МЫ НАД ПРОПАСТЬЮ ВО ЛЖИ * 16 глава
— Выбирай!
Перед Чонгуком веером легли отрезы клетчатой ткани. Чимин сложил руки на груди и настороженно наблюдал за юношей, на каком из предложенных тарта́нов (классический узор в клетку. В Шотландии по цветам клетки определяют клан или местность) остановится его выбор. Тот задумался лишь на мгновение и уверенно ткнул в крупную сине-зелёную клетку.
— Не передумаешь? — уточнил Чимин на всякий случай.
— Чимин, я же не жену выбираю, а всего лишь ткань для костюма. Хотя… пиджак в клетку — это так по-стариковски. Я всё понимаю: Шотландия, клетка… но я буду как клоун. Может, лучше просто чёрный?
— Проще, конечно, лучше, но это не твоя история. Уяснил? Так, один пункт вычёркиваем. Сегодня же отправлю заказ, — Чимин подхватил с кровати образцы ткани.
— Зачем всё это? У меня уже гардероб ломится от этих костюмов, а ношу всё равно джинсы и толстовки.
— Джинсы исключаем. В них ты точно будешь как клоун, — в безапелляционной манере прекратил спор Чимин.
Язвительность вновь вернулась к помощнику Тэхёна. Он обрел привычное состояние: «здесь есть единственное верное суждение и, к сожалению, оно не ваше», утраченное им лишь на некоторое время. После того, как Тэхён объявил за ужином дату «Дня орденской цепи», Чимин побледнел и слегка покачнулся. Казалось, пол поплыл у него под ногами. Но он быстро взял себя в руки, лишь только уточнил:
— Всё как в прошлый раз?
— Да. Список гостей согласуем позже.
Чимин кивнул и с неестественно прямой спиной вышел из столовой, а Тэхён, перехватив удивлённый взгляд Чонгука, пояснил:
— Раз в два года древнейший Орден Чертополоха проводит «День орденской цепи». В соборе Святого Джайлза в Эдинбурге пройдёт служба и посвящение в рыцари.
— Рыцари? — скептично уточнил Чонгук. — В наше время?
— Не забывай, Чонгук, мы в Соединённом Королевстве Великобритании и Северной Ирландии. У нас до сих пор действующая монархия. И да, здесь есть принцы, герцоги, рыцари и царствующая королева. «День орденской цепи» памятный день для юношей знатных родов Шотландии. Они торжественно присягнут на верность Ордену Чертополоха, и на хорах часовни появится табличка с их именем.
— Орден Чертополоха?
— Да. Рыцарский орден Чертополоха, названный в честь колючего цветка, символа Шотландии.
— Я думал, что это роза. Не помню только какая — алая или белая.
Взгляд Тэхёна потяжелел, но его голос продолжал оставаться спокойным.
— Не вздумай такое ляпнуть за столом в присутствии тех гостей, что прибудут к нам в поместье. Ты можешь невольно обидеть их своим невежеством. Роза — традиционная геральдическая эмблема Англии. В Шотландии это чертополох. Слышал, как гуси Рим спасли?
— Слышал. Римляне держали птиц в клетках при храме, чтобы принести в жертву. Гуси ночью услышали бряцание оружия и подняли такой шум, что все проснулись. Римлян не застали врасплох, и они отразили нападение врага. Ты про эту легенду меня спрашивал? — с улыбкой спросил Чонгук, радуясь, что хоть тут он не выглядел профаном.
— Похожая легенда есть и в Шотландии. Только там на помощь пришёл колючий чертополох, который рос вдоль крепостных стен. Горцы Шотландии всегда воевали с викингами из-за спорных земель. Норвежский король решил напасть ночью и, чтобы нападение было внезапным, викинги сняли обувь и шли босиком.
— Господи, вот идиоты, — еле слышно прошептал Чонгук.
Тэхён сделал вид, что не слышал этого, продолжал рассказывать историю своих предков:
— Их планам помешал обычный сорняк. Когда колючки впились в ноги, викинги не смогли сдержать крик и разбудили шотландцев. Внезапное нападение сорвалось, и норвежцы проиграли битву. С тех пор колючий цветок стал символом Шотландии и в его честь назвали Орден, девиз которого «Никто не тронет меня безнаказанно».
