Стоя на одной из наиболее засиженных горгульями крыш небоскрёба Готэм-сити, практически слившийся в своём костюме с окружением Брюс Уэйн слушал фоновый шум миллиона человек, следующих по своим делам. Ветер посвистывал в барочных зубцах вокруг, а пятьюстами футами ниже по улицам рокотали машины; громкие гудки и отдалённые вопли свидетельствовали, что даже практически в полночь множество народу всё ещё вели активную жизнь. Звук выстрелов тут и там, равно как и проносящиеся сирены, доказывали, что многие из них совершали преступления.

Невзирая на звуковое сопровождение, истинный уровень преступности сейчас был куда ниже, чем когда он впервые примерил плащ и капюшон. Теперь в Готэме орудовало совсем немного громких имён; все его противники из их числа с первых нескольких лет давным-давно кто в спешке покинул город, а кто просто исчез, не оставив адреса. Один или двое из наиболее опасных попали в руки властей при загадочных обстоятельствах – Джокер был наиболее ярким примером. Безумный клоун по-прежнему ютился в безопасности в лечебнице Аркхэм, бормоча такое, что всякий, кто слушал слишком долго, сильно нервничал и хотел забыть услышанное.

Доктора были уверены, что этот человек никогда не покинет заведение. Что никого особо не расстраивало, учитывая, кем он был и что творил в течение своего правления террора. А в моменты чуть большего просветления Джокер более чем ясно давал понять, что не желает выходить. Потому что там были они.

Сам Брюс был вполне рад, что чокнутый пропал с улиц на постоянной основе, однако его совсем, нисколько не радовало то, как это случилось. В основном в силу того, что исполнил общественный долг. Стрёмное племя рептилий, которых Люциус звал «Семья» со всей очевидностью были крайне опасны. В сущности, основываясь на ограниченных данных, что он оказался в силах вычленить, «опасность» было настолько неподходящим словом, что это было почти смешно.

Как ни странно, ему смеяться не хотелось.

Даже Константин прямо велел завязывать с расследованием ящеров – и мужик определённо не шутил, да и вообще не находил в теме ничего весёлого. Из всего, с чем Брюс столкнулся, это беспокоило больше всего, поскольку конкретно этот индивид регулярно имел дело с ситуациями и сущностями, с которыми лично он при наличии выбора не хотел и близко оказаться, а скорее даже желал бы никогда о них не знать. Магия в лучших случаях ужасала, а тот её род, в котором варились лица типа Джона Константина, был гораздо, гораздо хуже.

И всё равно Семья пугала его до чёртиков. Сама концепция… сильно напрягала.

Брюс ни с кем из них не встречался напрямую, помимо единственного контакта, что будет помнить до конца дней. Сам размер создания, которое практически сообщило ему единственным жестом, что за ним следят, был невероятен, и если бы он не видел ***й гигантский след ноги на лужайке следующим утром в тусклом свете дня, то счёл бы её плодом воображения. Однако ему пришлось немало оплатить, чтобы подрядчики из весьма деликатной фирмы его заполнили и заново засеяли, и даже они, привычные разбираться с последствиями выкрутасов сверхсил, были ошеломлены.

 Он был уверен, что след оставили умышленно в качестве предупреждения, поскольку других не было нигде, где он был бы в состоянии их засечь. Клон Годзиллы восьмидесяти футов ростом никак не мог просто возникнуть у него в саду, погрозить пальчиком и снова исчезнуть, оставив всего один-разъединственный отпечаток лапы, однако это случилось.

И хотя это был единственный раз, когда одна из них попалась ему на глаза, в ряде случаев он определённо натыкался на множество следов, показывающих – они провели немало времени, бродя по округе. Отпечатки ног чего-то многократно меньшего по размерам, однако всё равно явно рептилиеподобного, имели нервирующее обыкновение обнаруживаться в местах, где он бывал, появляясь загадочным образом, предполагающим, что некто чешуйчатый стоял в считанных футах и он не заметил. Неожиданные звуки, навроде мягкого царапанья по кирпичу – но когда он проверял, там никого не было. А в паре случаев своеобразный мрачный смешок за спиной с места, на котором никак не могло никого быть…

Это было хуже всего. Особенно тот, в его пещере, где он был абсолютно уверен, что находится в одиночестве, что подтверждали логи компьютера.

