Цзянь Чэнь представил себе Шэн Сюпина с гипертрофированной мускулатурой, и от этой картины его едва не передёрнуло.

— И вы даже не попытались его отговорить?

— Господин Шэн загорелся этой идеей, его не переубедить, — со вздохом отозвался Чэнь Ань. И, помедлив, тихо добавил: — Впрочем, у вас бы наверняка получилось.

Ответить Цзянь Чэнь не успел — ассистент уже вел его наверх. Чэнь Ань явно не горел желанием видеть на этаже тренажёрный зал: подобная затея неизбежно урезала бы его собственное рабочее пространство.

Выйдя из лифта и приложив карту к замку, Чэнь Ань тактично удалился. Цзянь Чэнь вошёл в помещение и застал Сюпина за весьма увлечённым занятием: тот с задумчивым видом мерил пространство рулеткой, прикладывая её то к одной стене, то к другой.

— Чем это ты занят? — спросил Цзянь Чэнь, подступая ближе.

— Да так, пустяками, — с абсолютно невозмутимым видом ответил Шэн Сюпин и с громким щелчком свернул измерительную ленту.

— Дома ведь есть зал. Зачем строить ещё один прямо в офисе?

— Чтобы поддерживать нужную интенсивность тренировок, — серьёзно объяснил Сюпин. — Ты думаешь, внушительные мышцы берутся из воздуха? Это результат системной работы на массу.

— Понятно, — протянул Цзянь Чэнь.

Не ожидавший от бизнесмена подобных сомнительных порывов, Цзянь Чэнь окинул его обеспокоенным взглядом, но всё же произнёс:

— Вообще-то, по-моему, ты и так в идеальной форме. Но дело твоё, конечно.

Сюпин замер. Бросив рулетку на стол, он переспросил:

— В идеальной?

— Ну да. Не худой, не перекачанный. Смотрится отлично. Да и на ощупь приятный, — вполне буднично оценил Цзянь Чэнь.

От этих слов Сюпин, до того небрежно опиравшийся о край стола, расправил плечи и выпрямился. Под строгой тканью рубашки и пиджака отчётливо проступили подтянутые, рельефные линии. Широкие плечи, узкие бёдра — идеальные пропорции.

Сам Цзянь Чэнь на эту перемену в позе внимания не обратил — ляпнул и ляпнул.

— Ты нанял для меня столько специалистов, — искренне продолжил он. — Чэнь Ань сказал, ты лично обзванивал каждого. Это ведь заставило тебя повозиться. Спасибо.

— Пустяки, — ответил Сюпин, продолжая стоять в той же безупречной позе, и выразительно посмотрел на него: — Можешь потрогать. Ещё раз.

Цзянь Чэнь онемел.

Поняв, что от него не отстанут, он неохотно протянул руку, принимая эту странную привилегию. Белая, изящная ладонь легла на тёмное плечо пиджака.

— И это всё? — Сюпина эта откровенная отмашка явно не устроила. — Что ты тут почувствуешь? Ткань костюма?

Цзянь Чэнь оглянулся на приоткрытую дверь:

— Как-то это неудобно...

— Что тут неудобного? Так и знал, что ты лукавишь. Тебе наверняка подавай качков вроде Халка. Всё, начинаю усиленные тренировки.

В голове Цзянь Чэня мгновенно возникла картина горы перекачанного мяса, и он отчаянно замахал руками:

— Нет-нет, не надо!

Ему пришлось послушно сжать пальцами крепкое плечо Сюпина, после чего он с самым серьёзным видом кивнул:

— У тебя замечательная фигура! Правда!

Внимательно всмотревшись в его лицо и убедившись, что тот не врёт, Сюпин сменил гнев на милость и окончательно отказался от идеи-фикс стать Халком.

Вместе они спустились в переговорную.

Собравшиеся там люди оживленно беседовали. Каждый из них был величиной в своей сфере, и вместе их собирали крайне редко. Пользуясь отсутствием ассистента и самого Цзянь Чэня, они принялись делиться впечатлениями.

— А паренёк-то чертовски хорош собой, — заметил один. — За столько лет в шоу-бизнесе я подобных красавцев почти не встречал.

— Да уж не пасс с любовничками господина Шэна? — ляпнул кто-то без обиняков. Нарядный внешний вид Цзянь Чэня действительно подталкивал к подобным ярлыкам. — Нагнал нас сюда, чтобы ублажить фаворита?

— Вы новости вообще читаете? — вмешался третий. — Господин Шэн с ним вроде даже на какое-то реалити таскался.

— Ха! Подумаешь. Эка невидаль для такого босса. Наиграется и бросит. Наша задача — сделать вид, что мы страшно стараемся, чтобы ублажить Шэна, да и дело с концом.

— Вот и я говорю: помощник Чэнь ещё слишком зелен, не соображает. Не то что мы — тёртые калачи, насквозь такие расклады видим.

Мужчины снисходительно расхохотались. Атмосфера в комнате царила развязная и вальяжная — эти дельцы от искусства съели не один пуд соли на светских раутах.

Дверь внезапно распахнулась. На пороге стоял Цзянь Чэнь, а за его спиной — сам Шэн Сюпин.

— О чём дискутируем? Да так весело, — с порога поинтересовался Сюпин.

Усмешки мгновенно застыли на лицах присутствующих. Никто не ожидал, что президент компании соизволит явиться лично.

Поскольку все они давно сотрудничали с Развлекательной компанией Шэн, мэтры тут же дружно подорвались с мест.

Сюпин представил каждого по очереди. Помощник Чэнь уже делал это раньше, но Цзянь Чэнь толком ничего не запомнил, поэтому слушал по второму кругу.

Впрочем, «творческая элита» вела себя так, будто видела юношу впервые в жизни: рассыпалась в белозубых улыбках, отвешивала комплименты его «очевидному художественному задатку» и непревзойдённой внешней привлекательности. От недавней развязанности не осталось и следа.

Цзянь Чэнь почувствовал глубокое разочарование.

Не то чтобы служители искусства были обязаны хранить гордую нищету и возвышенную отрешённость, но реальность слишком сильно разошлась с его ожиданиями. Почему ни Цэнь Линь, ни эти именитые мастера совершенно не походили на людей высокой морали и чистых помыслов?

Он погрузился в свои мысли, безучастно сидя за небольшим столиком и слушая, как эти господа излагают Сюпину «стратегию». Суть сводилась к простому: Цзянь Чэню достаточно просто числиться в проекте, а всю реальную работу они возьмут на себя — и громкий успех гарантирован.

Цзянь Чэнь отодвинул от себя вазочку со сладостями. Похоже, Сюпин и сам нацеливался именно на такой расклад. В конце концов, команда подобралась настолько укомплектованная, что самому Цзянь Чэню в ней просто не оставалось места.

Заметив, что юноша откровенно скучает, Сюпин свернул встречу и распустил команду, пообещав продолжить в другой раз.

Никто и не думал возмущаться. Напротив, именитые гости отбыли в прекрасном расположении духа, на прощание ещё раз отсыпав комплиментов красоте Цзянь Чэня.

Когда в переговорной остались только они вдвоём, Сюпин пересел на ближайший диван и тихо спросил:

— Что такое? Команда не пришлась по душе?

— Не надо так, — смурновато отозвался Цзянь Чэнь, протирая салфеткой столешницу.

— А как надо? Завтра подберём других, благо выбор есть.

— Не стоит привлекать кого-то ещё. Мне кажется, они соглашаются только из-за денег. Это... неправильно.

Цзянь Чэнь прекрасно понял, кем они его считают, и от этой мысли на душе было мутно. Весь их подход казался ему неимоверно пошлым.

Сюпин ненадолго замолчал.

— Тут уж ничего не поделать. Те, кого я могу нанять за деньги, неизбежно окажутся людьми земными и меркантильными. Мой круг — это бизнес и капитал. А настоящие бессребреники, витающие в небесах, на меня и не взглянут.

— Я не то имел в виду, — тихо возразил Цзянь Чэнь.

В этот момент в комнату вошёл Чэнь Ань с пачкой бумаг и напомнил шефу о нерешённых рабочих делах.

— Подожди меня здесь немного. Разоткнусь с бумагами и поедем домой, — произнёс Сюпин.

Оставшись в одиночестве, Цзянь Чэнь разглядывал снующих за стеклом незнакомых сотрудников и сам не заметил, как съел все сладости на столе — Сюпин позаботился, чтобы там лежали только его любимые угощения.

Домой они возвращались в полном молчании.

Машина неслась по улицам, оставляя позади размытые тени деревьев, пёстрый поток пешеходов и суету вечернего города. Стремительное движение за окном лишь подчеркивало давящую тишину внутри салона.

Цзянь Чэнь поковырял ремень безопасности, поправил посадку и украдкой бросил взгляд на профиль Сюпина. Тот сидел с нахмуренными бровями и плотно сжатыми челюстями.

— Ты злишься? — не выдержал Цзянь Чэнь.

— Нет.

— Я правда не хотел ничего плохого... И очень благодарен тебе за помощь.

— Пустяки. Всё равно от моей помощи толку не вышло.

Цзянь Чэнь не привык к тому, чтобы Сюпин разговаривал с ним в подобном тоне, и предпочитал больше не искушать судьбу.

Машина летела на грани дозволенной скорости. Когда они приехали, молчание никуда не исчезло.

В доме их встретил Шэн Жань, который мгновенно уловил витавшее в воздухе напряжение:

— Вы что, цапанулись? Брат, ты чего, опять обидел Цзянь Чэня?

— Сгинь, — отрезал Сюпин.

— Понял, ухожу!

Шэн Жань только этого и ждал, с радостью ретировавшись из места, где когда-то потерпела крах его первая любовь.

Сюпин молча приготовил ужин и накрыл на стол.

Цзянь Шо, храня верность своей гордости, голодал почти весь день, пропустив даже обед. Едва Цзянь Чэнь пару раз стукнул в его дверь, парень тут же выплыл из комнаты с максимально независимым видом, демонстрируя, что по-прежнему ни с кем не разговаривает.

Однако, просидев с важным видом несколько минут, он с досадой обнаружил, что на него никто не обращает ни малейшего внимания.

Хуже того — его даже не пригласили к трапезе! А между тем пленительные ароматы горячей еды так и щекотали ноздри, заставляя пустой желудок сжиматься от тоски.

Цзянь Чэнь молча ковырялся в своей тарелке. Сюпин, закончив уборку на кухне, без слов ушёл к себе в спальню.

Цзянь Чэнь съел буквально пару ложек и положил палочки.

Цзянь Шо тут же с грохотом отбросил свои, снова принимая неприступную позу. Вот только одна щека у него всё ещё была набита.

Впрочем, Цзянь Чэнь на эти ужимки даже не взглянул. Унеся свою пиалу на кухню, он рассеянно поднялся наверх.

Цзянь Шо остался один на один с горой роскошных блюд. Для голодного парня это было равносильно набегу саранчи на пшеничное поле.

Поколебавшись для приличия секунду-другую, он как ни в чём не бывало принялся за еду. А ведь действительно вкусно! Каким бы паршивым человеком ни был этот Шэн Сюпин, посмевший совратить его брата, готовил он отменно.

***

Цзянь Чэнь вошёл в спальню и увидел Сюпина, стоявшего спиной к двери у панорамного окна балкона.

Фигура у него и впрямь была великолепной: даже со спины угадывался безупречный силуэт с широкими плечами и узкой талией. И всё же сейчас в его позе сквозило отчётливое, щемящее одиночество.

— Сюпин... Ну не дуйся.

— Я не дуюсь.

Цзянь Чэнь замешкался. Обычно это Сюпин утешал и ублажал его, а вот сам Цзянь Чэнь в роли миротворца чувствовал себя неуверенно.

Вспомнив, как Сюпин обнимал его в подобные минуты, юноша подошёл ближе и осторожно обхватил его руками за талию. Посчитав жест недостаточно убедительным, он прижался лбом к его крепкой спине.

Сюпин заметно натянулся.

— Я понимаю, почему ты расстроился, — мягко проговорил Цзянь Чэнь. — Ты потратил столько сил, чтобы собрать для меня этих людей, а я... всё отверг. Но я правда не хотел тебя обидеть, просто...

Сюпин слушал его тихий лепет, и слова пролетали мимо ушей. Ему безумно захотелось закурить.

В самый тяжёлый период жизни он пробовал курить, но у Цзянь Чэня была повышенная чувствительность к табачному дыму — стоит ему уловить хоть каплю запаха, как начинается приступ кашля. На следующий же день Сюпин бросил эту привычку навсегда.

Он опустил взгляд на юношу, с искренним усердием пытавшегося загладить вину, и лишь он один знал настоящую причину своей тоски. Он ни капли не злился на Цзянь Чэня.