— А ты глава этого Ордена?
— Суверен, — поправил Тэхён. — Правильнее говорить не глава, а Суверен. Я попрошу Чимина, чтобы он ввёл в тебя в курс дела. Всё рассказал и объяснил, чтобы ты не допускал подобных ошибок. У меня будет только одна просьба…
— Не спорить с Чимином. Я это уже знаю.
Чуть позже Чонгук узнал причину, почему так побелел Чимин, услышав про «День орденской цепи». Хоть посвящение в рыцари проходило в соборе в Эдинбурге, накануне поместье Тэхёна распахивало свои двери для бесчисленного количества гостей. Открытие сезона охоты на лис и благотворительный приём предшествовали церемонии посвящения в рыцари.
— Зачем накануне такого важного мероприятия Тэхён ещё устраивает приём в поместье? — искренне недоумевал Чонгук. — Кому это нужно?
— Герцогу. В первую очередь это нужно самому Тэхёну. Потом, это не просто приглашение на открытие сезона охоты — это пропуск в круг избранных. Сам понимаешь, не все могут похвастаться, что в их венах течёт голубая кровь, а значит, они не попадут на службу Ордена в собор, — пояснил Чимин. — Поэтому для политиков и представителей крупного бизнеса накануне «Дня орденской цепи» герцог проводит открытие сезона охоты, а после Суверен приглашает всех в своё поместье на благотворительный приём.
— Мы ведь сейчас говорим про настоящую охоту? То есть толпа мужиков разбредётся в ближайшем лесу с ружьями, а потом начнёт палить? Убивать зверей? Я тоже обязан это делать?
— В принципе, ты никому ничем не обязан. Особенно Тэхёну, — Чимин осуждающе посмотрел на Чонгука, и тот резко смутился.
Лавина из раскаяния и вины начала подтапливать его, грозясь и вовсе утопить. Если для Тэхёна так важно, чтобы он был рядом в эти дни, значит, придётся переступить через свои принципы. Ну прогуляется он с винтовкой на плече по лесу — от него не убудет.
— Ты не знаешь особенности охоты на лис?
Чонгук затряс головой, как китайский болванчик.
— На этой охоте не будет произведено ни одного выстрела, оружие в этой охоте не используется. Но зверя всё же убьют. Лисицу егерь выгонит из леса, и охотникам на лошадях нужно будет догнать зверя и постараться выхватить его из клубка разъяренных специально обученных гончих.
— Это очень опасно и слишком кровожадно, — покачал головой Чонгук.
— Ты прав. Тем ценнее трофей. Кому удавалось выхватить хотя бы кусочек шкуры несчастного зверя, становился героем дня. Именно ему принадлежит честь поднять вечером первый тост за королеву.
— Средневековье какое-то…
— Шотландия прекрасна в своей самобытности, а охота — это вообще целый свод правил и традиций.
— Опять правила? — поморщился Чонгук.
— Тебе они понравятся. Например: перед началом полагается выпить виски с имбирным элем, а всем участникам необходимо соблюсти строгий дресс-код, — по тому, как заблестели глаза Чимина, можно было догадаться, что эта часть мероприятия была его любимой. — Для стрельбы на фазана надевают знаменитый норфолкский пиджак из твида, широкие бриджи и кепи. Для традиционной охоты на лис все участники охоты облачаются в рединготы (сюртук для верховой езды) красного или чёрного цвета, узкие светлые брюки и высокие сапоги с отворотами. Так что ты окажешься как на съёмках исторического фильма.
— Что-то у меня нет желания скакать на лошади по полям за бедной лисицей да ещё и в лосинах.
— Ну что сделаешь? — Чимин развёл руками. — Это английская традиция, как во всём мире знают про five-o'clock, так и охота вот уже два столетия является символом британской культуры. Раньше разрешение на охоту получали лишь аристократы с одобрения самого короля, да и теперь это хобби не всем по карману. Представь только: нужно иметь обученных гончих собак, лошадь специальной породы. Мало иметь, ты должен идеально сидеть в седле.
Чонгук нахмурился: его опыт верховой езды был весьма скромным. У Тэхёна была своя конюшня. Чонгук даже взял пару уроков, но этого, по рассказам Чимина, явно будет недостаточно. Настало время сожалеть об упущенной возможности?