Чертовы ящерицы его определённо троллили – в этом Брюс был абсолютно уверен, однако полноценных улик попросту не имелось.
Даже слепок, который он снял с одного из отпечатков каким-то образом исчез из запертого сейфа, в котором транспортировался к нему – тот был совершенно пуст, открывшись спустя час, в течении которого Брюс ни на миг не выпускал его поля зрения.

Это о***но раздражало, однако прекратить или вообще что-то предпринять казалось невозможным. Люциус, когда он наконец признался, почему такой дёрганный, с десяток минут надрывал живот со смеху, весело мотая головой, после чего заверил, что следует это игнорировать, и рано или поздно им надоест. Даже Альфред с его непроницаемым лицом, похоже, здорово повеселился, пусть несомненно будет отрицать это до конца своих дней.

«Уэйн Энтерпрайзис» также по-прежнему нанимала инопланетных ящеров как субподрядчиков, о чём он был осведомлён, однако не мог придумать способа предотвратить. Прямое указание Люциусу могло сработать, однако также могло означать, что понадобится найти нового главу Специальных Проектов, до чего он не имел ни малейшего намерения доводить. А сам тот заверил его, что, если на то пошло, Семья была одной из основных причин, почему его компания приносит такой доход, поскольку они обеспечивают весьма заметный объем услуг по продаже той технологических прорывов, разрабатывая и создавая прототипы техники, с которой «Уэйн Энтерпрайзис» выходит на рынок, а также проверяя достоверность разработок, которые иначе могли бы пойти не так.

По сути дела, друг посоветовал жить с этим, не зацикливаться на них и двигаться дальше. Брюс хотел бы так и сделать, но его мозги были просто не так устроены.

С другой стороны, они определённо держали уровень преступности в его городе куда ниже рамок, которые он когда-либо обеспечивал сам, и делали это, оставаясь практически невидимыми и неслышимыми. По округе очень быстро разнёсся слух, что порой в тенях бродит нечто куда хуже человека в костюме и склонностью сбрасывать людей с крыши. Он не был уверен, чувствовать себя благодарным или оскорбленным, так что в итоге остановился и на том, и другом понемногу. И круто сбитым с толку до кучи, что, по-видимому, в их случае было в порядке вещей.

Брюс оторвался от размышлений и напрягся, заслышав раскаты стрельбы, сопровождаемые сиреной. А спустя минуту расслабился, увидев, как вдалеке вниз по улице прямо у него на глазах, несколько полицейских машин окружили магазин. Наружу высыпалось с полдюжины копов и рванулось внутрь здания; через микрофоны в маске донеслись еле слышные вопли, вскоре за которыми снова объявились стражи порядка, волокущие двух мужчин. Похоже, всё шло своим чередом, что позволяло ещё немного позагоняться.

Подумать, поправил себя Брюс. Он думает, а не загоняется. Важно проводить различие, а не то Альфред начнёт отпускать откровенно британские шуточки с невозмутимым лицом без каких-либо признаков реального юмора, что сильно раздражало.

Возвращаясь к раздумьям о ящерах, он задался вопросом, как они умудрились заявить о себе миру довольно впечатляющим во время тотального фиаско с прерванным инопланетным вторжением чуть более года назад. Супермен, уровень угрозы от которого он всё ещё не мог окончательно определить, в итоге оказался в центре событий, произошедших, в конечном итоге, в результате раздора среди его же народа, явившегося ради его поисков. Какое-то время всё висело на волоске, обратив в прах примерно квадратную милю площади Метрополиса и доведя число погибших до тысячи пятиста двадцати семи человек. Будучи тогда в городе, Брюс был откровенно шокирован, что их было так мало.

В тот самый момент, когда дела казались хуже некуда, инопланетный луч прервался, корабль на ту сторону Земли по его данным испарился без следа к великой досаде инопланетян. В итоге Супермен и лидер пришельцев минут десять выбивали друг из друга пыль по всему городу, принеся ещё больше разрушений и шестнадцать смертей, пока одна из Семьи их не остановила.

Почему-то не осталось ни видео, ни снимков того, что случилось потом – Брюс подозревал, что винить в этом следует ящеров. Впрочем, имелась масса очевидцев, упоминавших корабль по меньшей мере в четыре раза больше криптонского судёнышка, возникшего из ниоткуда и просто застывшего в воздухе без видимых признаков опоры и совершенно беззвучно. И, судя по всему, вырубил второй корабль без каких-либо  хлопот, пока вожак ящеров проделывал практически то же самое с лидером инопланетного вторжения.

А когда пыль осела, разрушения были отремонтированы, пришельцы с их кораблём сгинули, каждого с хоть какими-то травмами неким магическим образом исцелили за считанные секунды, и вообще всё кончилось миром.