Сюпину было совершенно плевать, как тот относится к посторонним. Чем холоднее — тем лучше. Пусть хоть лает на них, лишь бы с ним одним оставался ласковым и мягким. А если кто-то посмеет высказать недовольство — Сюпин сам заткнёт им рты.

Пальцы Сюпина нервно дёрнулись. Не найдя сигареты, он коснулся щеки Цзянь Чэня. Тот мгновенно умолк и недоуменно взглянул на него.

— Дело совсем не в этом, Цзянь Чэнь, — произнёс Сюпин, поглаживая его шелковистую, чистую кожу. Она напоминала безупречную жемчужину... или далёкую звезду.

Иногда казалось, что эта звезда легла прямо в ладонь, а иногда — что она недосягаема, сколько ни тяни руки.

— Когда появился Цзянь Чэнъюань, мне было абсолютно всё равно. Но вот появление Цэнь Линя... Оно не просто разозлило меня. Это было куда хуже. И слава богу, что он оказался гнилым человеком.

Сюпин переместил пальцы на губы Цзянь Чэня, слегка надавив, отчего те невольно приоткрылись.

— Понимаешь, о чём я? Я до смерти боюсь, что рядом с тобой появится кто-то, с кем ты обретёшь настоящее духовное родство. Кто-то, кто сможет тебя у меня отнять.

Под его подушечками пальцев губы юноши послушно замерли, обжигая дыханием и приоткрывая ровный ряд белых зубов. Он не сопротивлялся — смотрел кротко и доверчиво.

— Я люблю тебя. Но достоин ли я тебя, Цзянь Чэнь?

Цзянь Чэнь опешил. В его глазах Шэн Сюпин всегда оставался человеком, который держит всё под контролем и ни при каких обстоятельствах не покажет слабости. И вдруг — такие слова.

— С чего ты это взял? — попытался успокоить его Цзянь Чэнь. — Ты и так добился многого. Во всём, за что бы ни взялся.

Шэн Сюпин всё так же молча разглядывал пол.

— У каждого свои увлечения. Чужие интересы не делают кого-то лучше или выше других. Просто те люди перешли границу, вот я и не сдержался.

Цзянь Чэнь попытался разложить всё по полочкам. Ему претили эти скользящие по нему оценивающие взгляды и то, как мгновенно переменилось отношение присутствующих, стоило им решить, что перед ними лишь удобный инструмент для заискивания перед Шэн Сюпином.

— Думаешь, я отличаюсь от них? — Сюпин чуть приподнял голову.

— Конечно.

— И каким же ты меня видишь? Разве я не такой же приземлённый бизнесмен? Мне уж точно далеко до твоего Учителя Цэня и ему подобных.

— Я всегда тобой восхищался, — искренне произнёс Цзянь Чэнь. — В университете ты учился лучше всех, за что бы ни брался — всё получалось идеально. Ты вечно мне помогал, занимался спортом... Ты невероятный человек.

Слыша эти слова, Шэн Сюпин наконец полностью поднял взгляд. Цзянь Чэнь уже хотел перевести дух, как заметил в его глазах недвусмысленный призыв: * «Продолжай»*.

Пришлось напрячь весь свой словарный запас и отвесить собеседнику ещё десяток дифирамбов. Задача оказалась не такой уж сложной — Сюпин и впрямь во всём выгодно отличался от большинства.

Каждое похвальное слово оседало в душе Шэн Сюпина глубоким чувством удовлетворения. И вместе с тем — лёгким облегчением. Все эти годы узел несказанных обид и сомнений давил на него, но узнать, каким его видит Цзянь Чэнь... Это дорогого стоило.

Впрочем, внешне он остался непоколебим, удерживая на лице сдержанное выражение.

Цзянь Чэнь, устав от пылких речей, ткнулся лбом в его плечо и слегка потёрся о ткань пиджака:

— Ну хватит тебе. Ты у нас такой замечательный — неужели всё ещё не можешь меня простить?

— Не могу, — всё так же невозмутимо ответил Сюпин, на самом деле просто с трудом скрывая забаву и желая посмотреть, что ещё придумает его спутник.

Цзянь Чэнь задумчиво замер. Идеи иссякли. Спустя пару секунд то ли от безысходности, то ли поддавшись странному порыву, он подался вперёд и мимолётно коснулся губами щеки Сюпина.

Едва ощутимое прикосновение, короткое, словно взмах птичьего крыла. И всё же для Шэн Сюпина этот жест отозвался оглушительным взрывом, перевернувшим всё внутри.

Цзянь Чэнь поцеловал его. Сам. Первым.

Не дав ему отстраниться, Сюпин перехватил тонкое запястье, притянул Цзянь Чэня к себе и накрыл его губы поцелуем.

За окном густели сумерки, лишь изредка прорезаемые вспышками фар да далёким гулом проезжающих машин.

Сюпин действовал нежно, осторожно, увлекая за собой. Сами не заметив как, они оказались в спальне, на широкой кровати, и замерли, глядя друг другу в глаза.

Бешеный стук сердец и рваное дыхание заполнили тишину.

Шэн Сюпин ласково провёл пальцами по горячей щеке Цзянь Чэня, каждую секунду ожидая, что тот вот-вот оттолкнёт его.

Однако на лице Цзянь Чэня не было привычного смущения. На миг устремив отрешённый взгляд в потолок, он попытался перевести дух, после чего медленно перевёл глаза на Сюпина.

Его пальцы всё так же сжимали отворот чужого воротника. Отпускать его Цзянь Чэнь, похоже, не собирался.

— И что всё это значит? — тихо спросил он спустя долгую паузу.

Заметив расстройство Сюпина, он без раздумий поцеловал его. Будь они просто друзьями, он бы искал подходящий подарок для примирения или подбирал нужные слова... Вся прежняя логика их отношений рухнула без следа.

Резкий сигнал мобильного, раздавшийся рядом, заставил Цзянь Чэня вздрогнуть.

Сюпин протянул руку, взял телефон с тумбочки и вложил ему в ладонь.

Цзянь Чэнь хотел было взглянуть на экран, но чужой вес мешал поднять руку. Повисла пауза.

— Слезешь с меня? — он поднял взгляд на Сюпина.

Тот даже не подумал подняться — лишь слегка сдвинулся, освобождая ему движение.

— И так сойдёт. Читай.

Разблокировав экран, Цзянь Чэнь увидел новое сообщение в общем чате шоу.

— Съёмки возобновляются послезавтра. Пишут, что пары будут перераспределять.

Телефон снова пикнул.

— Чжун Имин возмущается... Требует поставить его в пару с Чжоу Динфэном.

В голосе Шэн Сюпина проскользнула отчётливая кислинка:

— А ты почему не протестуешь?

—... Я только прочёл! К тому же вторая рука у меня всё ещё зажата.

— Вечно у тебя отговорки.

Проигнорировав выпад, Цзянь Чэнь проскроллил чат:

— Режиссёр ничего не ответил. Надо предупредить Сяо Шо. Даже не знаю, как он тут останется один, когда мы уедем на съёмки.

— А почему он не вернётся домой?

— У него, как и у меня, нет связи с семьёй, — объяснил Цзянь Чэнь. — Раз прямые трансляции возобновляются послезавтра, какие планы на завтра?

— Пойдём повторно распишемся, — ровным, будничным тоном произнёс Сюпин, не сводя с него глаз.

Цзянь Чэнь замер, его глаза медленно округлились.

— А в этот раз... по какой причине?

В прошлый раз они расписались исключительно ради того, чтобы успокоить родных Шэн Сюпина. Цзянь Чэнь отлично помнил, как легко отнёсся к этому тогда: обсудили детали, наобум выбрали ближайшую дату, накинули белые рубашки и отправились в ЗАГС. Персонал наперебой поздравлял их, захваливая за смелость и восхищаясь тем, как идеально они смотрятся вместе.

— Ну как по какой? Нормальный брак. Какая ещё нужна причина?

Цзянь Чэнь вспомнил, что в день их свадьбы выпало какое-то невероятно популярное «благоприятное число», и в очереди пришлось выстоять немало. Почти все пары вокруг прямо-таки лучились нежностью, восторгом и предвкушением счастья.

Заметив, что Цзянь Чэнь витает в облаках, Шэн Сюпин не стал развивать тему. Он легко поднялся с кровати, оставив его в покое, взял ноутбук и уселся за рабочий стол.

Словно всё сказанное секунду назад было лишь ни к чему не обязывающей шуткой.

Посидев ещё немного на постели, Цзянь Чэнь поднялся и вышел из спальни.

Обеденный стол оказался убран, посуда чисто вымыта и аккуратно расставлена по полочкам. Приятно удивлённый, он подошёл к гостевой спальне и постучал.

Дверь открыл Цзянь Шо:

— Брат.

— Угу, — кивнул Цзянь Чэнь. — Я пришёл поговорить.

Он переступил порог и опустился на стул возле письменного стола, Цзянь Шо примостился напротив. Лишь сейчас Цзянь Чэнь отчётливо осознал, насколько взрослым стал его младший брат, хотя в памяти тот всё ещё оставался совсем ребёнком.

— Мы с... с Шэн Сюпином сейчас снимаемся в одном шоу, ты ведь в курсе? — без долгих прелюдий начал Цзянь Чэнь.

Спокойный до этого Цзянь Шо мгновенно помрачнел:

— Зачем ты с ним снимаешься? С какой стати ты вообще соглашаешься с ним работать?

— Я просто выручил друга, а Шэн Сюпин оказался там случайно.

— Это же реалити-шоу о свиданиях! Брат, ты меня за дурака держишь? Он просто пытается тебя подцепить, — с нажимом выделил Цзянь Шо. — Короче, сразу видно — мутный он тип.

— Не суди о людях так поверхностно. Ты долго жил за границей, а иначе знал бы, что мы семь лет пробыли лучшими друзьями, да и с Сяо Жанем я в прекрасных отношениях. Вдобавок Шэн Сюпин отлично собирает модели — будь ты рядом раньше, сам бы ходил за ним по пятам.

В средней школе Цзянь Шо готов был часами пропадать в магазинах сборных моделей — за уши не оттащишь. А Сюпин в студенчестве состоял в профильном клубе. Цзянь Чэнь рассчитывал, что на этой почве они легко найдут общий язык.

— Ещё чего!

— Сяо Жань — парень простой и искренний, к тому же ваш ровесник. Вам стоит пообщаться поближе.

— Почему ты опять заладил: «Сяо Жань, Сяо Жань»? Может, тебе его вместо родного брата взять? Прекрати его так называть!

Одно воспоминание об этом недотёпе, принявшем его за девчонку, выводило Цзянь Шо из себя. Но сильнее всего бесила фамильярность, с которой Шэн Жань лип к Цзянь Чэню и капризничал, точно и впрямь возомнил себя его младшим братишкой.

— Ладно, закрыли тему, — у Цзянь Чэня сосало под ложечкой от этих разговоров: эх, если бы Сяо Шо рос рядом с ним... Смахнув грустные мысли, он перешёл к главному: — Послезавтра мне нужно возвращаться на съёмки. Сможешь пока пожить у брата Шэн Сюпина?

Цзянь Шо онемел.

На следующее утро Цзянь Шо поднялся с кровати и поплёлся на кухню с мыслью перекусить.

Наткнувшись там на Шэн Сюпина, он мгновенно развернулся, намереваясь сбежать.

— Ты куда? — окликнул его Сюпин.

— За завтраком.

Цзянь Шо хотел всем своим видом показать, что ни за что не прикоснётся к стряпне этого типа. Но фраза прозвучала неуверенно, будто послушный ответ на вопрос. Почуяв слабину, юноша тут же огрызнулся:

— Тебе-то какое дело?

— Я с тобой, — Сюпин накрыл кастрюлю крышкой и вытер руки.

Цзянь Шо замер на пороге, словно увидав привидение. Впрочем, когда Сюпин шагнул к нему, парень невольно отступил в сторону. Властная аура президента Шэна давила настолько ощутимо, что тягаться с ним казалось глупостью.

— Ты вчера расстроил брата, — ровным тоном произнёс Сюпин, когда они спускались по лестнице.

Цзянь Чэнь вернулся накануне сам не свой, угрюмый и подавленный. Роль чуткого утешителя Сюпина не прельщала — он прошёл вслед за мальчишкой, чтобы спросить с него по полной.

Цзянь Шо опешил. Интонация собеседника оказалась совсем не той, какой он ждал. Сюпин вовсе не выглядел дипломатом, пытающимся их примирить, — скорее уж человеком, собравшимся задать хорошую трепку.

— Всё из-за тебя! Ты заморочил ему голову! — огрызнулся Цзянь Шо, не желая уступать, и ввернул пару английских словечек.