Сейчас Чонгук не помнил, почему он так и не продолжил занятия по верховой езде, но вот свой первый урок, который с ним провёл Тэхён, он не забудет никогда. Но не из-за того, что ему очень понравилось, скорее наоборот — ноги и спина ныли тупой болью ещё дня два. Но боль вскоре забылась, а вот образ Тэхёна на вороном коне до сих пор бередил фантазию.
На тренировочной площадке, которая представляла собой большое крытое помещение с мягким грунтовым покрытием, Тэхён, держа за поводья, подвёл к Чонгуку коня. Это был крупный вороной жеребец, который выглядел так, словно его вырезали из чёрного мрамора. Он нервно переступал с ноги на ногу, время от времени взмахивая хвостом.
— Это Дублон, — сказал Тэхён. — Он немного строптивый. Поэтому думаю, что вы идеально подойдёте друг другу.
Тэхён передал Чонгуку поводья и вложил в ладонь половинку яблока. Гук осторожно подошёл к жеребцу. Тот внимательно наблюдал за каждым его движением, изредка шумно фыркая. Чонгук протянул руку с яблоком, и Дублон аккуратно взял фрукт мягкими губами. Было щекотно — Гук улыбнулся.
— Сначала пройдись с ним по кругу. Пусть привыкнет к тебе.
Чонгук осторожно взял поводья, пытаясь игнорировать нервный взгляд Дублона и то, что он постоянно мотал головой, намеренно сопротивляясь.
— Он всегда такой упрямый? — спросил Чонгук, бросив взгляд на Тэхёна.
— Нет, — спокойно ответил тот, заложив руки за спину. — Это ты нервный. Животные чувствуют, что ты сам себе не доверяешь.
Чонгук прищурился, глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться и расслабиться. Дублон, к его удивлению, стал вести себя спокойнее.
— Так лучше, — заметил Тэхён. — Теперь остановись и позволь ему просто постоять рядом с тобой.
Чонгук послушно встал рядом с Дублоном, легко похлопав его по шее. Жеребец склонился и фыркнул ему в ухо.
— А теперь? — спросил Чонгук. — Обнимашки закончились?
Тэхён усмехнулся.
— Теперь переходим к практике. Залезай в седло, — приказал Тэхён и подошёл ближе.
Чонгук, хоть и с явным сомнением, поставил ногу в стремя и попробовал взобраться. Дублон дёрнулся, но не пошёл с места, только фыркнул. Попытка оказалась неудачной, Чонгуку не хватило замаха ноги. Тэхён подставил деревянные ступени и помог Чонгуку устроиться в седле.
— Держи поводья свободно, — посоветовал он, обходя их кругом. — Не хватайся за них, как будто это спасательный круг. Лошадь должна чувствовать, что ты контролируешь ситуацию.
Чонгук сделал, как было сказано, и сразу почувствовал, как Дублон расслабился.
— А теперь, — голос Тэхёна звучал спокойно, — сожми ногами его бока.
Жеребец послушно шагал, но каждое его движение было настороженным, будто он ждал, что что-то пойдёт не так.
— Твоя проблема — это тотальный контроль, — сказал Тэхён, наблюдая за ними. — Иногда, чтобы управлять, нужно уметь отпустить.
Чонгук послушался, расслабил руки так, что поводья почти болтались. Дублон, который до этого был напряжён, вдруг расслабился и пошёл ровным шагом.
— Слегка направляй поводьями. Просто иди по кругу, — советовал Тэхён. — Сначала шагом, потом рысью. Используй корпус, силу ног. Запомни, каждое твоё движение лошадь чувствует.
Чонгук послушно тронулся с места, стараясь удерживать баланс. Первые круги прошли неплохо, но стоило перейти на рысь, как всё пошло наперекосяк. Дублон, почувствовав неопытность наездника, начал двигаться неровно. Чонгук пытался справиться с ним, но чувствовал, будто вот-вот потеряет равновесие.
— Спокойно! — крикнул Тэхён. — Не тяни поводья так сильно, ты его нервируешь.
— Я пытаюсь! — выкрикнул Чонгук, едва удерживаясь в седле.