Что вызывало у него сильные подозрения.

Кем были те рептилии? Откуда они на самом деле взялись? Как это они остановили криптонцев точно те непослушные детишки? Куда делись криптонцы? Почему не осталось ни видеозаписей, ни хотя бы их изображения, за исключением одного фото, выложенного в интернет из источника, который он не мог отследить, демонстрирующего вероятного лидера ящеров – по всей видимости, той «Сауриал», о которой ему рассказывал Альфред – пожимающей руки с человеком, опознанным как лидер вторженцев,  выглядевшим не слишком радостным по этому поводу.

И какого рода угрозой они были для человечества? Если на то пошло, какого рода угрозой был Супермен? Без сомнений, он был одной из, если не самой, опасной личностью на планете, если не учитывать рептилий (чего Брюсу от всего сердца хотелось бы).

Так до ужаса много вопросов и так ничтожно мало ответов; это вызывало у него дискомфорт.

Повернув голову, он посмотрел на юг, на далёкое зарево в небе со стороны Метрополиса. Там был родной город человека в синем и красном, а также место событий, вызывавших у него тревогу. Теперь общественность была полностью осведомлена, что они не одиноки во вселенной… а также что некоторые их соседи не из тех, кого хочется пригласить на барбекю[1].
Было только вопросом времени, когда кто-нибудь начнёт поднимать шум по этому поводу – люди есть люди. Брюса искренне удивило, насколько низким был градус реакции на всё, однако жизнь научила его, что дерьмо может попасть на вентилятор без предупреждения, так что он хотел быть готов разобраться со всем, что бы ни случилось дальше.

Даже если это означает, что придётся иметь дело с Суперменом.

И ящерицами. Однако следовало признаться себе, что пускай идей насчёт криптонца было раз-два и обчёлся, то в вопросе что делать с ними он даже не представлял с чего начать. За исключением надежды, что, может быть, им таки надоест, и они оставят его к чертям в покое…

Брюс со вздохом покачал головой и вернулся к наблюдению за городом, высматривая что-нибудь, что потребовало бы его вмешательства.

А спустя мгновение принюхался, нахмурился и медленно огляделся вокруг. На парапете перед ним устроились исходящая паром чашка кофе и колечко пончика на бумажной тарелке. Чашка прижимала записку, трепещущую на ветру.

Минуло несколько секунд, прежде чем он с подозрением изучил натюрморт; затем рука в перчатке протянулась и выдернула записку из-под чашки, развернув и подняв так, чтобы зарево за спиной подсветило её достаточно, чтобы читать.

Брюс уставился на записку в руке, затем огляделся. Нет, тут не было никого кроме него, кофе и выпечки. Вообще никаких признаков кого-либо ещё; его органы чувств или снаряжение ничего не фиксировали, а единственным, что улавливал слух, были ветер и фоновый шум.

Спустя несколько долгих секунд он аккуратно сложил записку и убрал в пакетик для улик, отправившийся в инструментальный пояс. Некоторое время посверлив кофе взглядом, достал сканирующее устройство и тщательно проверил тот на всё, что пришло в голову. Затем проделал то же с пончиком. Не было зарегистрировано ничего, кроме того, чем они и выглядели. Убрав сканер на пояс, он осторожно поднял кофе, пристально оглядел, затем понюхал его. Логотип был незнаком, однако оно определённо пахло кофе. Очень хорошая смесь, если на то пошло.

Брюс поставил его обратно и с досадой окинул взглядом.

– Это становится утомительным, – произнёс он вслух, просто на случай, если кто-то с хвостом слушает.

Ответа не было.

Пару минут он провёл, погрузившись в мысли и изучая раскинувшийся вокруг город, раздумывая, каким будет его следующий шаг.

И в конце концов покачал головой, снова с глубоким подозрением посмотрел на подарочек на парапете, после чего вытащил тросомёт и выстрелил через улицу; кошка на конце обернулась вокруг основания флагштока и зафиксировалось. Брюс шагнул на парапет и бросился с него, перелетев через провал к своей новой жердочке.

Когда он оглянулся, чашка с кофе и пончик пропали.

Ворча под нос (пусть он в этом никогда никому не признался бы), Бэтмен пошёл по своим делам, продумывая следующий ход в изучении как неких раздражающих чешуйчатых залётчиков, так и потенциальную катастрофу в лице инопланетного героя.