К его досаде, Сюпин свободно владел английским. Перепалка на смеси двух языков избавила парня от необходимости подбирать слова, но ничуть не прибавила ему веса.

— Цзянь Чэнь сам делает выбор. Он никогда не станет поступать против воли, — спокойствие Сюпина лишь подчеркивало, как плохо юноша знает собственного брата.

— Не делай вид, будто понимаешь его лучше всех! Мы с братом — родня, а ты ему никто!

Раздражение Цзянь Шо нарастало, но Сюпин сохранял невозмутимость:

— Оу. Выходит, ты из тех сопляков, что устраивают истерики из страха, будто брат перестанет обращать на них внимание, стоит ему завести кого-то?

От этой реплики у Цзянь Шо перехватило дыхание.

Готовое сорваться с языка ругательство застряло в горле. Сюпин вовремя замолчал и окинул его цепким, оценивающим взглядом.

— А у тебя неплохие шмотки. И кроссовки отличные.

Резкая смена темы сбила парня с толку. С чего вдруг этот тип рассыпается в комплиментах?

— Вряд ли это стоит дешёво. А ведь я слышал, ты вернул все деньги, что переводил Цзянь Чэнь.

Цзянь Шо обомлел. Рука сама собой сжала подол футболки, пытаясь прикрыть узнаваемый логотип бренда, но было поздно.

Сюпин хладнокровно зафиксировал это движение.

— На подработках такое не купишь. Значит, подбрасывают из семьи. Поговаривали, будто ты оборвал с ними все связи?

Вопрос, закинутый с показной небрежностью, бил без промаха. Цзянь Шо не нашёл, что ответить. Былая спесь испарилась без следа — он стоял понурившись, словно ощипанный цыплёнок.

Сюпин не стал дожимать. Если мальчишка не вредит Цзянь Чэню, его тайны президента Шэна не волновали. Однако парень оставался слишком своенравным, и иметь на него пару рычагов давления явно не помешает.

***

Цзянь Чэнь уже сидел за столом, когда они вернулись.

Заметив их вместе, он удивился:

— Вы чего это вдвоём?

Понурый вид младшего брата тут же вызвал у Цзянь Чэня тревогу:

— Сяо Шо, что стряслось? Тебя кто-то обидел?

— Сходили с братом за завтраком, — невинным тоном отозвался Сюпин.

К ещё большему изумлению Цзянь Чэня, Цзянь Шо даже не попытался возразить против такого обращения. Он молча уселся за стол и принялся уплетать еду, уткнувшись носом в тарелку.

— Сяо Шо, я завтра не поеду на съёмки, — произнёс Цзянь Чэнь. Он обдумал всё ещё ночью и успел предупредить режиссёра с Сюпином.

Цзянь Шо замёр с зажатыми в пальцах палочками и качнул головой:

— Не надо.

— Я взял отгул. Походим по городу, погуляем.

— Правда, не надо, — твёрдо повторил Цзянь Шо. — Едь с... Едь на своё шоу. Нечего мне тут мешаться, ещё неустойку заплатишь.

Раньше парень всеми силами пытался помешать участию брата в проекте, а теперь с пеной у рта выгонял его на съёмки. Словно побывал в перевоспитательном лагере — вся спесь и бунтарство мигом улетучились.

Не знай Цзянь Чэнь характер Сюпина, он невольно заподозрил бы неладное.

В итоге хмурого и покорного Цзянь Шо отправили к Шэн Жаню, а Цзянь Чэнь вместе с Сюпином вернулись к съёмочному процессу.

***

**[Давно их не было видно!]**

**[И не говори! Хотя президент Шэн и Цзянь Чэнь явно не расставались, их же недавно видели в аэропорту.]**

**[Интересно, до чего у них дошло?]**

На этот раз съёмочная группа решила перенести съёмки на живописное тропическое побережье, чтобы провести там финальные дни проекта.

Ради такого случая организаторы не скупились и зафрахтовали целый самолёт.

Участники один за другим поднимались на борт. Пока камеры были выключены, Чжун Имин вовсю одолевал режиссёра:

— Да я просто обязан быть в одной группе с Чжоу Динфэном! Ваша система же абсолютно не работает! — Имин, вопреки обыкновению, даже не думал дремать, пытаясь воззвать к разуму организаторов. — Все ведь хотели смотреть на президента Шэна и Цзянь Чэня, а вы их рассоливали столько выпусков подряд! Если и в этот раз разделите, фанаты вас с потрохами съедят!

Сзади раздался загробный голос Цинь Исуна:

— Кто тебе сказал, что их разделят? Президент Шэн оформил пожизненную подписку.

Имин недовольно скривился. Донатеры его раздражали. Воспользовавшись тем, что Сюпин ещё не поднялся на борт, он уселся под бок к Цзянь Чэню, беспардонно заняв чужое место.

— А можно мне с тобой в пару, Цзянь Чэнь? — он вцепился в его рукав и состроил умильные глазки.

Цзянь Чэнь улыбнулся:

— Конечно.

Ему-то какая разница? Всё равно они с Сюпином видятся каждый день.

Имин просиял.

Чжоу Динфэн всё ещё оставался внизу, а остальные участники с предвкушением ждали развязки. Смелости Чжун Имина, дерзнувшего открыто бросить вызов президенту Шэну, оставалось только подивиться.

Долго ждать не пришлось. Едва вступив на борт, Сюпин направился прямиком к Цзянь Чэню. Заметив непрошеного гостя, он смерил его холодным, едва ощутимым взглядом.

Казалось, Сюпин смотрел даже не на человека, а на назойливую мошку.

Рука Имина, вцепленная в Цзянь Чэня, слегка задрожала.

Цзянь Чэнь успокаивающе погладил его по ладони и мягко обратился к Сюпину:

— Чжун Имин хочет посидеть со мной. Может, в другой раз?

Все вокруг ахнули: Цзянь Чэнь держался с всесильным президентом Шэном так просто и непринуждённо!

Взор Сюпина переместился на их сцепленные руки, а затем — на цепкие пальцы, сжимавшие локоть Цзянь Чэня. Глаза президента сузились. Дрожь Имина усилилась.

В этот момент в салон поднялся Чжоу Динфэн и замер, не понимая, что происходит.

Цинь Исун, жаждавший зрелищ, тут же вкратце обрисовал ему обстановку: мол, Имин прямо сейчас отважно сражается с Шэн Сюпином ради него. Пусть эта борьба и напоминала попытку муравья сдвинуть скалу.

Динфэн поспешно подошёл, увёл от греха подальше своего спутника и на всякий случай извинился перед Сюпином.

Под пристальным взглядом Цзянь Чэня Сюпин проявил невероятное великодушие:

— Ничего страшного. В следующий раз будьте осмотрительнее.

Имин всё ещё пытался проявить строптивость.

— Да это просто полёт, я пересяду к нему, — Цзянь Чэнь поднялся и под внимательным взором Сюпина отправился на место рядом с Имином.

Число кресел в салоне было строго ограничено. В итоге Чжоу Динфэну ничего не оставалось, кроме как усесться рядом с Сюпином, отчего атмосфера вокруг них мгновенно сделалась невероятно неловкой.

Зато Имин и Цзянь Чэнь быстро нашли общий язык и всю дорогу увлечённо беседовали.

Последними на борт поднялись Линь Чэн и Цяо Тиньань. Похоже, отношения между ними стали куда теплее, чем прежде.

После взлёта никто больше не перемещался по салону вплоть до самой посадки.

***

У выхода из терминала уже выстроились операторы с объективами наготове.

**[Сколько народу! Наверное, больше всего фанатов у Цинь Исуна?]**

**[У Чжун Имина с Чжоу Динфэном тоже полным-полно.]**

**[Погодите, а это ещё что за толпа?]**

**[Похоже, пейринговые фанаты!]**

Присмотревшись, зрители узнали фанатов пары Сюпина и Цзянь Чэня. Баннеры в их руках призывали к «скорейшему повторному браку» — оригинальности им было не занимать.

Участники шоу двинулись к выходу. На тропическом побережье царил зной, так что все ещё в самолёте скинули верхнюю одежду и остались в лёгких нарядах.

Одеяния Цзянь Чэня и Сюпина перекликались удивительным образом: оба выбрали тонкие чёрные футболки с длинным рукавом, отчего выглядели так, словно надели парные луки.

Чем облегательнее ткань, тем отчетливее виден рельеф тела. Мускулистый, подтянутый силуэт Сюпина подчеркивал изящество Цзянь Чэня, делая того визуально хрупче. Но чёрный цвет оттенял белоснежную кожу и придавал чертам лица Цзянь Чэня особое, утончённое очарование.

В толпу встречных парней затесалось несколько молодых людей, размахивающих плакатами перед самым носом Цзянь Чэня.

Надписи повторяли оформление фанатских баннеров, вот только имя на них было одно — Цзянь Чэнь.

**[Ха-ха-ха, у Цзянь Чэня появились фанаты-парни!]**

**[Красота вне категорий!]**

**[Да кто устоит перед Цзянь Чэнем? Он же лапочка!]**

**[Президенту Шэну стоит держать ухо востро!]**

**[Ничего, фанатов пары всё равно больше! Группа поддержки за повторный брак!]**

**[С меня двести юаней на вторую свадьбу!]**

Благодаря росту Сюпин сразу заметил выделяющиеся плакаты. Он немедленно переложил багаж из левой руки в правую, а освободившейся рукой по-хозяйски обнял Цзянь Чэня за плечо.

Движение вышло до того естественным, что Цзянь Чэнь даже не заподозрил подвоха. Он привык к физическому контакту и отлично знал тепло тела Сюпина.

Похожие наряды, непринуждённая близость — любой со стороны без колебаний назвал бы их парой.

Пыл ярых поклонников тут же угас. Похоже, парни поняли, что тягаться с президентом Шэном им не по зубам.

***

Режиссёр и участники сначала сдали багаж в отель, после чего собрались в конференц-зале.

Цзянь Чэнь наблюдал, как Сюпин тащит чемоданы. Он честно попытался помочь, но весь вес Сюпин взял на себя, так что участие Цзянь Чэня оказалось чисто символическим.

— Неудивительно, что ты велел мне надеть эту чёрную футболку, — шепнул Цзянь Чэнь, глядя на их практически одинаковый вид.

— Просто совпадение, — невозмутимо ответил Сюпин.

Цзянь Чэнь улыбнулся:

— Тогда пойду переоденусь.

— Не смей.

**[И почему Шэн Сюпин вечно упрямится?!]**

**[В точку! Тайком уговорил жёнку надеть парные вещи!]**

**[А сам наверняка контролировал, надел ли Цзянь Чэнь или нет!]**

**[Ржу не могу, раз получилось — внутри небось от радости пляшет!]**

**[Поздравляем президента Шэна!]**

Оставив вещи, все переместились в зал.

Панорамное окно во всю стену открывало изумительный вид на лазурное море и песчаный пляж. Это место славилось как райский уголок для молодожёнов: кругом устраивали фотосессии пары в свадебных нарядах, и сам воздух казался пропитанным сладостью.

Режиссёр отказался от своего привычного мегафона и взял в руки солидный микрофон:

— Приветствую всех! Не успели мы оглянуться, как пролетело столько времени. На этом романтическом острове нам предстоит провести наше финальное свидание!

— А для начала раскрываем интригу предыдущего этапа.

На экране отобразились результаты по уровню романтики и пользовательскому голосованию. Сюпин и Цзянь Чэнь снова лидировали с огромным отрывом.

Им вновь предстояло ответить на самый популярный вопрос от зрителей.

Учитывая, насколько провокационным был прошлый раз, и в сети, и в зале замерли в предвкушении.

**[В прошлый раз спросили, был ли у них секс, да?]**

**[Ха-ха-ха-ха, задайте ещё раз!]**

**[Ну вы гении! Знал бы — заранее лайк поставил!]**

**[Предлагаю спрашивать каждые две недели, чтобы мы могли вести расследование!]**

Сюпин явно тоже вспомнил прошлый опыт и, в отличие от прошлого раза, был наготове:

— У нас есть право отказаться от ответа?

— К сожалению, нет, президент Шэн, — с виноватой миной, но совершенно беспощадным движением режиссёр вывел на экран приложение «Туманность» и открыл рейтинг вопросов в реальном времени.

Вопрос, занимавший первое место, лидировал с колоссальным отрывом, а его содержание заставило всех присутствующих изумлённо изогнуть брови.

После прошлых съёмок участники получили своеобразную «прививку», так что теперь были хоть как-то морально готовы.

Режиссёр кликнул по первому сообщению.

