ночным небом, были идеальным местом для убийства. Чжун Янь усилил свою бдительность, задавая вопрос системе: [Он ведь не воспользуется этим шансом, чтобы прикончить меня, верно?]

К его удивлению, Гу Сюаньянь продолжил мягким тоном: «Пожалуйста, возвращайся без меня, старший брат.»

Он такой заботливый! Прости, что неправильно понял тебя. Чжун Янь чуть не заплакал от радости. Как раз в тот момент, когда он собирался ответить ‘Тогда я пойду, будь осторожен’, система посоветовала ледяном тоном: [Оставайтесь тут.]

Смятение затопило разум Чжун Яня: [Что? Ты в своём уме?]

Система серьезно ответила: [Доверьтесь мне. Если Вы останетесь, с вероятностью в восемьдесят процентов с Вами все будет хорошо. Но если Вы уйдёте, Гу Сюаньянь обязательно убьёт Вас прямой сейчас.]

Приняв совет, Чжун Янь мгновенно сменил тон: «Не говори так, младший брат. Я не оставлю тебя здесь.»

Как и ожидалось, на лице Гу Сюаньяня не было даже намёка на удивление, когда он услышал это. Вместо этого, он приподнял уголки губ, довольно говоря: «Тогда я сожалею, что побеспокоил тебя, необходимостью остаться со мной на ночь в лесу. Давай вернёмся в секту завтра, когда я закончу с восстановлением своего дыхания.»

Иметь дело со злодеями так трудно... Я так устал.

Система издала звук ‘пфф’: [Вы все ещё собираетесь подать жалобу?]

Зная, что иногда можно и уступить, Чжун Янь ответил: [Нет, вовсе нет. Я напишу пятьсот комплиментов для тебя.]

Они укрылись за валуном. Пока Чжун Янь собирал хворост, Гу Сюаньянь воздвиг барьер отгоняющий диких зверей. Только после этого, они задремали.

Как раз в тот момент, когда Чжун Янь почувствовал, что задремал, он услышал как Гу Сюаньянь шепчет ему на ухо: «Старший брат, проснись.»

Чжун Янь заставил себя открыть глаза и увидел, что небо уже посветлело. Рядом с ним сидел Гу Сюаньянь, на его одежде были пятна крови.

Чжун Янь поспешно сел, чувство сонливости мгновенно его покинуло: «Что случилось?»

Гу Сюаньянь горько улыбнулся: «Удар ладонью был слишком силён. После того, как я пытался восстановить свое дыхание в течении всей ночи, мое состояние ухудшилось, и я кашлял кровью.» После паузы, он продолжил: «У меня есть новость похуже, старший брат хочет знать что это?»

Чжун Янь на мгновение потерял дар речи: «Как ты можешь шутить в такое время?»

Гу Сюаньянь пожал плечами: «Моя сила сейчас нестабильна и, вероятно, я не смогу больше подпитывать барьер. Кажется, что-то обнаружило нас, почуяв запах крови.»

В ту секунду, когда Чжун Янь собирался спросить, что это такое, рядом, внезапно, раздался протяжный крик! После чего, земля задрожала.

Голос Гу Сюаньяня был тихим: «Вот и оно.»

Примечание автора: Если вы думаете, что младший брат не смог задушить Чжун Яня, потому что его сердце смягчилось, то вы слишком наивны~ Он все ещё в стадии планирования убийства Чжун Яня.

1. 顿悟 dùnwù постичь; внезапно понять, осенило, будд. прозреть; озарение

2. Яркие искры в глазах - признак высокого уровня внутренней Ци.

3. 命门 mìngmén - кит. мед. врата жизни (место между почками); правая почка (якобы средоточие функции размножения)

Как раз в тот момент, когда Чжун Янь пытался вспомнить было ли это в сюжете, земля задрожала ещё сильнее, сигнализируя, что существо было совсем рядом. Чжун Янь наконец-то смог ясно ее увидеть - эта была гигантская обезьяна ростом в два человеческих роста.

Гигантская обезьяна была покрыта белым мехом. Поскольку она жила в лесу, ее мех, мало того, что был сильно спутан, испачкан чем-то чёрным и отталкивающим, так ещё и испускал гниющий трупный запах. Прямо сейчас, обезьяна тяжело дышала мчась по лесу, навстречу этим двоим!

Быстрая смена событий поставила их в затруднительное положение.

Прежде чем обнажить меч и броситься к зверю, Гу Сюаньянь крикнул: «Старший брат, отступай!»

Если бы свидетели вчерашнего поединка в буддийском зале были рядом, они бы заметили, что Гу Сюаньянь двигался сейчас намного быстрее, чем когда сражался с Чжу Пином! Он был быстр, как молния и в тоже время неуловим, как туманный луч. Даже Чжун Янь заметил насколько свирепой была атака. Гу Сюаньянь, казалось, вложил все свои силы в это движение. Меч безжалостно вонзился в живот обезьяны.