=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=

Чуть больше месяца прошло более-менее спокойно. Брюс проводил много времени за оттачиванием планов, переговорами с мутными фигурами в тёмных уголках и глубокими размышлениями. Не случилось больше ничего, что было бы видимо связано с Семьёй, хотя имел место ряд инцидентов, когда преступники из-за пределов штата пробовали заявить о себе и по неким мистическим причинам либо очень быстро удирали спустя считанные дни, либо в итоге тряслись в полицейской каталажке. Комиссар Гордон, не заглядывая в зубы дарёному ящеру – пусть даже он понятия не имел, что, во имя всех святых, происходит на самом деле – был более чем доволен итогами.

О самом Брюсе такого сказать было нельзя, пусть даже эффективность такого поворота отрицать не получалось. Он подозревал, что далеко не ко всем инцидентам Семья в принципе имела места, поскольку немало деталей в принципе не совпадали. Чисто психологический страх, похоже, в некоторых случаях был почти так же эффективен. Как его заверяли разные люди, не знать точно, что тебя преследует рептилия (или что это там, на***, было), было чуть ли не хуже, чем знать это наверняка.

Это почти заставило его задуматься, а сделал ли он сам хоть что-то полезное. Полицейские – теперь, когда они редко сталкивались со сколько-нибудь серьёзными преступлениями с использованием сверхсил – умудрились в основном убрать верхушку нормальных преступников, а наиболее жестокие представители этого сообщества всё чаще обнаруживали, что их путь к успеху, стоит только пережать, внезапно обрывается со смешком. Кажется, Мышь тут была практически лишней…

Бурча про себя (это начинало входить в привычку), он закончил с обедом и поблагодарил Альфреда. Пожилой слуга улыбнулся мужчине.

– Собираетесь снова выйти сегодня ночью, мастер Брюс? – уточнил он, наливая последнюю чашку кофе своему нанимателю и другу. – Судя по тому, что наблюдается в новостях, я бы предположил, что вы могли бы время от времени брать отгул. В конце концов, времена изменились.

Брюс посмотрел на него, взял кофе и сделал глоток. Тот был, как обычно, превосходен.

– Спасибо, Альфред, я полностью в курсе, – чуть нахмурился он. – Не уверен, что мне это нравится.

– А почему бы и нет? – удивился собеседник. – Город в последнее время куда менее опасен, преступления на самом низком уровне, сколько можно упомнить, а большая часть людей, доставлявших вам столько проблем либо под надёжным замком, либо просто пропали. Я бы ожидал, что вы будете довольны. Разве это не единственная причина, по которой вы увлеклись своим… хобби? – искра веселья проскользнула в его улыбке.

– Меня беспокоит то, чего я не знаю о текущей ситуации, а не то, что знаю,
– заметил Брюс, со стуком отставляя чашку. – Первое многократно перевешивает второе, и это заставляет меня чувствовать…

– Нервозность? – предложил Альфред слово, когда его бывший воспитанник сделал паузу.

– Неуютно, – поправил Брюс. – Я предпочитаю «неуютно».

– Уверен в этом, сэр.

Герой посмотрел на старшего товарища, чувствуя, что его возможно самую малость подкалывают. Альфред встретил пристальный
взгляд невинным выражением.

– Да. Ну, в любом случае, я всегда знаю, когда о чём-то не осведомлён, а эти чертовы рептилии самый большой комок неизвестности, который можно представить, – продолжил он, предпочтя ничего не замечать.

– Я помню отпечаток, – кивнул Альфред. – Соглашусь, это было довольно
содержательно, – и вернулся к занятию уборкой, пока Брюс давил тихий вздох. – Однако, надо сказать, думаю, вы можете быть уверены, что Семья искренне желает людям всего наилучшего. Мой старый наставник рассказывал мне о ряде случаев, в которых они при некоторой необычности проявляли себя более чем достойно и очень по-доброму, – он бросил короткий взгляд на хозяина и компаньона. – Уверен, что они не источник рисков.

– И даже так, я бы чувствовал себя увереннее, если бы больше о них знал, – гнул свою линии Брюс.

Альфред выпрямился, подхватив поднос, на который сложил использованную посуду. И, встретившись взглядом с воспитанником, негромко поинтересовался:

– Вы полностью в этом уверены, мастер Брюс?

На минуту повисло молчание.

Наконец старый слуга повернулся к выходу.