**[Вопрос к Цзянь Чэню: вот видя перед собой настолько харизматичного и привлекательного президента Шэна, как ты вообще умудрился ни разу с ним не переспать?! Это же просто преступление перед природой!]**

Следом шла длинная цепочка ответов, успевшая разрастись в целое обсуждение, которое съёмочная группа тоже вывела на экран.

**[— Боже, автор вопроса — гений! Как до такого вообще додумались?]**

**[— И главное: президенту Шэну отвечать запрещено!]**

**[— Мне тоже безумно любопытно. Жить под одной крышей, день за днём... Если не было ссор, неужели ни разу не захотелось?]**

**[— Очевидно же, что сдерживался именно президент Шэн. А вот почему Цзянь Чэнь не проявлял никакой инициативы — не поверю, что у него вообще не возникало такого желания!]**

**[— Это же Шэн Сюпин, а-а-а! Красивый, богатый, с шикарной фигурой и безумной харизмой! Цзянь Чэнь что, в монастырь ушёл?!]**

«...»

Несмотря на предварительную подготовку, в студии повисла неловкая тишина.

Пока вопрос не вывели на экран, Цзянь Чэнь был уверен, что отвечать придётся Шэн Сюпину, а потому благополучно витал в облаках. Когда же он внезапно увидел собственное имя, то сначала даже не сразу сообразил, в чём дело. Но стоило дочитать фразу до конца, как его уши вспыхнули пунцовым.

Румянец расходился живописными волнами: мочки стали тёмно-бордовыми, раковины окрасились в нежно-розовый, а на щеках заиграл сочный, алый глянец — совсем как у спелого яблока. На фоне чёрной кофты это смотрелось особенно контрастно, подчёркивая белизну и нежность кожи.

Его влажные глаза смущённо опустились, будто его только что безжалостно дразнили. Шэн Сюпин, хотя и разделял мнение большинства из комментариев, вовсе не хотел загонять Цзянь Чэня в тупик.

Впрочем, съёмочная группа перед этим чётко дала понять: отказ от ответа будет расценен как неспособность принять правила игры, что мгновенно ударит по репутации.

Шэн Сюпин уже на секунду задумался, как сгладить углы, когда Цзянь Чэнь подал голос первым.

Он, вопреки ожиданиям, на полном серьёзе попытался ответить:

— Ну... как бы сказать... Раньше мы больше уделяли внимание духовной связи. Э-э...

Поскольку разглашать правду о фиктивном браке было категорически нельзя, Цзянь Чэню пришлось на ходу сочинять небылицы. Однако врать он совершенно не умел, да и никакой стройной «платонической теории» у него в запасе не было, так что он застрял на первой же фразе.

Вопреки своей утончённой и романтичной внешности, он оказался неожиданно чистосердечным и наивным.

— Духовный резонанс? Например, общие увлечения? — попытался спасти положение режиссёр, наводя на нужную мысль.

Получив такую удобную подсказку, Цзянь Чэнь несколько раз открывал рот, но так и не смог выдавить ни слова.

У них с Шэн Сюпином на самом деле не было никаких общих увлечений. В университетские годы Шэн Сюпин любил проводить время в библиотеке или играть в баскетбол на площадке, Цзянь Чэнь же терпеть не мог дисциплины своей специальности и к спорту был абсолютно равнодушен.

И наоборот: Цзянь Чэнь обожал смотреть кино и любоваться пейзажами, к чему Шэн Сюпин не проявлял ни малейшего интереса.

Если взглянуть на них сегодня, общих хобби у них так и не появилось. Разнился даже сам уклад жизни: Шэн Сюпин был дисциплинированным, вечно занятым бизнесменом, а Цзянь Чэнь — человеком неспешным, ценящим свободу и не любящим никаких рамок.

Так что же заставляло их быть неразлучными на протяжении целых семи лет?

Сначала Цзянь Чэнь просто хотел найти какую-нибудь отговорку, чтобы замять тему, но теперь сам всерьёз погрузился в недоумение.

Видя его нахмуренные брови, присутствующие тоже затаили дыхание:

— Неужели совсем ничего не приходит на ум? Найдётся хоть одна общая тема?

Цзянь Чэнь долго перебирал воспоминания и под ожидающими взглядами наконец нащупал хоть какую-то зацепку:

— Мы оба любим животных.

Участники и режиссёр облегчённо выдохнули:

— О, так вы оба любите кошек или собак? Расскажите подробнее!

Цзянь Чэнь честно уточнил:

— Вообще-то я больше люблю кошек, а он — собак.

**[— Ха-ха-ха-ха, да у них вообще ноль совпадений!]**

**[— И где же обещанный духовный резонанс?!]**

**[— Цзянь Чэнь правда изо всех сил старался придумать!]**

**[— Взгляд нашего президента Шэна с каждой секундой всё больше угасает... Цзянь Чэнь, ну утешь ты его уже!]**

**[— Цзянь Чэнь больше любит кошек?! Какая жестокость! Только бы Ванцай этого не услышал!]**

Участники переглядывались с самыми разными чувствами. Все думали, что Шэн Сюпин и Цзянь Чэнь — неразлейвода, а оказалось, между ними не так уж много общего. Неудивительно, что они так долго не могли сблизиться.

Между тем Цзянь Чэнь продолжил делиться подробностями:

— У нас и правда нет общих хобби. Раньше он, например, обожал играть в баскетбол, но я в спорте ничего не смыслю, поэтому просто сидел на трибуне и смотрел. Когда он уходил заниматься, я сидел рядом и листал художественные книги. С телевизором то же самое: каждый раз, когда я включал какой-нибудь фильм, ему приходилось рядом разбирать свои рабочие отчёты...

Он перечислял всё это долго и подробно, но окружающие, слушая его, постепенно начали ловить себя на странном ощущении.

Наконец Цинь Исун несмело перебил его:

— Погоди... Так а почему вы вообще тогда всё время были вместе?

У них не было ни общих увлечений, ни общих тем для разговора, но они постоянно находились рядом, просто сопровождая друг друга во всём.

— У вас даже кошка с собакой отлично уживаются под одной крышей, — с улыбкой заметил Цяо Тиньань. — Обычно домашние питомцы у людей постоянно дерутся, а ваши живут в абсолютной гармонии.

Цзянь Чэнь не знал, что ответить. Действительно... почему он всегда находился под боком у Шэн Сюпина? За годы учёбы в университете он побывал более чем на сотне баскетбольных матчей и выучил правила игры лучше любого судьи.

Он терпеть не мог часами сидеть на одном месте за учёбой, но в библиотеке у него было постоянное место, где он прочитал целый штабель книг.

Видя, что Цзянь Чэнь замешкался, Цинь Исун, обожающий подлить масла в огонь, перевёл взгляд на Шэн Сюпина.

— Быть рядом с ним — это и есть моё главное увлечение, — произнёс Шэн Сюпин.

И это увлечение перевешивало абсолютно всё остальное, всегда оставаясь на первом месте.

**[— Это же признание! Самое настоящее признание!]**

**[— Я сейчас расплачусь... Главное хобби президента Шэна — это Цзянь Чэнь! Так какая разница, чем увлечён сам Цзянь Чэнь?]**

**[— А главное хобби Цзянь Чэня тогда тоже президент Шэн! По-вашему, на кого он всё время смотрел, сидя на трибуне?!]**

**[— Словно обухом по голове! Вот это да!]**

**[— До слёз...]**

Понимая, что разговор уходит в слишком интимное русло, режиссёр решил немного сгладить углы. Он произнёс небольшую речь о важности духовного единения, едва не зачитав целое вдохновенное эссе:

— Что ж, настоящая дружба и любовь не требуют громких слов. Найти душевный отклик куда сложнее, чем богатство. Духовное родство в отношениях важнее плотского, и это идеально перекликается с темой нашего шоу. Давайте не будем столь поверхностными и перейдём к следующему вопросу.

Страница перевернулась, и на экране весело заиграл второй вопрос.

**[Чжун Имин и Чжоу Динфэн уже делали «это»?]**

Чжун Имин, который только что с увлечением наблюдал за чужими драмами, опешил от неожиданности. Когда камера навелась на его лицо, на нём застыло полное недоумение.

Впрочем, он тут же выпрямился, как на иголках, и, удерживая Чжоу Динфэна, выпалил:

— Мы с учителем Чжоу в неформальной обстановке даже толком не общаемся!

— Так там же не написано, что именно подразумевается под «этим», — Цинь Исун, которому не сиделось на месте, не упустил шанса: раз уж с Цзянь Чэнем подразнить не вышло, можно отыграться на Чжун Имине.

— Я тоже не уточнял, что именно имею в виду! С чего ты взял, что можешь трактовать мои слова? Попрошу соблюдать приличия! — громко возмутился Чжун Имин.

Однако когда на экране развернулся весь список комментариев, внизу обнаружилось несколько крайне недоброжелательных выпадов:

**[— Чжун Имин и так совершенно непопулярен, может, хватит уже пиариться за чужой счёт?]**

**[— Все уже забыли, как он издевался над Сяо Фэном, когда они были в одной группе?]**

**[— Вот-вот, с самого начала увидела состав участников и расстроилась. Никчёмный, глупый... Непонятно вообще, каким местом он пролез на шоу.]**

Чжун Имин примок, помрачнел и попытался выдернуть свою руку из ладони Чжоу Динфэна.

Но Чжоу Динфэн только крепче сжал его пальцы:

— Мы встречаемся. В прошлом проблемы были в основном с моей стороны. А подробности личной жизни мы раскрывать не планируем.

— Ничего подобного! Я с тобой вообще не знаком! — всё ещё пытался сопротивляться Чжун Имин.

Но дело было сделано. Цинь Исун усмехнулся:

— Ну наконец-то признались! А я-то ради вас двоих столько времени хранил эту тайну и ни разу не проговорился.

— Да я тоже давно всё понял, — добавил Чжао Жань.

Остальные тут же подхватили. Практически для каждого из участников это уже давным-давно было секретом Полишинеля.

**[— Да кто бы сомневался!]**

**[— Даже я через экран всё увидела!]**

**[— Ха-ха-ха-ха!]**

**[— А участники оказались очень добрыми, так долго помогали им скрывать отношения.]**

Только сейчас Чжун Имин осознал, что все вокруг давно были в курсе. Смутившись на мгновение, он решил окончательно махнуть рукой и сдаться:

— Ладно, сдаюсь. В общем, я иду в пару с Чжоу Динфэном. Режиссёр, ты же не заставишь меня изменять?

Режиссёр снисходительно улыбнулся:

— В прошлый раз я вас просто разыграл. На финальное свидание мы, разумеется, предоставим вам полную свободу выбора. Так что формируем пары напрямую.

Услышав о свободном выборе, Шэн Сюпин сразу же подошёл к Цзянь Чэню.

Цинь Исун и Чжао Жань переглянулись. Влезать к настоящей влюблённой паре они, понятное дело, не собирались, а воевать с Шэн Сюпином за Цзянь Чэня у них не хватало духу. Поэтому оба уставились на Цяо Тиньаня, который выглядел не менее привлекательно.

Что же до Линь Чэня, то он всё ещё пребывал в сомнениях и проявлял упрямство, хотя ему уже давно пора было смириться с одиночеством.

Цинь Исун принялся подначивать его:

— Сяо Линь, это же твой последний шанс! Неужели не выберешь того, к кому тебя действительно тянет?

— И то верно, можно ещё раз померяться силами с президентом Шэном. Упорство — залог победы, — редкий случай, когда Чжао Жань решил поддержать разговор.

Линь Чэн перевёл взгляд на Цзянь Чэня. Тот по-прежнему выглядел невероятно притягательно. Линь Чэн всегда отличался дерзким и необузданным нравом, и Цзянь Чэнь, пожалуй, стал первым человеком, к кому у него зародилась нежная симпатия.

Ему было плевать, кто его соперник, но почему-то прямо сейчас он колебался.

— Да иди же, — подтолкнул его Цинь Исун. — В худшем случае просто откажет ещё раз. Зато поставишь красивую точку.

Линь Чэн уже подался было вперёд, но тут подал голос Цяо Тиньань:

— Не ходи. Я выбираю тебя.

Теперь, когда две другие пары уже сформировались, Цяо Тиньань прекрасно понимал, что перед ним выбор из трёх кандидатов. Цинь Исун превосходил Линь Чэня по славе и статусу, так что союз с ним был бы успехом. Чжао Жань представлял категорию обычных людей без бэкграунда, и в паре с ним эфирного времени тоже хватало бы.

А Линь Чэн был лишь юнцом, только начинающим свой путь в шоу-бизнесе, и никакой практической пользы для карьеры не нёс.