Тэхён поднес пальцы ко рту и громко свистнул. Жеребец тут же замедлился, словно ничего не произошло.
— Для первого раза достаточно, — скомандовал Тэхён.
Чонгук слез и уже собрался вести Дублона в конюшню, но Тэхён взял поводья из его рук и запрыгнул в седло. Чонгук хотел было что-то сказать, но слова замерли на его губах. Тэхён подмигнул ему и в следующий миг Дублон сорвался с места. Чонгук завис, любуясь их движениями — настолько всё было идеально.
— Вау… — только и смог выдохнуть он.
Чонгук смотрел, не в силах отвести взгляд. В Тэхёне было что-то… необъяснимое. Каждое его движение было таким естественным, будто он был частью жеребца. В седле, на вороном коне, в бархатном пиджаке, в который он облачался для верховой езды, Тэхён выглядел, как аристократ начала прошлого века с винтажной открытки. До такого уровня Чонгуку было ещё очень и очень далеко.
— Даже не думай, что ты отправишься на конную охоту. Ты ещё не готов, — успокоил Чимин. — Герцог распорядился, что ты не принимаешь в ней участие.
Чонгук облегчённо выдохнул.
— Но мне от этого не легче, — нахмурился Чимин.
Казалось, он ни на мгновение не прекращал составлять план действий, мысленно вычёркивая те пункты, которые уже выполнил.
— Да не дёргайся ты так. Подумаешь — приём! Ты их уже столько организовывал, — попытался успокоить его Чонгук.
Чимин покачал головой.
— Это очень почётно — открывать в своём поместье сезон охоты. Но почему-то у меня срабатывает внутренняя чуйка, что будут проблемы. Я всё пытаюсь просчитать — где? Всех лошадей разместили в конюшне, гончих собак в нужном количестве собрал, для тех гостей, которые останутся в поместье, комнаты почти готовы. С ужином на пятьдесят человек проблем не будет… Но что-то меня всё равно тревожит.
— Сколько? — ахнул Чонгук, оценив масштаб бедствия.
— Пятьдесят. И ты должен будешь там присутствовать. Поэтому давай займёмся твоим внешним видом. Всё должно быть безупречно.
Казалось, что в поместье все сошли с ума. Неумолимо приближался «День орденской цепи».
Тэхён вдвое увеличил количество слуг, которые забыли, что такое ходить — они перемещались исключительно перебежками. Клининговая служба драила и выскабливала комнаты в левом крыле поместья, которое в обычное время пустовало. На кухне слуги натирали до блеска столовое серебро, мыли огромные витражные окна. Все ковры свернули и отвезли в химчистку, и теперь каждый шаг по длинным коридорам отдавался гулким эхом. Все холодильники и все морозильные камеры были забиты под завязку, а грузовики с фермерскими продуктами всё продолжали прибывать. Жак второй раз утверждал меню и всё равно был недоволен.
Садовники превзошли себя, превратив кусты в идеальные сферы, а живую изгородь выровняв по лазерному уровню. Чимин, наконец, определился с музыкантами, которые будут выступать. Королевский шотландский национальный оркестр — слава богу, не в полном составе, но лучшая часть коллектива готовилась сопровождать приём в поместье Тэхёна.
От этого мельтешения голова шла кругом. Появилась какая-то нелепая неуверенность. Причём, чем больше Чимин давал наставлений и объяснений, тем больше нагнеталось волнение. Чонгук дошёл до того, что пялился в экран ноутбука, пальцы зависли над клавишами, а он никак не мог принять элементарного решения, которое раньше бы совершил не задумываясь, на голых инстинктах.
Он раздражённо захлопнул крышку ноутбука и достал телефон.
«Нужна помощь»
Чонгук отправил сообщение тому, кто действительно мог направить его в нужное русло. Он подумал недолго и следом отправил ещё одно сообщение.
«Срочно»
Две зелёные галочки информировали, что сообщения были прочитаны. Вот только Юнги не спешил с ответом.
«Приходи через пятнадцать минут», — милостиво разрешил он.