– Как я понимаю, есть те, кто сумел выяснить больше, и насколько мне удалось узнать, они в общем вообще не почувствовали себя уютнее, – у двери он на миг обернулся и добавил с лёгкой улыбкой: – Возможно, некоторые вещи стоит оставлять нетронутыми, сэр, – и, вежливо кивнув, вышел.

Глядя ему вслед, Брюс медленно допил кофе, обдумывая слова старого друга. Скорее всего он был прав.

Впрочем, в данный момент это не имело значения – у него не было источников новой информации, и никто известный ему, кто был в курсе правды, не собирался ему ничего говорить. Пока что он с тем же успехом мог переключиться на Супермена, с которым во многих отношениях было проще разобраться. Предполагая, что это станет необходимо – до чего, как он надеялся, не дойдёт.

Однако надеяться на лучшее и готовиться к худшему, по его мнению, было простым здравым смыслом, так что пока он мог с тем же успехом продолжать продвижение своих планов.

=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=

Еле слышный звук колышущегося плаща за его спиной заставил Брюса на миг застыть. Почти сразу он осознал, что это вряд ли ящерка, а спустя секунду или две опознал знакомый звук. Самая вероятная возможность из числа чрезвычайно маловероятных практически сразу пришла на ум, и, поддавшись наитию он произнёс своим голосом Бэтмена:

– Обычно ты остаёшься в Метрополисе. Что привело тебя в мой город?

На пару секунд воцарилось молчание, а после раздался голос:

– Мне нужна информация, и я подумал, что, скорее всего, ты окажешься в состоянии поделиться ей со мной.

Развернувшись на месте, герой убедился в своей правоте. Супермен висел в воздухе в десяти футов от края здания, на крыше которого он стоял: руки сложены на груди, а плащ реет на ветру. Восемьсот футов высоты, а ему хоть бы что. Брюс был (хотя определённо никогда бы этого не признал) слегка впечатлён. Такой вид однозначно показывал, что пришелец не из тех, кого легко сбросить со счетов. На ум пришло, что это наверняка работает прекрасно и на злодеях, за которыми тот приходит.

[Картинка не совсем точная, но ближе в интернете ничего не нашлось] 

В течение ещё нескольких минут они изучающе разглядывали друг друга. Брюс воспользовался возможностью очень внимательно изучить человека в синем и красном, сравнивая свои предположения с реальностью. И всё же в итоге уточнил:

– Какая информация? И с чего искать её у меня?

– У тебя репутация человека, который в силах найти то, что больше никто не может, – чуть заметно пожал плечами пришелец-герой. – Учитывая, сколько ты в этом деле и при том до сих пор жив, да ещё в Готэме, у тебя явно имеется нечто, работающее на тебя. Насколько я в курсе, у тебя нет сил помимо ума и внимания, а также хорошей тренированности, – он посмотрел вокруг, пока Брюс пытался сообразить, искренний ли это комплимент или же просто уловка. Разумеется, могло быть и так и этак сразу. – На Готэм также за эти годы пришлось куда больше сверхсильных психов, чем ему положено, однако город всё ещё здесь, и, насколько я слышал, в значительной мере благодаря тебе.

– Это мой город, – отреагировал Брюс спустя пару секунд. – Примерно так же как Метрополис твой, – и одарил Супермена многозначительным взглядом.

– Понимаю, – кивнул тот. – Я тут не чтобы залезть на твою территорию. Но у меня не получается найти другой источник информации по предмету, о котором необходимо разузнать.

– И что же это? – Брюсу помимо воли стало любопытно. – Ты всё ещё не сказал, чего хочешь.

Летающий человека одарил его чуть более продолжительным взглядом, ещё раз обвёл взглядом город и вздохнул.

– Семья.

Удержав невозмутимое выражение, Брюс медленно кивнул со смесью веселья и сочувствия, пусть и сохраняя осторожность:

– Ясно.

– Как мне говорили, ты имел с ними дела в прошлом в последние несколько лет, – продолжил Супермен; Брюс продолжал держать лицо. – По моей информации, они появляются там и сям, и… всякое… случается. В чём состоит ещё одна причина, почему у вас, похоже, в последнее время куда меньше преступников.

Немного подумав, Брюс ещё раз кивнул.

– Известно, что они возникают тут и там по всему Готэму, – заметил он, против воли ощущая эти слова преуменьшением. – Это оказывает влияние на преступный мир, – а это было гораздо большим преуменьшением…

– Откуда они взялись? – почти жалобно вопросил собеседник. – Ты же наверняка в курсе инцидента в Метрополисе более года назад.