**[— Я так и знала, что между ними что-то есть!]**

**[— Цяо Тиньань с самого начала пришёл ради Линь Чэня! Говорят, он даже просил президента Шэна помочь им попасть в одну группу!]**

**[— Неудивительно! Ставлю на то, что Линь Чэн не устоит!]**

Участники были весьма удивлены выбором Цяо Тиньаня. А вот Цзянь Чэнь и Шэн Сюпин уже увлечённо болтали друг с другом и даже не смотрели в их сторону, так что Линь Чэн в итоге остался на месте.

Цинь Исун и Чжао Жань обменялись взглядами и с досадой покачали головами:

— Опять ты... Никакого разнообразия.

И оба не упустили возможности пожурить режиссёра за неграмотное распределение участников.

— На этот раз для каждой пары подготовлена отдельная комната, — объявил режиссёр. — Какая именно вам достанется, решит небольшое испытание.

На экране появилось четыре фотографии:

1. Изысканный номер с видом на море.

2. Тропический номер с горячими источниками.

3. Тематический пляжный номер.

4. Обычный стандартный номер.

Разница в условиях была очевидной.

— Правила просты, — продолжил режиссёр. — Соревнование по приседаниям. Один участник из пары берёт другого на руки. Кто сделает больше повторений и продержится дольше всех — побеждает.

Подобные конкурсы проводились и раньше. Но тогда участники ещё плохо знали друг друга, и всё проходило в формате дружеской эстафеты. На этот же раз пары сформировались для финального свидания, так что на кону стояли физическая выносливость и мужская гордость.

Четыре пары заняли свои места. Режиссёр предложил им обменяться несколькими словами поддержки.

Чжун Имин подбадривал Чжоу Динфэна, заверив, что вполне согласен и на обычный стандарт.

— Не бывать этому. Я заберу тебя в номер с видом на море.

После того как их отношения раскрылись, Чжун Имин окончательно забил на условности, расслабился и прямо на глазах у всех чмокнул Чжоу Динфэна в щёку.

Это произошло прямо под боком у Шэн Сюпина. Тот с лёгкой завистью посмотрел на Цзянь Чэня:

— А мне полагается такая награда?

— Нет, — мотнул головой Цзянь Чэнь.

— Ну ладно...

**[— А-а-а-а, я согласна! Я даю разрешение!]**

**[— Цзянь Чэнь словно говорит: «Ты что, тоже хочешь, чтобы тебя чмокнул Чжун Имин? Нельзя!»]**

**[— Все эти маленькие неисполненные желания президента Шэна, ха-ха!]**

Пока в тех трёх парах заканчивали переговоры, последняя группа всё ещё спорила из-за того, кто кого будет нести.

Чжао Жань упёрся и не желал уступать:

— Я каждый день на кухне тяжеленные сотейники да воки ворочаю! Силища у меня ого-го, так что нести буду я!

Цинь Исун молча и без лишней суеты снял куртку, продемонстрировав подтянутое тело с налитыми мышцами. По залу пронёсся ах.

Зимой из-за многослойной одежды этого не было видно. Но Цинь Исун всё это время активно набирал мышечную массу для следующей роли, так что теперь при малейшем напряжении его бицепсы бугрились с впечатляющей силой.

Как и остальные, Цзянь Чэнь не удержался от изумлённого вздоха. Шэн Сюпин мягко взял его за подбородок и повернул к себе:

— Ты же говорил, что тебе такое не нравится?

В прошлый раз Цзянь Чэнь наговорил кучу комплиментов его собственной фигуре — мол, ему нравятся плавные линии и аккуратный, сухой рельеф. Выходит, соврал?

Цзянь Чэнь, испугавшись, что тот снова поднимет вопрос о проекте домашнего спортзала в офисе, быстро улыбнулся:

— Я просто удивился, как быстро он накачался! На первой дуэли на армрестлинге у него этого и в помине не было... А твоя фигура мне нравится больше всего.

— Хм.

Шэн Сюпин с невозмутимым видом подытожил:

— Это у него мышцы на один раз — чисто ради роли, на протеинах и спортивном питании. Выглядят внушительно, а толку от них чуть. Я его совершенно точно обгоню.

Глава 65

Цзянь Чэнь слегка удивился. Шэн Сюпин редко позволял себе подобные высказывания в его присутствии. Обычно он держался выдержанно, ничем не выдавая своих эмоций, и во всём сохранял загадочный вид.

«Видимо, ему и впрямь не всё равно, как выглядит его фигура», — подумал Цзянь Чэнь и подбодрил его:

— Я в тебя верю.

Тем временем Цинь Исун вовсю хвастался результатами тренировок, заставляя всех по очереди щупать свои рельефные мышцы. Не делая ни для кого исключений, он подскочил и к Цзянь Чэню с Шэн Сюпином.

— Ого, а вблизи выглядит ещё внушительнее! — искренне восхитился Цзянь Чэнь и уже протянул руку.

Но Шэн Сюпин перехватил его запястье и равнодушно бросил:

— Ничего особенного. Возвращайся на место.

Цинь Исун ухмыльнулся:

— Президент Шэн, если вы пытаетесь меня поддеть, то в игре я поблажек делать не стану.

— Не нужно.

**[Упрямец Шэн Сюпин!]**

**[ «Не нужно» 🤣]**

**[И как только язык поворачивается так дерзить?]**

Под азартные возгласы участников режиссёр велел всем встать на исходные позиции — игра начиналась.

По тому, как участники подхватили своих партнёров, сразу видна была разница: Цинь Исун шутя поднял Шэн Жаня, который был с него ростом, а Цзянь Чэнь привычно приноровился и обнял Шэн Сюпина за шею.

Линь Чэн и Чжоу Динфэн тоже не собирались сдаваться без боя и активно разминались.

Простенькая забава незаметно превратилась в суровое состязание. Как только прозвучала команда «Старт!», участники ринулись выполнять задание.

Зрители по ту сторону экранов уже разбились на лагеря, заполняя чат именами своих фаворитов. Впрочем, со стороны всегда виднее, и многие быстро подметили одну любопытную деталь.

**[Кажется, я понимаю, почему Президент Шэн так уверен в победе]**

**[Шэн Сюпин как всегда: не вступает в бой неподготовленным]**

**[Эх, а я так надеялся увидеть, как господин Шэн сядет в галошу!]**

**[Умора! Соревнуются-то в приседаниях! Цинь Исун, на кой чёрт ты столько хвастался бицепсами?!]**

**[Сяо Цинь явно день ног пропустил, ха-ха-ха!]**

Наблюдатели оказались правы: хотя плечевой пояс Цинь Исуна с лёгкостью держал вес, силе его ног явно не хватало запаса. Избыточная мышечная масса сверху лишь создавала лишнюю нагрузку.

А вот господин Шэн, ежедневно поддерживавший форму на беговой дорожке, двигался ровно, размеренно и без видимых усилий. Впрочем, он не выкладывался на полную, держась в одном темпе с остальными. Каждое приседание заставляло мягкие кудри Цзянь Чэня щекотать его подбородок.

Минуты текли одна за другой. Пожирающее силы напряжение давало о себе знать: одышка вокруг становилась всё тяжелее. Сначала сдался Линь Чэн, за ним Чжоу Динфэн, и лишь Цинь Исун из чистого упрямства продолжал состязаться с Шэн Сюпином.

Впрочем, его сопротивление выглядело обречённым — ноги бедняги уже откровенно ходили ходуном.

Шэн Сюпин косо глянул в сторону, слегка повернулся, заслоняя собой обзор Цзянь Чэню, и тихо шепнул:

— Я больше не могу его удерживать. Что делать?

Цзянь Чэнь поднял взгляд, но, осознав, насколько близко оказались их лица, тут же опустил его:

— Тогда не насилуй себя. По-моему, в стандартном номере тоже может быть весело.

Шэн Сюпин со вздохом покачал головой:

— Никаких у тебя амбиций.

Цзянь Чэнь недоуменно насупился. Сам же только что жаловался, что сдаёт позиции, а теперь обвиняет его в отсутствии амбиций!

— И чего ты от меня хочешь?

— Подбодри.

**[Давай, подбодри его скорей!]**

**[Неужели как Чжун Имин подбадривал Чжоу Динфэна? Президент Шэн, похоже, уже весь изошёл от зависти!]**

**[Бедный господин Шэн, он всего лишь хочет поцелуйчик!]**

**[Цзянь Чэнь, молю, поцелуй его! Сделай это ради нас!]**

— Давай, файтинг! — ни секунды не раздумывая, выпалил Цзянь Чэнь.

Шэн Сюпин: «...»

Скорость его приседаний ощутимо упала — наглядно демонстрируя всё глубинное разочарование.

Отовсюду доносились азартные крики Чжао Жаня — состязание достигло своего апогея. Цзянь Чэнь в замешательстве взглянул на напряжённый профиль Шэн Сюпина. На мгновение его словно озарило: подавшись вперёд, он несмело прикоснулся губами к его щеке.

Это был мимолётный, едва ощутимый поцелуй, почти украдкой — но результат оказался поистине магическим.

Шэн Сюпин моментально вырвал победу, беспощадно поставив точку в игре.

Когда всё закончилось, у него лишь слегка сбилось дыхание. Никакой усталости! Да и опускать Цзянь Чэня на землю он явно не торопился, удерживая его на руках с откровенной неохотой.

Режиссёр протянул карточки с номерами, предлагая Цзянь Чэню право первого выбора.

Чжун Имин бросил на них завистливый взгляд, отчего Чжоу Динфэн почувствовал неловкость.

— Ты же говорил, что согласен со мной и на стандартный номер? — спросил Чжоу Динфэн.

— Ну да, согласен, — ответил Чжун Имин, не сводя глаз с карточек люкса с панорамным видом на океан и виллы с горячим источником в руках Цзянь Чэня.

Слова, как всегда, расходились с делом.

В итоге, поддавшись соблазнительным описаниям режиссёра, Цзянь Чэнь остановил выбор на колоритной вилле с тропическим горячим источником.

Глядя на то, как отличный номер с видом на море и пляжное бунгало вот-вот достанутся Чжао Жаню и Цинь Исуну, Чжун Имин уставился уже на них.

Цинь Исун с Чжао Жанем некоторое время хмуро разглядывали карточки, а затем просто махнули рукой:

— Да ну, нам двоим такие хоромы ни к чему, всё равно не оценим. Заберём стандартный, а остальное берите вы.

Неожиданный подарок судьбы привёл Чжун Имина в полный восторг.

**[Ничего себе, Цинь Исун и Чжао Жань просто щедрость во плоти!]**

**[Ха-ха-ха-ха! Значит, Сяо Цинь так жилы рвал вовсе не из-за жилья, а просто чтобы утереть нос Шэн Сюпину!]**

**[Планы на переворот! Шэн Сюпин, срочно проведи расследование!]**

**[Чжун Имин только и ждал халявы, вы только посмотрите, как сияет!]**

После распределения комнат начался долгожданный этап свободных свиданий.

Режиссёр коротко презентовал тропический остров: яркое солнце круглый год, золотистый песок, лазурное море и бесконечное изобилие морепродуктов и экзотических лакомств. На экране мелькала пёстрая презентация с огромным выбором развлечений.

— Обсудите между собой, — подытожил режиссёр.

Цинь Исун тут же предложил:

— На пляж всё равно пойдут все, так почему бы нам после полудня не отправиться туда большой компанией? Вместе веселее!

— Да кому нужно твоё «вместе веселее»? — усмехнулся Чжао Жань. — Ты думаешь, мы тут на экскурсию приехали? Все, кроме нас, вообще-то на свидания собираются.

— А мы мешать не будем! Посидим тихонечко, посмотрим со стороны.

В его словах имелась доля истины: пляж всё равно оставался главной достопримечательностью, и спешить было некуда. В итоге участники договорились во второй половине дня выбраться на побережье всем составом.

— Не забудьте плавки! В море искупаемся! — напомнил Чжун Имин. Он специально прихватил с собой надувной круг и теперь высматривал, где бы его накачать.

Все разошлись по своим номерам, чтобы разложить вещи и переодеться.

— Давай помогу, — предложил Цзянь Чэнь, с сочувствием глядя на Шэн Сюпина, обвешанного сумками и пакетами.

— Оставь. С твоей-то комплекцией только тяжести таскать, — ответил тот. Пьянящий вкус недавней победы явно вскружил Президенту Шэну голову.

Несмотря на гору багажа, он ухитрился высвободить руку и по-хозяйски приобнял Цзянь Чэня за плечи.

Цзянь Чэнь с укором уставился на него:

— Шэн Сюпин, ты же обещал никогда не подшучивать над моей фигурой.

В студенческие годы Цзянь Чэнь пару раз ходил с Шэн Сюпином в тренажёрный зал. Тренер тогда прямо сказал, что с его конституцией набрать мышечную массу почти невозможно, и Шэн Сюпин именно этими словами успокаивал его. Более того, он даже грозился набить морду каждому, кто посмеет посмеяться над Цзянь Чэнем.

