
Тени в баре «Красный бархат» были густыми и соблазнительными, как сам первородный грех. И в этих тенях, у стойки, будто сотканные из самого мрака, стояли Кайн и Авель. Два брата, два суккуба, чья красота была острее лезвия и опаснее яда.
Кожаная одежда обтягивала каждую мышцу, подчеркивая игру силуэтов при каждом мимолётном движении. Черные, как смоль, волосы Кайна были убраны в небрежный пучок, открывая высокий лоб и холодное, идеальное лицо. Авель, его младший брат, носил свои волосы распущенными, и они ниспадали на плечи шелковистой, зовущей прикоснуться волной. Металлическое кольцо в его нижней губе поблескивало тусклым светом, маня взгляд к чувственному рту.
Их жертва — нет, их партнер, сидел между ними. Чимин. Его невинная, почти ангельская внешность составляла разительный контраст с их демонической эстетикой. Но в его глазах горел не страх, а жгучее любопытство и томное ожидание.