– Все на планете в курсе, – скрипнул голосом Брюс, заставив того слегка смутиться.

– Да, прошу прощения, не так выразился, – слабо улыбнулся криптонец. – Я имел в виду, что уверен – ты выяснил то, что не известно общественности.

Брюс уклончиво хмыкнул, надеясь, что его гость углубиться в тему и восполнит нехватку информации. Супермен ещё раз огляделся по сторонам, подлетел к краю крыши и приземлился. Выглядел он, если описывать одним словом, нервно.

– Я всё ещё не могу разобраться, как столь многое об этом инциденте осталось за кулисами, – продолжил визитёр после короткой паузы. – Я было ждал, что возникнет бурное обсуждение всего случившегося, учитывая, что это было положительное доказательство существования не одной, а двух групп пришельцев, посетивших Землю, – он со слабой улыбкой покачал головой. – Разумеется, не считая меня.

– Разумеется, – согласился Брюс, гадая, не собирается ли парень ходить вокруг да около всю ночь.

– Однако это странно. Разумеется, в интернете много толков, толика обычных типов с дичайшими теориями заговоров, о каких тебе доводилось слышать, всё такой, однако в новостях или в газетах практически ничего, – визитёр выглядел озадаченным. – Лишь пара статей насчёт разрушений, ещё две или три о том, как быстро всё починили, одна передовица про супергероев, не убирающих за собой… А где все вопли про инопланетное вторжение?

– Ты вправду хочешь, чтобы люди беспокоились? – осторожно поинтересовался Брюс.

– Нет, конечно нет, – вздохнул Супермен. – Однако весь этот эффект «А, пришельцы, что там насчёт них» просто дикость какая-то. Определённо не то, чего я ожидал бы. А единственное объяснение, которое я могу придумать, это что они что-то сделали. Как-то.

– Ты думаешь, Семья заставила людей просто принять ситуацию и двигаться дальше? – Брюс обдумал эту мысль. Нельзя было отрицать, что парень говорит дело, и, ко всему прочему, он также думал, что всё прошло слишком тихо, учитывая ущерб.

– У тебя есть объяснение получше? – поинтересовался Супермен.

Готэмский герой медленно покачал головой:

– И близко нет.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

– Кто они, чёрт возьми, такие и откуда взялись? – наконец спросил Супермен, вскинув брови.

– Насколько я смог разобраться, из места, которое мы бы наверняка назвали параллельной Землёй, – признался Брюс, не видя в этом ничего такого.

Собеседник пристально уставился на него.

– Параллельная Земля, – повторил он. – Такая, на которой в разумных
эволюционировали рептилии, а не млекопитающие.

– В этом… я не уверен, – отозвался Брюс.

– Уху, – снова воцарилось молчание. – А зачем они сюда явились.

– Торговля, развлечения, общая любознательность? – рискнул Брюс так же не слишком уверенно. Добавлять «Досаждать мне» он не стал, хотя был практически уверен, что это по крайней мере одна из причин. – Я слышал разные предположения. Знаю, что они торгуют технологиями с некими местными компаниями. Насколько удалось выяснить, аспект борьбы с преступностью тут скорее побочный эффект. Они склонны осуждать определённые манеры поведения, – и выражают своё недовольство весьма наглядным образом, живо припомнилось ему.

– Сауриал донесла это более чем очевидно, – кивнул с задумчивым видом Супермен. – Она сказала, что пришла, потому что им позвонил друг. Интересно, кто это был?

– Не знаю точно, – произнёс Брюс.

– Пожалуй, то, что они заявились, было к лучшему, – произнёс собеседник, покосившись на него. – Она разрешила ситуацию куда резче и более мирно, чем, подозреваю, вышло бы в ином случае.

– Я так понял, у них есть космический корабль?..

– Да. И очень большой. С совершенно изумительными возможностями стелса, – ответил Супермен, покачав головой. – Даже я не имел ни малейшего понятия, что он был там, да и никто из них, если на то пошло, – он внимательно посмотрел на Брюса. – Ты не представляешь, несколько это странно. Я слышу всё. Звуки биения сердца всех людей вокруг, крови, движущейся по вашим артериям, насекомых, ползающих в мусорном баке внизу… – криптонец на миг затих. – Однако я не слышал совершенно ничего, что бы дало мне знать, что она там. Или кто-либо из остальных из них. Или этот корабль. Не видел ничего, и не унюхал ничего, и не ощутил ничего… Зод был не менее удивлён. Они просто были… там.

Брюс мог практически поклясться, что собеседник чуть заметно вздрогнул.