Крик, полный боли, вырвался из гигантской обезьяны, когда ее пронзили. Она высоко подняла свои лапы, чтобы ударить ими Гу Сюаньяня!

От сильного порыв ветра, ближайшие деревья зашатало. У Чжун Яня, казалось, сердце застряло в горле и он закричал: «Гу Сюаньянь! Поспеши и отойди!»

Из-за того, что силы Гу Сюаньянь были полностью истощены, он двигался очень медленно. Гигантская обезьяна сильно ударила его по плечу!

Мгновенно, из плеча Гу Сюаньяня, хлынула кровь и его отбросило на семь-восемь метров. Он рухнул на землю и выплюнул большое количество крови. Гигантская обезьяна бросилась в его сторону, ещё чуть-чуть и ее лапы наступят на Гу Сюаньяня!

Чжун Янь обнажил меч и бросился перед Гу Сюаньянем. Стиснув зубы, он замахнулся мечом на грудь обезьяны, избегая ее ударов! Хотя Цинь Минси находился только на стадии Конденсации Сущности, он вложил в свой удар все свои силы. Меч вонзился в грудь гигантской обезьяны!

Несмотря на то, что его атаку нельзя было сравнить по мощности с атакой Гу Сюаньяня, ему все равно удалось сильно ранить чудовище. Взвыв, гигантская обезьяна подняла свою лапу в направлении Чжу Яня, чтобы нанести ему удар.

Чжун Янь быстро увернулся, лапа обезьяны прошла мимо не зацепив его. Тем не менее, сильный, как цунами, воздух от атаки обезьяны, сильно ударил его в грудь! От внезапной, острой боли, кровь наполнила рот Чжун Яня, украсив его уголки губ в красный. К счастью, гигантская обезьяна, сделала два поспешных шага назад, оставив между ними расстояние в два-три метра. Странно, но обезьяна не осмеливалась снова броситься на него.

Тем не менее, они оба понимали, что зверь просто колебался из-за боли. Пауза была временным явлением. Кровь все ещё обильно вытекала из раненого плеча Гу Сюаньяня, хриплым голосом он приказал: «Старший брат, убегай.»

Да, я хочу убежать! Но если ты умрешь, то я тоже умру!

Испытывая мучительную боль в груди, Чжун Янь, не обращая внимание на то, что это было не в его характере, закричал: «Заткнись!»

Сразу после этого, даже не взглянув на выражение лица Гу Сюаньяня, он закричал у себя в голове: [Система, что я должен делать?! Мы умрем!]

Чжун Янь не ожидал ответа, но, к его удивлению, голос системы зазвучал в его голове, ее тон был холодным и собранным, ярко контрастируя с атмосферой: [Хочешь читы, братан? Один чит в обмен на десять очков, честная торговля для старых и молодых.]

Чжун Янь потерял дар речи. Официальная продажа читов? Это переселение в роман вообще незаконно!

Тем не менее, у него не было такой роскоши как время, для обдумывания этой ситуации. Бросившись на обезьяну с мечом, он закричал: [Дай мне один!]

За долю секунды поднялся ветер, небо потемнело, все погрузилось в кромешную тьму. Ветки и листья двигались в унисон. В отличие от дрожи земли, которая была, когда обезьяна бежала, эта дрожь была гораздо сильнее. Бесчисленные ветви деревьев были сломаны. Хотя, вероятно, нельзя было уже назвать их ‘ветвями’. Поскольку вместо того, чтобы упасть на землю, они были окружены энергией голубого меча и испускали низкий гул, напоминающий меч. Как будто тысяча обнаженных мечей, ‘ветви’ направились в сторону, в которую указывал меч Чжун Яня!

Гигантская обезьяна не могла избежать этой атаки. Как будто самое острое оружие в мире, ‘ветви’ пронзили каждую конечность обезьяны. Ее мех мгновенно окрасился в красный. Издав вопль, она упала на колени.

Теперь у него появился шанс! Чжун Янь не обращал внимание на мучительную боль в груди и насильно собирал энергию из массивной энергии меча, окружавшей его. Одним прыжком он оказался подле обезьяны и вонзил меч ей в горло! Гигантская обезьяна рухнула на землю, поднимая пыль.

Истощенный Чжун Янь взглянул на Гу Сюаньяня, чьи глаза были закрыты и, казалось, он потерял сознание. В голоса системы сквозило высокомерие: [Расслабься, я вырубила его за секунду до того, как ты получил чит. Он скоро очнётся.]

...Легальная система переселения не сказала бы такого.

Система добавила: [Ах да, твои очки...]

Перед тем, как упасть, Чжун Янь взмахнул руками: [Я знаю. Десять очков, верно? Просто вычти их.] Система закончила разговор.