— Я не то имел в виду, — с невозмутимым видом отозвался Шэн Сюпин. Порывшись в багаже, он извлёк из самого большого баула аккуратную сумочку и протянул Цзянь Чэню.

Забрав её, Цзянь Чэнь вместе с Шэн Сюпином направился к своему корпусу. Они остановились в том же отеле, что и Чжун Имин, — в самом фешенебельном комплексе на всём острове.

**[Вот это холл, всё буквально сияет роскошью!]**

**[Самое богатое шоу на ТВ, денег вообще не жалеют!]**

**[Так Шэн Сюпин — их главный спонсор! Баловать собственного папочку-инвестора — святое дело!]**

**[Что за вилла с источниками? Там ночью точно никакой «шуры-муры» не намечается?]**

**[Шэн Сюпин глубокой ночью: «Сяо Чэнь, а пойдём поплаваем в источнике~»]**

**[Плачу от умиления! Цзянь Чэнь — чистой воды овечка в пасти у тигра!]**

Ни о чём подобном не подозревавший Цзянь Чэнь, придерживая полученную сумочку, отпёр дверь карточкой-ключом.

И хотя он долгое время жил в роскошном особняке господина Шэна и повидал немало изысканных интерьеров, увиденное всё равно заставило его тихо восхищённо ахнуть.

Номер оказался огромным, прохладным и залитым светом. Элегантная мебель, продуманный дизайн и две изолированные спальни. А сам горячий источник обустроили во внутреннем дворике — под открытым небом, что придавало месту особый шарм.

— Смотри, даже пар идёт! — Цзянь Чэнь указал рукой.

Шэн Сюпин, не сводивший глаз с самого Цзянь Чэня, скользнул по воде равнодушным взглядом и ласково взъерошил мягкие кудряшки на его затылке:

— Хочешь, дома такой же сделаю?

— Его выкапывают из-под земли, а не строят, — возразил Цзянь Чэнь. Он вспомнил школьную географию: для термальных источников нужны особые геологические условия и климат, настоящие природные ключи — большая редкость.

— Какая разница? Вернёмся — вырою тебе яму и буду каждый день кипяток подливать.

Шэн Сюпин на миг живо представил эту картину: Цзянь Чэнь сидит в кадушке, а он поливает его, словно цветок на клумбе.

**[Господин Шэн, ваши намерения более чем прозрачны!]**

**[Аж слёзы наворачиваются! Самая трогательная фраза: «Нравится? Вернёмся — сделаю тебе такой же»]**

**[Ха-ха-ха, сокрушительная финансовая мощь Президента Шэна!]**

**[Погодите, это что, значит, после шоу они всё так же будут жить вместе?!]**

— Переодевайся скорее, нам скоро на пляж, — опомнился Цзянь Чэнь. — И одолжи свои солнечные очки, мои, кажется, где-то на самом дне чемодана.

Пока Шэн Сюпин доставал очки, Цзянь Чэнь ушёл к себе. Достав из сумки плавки, он переоделся, а затем, опасаясь палящего солнца, надел сверху лёгкие длинные брюки и кофту с длинным рукавом.

Когда он вышел, Шэн Сюпин не заметил ничего необычного, и они вместе отправились к месту сбора.

Остальные участники уже подтягивались. Почти все пришли в одних плавках, полностью готовые к солнечным ваннам, что идеально вписывалось в атмосферу побережья. Все увлечённо перешучивались.

Съёмочная группа заранее расставила шезлонги парами в один ряд, над каждым возвышался пляжный зонт, отбрасывая спасительную тень.

Пары автоматически заняли соседние места. Шэн Сюпин улёгся рядом с Цзянь Чэнем; под ласковым тёплым ветерком его мысли медленно поплыли, утягивая в дремоту.

— Цзянь Чэнь, да ты просто белоснежный!

Сквозь полусон долетел восхищённый возглас — кажется, голос принадлежал Чжун Имину. Выхватив из потока звуков ключевые слова, Шэн Сюпин мгновенно подскочил.

И тут же увидел Цзянь Чэня: тот успел скинуть верхнюю одежду, оставшись в одних только облегающих плавках. На аккуратном личике красовались огромные очки Шэн Сюпина, кудряшки были закинуты назад, открывая чистый, гладкий лоб.

Фарфорово-белая кожа купалась в лучах солнца, наливаясь мягким янтарным отсветом.

Тонкая, изящная талия, безупречные стройные ноги... Неудивительно, что Цзянь Чэнь, словно мощнейший магнит, приковал к себе взгляды абсолютно всех вокруг.

**[Боже мой, это вообще законно — показывать такое?!]**

**[Настоящий шедевр, он словно изваян из мрамора!]**

**[Шэн Сюпин: «Вообще-то глазеть на чужого мужа — вершина бестактности!»]**

На песчаном пляже яблоку негде было упасть: туристы съехались со всей страны. Стройная, притягательная фигура Цзянь Чэня невольно привлекала к себе десятки восхищённых взглядов.

— Цзянь Чэнь, почему на тебе так мало одежды? — как бы между прочим поинтересовался Шэн Сюпин.

**[Президент Шэн: сгорает от нетерпения]**

**[Президент Шэн: обуреваем тревогой]**

**[Ха-ха, заходит издалека!]**

Цзянь Чэнь, предававшийся блаженной истоме под лучами солнца, едва слышал его за равномерным шумом прибоя и гулом голосов.

Шэн Сюпин протянул руку и аккуратно снял с него солнцезащитные очки. Яркий свет заставил Цзянь Чэня невольно прищуриться.

— Ты чего?

— Почему ты так откровенно одет?

Цзянь Чэнь искренне изумился и окинул взглядом побережье:

— А остальные по-другому одеты, что ли?

И ведь верно: никто не загорал в блузах с длинным рукавом и брюках. Сам Шэн Сюпин щеголял в точно таких же пляжных шортах.

Пока Президент Шэн подбирал аргументы, неподалёку раздался заливистый свист — настолько чистый и выверенный, словно из голливудской киноленты, с игривым, поддразнивающим оттенком на конце.

Вспыхнув на солнце, прямо к ним по дуге устремился бумажный самолётик. На его крыльях быстрым почерком вывели целый список контактов и пару фривольных строчек.

Шэн Сюпин перехватил «авиалайнер» на лету. Сжав бумажку в кулаке, он бегло глянул на текст и насупился.

— Что там написано? — полюбопытствовал Цзянь Чэнь.

— Тебе это знать ни к чему, — отрезал Шэн Сюпин, усадил его обратно на шезлонг и безжалостно скомкал послание.

**[Какая густая ревность!]**

**[Вообще-то записка предназначалась Цзянь Чэню! С чего бы это его не касается?]**

**[Самолётик сбит над территорией господина Шэна]**

**[Ещё одна любовная записка успешно нейтрализована!]**

Цзянь Чэнь лишь покачал головой, призывая спутника не поднимать шум из-за пустяков, и протянул руку за очками. Однако Шэн Сюпин поднял их чуть выше, оставив вне досягаемости.

Впрочем, задумка возымела обратный эффект. Если раньше отдыхающие засматривались только на подтянутое тело, скрытое за тёмными стёклами, то теперь перед ними предстало во всей красоте его безупречное лицо — и взглядов стало вдвое больше.

— Бедный Президент Шэн, сколько у него забот, — вздохнул Чжун Имин, наблюдая за ними с соседнего шезлонга. Он отправил в рот сочную ягоду личи, отчего его щека забавно округлилась.

— А что поделать, если Цзянь Чэнь настолько хорош собой? — Чжоу Динфэн сноровисто чистил для него фрукты, хотя явно не успевал за аппетитом своего спутника.

Имин подозрительно прищурился:

— Ты тоже так думаешь?

Затем оглядел себя: кожа у него тоже была светлой, да и телосложением бог не обидел, пусть и худоват, но на фоне Цзянь Чэня он всё равно мерк.

— Малыш, мы с ним не соревнуемся, — ласково произнёс Чжоу Динфэн и тут же отправил в рот возлюбленному следующую ягоду.

**[Ха-ха, инстинкт самосохранения у Чжоу Динфэна хромает!]**

**[Сразу видно, кто в этой паре главный. Чжун Имин такой милый простачок]**

**[Да, эта его наивность невероятно очаровательна!]**

— Эта испортилась, — пожевал Имин и недовольно скривился. — Если видишь, что мякоть пожелтела, не суй мне её в рот.

— Слушаюсь.

Тем временем Шэн Сюпин, так и не поддавшись на просьбы, аккуратно надел очки обратно на переносицу Цзянь Чэня и слегка сжал его предплечье. Кожа на ощупь оказалась мягкой, с лёгкой песчаной шероховатостью.

Вдруг в их сторону направленным шагом направился эффектный молодой иностранец. Высокий, атлетично сложенный, с выразительными чертами лица — весь его облик лучился непоколебимой уверенностью в собственной неотразимости.

В голове Шэн Сюпина завыла тревожная сирена. Не дожидаясь, пока незнакомец подойдёт вплотную, он поднялся и преградил ему путь.

— Вы что-то хотели? — сдержанно спросил Шэн Сюпин.

— Да, — иностранец белозубо улыбнулся и протянул руку. — Я Брюс.

— И?

Брюс смерил Шэн Сюпина обжигающим, оценивающим взглядом, подошёл вплотную и без тени смущения поинтересовался, не желает ли тот провести с ним сегодняшний вечер.

Застигнутый врасплох Президент Шэн даже не успел отстраниться, как мокрая, вымазанная в песке ладонь иностранца уже улеглась ему на плечо.

Цзянь Чэнь, наблюдавший за этой картиной с шезлонга, резко сел, сдёрнул очки и изумлённо уставился на происходящее.

Брюс продолжал вдохновенно флиртовать. Шэн Сюпин нахмурился и намертво перехватил чужое запястье:

— Я...

Договорить он не успел. Периферийным зрением уловив движение, Шэн Сюпин обернулся и с изумлением обнаружил, что Цзянь Чэнь поднялся и молча пошёл прочь.

Опешив, Президент Шэн брезгливо отбросил руку иностранца и бросился догонять спутника.

**[Почему Цзянь Чэнь вдруг ушёл?]**

**[Неужели приревновал? Ха-ха-ха!]**

**[Серьёзно? Да Шэн Сюпин в душе сейчас ликует!]**

**[Со стороны и впрямь выглядело так, будто они флиртуют — и иностранец ещё с таким видом...]**

**[Президент Шэн, беги догоняй!]**

Остальные участники шоу с откровенным любопытством наблюдали за драмой. Чжун Имин даже забыл про личи.

— Ну и Шэн Сюпин, — во всеуслышание заявил он, позабыв об официальном тоне. — Устроил тут обнимашки с каким-то незнакомцем на глазах у всех!

Чжоу Динфэн сочувственно кивнул и принялся ковыряться в пакете с лакомствами в поисках семечек.

Шэн Сюпин нагнал Цзянь Чэня и увлёк его в укромный угол, скрытый от посторонних глаз.

— Ты чего? Передумал загорать?

— Освобождаю тебе пространство, — ровно ответил Цзянь Чэнь. В его голосе не слышалось обиды.

— Какое ещё пространство?

Цзянь Чэнь поджал губы. С его точки зрения всё выглядело предельно однозначно: едва появился этот красавец, как Шэн Сюпин бросил его и поспешил навстречу, позволил себя трогать и сам схватил парня за руку.

И это при том, что лишь минуту назад Шэн Сюпин с высокомерным видом запрещал ему давать кому-либо контакты, а вчера признавался в любви! Цзянь Чэнь ведь всерьёз размышлял над его словами... Как он мог так поступить?

— Я больше не хочу участвовать с тобой в этом шоу, — выговорил Цзянь Чэнь.

Шэн Сюпин бережно коснулся его щеки, смахивая песчинки и оставляя едва заметный алый след.

Оба смолкли. За пределами их укрытия шумел прибой и гудели людские голоса.

Внезапно губы Шэн Сюпина тронула мягкая улыбка:

— Цзянь Чэнь... ты что, ревнуешь?

Он выглядел искренне довольным, отчего Цзянь Чэню стало ещё досаднее. Ощущение было такое, будто он отпил испорченного кокосового молока: вреда здоровью никакого, но неприятный осадок останется ненадолго.

Шэн Сюпин обхватил его изящное белоснежное запястье. Слегка сжал, чувствуя податливость мягкой кожи.

Впрочем, не успел Цзянь Чэнь возмутиться, как Шэн Сюпин разомкнул пальцы и пояснил:

— Я схватил его вот так. И пошёл к нему только потому, что решил, будто он намеревается подкатить к *тебе*. А в итоге меня самого облапали, так что вся вина на тебе.