– Это очень сильно выбивает из строя, – добавил тот довольно неуклюже.

– Могу представить, – кивнул Брюс, промолчав о том, что полностью его понимает, поскольку ***е ящерицы проделывают с ним тот же чёртов фокус постоянно.

– Не знаю, откуда они в курсе, однако они к тому же чертовски много знают о криптонцах, – поколебавшись, добавил Супермен, явно сбитый с толку. – И, по-видимому, располагают оружием, способным подействовать на нас.

– Любопытно… Интересно, они проделали это тем же способом, до которого дошёл я? – Брюс принудил сердце биться в том же темпе на одной силе воли и тренированности.

– К слову, а что на самом деле случилось со вторженцами? – поинтересовался он в самой обыденной манере, на какую был способен.

– Сауриал сделала им предложение, от которого они не смогли отказаться, – произнёс собеседник, явно обдумав вопрос. – Не то чтобы она оставила им выбор. Или, скорее, выбор с приемлемой альтернативой.

– В какой смысле?

– Принимайте предложение или я вас всех перебью, – вздохнул Супермен. – И в чём я полностью уверен, так это в том, что она именно это и имела в виду, и была более чем в состоянии осуществить, – пришельца слегка передёрнуло. – Там их была масса, и они располагали чрезвычайно  мощным оружием. Очень высокая технология, далеко превосходит всё, что мне знакомо. Или, судя по тому, что я видел, всё, с чем сталкивался и генерал Зод тоже, – по мужественному лицу мимолётно скользнула улыбка. – Не будь я так встревожен, нашёл бы это даже смешным, выражение лица у него было… Скажем так, что делать он знал не больше моего.

– Итак, они были в состоянии задействовать, или же готовы к применению, смертельного уровня силы, – подумал Брюс. – Что, учитывая обсуждаемых лиц, означает, что они в этой сфере располагают действительно впечатляющими возможностями. Или, возможно, просто знают слабые места… Нет, раз уж это наверняка правда, похоже, что им оно особенно и не нужно. Далее, очень высокий технический уровень, равно как и физическая мощь. В придачу с магией, со слов Константина, – ничто из перечисленного не было таким уж сюрпризом, однако делало совершенно очевидным, что к этому племени не стоит относиться легкомысленно.

Как будто он уже этого не знал.

На пару минут мужчины погрузились в задумчивое молчание, занятые каждый своими мыслями. Наконец пришелец в красно-синем облачении снова поднял взгляд, до того пристально разглядывавший дорожное движение города внизу.

– Исходя из твоих знаний, что посоветуешь делать, если они вернутся?

Брюс изучающе посмотрел на собеседника. Кажется, тот искренне испытывал любопытство и озабоченность.

– Будь вежлив, – наконец не очень охотно произнёс он. – И не делай ничего, что спровоцировало бы ответ. Согласно моей информации, в целом они мирные и не склонны к сражениям, однако при этом более чем готовы защищать себя, своих друзей или людей, которым в принципе нужна помощь. А судя по тому, что рассказал мне ты, сомневаюсь, что победить их будет просто.

– Ясно, – задумчиво кивнул Супермен. – Полагаю, так ты и делаешь?

– В общем и целом, – мрачно улыбнулся Брюс. – Не то чтобы у меня был выбор, поскольку я никогда, в сущности, их не видел…

– Также у них… уникальное… чувство юмора, – добавил он спустя мгновение, поскольку предупредить бедолагу было бы только честно. Если рептилии заинтересуются ещё и им, опыт парень получит своеобразный. Впрочем, если так случится, может, они утратят интерес к нему…

– В каком плане?

– Они, очевидно, в восторге от психологических войн и не против небольших розыгрышей, – буркнул Брюс. – Это может… раздражать.

– Звучит как из собственного опыта, – Супермен точно слегка улыбнулся.

Брюс в ответ одарил его бесстрастным взглядом.

– Я не желаю об этом говорить, – скрипнул он.

– Справедливо, – усмехнулся герой-пришелец. – И в мыслях не было оскорблять тебя.

– Благодарю.

Супермен в очередной раз внимательно огляделся, как если бы ощущал слежку за собой. Брюса это чувство сопровождало почти постоянно, и он уже оставил попытки вычислить, откуда оно исходит.

Он и так прекрасно всё понимал, а также знал, что никогда их на этом не поймает.

– До меня дошёл слух… – вид у собеседника был неуверенный. – Всего лишь слух, однако он гласит, что одна из них, возможно… довольно крупная.