Энергия меча была слишком мощной для нынешней базы совершенствования Чжун Яня. Когда он прикрыл глаза, волна сонливости из-за боли и усталости, охватила его. Тем не менее, он не мог позволить себе задремать сейчас, так как Гу Сюаньянь ещё не проснулся. Если какая-нибудь желтая или чёрная обезьяна придёт снова, они вдвоём смогут наслаждаться обществом друг друга, попивая чай старой Госпожи Мэн (т.е. умрут).

Он заставил себя подняться и перетащить Гу Сюаньяня под дерево, после чего он осмотрел рану на его плече. Заметив, что кровотечение остановилось, он с облегчением лёг рядом с ним. Пытаясь восстановить силы, он изо всех сил старался замедлить дыхание, оставаясь неподвижным. Был слышен только свист ветра и прерывистые шаги.

Шаги...? Чжун Янь схватился за свой меч, его глаза были широко открыты. Он проворчал про себя. Неужели я сам себя сглазил?!

Однако шаги были лёгкими, как пёрышко. Спустя некоторое время, из-за дерева высунулась голова встревоженной девушки: «Ох! Здесь действительно два человека!»

Держа меч в руке, Чжун Янь поднял свой взгляд на девушку. Ее чёрные волосы были красивыми, она была одета в зелёное, нежное платье, бирюзовая нить обвивала ее запястье, подчеркивая кремовый цвет кожи. Ее платье доходило до лодыжек, обнажая босые ноги. Над ее лодыжкой виднелась татуировка в виде летящей зелёной птицы, видимая частично из-за развевающегося платья.

Чжун Яня внезапно озарило и он вспомнил, кто эта девушка перед ним. Желая вырваться из пасти смерти, он отбросил меч. Только когда девушка подошла ближе, он заговорил: «Тун Лин, помоги.»

Бирюзовый браслет, татуировка в виде летящей зелёной птицы, она, должно быть, Тун Лин, потрясающий дух зелёной птицы, который практиковал духовную культивацию. Кроме того, она была той девушкой, в которую влюбился Гу Сюаньянь.

Тун Лин остановилась как вкопанная, бросив озадаченный взгляд на Чжун Яня: «Ты меня знаешь?»

Кивнув, Чжун Янь указал на Гу Сюаньяня, одновременно выдавив из себя слова: «Ты должна спасти его. Он...»

Он твой будущий партнёр! Прежде чем договорить, он потерял сознание.

Сердце Тун Лин почти остановилось, она обернулась и закричала: «Поторопитесь, ребята!»

Только она собралась помочь ему подняться, как поняла, что парень, с окровавленным плечом, открыл глаза. Этот парень бросил на неё ничего не выражающий взгляд. Судя по отсутствию удивления в его глазах, он определенно был в сознании с тех пор, как услышал ее шаги. Тун Лин была поражена его взглядом и не осмеливалась подойти.

Гу Сюаньянь опустил голову, глядя на Чжун Яня, брови которого были плотно сдвинуты и казались беспокойными. Грязь на его лице, делало лицо ещё более жалким. И все же, его грудь слегка вздымалась и опускалась. Было неизвестно о чем думал Гу Сюаньянь, но секунду спустя он вздохнул: «Снова, удивительные способности к выживанию старшего брата поражают меня.»

Ни потерявший сознание Чжун Янь, ни Тун Лин, стоявшая на некотором расстоянии от них, не расслышали его шёпот. Она только заметила, как он, подняв голову, неожиданно ей улыбнулся. В отличие от его предыдущего холодного взгляда, эта улыбка была легкая как весенний ветерок над озером. Казалось бы, возникшая из ниоткуда, освежающая и нежная теплота от его улыбки, могла растопить ледник.

После чего она услышала его просьбу: «Барышня, могу я попросить вас исцелить моего старшего брата?»

На следующее утро, Чжун Янь проснулся. Боль в его груди почти прошла. Гу Сюаньянь сидел рядом с ним, его рана была перевязана. Заметив, что он проснулся, Гу Сюаньянь опустил голову и тихо спросил: «Старший брат, тебе где-нибудь больно?»

Чжун Янь выпрямился, слегка пошевелился и покачал головой: «Я в порядке.»

Гу Сюаньянь, казалось, вздохнул с облегчением: «Старший брат напугал меня до смерти, когда заслонил меня от обезьяны.» На его лице был намёк на улыбку: «Удивительно, что старшему брату удалось убить монстра.»

Чжун Янь ожидал этот вопрос, поэтому ответил без колебания: «Это был вопрос жизни и смерти. Я просто старался изо всех сил бороться.»

Между ними повисло долгое молчание, после чего Гу Сюаньянь ответил: «Старший брат прав. В вопросе жизни и смерти, человек должен быть более беспощадным.»

Слова покинули Чжун Яня. Братан, я просто переживаю за свою задницу! Пожалуйста, не убивай меня!