Ровно в назначенное время он оказался перед кованой дверью флигеля, улыбаясь в тридцать два зуба в объектив камеры. Красный луч просканировал сетчатку глаз. Чонгук приложил ладони в углубления на двери, и компьютер считал его отпечатки. Еще мгновение, и щелкнул замок, разрешая Чонгуку попасть внутрь.
На округлых поросших травой холмах стоял гостевой флигель, в котором жил Юнги. Домик разительно отличался от остальных построек в поместье. Во-первых, он находился у самой ограды из огромных серых валунов, покрытых зелёным мхом. Чаще в гости к Юнги забредали олени, нагло заглядывая в окна и, заметив движение в доме, исчезали в лесу, перепрыгивая через камни и мох. Западная стена флигеля упиралась в лес, а окна смотрели на бескрайние холмы и замковые башни. Хозяин уединённого дома был затворником до мозга костей.
При этом жилище было нашпиговано электроникой так, что стало полностью автономным, не зависящим от сети поместья. Серверная в подвале была способна продержаться без электричества пару дней. Иногда Чонгуку казалось, что бытовые приборы оживали благодаря силе мысли Юнги. Освещение регулировалось голосовыми командами, биометрическая система безопасности, автономная вентиляция и программируемый микроклимат — даже швейцарские банки не были так оснащены.
На втором этаже располагалась спальня, небольшая душевая, а все остальное место занимал огромный кабинет с пятью мониторами, вмонтированными в стену. Здесь Юнги проводил большую часть своего времени. Его работа на Тэхёна непосредственно велась отсюда, поэтому на улицу ему и не было надобности выходить. Людей Юнги не любил, Чонгук был скорее исключением из правил.
Переезд в Шотландию поначалу оглушил Чонгука. Незнакомая страна, люди, которые говорили вроде и на английском языке, но с таким акцентом, что Гук с трудом их понимал; огромный дом-замок и слуги, которые старались угадывать любой его шаг — ко всему этому было трудно привыкнуть. И он замкнулся, предпочитая не выходить из комнаты. Тэхёну это категорически не нравилось, поэтому он и решил познакомить Чонгука с Юнги.
Юнги не общался с персоналом, ему комфортно было одному в своей «крепости». Он и Чонгука-то не сразу пустил в своё жилище. Но когда Тэхён рассказал, что благодаря его информации удалось найти следы взлома, только тогда Юнги занёс его отпечатки в систему допуска в свою цитадель. Это потом Чонгук поступил в университет, завёл друзей и расширил круг общения, но Юнги и его дом-крепость так и остались для него местом, где он обретал покой и уверенность.
Дверь за Чонгуком автоматически закрылась, и он очутился в небольшой кухне-столовой. Минимум мебели и максимум пространства — девиз Юнги.
— Как дела на бирже? — поинтересовался вместо обычного приветствия он.
— Всё отлично, — заверил Чонгук. — Но мне нужна твоя помощь.
— Слушаю.
— Я не могу принять решение. Нужен твой совет.
— Попробую помочь. Рассказывай.
— Я проводил анализ рынка, изучал ликвидность акций различных предприятий на рынке. И обратил внимание на подозрительную активность «PetroSol». Слышал о них?
Казалось, что Юнги не слушал Чонгука, он вновь утонул в сети. Его руки продолжали молниеносно скользить по клавиатуре, а взгляд не отрывался от монитора.
— Небольшая компания в Эдинбурге. Производят батарейки, — ответил Юнги.
Чонгук увидел, что тот открыл отчёт компании за прошлый год и погрузился в цифры.
— Думаю, они затеяли слияние с японской компанией «Kyushu Power», — приступил к изложению причины своего прихода Чонгук.
— Источник? Если ты подслушал разговор Тэхёна — это использование инсайдерской информации. Тебя привлекут к ответственности за такое.
— Нет. Тэхён про это не знает. Я сравнил отчёты «PetroSol» за этот и прошлый год. У них возросли расходы на логистику. Почти вдвое! При этом прибыль и продажи практически на одном уровне.
— Странно.
— Вот и меня это заинтересовало, тогда я сравнил снимки спутника. В разное время и дни недели.
— Молодец. И что они показали?
— Компания наращивает мощность. Их парковки постоянно заняты фурами, а склады забиты до верху. Они запасаются сырьём. Я чувствую, что должно что-то рвануть.
— Твои суждения могут быть ошибочными.