Брюс изучающе посмотрел на него, прикидывая, кто что кому сказал. И наконец отрывисто кивнул:

– Это правда.

– Насколько крупная?

Прошло несколько секунд, прежде чем Брюс ответил, погрузившись в воспоминания:

– Очень. Я бы оценил рост футов в восемьдесят.

Он был уверен, что разглядел бледность на лице гостя.

– По меньшей мере.

Определённо бледность. Он посочувствовал парню.

Пришелец в шоке что-то пробормотал, однако он не разобрал в точности, что именно.

– Ты уверен?

– Я видел сам, так что да.

– О.

Их глаза встретились.

– Интересно, насколько быстро возрастает сила вместе с размерами для кого-то из них? – в голосе Супермена сквозило беспокойство.

– Не имею понятия, а также не считаю разумным выяснять это на личном опыте, – признался Брюс. Мужчины с полным пониманием переглянулись.

– Нет, думаю, пока что это лучше отложить, – кивнул собеседник с таким видом, будто обдумывает что-то, что ему не нравится. – Спасибо за информацию.

– Пожалуйста, – отозвался Брюс практически честно. Он также немало выяснил и получил много информации для размышления. А спустя пару секунд протянул руку.
Супермен посмотрел на неё и принял рукопожатие.

– По тому, что я о тебе знаю, уверен – ты беспокоишься насчёт меня, – негромко произнёс пришелец. – На твоём месте я бы чувствовал то же самое. Однако даю слово, мы на одной стороне. Этот мир был моим домом практически всю мою жизнь, и я отдам эту жизнь за него. Против кого угодно.

Они пожали друг другу руки.

– Как и я.

– Хорошо, – произнёс Супермен, когда руки разомкнулись. – И, полагаю, что даже некие стрёмные ящеры-пришельцы из параллельного мира наверняка будут на той же стороне в своём собственном стиле.

– Возможно, – нахмурился в ответ Брюс. Ему всё ещё хотелось знать о них больше, однако не похоже было, что это случится где-нибудь в ближайшее время. От его внимания не укрылось, как собеседник поднялся на несколько дюймов в воздух.

– Наверняка нам стоит как-нибудь пообщаться подольше, – заметил Супермен. – Возможно, сверить записи. Однако пока что ты дал мне много пищи для размышлений.

– Ты знаешь, где меня найти, – ровно произнёс Брюс.

– Бродящим где-нибудь по крышам? – улыбка визитёра заставила его сердито глянуть на того. Пришелец хмыкнул. – Не в обиду, конечно, – тот как будто о чём-то задумался, а затем снова коротко рассмеялся: – Пожалуй, если так на это посмотреть… навряд ли мы увидим что-то крупнее восьмидесятифутового ящера. За что я, признаюсь, весьма благодарен. Вокруг уже достаточно угроз и без…

Он резко оборвал себя; мужчины дружно уставились вверх где со звуком хлопающего на ветру паруса мимо пронёсся шквал.

Брюс воззрился на совершенно гигантского летающего ящера, подсвеченного мягким голубым сиянием и обладавшего размахом крыльев, должно быть, далеко за четверть мили, тихо проплывающего над их головами точно чешуйчатое облако. Слышно было, как за его спиной у Супермена прервалось дыхание. ***й дракон летел мимо, его крылья колебались лишь от порывов ветра, а голова на шее в сотню футов длиной склонилась, чтобы пригвоздить их пылающим желтым взором.

[Так эту сцену видит нейросеть] 

Стоило моргнуть, и видение пропало.

– Ненавижу их, – вздохнул герой про себя. – Они ведь это нарочно… – и, разумеется, чертову тварь видели исключительно они двое, поскольку снизу не доносилось ни единого вопля.

Вслух же он произнёс (искренне гордясь тем, что голос не дрожит): 

– Как я уже говорил, чувство юмора у них… необычное.

Супермен повернулся к нему, затем снова уставился вверх, открыл рот, подумал, закрыл и стремительно унёсся прочь.

Почти позабавленный, несмотря на раздражение, Брюс выждал, пока не достиг уверенности, что гость улетел далеко за горизонт, фыркнул и направился по своим делам. Оставалось ещё много вопросов относительно как Семьи, так и криптонца, однако в целом в обоих отношениях он чувствовал некоторое облегчение.

Теперь бы только найти преступника, чтобы скрутить в бараний рог – и ночь удалась; ну а он сможет пойти домой зная, что сделал мир лучше…