Мелодичный девичий голос раздался позади них: «Ты проснулся!» Когда Чжун Янь обернулся, он увидел Тун Лин, которая подняв подол своего платья вприпрыжку подошла к ним, щебеча без умолку: «Твой младший брат так о тебе волновался, он все это время оставался рядом с тобой. Я говорила ему, что ты будешь в порядке. Видишь? Ты проснулся. Но откуда тебе известно мое имя?»

Чжун Янь усмехнулся, его голос стал озорным: «Все культиваторы знают Тун Лин, духа зелёной птицы, как одну из самых красивых девушек среди духовных культиваторов.»

Глаза Тун Лин заискрились от восторга: «Правда?»

«Да.» Чжун Янь кивнул головой. После чего взглянув на Гу Сюаньяня, произнёс: «Младший брат, правда Тун Лин хорошо выглядит?»

Гу Сюаньянь поднял голову, чтобы взглянуть, затем кивнул и добавил: «Старший брат тоже хорошо выглядит.»

Его замечание лишило Чжун Яня дара речи. Ты сумасшедший?

Вместо того, чтобы обидеться, Тун Лин начала хихикать. Разочарование, которое Гу Сюаньянь испытал после того, как Чжун Янь похвалил Тун Лин исчезло, стоило ему взглянуть на выражение лица Чжун Яня. Его голос был мягким: «Старший брат, мне жаль. Нам нужно возвращаться обратно в секту.»

На лице Тун Лин мелькнуло разочарование: «Не забудь приходить сюда и играть со мной, когда будешь свободен. Кроме меня, в горах живут мои соплеменники и звери, разговаривающее на других языках. Здесь так скучно.»

Чжунь Янь кивнул. Немного подумав, он подошёл к Тун Лин, мягким голос ее предостерегая: «Никогда не заходи в Северную Пустыню, на территорию демонических культиваторов.»

По сюжету, Тун Лин умерла там. Чтобы угрожать Гу Сюаньяню, демонические культиваторы похитили Тун Лин, что привело к ее трагической смерти. Это был поворотный момент, когда Гу Сюаньянь стал всеобъемлющим злом. Чжун Янь сказал это не только потому, что он не хотел, чтобы Гу Сюаньянь превратился в монстра, но ещё и потому, что он не хотел видеть, как эта энергичная девушка трагически погибнет. Хотя он знал, что сюжет немного отклонился от начального и это могло не произойти, он все же хотел попытаться избежать этого, поэтому он предупредил ее.

Читая этот роман, Чжун Янь рассматривал ее как что-то вымышленное. Только когда он лично переселился в роман, он почувствовал, что каждый персонаж был реальным и живым.

Несмотря на то, что она не поняла, почему Чжун Янь сказал ей это, стоило ей увидеть его серьезное и мрачное лицо, она только утвердительно покачала головой. Успокоившись, Чжун Янь вместе с Гу Сюаньянем отправились обратно в секту.

Череда событий, задержала их возвращение на целый день. Чжун Янь чуть не заплакал от радости, когда увидел знакомые тусклые черепицы и бамбуковые крыши. Единственное чего он хотел прямо сейчас - завалиться на кровать и проспать три дня.

Однако, прежде чем они смогли облегченно вздохнуть, кто-то позади них взревел в ту секунду, когда они приземлились: «Кто здесь?!»

Они оба обернулись, и увидели, как человек перед ними обнажает свой меч. Присмотревшись к ним поближе, человек вложил меч в ножны и поспешил к ним, хныкающим голосом он произнёс: «Старший брат, ты наконец вернулся! Монахи в буддийском храме сказали нам, что вы ушли на день раньше, но вы все ещё не возвращались в секту. Мы все ужасно волновались!»

Гу Сюаньянь нахмурился, в замешательстве. Несмотря на это, он ответил мягким голосом: «На обратном пути, мы случайно наткнулись на зверя, так что нам потребовалось немного больше времени. Нет нужды волноваться.»

«Как мы могли не волноваться?!» В голосе этого человека звучала настойчивость: «Старший брат, разве ты не слышал? В буддийском храме умер Старший Чунь Цинь из секты Травяное Облако в ночь церемонии!»

Новость была подобна внезапному удару грома, взорвавшемуся в ушах Чжун Яня. Он тут же поднял голову: «Погоди, кто умер?»

Голос системы зазвучал в его голове: [Хозяин: Чжун Янь. Миссия: не дать Гу Сюаньяню убить Чунь Циня. Миссия провалена. Вычтено двадцать очков. Оставшиеся очки: семьдесят.]

Чжун Янь мог только чувствовать, как ледяные щупальца страха тянуться к нему сзади, пронизывая до костей. Чувство расслабления, которое он только что испытал, прибывши в секту, растворилось в воздухе. Он перевел взгляд на Гу Сюаньаня, который стоял рядом с ним. Гу Сюаньань, казалось, смотрел на него уже довольно долго. Увидев, что он поворачивает голову, Гу Сюаньянь слегка приподнял уголки губ, показывая легкую улыбку.