— Знаю. Поэтому я запросил данные по аренде автомобилей. Последний месяцы больше стали арендовать машин на японские паспорта. Я отследил приезд двух топ-менеджеров «Kyushu Power». Арендовали машину на три дня. Отель забронировали в Ньюхевене.
— В доках? Это не туристический район, — Юнги скривился брезгливо.
— Зато десять минут — и ты на заводе «PetroSol».
— Вывод?
— Я почти на сто процентов уверен, что «PetroSol» затеяли слияние с японцами.
— Мне нравится ход твоих мыслей. Что думаешь делать?
— Думаю сыграть на длинной позиции (смысл длинной позиции состоит в том, чтобы купить акции, пока они стоят дешево, и продать их, когда они подорожают). Пока не просочилась инфа о слиянии компаний — акции стоят шесть фунтов, после публикации новостей прогнозирую, что вырастут до двадцати.
— Если ты всё знаешь, зачем пришёл ко мне?
— Честно? Нужно было подтверждение, что я прав, принимая это решение.
— Ты прав. Покупай.
— Вот умеешь ты за пару минут мне мозги вправить. В поместье все как с ума сошли и я вместе с ними. Носятся с вытаращенными глазами, будто ждут с визитом саму королеву Великобритании.
— Да нет, вряд ли Его величество Елизавета прибудет в поместье. Есть достоверная информация, что она неважно себя чувствует последние дни. Скорее всего в Эдинбург прибудет принц Чарльз или принц Уильям с принцессой Кэтрин.
— Шутишь? — выдохнул Чонгук и рухнул на диван.
— Нет. Официальный протокол опубликуют за два дня до мероприятия.
Чонгук внимательно вгляделся в лицо Юнги — тот не шутил. Даже не думал! Юнги вообще не отличался чувством юмора, и иногда у Чонгука складывалось впечатление, что он разговаривал с роботом, а не человеком.
— Члены британской королевской семьи являются почётными членами Ордена и они обязательно присутствуют на посвящении в рыцари. Так что, я думаю, что наследники британской короны будут обязательно.
— Ёбушки-воробушки… Только принцев нам ещё не хватало.
— Но ты так не переживай, на службу допускаются только члены Ордена. Ты в их число не входишь. Так что тебе не придётся заучивать протокол встречи с коронованной особой, молитву на латинском и клятву на гэльском (второй официальный язык в Шотландии — кельтский, или гэльский язык).
— Успокоил. Значит мне нужно только пережить приём.
— Кэйли, — поправил Юнги.
— Что такое кейли? — напрягся Чонгук.
— Шотландская вечеринка. Переводится с гэльского как «встреча друзей». Это ещё одна шотландская традиция: когда предводитель собирал у себя членов клана, устраивал охоту, пиры, развлечения, а после решал важные вопросы со своими подданными.
— Вечеринки я люблю, — чуть успокоился Чонгук.
— И как? Готов? Уже решил — будешь брить или нет?
— Брить что? — насторожился снова Чонгук.
— Ноги. Это важное решение. Ты уже мерял килт?
— Ты меня сейчас спрашиваешь про знаменитую шотландскую юбку для мужчин? Почему я её должен мерять?
— На кейли все мужчины обязательно одевают килт. Чимин тебя не предупредил?
— Щибаль! Я то думаю, чего Чимин ко мне примчался с набором ткани в клетку и попросил выбрать тартан. А юбку всем обязательно надевать?
— Обязательно! — сказал, как отрезал Юнги и, чуть подумав, добавил: — Фото не забудь мне потом отправить.
И Чонгук был готов поклясться, что впервые на лице Юнги он увидел улыбку.
мы над пропастью во лжи
Очень интересно как пройдёт приём,предчувствую,что на нём что-то произойдет.С нетерпением жду ⏰ продолжения 🌹🙏🤗
Я ТРЕБУЮ АРТ🤪🤪🤪🤪🤪
Чую, чую, а у Гука-то кровь окажется не так проста!☝🏻
И БОЛЬШОЕ СПАСИБО за столько информации и исторической справки😇
Читала очень внимательно и с приоткоытым ртом😁
И да!!! Я думаю, что Чунгук в килте будет очень сексуальным!!!