Он виртуозно повернул ситуацию в свою пользу и, сделав шаг вперёд, наклонился. Роскошное тело, ставшее предметом зависти десятков мужчин, прижалось вплотную, обдавая Цзянь Чэня обжигающим теплом.

«А у него и впрямь есть кубики пресса...»

В такой недвусмысленной обстановке мысли Цзянь Чэня почему-то унеслись совершенно не туда. Твёрдые мускулы приятно пружинили под пальцами; интересно, каково это на ощупь? Сегодня Шэн Сюпин не позволил ему потрогать бицепс Цинь Исуна, хотя Цзянь Чэню и впрямь было любопытно...

Шэн Сюпин склонялся всё ниже, возвращая его к реальности. Цзянь Чэнь упёрся ладонью в чужой подбородок и отвёл взгляд:

— При чём тут я?

Отступать было некуда — за спиной высилась каменная стена. Ладонь Шэн Сюпина упиралась в кладку, и Цзянь Чэню не оставалось ничего другого, кроме как опереться на его плечи, неуловимо соскальзывая в чужие объятия.

Это дарило удивительное чувство защищённости. Какая разница, где они — в грозовую ночь, перед лицом опасности или на солнечном пляже под шум волн...

Губы Шэн Сюпина коснулись его щеки — ровно в том месте, где сухой песок слегка натёр нежную кожу. От этого ласкового прикосновения по телу побежали мурашки.

— Шэн Сюпин...

Цзянь Чэнь полностью оказался во власти этих объятий, а чужое дыхание и близость окончательно сбивали с толку.

— Чего ты добиваешься?

Его верный друг Шэн Сюпин вдруг совсем потерял голову, и Цзянь Чэню приходилось мириться с этими переменами, словно тихой глади пруда, в которую бросили камень.

— Хочу быть с тобой, — серьёзно ответил Шэн Сюпин, не прекращая покрывать нежными поцелуями его щеку.

Вдруг Цзянь Чэнь ощутил лёгкую колющую боль. Не понимая, что делает спутник, он сильнее сжал пальцы на его плечах, вдавливая мелкую гальку, но так и не оттолкнул.

— Тогда давай поженимся, — тихо выговорил он.

Голос оставался ровным и спокойным, без единой фальшивой ноты, будто он ответил на самый обыденный вопрос.

— Что? — Шэн Сюпин замер как вкопанный, не сводя с него изумлённого взгляда.

Цзянь Чэнь впервые видел его в состоянии такого глубокого ступора. Шэн Сюпин всегда казался невероятно проницательным и собранным, а сейчас выглядел почти глупо.

— Если ты этого хочешь, давай поженимся.

Как и три года назад, Цзянь Чэнь произнёс эти слова с абсолютной лёгкостью. Вот только тогда за ними следовала длинная речь, призванная убедить Шэн Сюпина принять его помощь. Теперь же не было никаких условий — лишь «если ты этого хочешь».

По правде говоря, Цзянь Чэнь согласился бы на что угодно. Попроси Шэн Сюпин напрямую, он уступил бы ещё раньше.

Это давно стало привычкой.

Если бы не появление Брюса, вызвавшее в его душе такую бурю чувств...

Подушечка большого пальца Шэн Сюпина скользнула со щеки на шею Цзянь Чэня, оставляя за собой песчинки. Шероховатое прикосновение заставило того судорожно вздохнуть.

— Всегда «если я хочу». А давай на этот раз по-другому? Чего хочешь *ты*, Цзянь Чэнь? — спросил Шэн Сюпин.

Это уже смахивало на откровенную наглость. Цзянь Чэнь вспыхнул, кончики его ушей мгновенно заалели.

— Ты ходил со мной на пары и играл в баскетбол, потому что считал, будто мне нужен друг. Согласился на фиктивный брак, желая выручить из беды, — Шэн Сюпин сделал паузу. — А сам-то ты что чувствуешь, Цзянь Чэнь? Неужели ты со всеми так бескорыстно добр? Неужели дело лишь в том, что я напоминал твоего младшего брата? Ты бы заключил брачный договор с любым, кто похож на твоего брата?

— Что за глупости ты несёшь?

В прекрасных глазах мелькнул укор, но взгляд оставался трогательно-невинным, а в уголках влажных глаз застыло недоумение.

В гомеровском эпосе богиня Ата завлекала смертных в сети безумия... Кто же виноват в их падении — сама богиня или те, кто поддался её чарам?

Шэн Сюпин слегка сжал его щеки, требуя ответа.

Вдруг за углом раздались торопливые шаги. Кто-то остановился совсем рядом с их укрытием.

— Режиссёр вообще с ума сошёл! Где мы должны их искать?

— И не говори! Пляж огромный, это всё равно что иголку в стоге сена искать! Да и вообще, если Президент Шэн решил уединиться с возлюбленным, неужто мы будем им мешать?

— Походим тут немного для вида, да вернёмся, когда время выйдет.

Голоса звучали всё ближе, и речь явно шла о них.

Цзянь Чэнь побледнел и попытался оттолкнуть Шэн Сюпина с удвоенной силой.

Тот лишь ласково перехватил его ладони, призывая к спокойствию.

Однако два сотрудника съёмочной группы, намеревавшиеся отлынивать от работы, совершенно не собирались уходить, затеяв неспешный разговор. Цзянь Чэнь от напряжения весь вытянулся в струнку, и Шэн Сюпин ощутил, как окаменели мускулы под его руками.

— Ответишь мне — и я тебя выпущу, — прошептал Шэн Сюпин.

— Решай сам, я всё сказал, — Цзянь Чэнь не намеревался уступать. — Выпусти меня.

Против его воли Шэн Сюпин пойти не мог. Раз Цзянь Чэнь просит уйти, придётся подчиниться.

Они шагнули из укрытия и столкнулись нос к носу с работниками, которые в этот самый момент весело хохотали.

Улыбки на лицах сотрудников мгновенно застыли. В воздухе повисла звенящая пауза.

Подбежавший оператор, искавший своих коллег, моментально оценил обстановку, вскинул камеру и начал съёмку.

**[Ого-го! Нашли-таки!]**

**[Ха-ха-ха, почему мне кажется, что они случайно на них наткнулись?]**

**[Оператор, зум ближе! Что там у Цзянь Чэня на лице — то ли красное, то ли белое?]**

**[У Цзянь Чэня такое безупречное личико, неужто обгорел на солнце?]**

Объектив находился далековато, зато работники стояли вплотную и разглядели всё в мельчайших подробностях.

Помимо естественного румянца, на лице Цзянь Чэня виднелись весьма двусмысленные следы.

На щеке отчётливо отпечатались два пальца, а чуть в стороне краснела ссадина от песка, посреди которой проступал едва заметный след от зубов.

Запястье тоже алело ровным розоватым кольцом.

Сотрудники невольно перевели взгляд на Шэн Сюпина, но от того веяло такой тяжёлой, давящей аурой, что они тут же сжались. Они переводили испуганные взгляды с растрёпанного Цзянь Чэня на грозного Президента Шэна.

Шэн Сюпин сделал шаг вперёд, заслоняя Цзянь Чэня собой:

— Прошу прощения. Мы тут обсуждали личные вопросы.

— Да-да, конечно! Ничего страшного! Спасибо! — невпопад залепетали работники, не зная, куда девать глаза.

Тем временем остальные участники шоу, сгоравшие от любопытства, наконец дождались возвращения парочки. Едва взглянув на Цзянь Чэня, все так и замерли от изумления.

Чжун Имин наклонился к Цзянь Чэню и тихо прошептал:

— Президент Шэн тебя обижает? Ты только скажи, я попытаюсь добиться для тебя справедливости!

Цзянь Чэнь, не понимая причин его беспокойства, лишь качнул головой.

Спустя пару минут Шэн Сюпин вернулся с коробочкой пластырей и тонким анти-УФ кардиганом, усевшись между Цзянь Чэнем и Чжун Имином.

— Он натёр щеку песком, нужно наклеить пластырь, — пояснил Шэн Сюпин, накидывая солнцезащитную куртку на плечи Цзянь Чэня и выразительно глядя на Имина.

Чжун Имин мгновенно уловил тонкий намёк: ему доходчиво давали понять, чтобы он отсел подальше и не мешал.

В этот момент оператор взял крупный план, и зрители трансляции во всех деталях разглядели лицо Цзянь Чэня.

**[... И с чего бы это сдирать кожу на лице о песок?]**

**[Ну да, Цзянь Чэнь, конечно, нежный, но не до такой же степени!]**

**[Пригляделся получше... А почему там, где сдёрто, ещё и след от зубов?]**

**[А возле щеки отпечатки пальцев!]**

**[Тц-тц-тц, ну и ну, Шэн Сюпин, что ты творишь!]**

Сам Цзянь Чэнь ни о чём не подозревал. Поначалу щека немного пощипывала, но теперь боль почти утихла.

Шэн Сюпин заботливо осмотрел ссадину, аккуратно развернул пластырь и приложил мягкой подушечкой к ранке, плавно разглаживая края.

Его движения были предельно нежными, а взгляд — сосредоточенным.

Цзянь Чэнь практически ничего не почувствовал и лишь осторожно коснулся наклейки пальцами.

Остальные участники проявили тактичность и предпочли хранить молчание, уставившись на морской пейзаж.

Шэн Сюпин вернулся на свой шезлонг. Проведя рукой по столику, он неожиданно нащупал записку — тот самый контакт Брюса, сложенный в форме аккуратного сердечка.

Он тут же отбросил бумажку, словно раскалённую кочергу.

А затем перехватил тонкую ладонь Цзянь Чэня, демонстративно заявляя права на её владельца.

Цзянь Чэнь проследил за его взглядом, наткнулся на бумажное сердечко и слегка нахмурился, однако руку выдёргивать не стал, молча смирившись.

**[Боже мой, да тут прогресс семимильными шагами!]**

**[Отлично! Господин Шэн наконец-то пробился к цели!]**

**[Бедняга господин Шэн, больше никому не придётся насмехаться над его несостоятельностью!]**

**[Ха-ха-ха, восстал из пепла!]**

Шэн Сюпин даже не обратил внимания на чат — он был полностью погружён в свои мысли.

Он вновь и вновь анализировал поведение Цзянь Чэня.

Тот не отказал ему категорично, но и не ответил согласием. Не сказал «я подумаю», а весьма туманно предложил самому Шэн Сюпину всё взвесить. Это совсем не в его духе.

Шэн Сюпин знал Цзянь Чэня как облупленного, а потому моментально улавливал любые перемены в его настроении.

О чём именно он должен подумать?

Шэн Сюпин откинулся на спинку шезлонга, щурясь на палящее солнце и наблюдая за пенистыми лазурными волнами.

«Тогда давай поженимся».

«Если ты этого хочешь, давай поженимся».

Поженимся...

Не «возобновим брак».

Шэн Сюпин резко сел.

— Цзянь Чэнь, ты сказал «поженимся»?!

Не возобновить фиктивный союз, а сыграть настоящую свадьбу! Выйти на новый уровень, а не возвращаться к той трёхлетней сделке!

Голос Шэн Сюпина прогремел настолько громко, что половина пляжа невольно обернулась в их сторону.

Цзянь Чэнь: «...»

Глава 67

Эта вырвавшаяся невзначай фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы.

Взять хотя бы Шэн Жаня и Цзянь Шо, которые как раз ссорились дома.

— Брат тебя тут пристроил — мог бы, кажется, вести себя чуть скромнее, раз живёшь на чужих хлебах?

Поначалу Шэн Жань ещё как-то мирился с этой физиономией, но Цзянь Шо держался с ним настолько скверно, что со временем от терпения не осталось и следа — одно раздражение.

И виноват во всём был именно он: взрослый мужик, а нацепил парик да ещё сфотографировался в нём — не попадись тот снимок Шэн Жаню на глаза, не пришлось бы теперь столько лет обходиться без личной жизни.

— Чем это я тебя задел? — Цзянь Шо всё утро смотрел телевизор с ледяным лицом, даже не покосившись в сторону Шэн Жаня. По телевизору шла прямая трансляция шоу с участием Цзянь Чэня, и стоило Цзянь Шо увидеть, как Шэн Сюпин заигрывает с братом, злость тут же нашла выход — на подвернувшемся под руку Шэн Жане.

Как там говорится... одна шайка-лейка.

Неудивительно, что этот Шэн Жань смеет строить из себя милашку перед Цзянь Чэнем — наверняка спелся с Шэн Сюпином.

— Вчера ты меня очень даже задел. Ты оскорбил моего брата, а мы с ним одна семья — оскорбить его всё равно что оскорбить меня.