Примечание автора:

Чжун Янь: «Ты должна спасти его! Он твой будущий партнер!»

Тун Лин: «Нет, ни в коем случае! Это явно история о любви двух парней!»

В Великой Пустыне, лучший ночной вид, открывался у Восточного моря. Молочно-белая луна висела на горизонте, освещая поверхность моря. Волны вздымались под лунным светом, как будто Цзяолун1 вспенивал воду, а его золотая чешуя ярко сверкала. Бескрайнее море опустошало разум, делая все незначимым. Но Чунь Цинь был не в настроении любоваться пейзажем.

Глубокой ночью все крепко спали. Стоя посреди буддийского зала, Чунь Цинь выудил из кармана черный костяной свисток2, сунул его в рот и дунул в сторону севера. Свисток не издал ни звука, казалось, он был сломан. И все же, вместо того чтобы потерять терпение, он продолжал свистеть и ждать.

Через мгновение с севера прилетел ястреб и уверенно приземлился ему на плечо. У ястреба была не только пара кроваво-красных глаз и острые как бритва когти, но и слабая демоническая аура. Но Чунь Цинь, казалось, привык к этому, поэтому совершенно не обратив на это внимание, он привязал листок бумаги к лапе ястреба, после чего усмехнулся: «Посмотрим, как долго этот парень Гу сможет прожить, когда все будет готово!» Он похлопал ястреба по спине и сказал: «Лети.»

Взмахнув крыльями, ястреб скользнул по ночному небу и быстро улетел.

Чунь Цинь стоял и смотрел на то, как птица постепенно исчезает за горизонтом, после чего вернулся в свою комнату. Он толкнул дверь, бросил взгляд на висящий на стене меч, и направился прямиком к кровати. Рукоять меча была обращена на юг, а не на север, куда она обычно указывала. Он в мгновение ока развернулся и ударил по двери ладонью!

Двери буддийского зала были сделаны из пихтового дерева, так что они ни за что не смогли бы выдержать удар ладони культиватора находящегося на стадии Золотого Ядра. Однако, в этот момент, он ощутил, как будто его ладонь ударила по грязи.

Это была Иллюзорная граница - иллюзия, сформированная из чьей-то базы культивирования. Чем выше ступень культиватора, тем сильнее Иллюзорная граница походила на реальную. Несмотря на то, что такие иллюзии все же имели незначительные отличия от реальности, Иллюзорные границы было почти невозможно обнаружить.

Чунь Цинь вошел в Иллюзорную границу и попал в комнату. Кипя от ярости, он завопил: «Мерзавец! Выходи прямо сейчас!»

Как только он закончил говорить, комнату окутал туман. Из ниоткуда появился длинный меч и вонзился ему прямо в грудь! Несмотря на быстрое отступление, Чунь Цинь все еще не успевал уклониться от атаки. Из раны мгновенно потекла кровь. Когда он увидел Гу Сюаньяня, выходящего из тумана, выражение его лица изменилось: «Ах ты, маленький мерзавец! Разве ты не ушел?!»

«Ушёл. Однако, кое-что застряло у меня в голове и я хочу спросить об этом Старшего.» На лице Гу Сюаньяня застыла улыбка, его тон был спокойным: «Речь идет об инциденте, который произошел двенадцать лет назад.»

━─━────༺༻────━─━

Ходили слухи, что тело Чунь Циня, найденное монахом, доставлявшим завтрак, имело множественные ножевые ранения и находилось в ужасающем состоянии. В то время, в буддийском зале еще оставались многочисленные культиваторы, так что новость распространилась со скоростью лесного пожара. Мнения о намерениях убийцы сильно расходились. Некоторые предположили, что Чунь Цинь был убит из-за своей базы культивации, в то время как другие предположили, что это могло быть делом рук его врагов.

У Зеленой Вершины не было другого выбора, кроме как объявить о смерти Ли Юньцзи. Известие о том, что два сильных культиватора были убиты с разницей менее чем в месяц, всколыхнуло все общество культиваторов. Волны беспокойства прокатывались по ним, заставляя всех быть начеку. Стало также известно, что была обнаружена демоническая аура в комнате Ли Юньцзи, это повлекло за собой ухудшение отношений между даосскими и демоническими культиваторами. Между ними возникало довольно много конфликтов, в воздухе витала враждебная атмосфера.

Конечно, это, казалось бы, не имело никакого отношения к Гу Сюаньяню или Чжун Яню, которые выздоравливали в Зеленой Вершине: «Разве я не говорил старшему брату, чтобы он никуда не уходил? Видишь? Теперь у тебя появилось еще больше травм, твои предыдущие раны только-только успели зажить! То же самое касается и младшего Гу. Посмотри, какие сильные раны у него. Но, к счастью, вы вернулись раньше и не столкнулись с этим убийцей…»

На Зеленой Вершине стоял крошечный бамбуковый домик, окруженный бамбуковым лесом. В тени дома стоял Цин У и наблюдал за двумя чашами с лекарствами, раздувая огонь в печи и ворча. Легкий ветерок разносил повсюду запах лекарств. Чжун Янь откинулся на спинку ближайшего бамбукового стула, закрыв лицо веером из душистого тростника3. Решив, что Чжун Янь заснул, Цин У пробормотал что-то себе под нос, после чего замолчал.

По правде говоря, даже если бы Цин У продолжал болтать, его придирки все равно остались бы без внимания. С закрытыми глазами Чжун Янь рылся в своих мыслях воспроизводя все детали путешествия в буддийский зал. Что именно пошло не так? Безрезультатно ища, он продолжал докучать системе.

[Ты можешь хотя бы намекнуть? Я даже не знаю, когда потерял двадцать очков. Если так пойдет и дальше, у меня не останется очков. Семидесяти очков хватит только на три убийства.]

Система утешала его: [Не будь таким пессимистом. На самом деле у нас есть чувство сострадания. Очки будут вычтены только в том случае, если Гу Сюаньянь спланирует убийство; убийство совершенное при самообороне не будет засчитано. ]

[Хорошо.] Чжун Янь кивнул: [Если это так, то могу ли я спросить, убивал ли Гу Сюаньянь хоть раз только из самозащиты в этом романе?]

Система мгновенно отключилась.

Чжун Янь пришел в ярость: [Каждое убийство, которое он совершает, преднамеренно! Если это не так, то почему он является злодеем в этой истории?]

Системе нечего было ответить. После короткого молчания она наконец с трудом произнесла: [Хотя я вам сочувствую, но нам запрещено разглашать какие-либо сюжетные линии. Если правила будут нарушены, мне сделают выговор, и после трех таких выговоров меня уволят.]

После краткого разочарования, у Чжун Яня появились некоторые идеи: [Что насчёт того, что вместо того, чтобы ты что-то говорила, я буду спрашивать о сюжете, а ты просто будешь поправлять то, что я сказал? Чтобы предотвратить отклонение истории, системы должны исправлять ошибки в предположениях хозяина о том, как продвигается история. Так что, это не будет являться сливом сюжетных линий, верно?]

Никогда прежде не слышав такого метода, система на мгновение замерла: [Нет... понятия не имею…]

[Тогда давай попробуем.]

Чжун Янь поджал губы и прошептал: [Гу Сюаньань убил Чунь Циня.]

После короткой паузы система наконец набралась смелости и пробормотала в ответ: [Нет.] После чего она замолкла.

Оба, казалось, затаили дыхание в ожидании. Через некоторое время Чжун Янь тихо спросил: [Ты получила выговор?]

[Нет.] Система вздохнула в искреннем восхищении: [Ты действительно гений.]

Чжун Янь пропустил мимо ушей эту похвалу, тяжесть свалилась с его плеч: [Наконец-то нашел полезный баг из кучи других багов, которые есть у ваших систем по переселению!]

Как только они обошли проблему, они начали действовать, один из них угадывал, а другой исправлял его. Тем не менее, поскольку это все еще было использование лазейки, Чжун Янь не осмелился выдвигать какие-либо гипотезы, он только уточнял определенные моменты.

[Чунь Цинь умер в ночь церемонии после нашего отъезда.]

[Да.]

[У Гу Сюаньяня не было никаких помощников и он не использовал никаких магических инструментов. Он убил собственными руками.]

[Да.]

После короткой паузы Чжун Янь сделал неуверенное предположение: [Гу Сюаньянь всегда находился рядом со мной после того, как мы покинули буддийский зал.]

Система ответила только после небольшой паузы: [Нет.]

Несмотря на то, что у него уже возникло это подозрение, он все же произнес: [Не может быть. С тех пор как мы ступили в буддийский зал, я приклеился к нему. Мы даже спали вместе. Он ни разу не покидал меня...] Чжун Янь оборвал фразу, его лицо побледнело. Да, был такой момент. Чжун Янь задремал на некоторое время в лесу, где они отдыхали, пока не встретили белую обезьяну! Более того, он тогда крепко спал. Гу Сюаньянь был даже тем, кто разбудил его, после того, как обнаружил присутствие обезьяны.

Зацепившись за ответ, система оборвала Чжун Яня прежде, чем он успел закончить фразу: [Нет.]

Сердце Чжун Яня ушло в пятки. Это все объясняло. Гу Сюаньянь никогда не получал серьезных внутренних травм после того быстрого поединка. Ему просто нужен был предлог, чтобы улизнуть. В тот момент, когда Чжун Янь погрузился в глубокий сон, Гу Сюаньянь вернулся в буддийский зал, чтобы отомстить. На следующее утро Гу Сюаньянь был по-настоящему ранен, его даже вырвало кровью. И Чунь Цинь, и он были на стадии Золотого Ядра, но Чунь Цинь был на пике стадии Золотого Ядра. В сочетании с опытом Чунь Циня, Гу Сюаньань должен был использовать все свои силы, чтобы убить его; быть раненным во время боя было неизбежно для Гу Сюаньяня.

Вот почему на следующее утро Чжун Янь заметил, каким мертвенно-бледным было его лицо, так как тогда он действительно был тяжело ранен. Однако Чжун Янь искренне верил Гу Сюаньяню, думая, что удар ладонью во время поединка так сильно ранил его сердце, что он не смог восстановиться даже после ночного отдыха.

Чжун Янь понятия не имел, когда Гу Сюаньянь успел спланировать все это. Возможно, он планировал симулировать травму, когда получил удар ладонью во время матча или когда понял, что не может сделать ни одного движения с Чжун Янем, прилипшим к нему, как клей. Или, возможно, это было еще раньше, в тот момент, когда он услышал имя Чунь Циня после прибытия в буддийский зал. Поскольку все уже произошло, размышлять об этом было бесполезно. Единственный образ, который Чжун Янь воспроизвёл в своем сознании, был Гу Сюаньань, пролетевший несколько сотен миль на мече, чтобы убить Чунь Циня той ночью, прежде чем вернуться к нему. Тогда он просто убил кого-то, его одежда даже была запятнана кровью жертвы. Тем не менее, он небрежно разбудил его мягким, нежным голосом: «Старший брат, проснись».

Чжун Янь боялся Гу Сюаньяня с тех пор, как попал в этот роман, боялся, что тот зарежет его или убьет кого-нибудь еще. Однако, никогда еще у него не было такого глубоко укоренившегося страха по отношению к нему. Этот страх был вызван не сильной базой культивирования Гу Сюаньяня, а тем как Гу Сюаньянь относится к убийству. Любой, кого он хотел убить, определенно был бы убит, независимо от высокого риска или того, что база культивирования его жертвы была выше, чем его. В его глазах они были всего-лишь насекомыми, их судьба определялась им.

Чжун Янь внезапно произнес: [Я... хочу произнести свою последнюю догадку.] Только после долгой паузы он продолжил. [На следующее утро… Это правда, что у Гу Сюаньяня не осталось энергии для поддержания барьера. Он не нарочно заманил белую обезьяну своим запахом крови.]

Жуткая тишина мгновенно поглотила их, оставив только звук шелеста бамбуковых листьев. За время молчания системы Чжун Янь уже пришёл к ответу в своем сердце. Горько рассмеявшись, он закрыл глаза: [Забудь об этом. Ты не обязана отвечать.]

Гу Сюаньянь не только тщательно спланировал убийство Чунь Циня, но и придумал как избавиться от Чжун Яня, пока он был там. Разум Чжун Яня на мгновение опустел и пришёл в уныние.

[Я потратил десять очков только для того, чтобы спасти его! У меня всего только сто очков! Итак, я фактически потратил десять процентов своей жизни, чтобы спасти его! Но правда в том, что тогда он планировал убить меня! Дерьмо!]

Проведя довольно много времени за прослушивантем гневных разглагольствований Чжун Яня, система почувствовала, что рано или поздно она начнет давать сбои, если он продолжит. Система тихо произнесла: [Достаточно. Не говорите слишком много; злиться вредно для вашего здоровья.]

Однако ярость была не единственной эмоцией, которую испытывал Чжун Янь. Сам того не ожидая, он почувствовал разочарование. Это точно так же, как если бы у вас был друг, с которым вы часто ссоритесь, но вы все ещё считаете его своим лучшим другом. И когда друг сообщил вам, что у него сегодня день рождение, несмотря на то, что у вас почти не осталось никаких сбережений, вы все равно купили ему торт. Тем не менее, придя к другу, единственный ответ, который вы получаете от него это: «Ха-ха! Это была просто шутка, идиот.» Кто бы смог удержаться от того, чтобы не впечатать этот торт в лицо такого друга...?

В данный момент Чжун Янь не осмеливался сделать ничего безумного, например вмазать тортом Гу Сюаньяню в лицо. И все же, несмотря на страх, его охватило негодование. Хотя у каждого из них были свои планы, он чувствовал, что, по крайней мере, когда его жизнь висела на волоске, Гу Сюаньянь сказал ему отступить. Несмотря на то, что он был ранен, он все же бросился к большой обезьяне без малейшего колебания. Но Чжун Янь, ведь тоже спас Гу Сюаньяня, ни на миг не задумываясь. Как оказалось, парень, которого он спас, планировал убить его с самого начала. Хех.

К тому времени, когда Гу Сюаньянь пришёл, небо уже потемнело. Лунный свет снаружи был таким же белым, как иней. Как раз, в тот момент, когда Чжун Янь продолжал мысленно осыпать бранью не только Гу Сюаньяня, но и его предков, он услышал, как кто-то толкнул дверь.

«Старший брат, я вхожу.» Чжун Янь немедленно прекратил ругаться. Все еще довольно бледный Гу Сюаньянь подошел к кровати и положил руку на лоб Чжун Яня, измеряя его температуру, после чего, опустил глаза на чашу с лекарством на столе. «Почему старший брат не выпил лекарство?»

Чжун Янь не мог продолжать больше молчать: «Слишком горячее. Я жду пока оно остынет.» После чего он не удержался и спросил: «Почему ты пришел сюда вместо того, чтобы самому отдыхать и выздоравливать?»

Сидя перед столом, Гу Сюаньянь взглянул на него, после чего тихо ответил: «Я хотел нанести визит старшему брату.»

Чжун Янь мысленно закатил глаза. Вау. Настолько искренний? «Будь уверен, младший брат. Я не умру в ближайшее время.»

После тихого смешка, Гу Сюаньянь внезапно заговорил: «Старший брат, я пережил множество опасных сражений, из-за некоторых я даже мог погибнуть. Но старший брат первый, кто защитил меня.» Чжун Янь застыл, удивленный тем, что Гу Сюаньянь начал говорить об этом ни с того ни с сего. Гу Сюаньянь повернулся к нему и спросил: «Сколько лет было старшему брату, когда он присоединился к Зелёной Вершине?»

«Десять.»

«Это так? Мне было двенадцать.» Гу Сюаньянь улыбнулся: «Оба моих родителя погибли, когда мне было семь. Мне некуда было идти, и я целыми днями слонялся по городу Длинной реки. Иногда прохожие из жалости отдавали мне еду. Но иногда они этого не делали. Когда я был сильно голоден, я воровал баоцзы4 из лавки на улице.

Услышав эту историю, Чжун Янь почувствовал боль в сердце. Гу Сюаньянь, казалось, заметил это и сменил тему: «Некоторое время спустя учитель привел меня сюда и я начал совершенствоваться. В то время я был довольно молод. Однажды, я спросил учителя почему погибли мои родители и почему я остался без дома. Учитель сказал мне, что это испытание было послано Небесным Дао.» После этого он усмехнулся и повторил: «Небесное Дао.»

Небесное Дао - руководящий принцип, которому поклонялся каждый даосский культиватор. В течение тысяч лет культиваторы поклонялись Небесному Дао, когда они культивировали, а также молились ему, прося о вознесении. Однако тон Гу Сюаньяня был легким и беспечным, когда он упомянул об этом. Чжун Янь даже на долю секунды уловил в его тоне насмешку.

Чжун Янь молча лежал на кровати, его сердце билось громко, как барабан. Однако, Гу Сюаньянь не стал продолжать свой рассказ. Вместо этого он поднял чашу с лекарством и попробовал, после чего поднес ее к постели Чжун Яня, его голос вновь приобрёл оттенок нежности, подобную росе: «Старший брат, уже не горячее.»

Чжун Яню ничего не оставалось, как сесть и протянуть руку к чаше с лекарством. Однако Гу Сюаньянь внезапно отодвинул чашу, зачерпнул ложкой лекарство и протянул ее к губам Чжун Яня.

Чжун Янь потерял дар речи. Суставы пальцев Гу Сюаньяня были отчетливо видны; его руки казались гораздо тоньше, когда он держал нефритовую фарфоровую ложку цвета морской волны. После того, как Чжун Янь взглянул на пальцы Гу Сюаньяня, он послушно открыл рот. Гу Сюаньянь опустошал чашу с лекарством, кормя Чжун Яня ложкой.

В тот момент, когда Чжун Янь проглотил последнюю ложку с лекарством, он почувствовал, как груз свалился с его плеч. Однако Гу Сюаньянь выудил из ниоткуда зеленую сливу и сунул ее в рот Чжун Яню. Кисло-сладкая слива была вкусной. Взглянув на ошеломленного Чжун Яня, Гу Сюаньянь на мгновение заморгал, и на его лице появилась слегка гордая улыбка: «Сливы на горе уже созрели, поэтому я принёс несколько штук для старшего брата.»

Что еще мог сказать Чжун Янь? Чжун Янь мог только плакать в своем сердце. Как было бы здорово, если бы ты оказался в современном мире. Если бы ты там был, я бы обязательно отправил тебя в лучшую психиатрическую больницу, чтобы проверить, смогли бы там вылечить твое раздвоение личности.

(1) 蛟龙 jiāolóng водный дракон, контролирующий моря и океаны

(2)

(3)

(4)