— Да? И что с того. Видать, вся ваша семейка порядком раздражает.

Цзянь Шо скользнул взглядом по экрану — оттуда всё ещё доносился звук, служивший теперь фоном для перепалки.

— Как вернутся — проваливай на все четыре стороны, чтоб я тебя больше не видел.

— Да хоть на коленях умоляй — второй раз на тебя и не взгляну. Думаешь, мне охота тут торчать? Это твой брат перед моим выслуживается.

Дело было в том, что Цзянь Чэнь, беспокоясь за только что вернувшегося на родину брата, попросил Шэн Сюпина приютить его, — тот, изображая заботу, поселил Цзянь Шо здесь, а заодно, держа кое-какой компромат над Шэн Жанем, вынудил его делить кров с этим невыносимым скандалистом.

— Отныне при виде любого Шэна буду обходить за версту. — Цзянь Шо прибавил громкость телевизору, выражая недовольство шумным фоном.

Английский у Шэн Жаня был послабее, чем у Шэн Сюпина, так что кое-какие слова, которые Цзянь Шо вставлял в свою речь, до него просто не доходили, и спорить получалось далеко не так удовлетворительно, как со старшим братом.

Шэн Жань огрызнулся:

— Ха, тебе изначально не по чину было иметь с нами хоть какое-то отношение.

— Благодарю, не стоило...

— Цзянь Чэнь, давай поженимся!

Фраза, донёсшаяся из телевизора, оборвала перепалку на полуслове — оба синхронно повернули головы к экрану, к двум самым знакомым лицам на свете.

Двоюродный брат Шэн Жаня сиял от восторга, а родной брат Цзянь Шо выглядел слегка смущённым. Но смотрелись они на удивление гармонично — даже через экран телевизора было видно, как между ними витают розовые пузырьки.

В гостиной повисла звенящая тишина.

Очень скоро хэштег #ЦзяньЧэньШэнСюпин молниеносно взлетел на вершину топа «Туманности», породив ещё более широкое обсуждение.

Комментарии сплошь дышали восторгом.

【Боже, Шэн Сюпин наконец дождался этого дня】

【Вот это подвиг — и надо же, первым сказал именно Цзянь Чэнь】

【Слёзы на глазах】

......

Как и зрители за экраном, сотрудники компании Шэн Сюпина тоже жадно следили за развитием событий.

Артисты, обычно напускавшие на себя важность, отбросили всякую спесь; соперничающие лагеря, привыкшие таскать друг друга за волосы, забыли о распрях; целая толпа конкурирующих менеджеров разом отложила дела и сгрудилась вместе, обсуждая новость.

— Говорил же — у президента Шэна всё получится.

— Вы видели, как он радуется? Даже когда компания заключила ту восьмизначную сделку, он так не сиял.

— Прямо жениться собрался, а я думал — просто игрушка на время.

— Да у них всё серьёзно, между прочим. Слышала, они ещё однокурсники, семь лет знакомы.

— Тц, а в прошлый раз, между прочим, развелись же. Готова спорить, надолго это не затянется — может, у Цзянь Чэня просто есть на него какой-то компромат.

— Сяо Тань, ты прям кислая вся. Просто президент Шэн на тебя не запал, только и всего.

—......

Оказавшийся в самом эпицентре бури Цзянь Чэнь ни о чём не подозревал — в тот момент он лишь прикидывал, что быстрее: зажать Шэн Сюпину рот ладонью или отыскать щель в песке, чтобы туда провалиться.

***

— Как ты мог сказать такое при стольких людях.

Вернувшись в номер, Цзянь Чэнь пристал к Шэн Сюпину с этим вопросом.

С самого пляжа уголки губ у Шэн Сюпина так и не опустились — он продолжал держать на лице лёгкую, чуть приподнятую улыбку.

— Само вырвалось, — только и ответил Шэн Сюпин.

Раз уж дело сделано, докапываться дальше Цзянь Чэнь не стал. Ему нужно было в душ — он весь пропесочился на пляже.

— Кстати, не отклеивай пластырь, он водостойкий, походи с ним ещё немного.

— А, разве всё настолько серьёзно?

Цзянь Чэнь направился в ванную; удивлённый, но не спорящий, он так и включил душ с водостойким пластырем на щеке.

Пока Цзянь Чэня не было, Шэн Сюпин накинул куртку, устроился на диване и вытащил телефон.

Как и следовало ожидать, сообщения посыпались лавиной — попадались даже такие имена, чьи переписки Шэн Сюпин в обычное время никогда бы не открыл. Но сегодня он прочитал каждое и на каждое ответил.

С каждым новым ответом улыбка становилась всё шире; поначалу он ещё пытался её унять, но вскоре бросил и эти попытки.

— Что там такого забавного, что ты так радуешься?

Цзянь Чэнь успел домыться, а Шэн Сюпин так и не сдвинулся с места.

Видеть Шэн Сюпина настолько откровенно счастливым доводилось редко, и Цзянь Чэнь невольно заинтересовался.

【Уголки губ президента Шэна не унять — упрямее, чем отдача от АК】

【Умираю со смеху, аж лучится весь от радости】

【Так что там всё же в телефоне такое — поздравления по поводу них с Цзянь Чэнем?】

【Как подумаю, что Цзянь Чэнь теперь достанется Шэн Сюпину, как-то даже жалко отпускать】

【Плюс один】

Цзянь Чэнь, вытирая волосы полотенцем, присел рядом с Шэн Сюпином — от горячего пара кожа у него разрумянилась, стала нежно-розовой.

Он тоже хотел взглянуть на экран, но с наполовину высохших волос всё ещё капала вода, и несколько капель упали Шэн Сюпину на одежду, расплывшись небольшими тёмными пятнами.

— Извини. — Цзянь Чэнь отстранился.

— Ничего страшного. — Шэн Сюпин повернул голову. Цзянь Чэнь никогда толком не умел вытирать волосы: они и без того вились, а от беспорядочных движений вверх-вниз топорщились в разные стороны, становясь совсем лохматыми.

Шэн Сюпин поднялся, забрал у него полотенце и, встав позади дивана, стал вытирать волосы по направлению завитков.

Он приводил каждую прядь в порядок — под его руками они послушно ложились одна к другой.

Цзянь Чэнь поднял оставленный на диване телефон Шэн Сюпина:

— Ты что, анекдоты читал? Можно посмотреть?

Другой причины для такой... сияющей? улыбки он придумать не мог.

Странное слово для описания Шэн Сюпина.

— Можно. — Шэн Сюпин опустил голову, старательно приводя в порядок волосы Цзянь Чэня, пальцы скользили сквозь влажные пряди.

【Какие милые кудряшки, тоже хочу их потрепать】

【Сразу видно, Шэн Сюпин обожает этот ритуал】

【А-а-а, так и хочется тихонько прикончить Шэн Сюпина от зависти — он же может каждый день так возиться с Цзянь Чэнем】

【Неудивительно, что президент Шэн так рад — я бы на его месте радовался ещё больше】

【Надо же, так запросто дал Цзянь Чэню посмотреть телефон — похоже, секретов от него у него и вовсе нет】

Цзянь Чэнь, пока Шэн Сюпин сушил ему волосы, разглядывал экран.

— Какой пароль?

— Угадай.

Цзянь Чэнь ввёл дату рождения Шэн Сюпина, но тут же понял: не то, — Шэн Сюпин не мог поставить такой простой пароль.

И правда — ошибка. Тогда он принялся вводить другие важные для Шэн Сюпина даты.

— День, когда ты возглавил компанию?

Нет.

— Тогда день, когда вы заключили ту невозможную сделку — ты ещё столько выпил в тот вечер.

Снова нет.

Цзянь Чэнь перебрал целую вереницу самых громких моментов из жизни Шэн Сюпина, каждый кадрами всплывавших у него перед глазами, — пока ввод не заблокировался.

—......

— Прости. — Цзянь Чэнь уставился на предупреждение о блокировке.

【Ничего себе, как хорошо Цзянь Чэнь знает Шэн Сюпина】

【Точно, а по шоу казалось, будто Цзянь Чэнь не особо любит запоминать даты — а тут дни Шэн Сюпина знает лучше собственных】

【Шэн Сюпин снова на седьмом небе /】

— Ничего страшного, попробуй отпечаток пальца, — подсказал ему Шэн Сюпин.

Цзянь Чэнь на миг замер, вытянул указательный палец, посмотрел на него сверху вниз и только потом приложил к сканеру.

Датчик среагировал мгновенно — с тихим щелчком телефон разблокировался.

— Когда ты это успел? — не поверил своим глазам Цзянь Чэнь. Он точно помнил, что никогда не сохранял отпечаток, — откуда же он взялся из ниоткуда? Не должна ведь техника до такого дойти.

— В одну из ночей, пока ты спал, — ответил Шэн Сюпин.

— Мало ли что со мной случится — кто-то же должен уметь открыть мой телефон.

В телефоне президента Корпорации Шэн, разумеется, хранилось немало важного — можно сказать, целое состояние, — и Шэн Сюпин хотел, чтобы этим «кем-то» стал именно Цзянь Чэнь.

— Тогда ты у нас исключение из правил, — но внимание Цзянь Чэня уже переключилось на другое. — Все ведь после аварии первым делом заставляют себя стереть телефон дочиста — уж больно неловко, если кто-то увидит историю поисков.

— Я включил анонимный просмотр. Всегда и во всём.

— А.

Цзянь Чэнь замолчал и заметил, что после разблокировки экран остался на окне чата — вовсе не на анекдотах или смешных видео, как он себе представлял.

— Что ты только что смотрел? — спросил он у Шэн Сюпина.

— Да вот, эти переписки. Можешь открыть, посмотреть.

Цзянь Чэню это показалось не слишком уместным, и он собрался отложить телефон в сторону.

Но не успел выпустить его из рук, как выскочило ещё несколько новых сообщений.

[Ничего себе, сам президент Шэн ответил — сразу видно, как высоко вы цените учителя Цзянь Чэня. Я ещё в прошлый раз подумал, что вы с учителем Цзянь Чэнем на удивление подходите друг другу...]

Остальное было скрыто — открывалось по нажатию.

Цзянь Чэнь взглянул на имя отправителя и вспомнил: это был один из тех, кого Шэн Сюпин когда-то приглашал давать ему уроки по съёмке фильма. Тогда взгляд и тон этого человека сквозили откровенным пренебрежением — он считал Цзянь Чэня не более чем игрушкой Шэн Сюпина.

Кто бы мог подумать, что тон переменится настолько быстро — теперь ещё и «учителем» величает.

Странноватое обращение. Цзянь Чэнь не любил быть объектом заискивания и понятия не имел, что заставило этого человека так резко сменить курс.

— Можешь открыть.

Раз уж Шэн Сюпин сам это предлагал, Цзянь Чэнь ткнул по сообщению.

И увидел следующее.

[Президент Шэн, поздравляю, поздравляю! Слышал, вы женитесь на Цзянь Чэне?]

[Шэн Сюпин: Угу.]

— Зачем ты ему вообще отвечал.

Цзянь Чэнь обнаружил, что вся длинная переписка состояла из таких же реплик, — и без того порозовевшие после душа уши покраснели ещё сильнее.

— Я просто подтвердил, что это правда. Разве это считается ответом.

Волосы под феном уже почти высохли; Шэн Сюпин привычно наматывал каждую прядь на палец, продолжая сушить и следя за блеском и формой завитков.

Написал и Шэн Жань — правда, с гневными претензиями.

[Брат, я очень рад за вас с невесткой, что вы снова вместе. Но нельзя ли как-нибудь сделать так, чтобы невестка порвал всякие отношения с Цзянь Шо?]

[Я реально больше не могу]

А дальше шёл длинный перечень всех прегрешений Цзянь Шо.

Цзянь Чэню стало неловко, и он отправил в ответ голосовое сообщение, извинившись за брата.

Шэн Сюпин выключил фен, поправил пару прядей в идеально уложенной причёске и забрал телефон из рук Цзянь Чэня:

— Чего с ним возиться.

— Похоже, Сяо Шо и Сяо Жань не слишком ладят друг с другом.

— Плевать, ладят они или нет.

Шэн Сюпин снова устроился на диване и обнял Цзянь Чэня — от него исходил приятный аромат, пахли и волосы, и кожа, и одежда.

— Ты ведь ещё не мылся. Испачкаешь меня песком, — Цзянь Чэнь, однако, отстранился, подняв этот вполне резонный вопрос.

— Я ополоснулся, когда переодевался из плавок, и куртку сверху накинул.

Цзянь Чэнь всё же колебался. Песок — вещь мелкая, проникает буквально повсюду. Он только что принял душ и не горел желанием рисковать заново.

Делать нечего — Шэн Сюпину пришлось всё-таки пойти в душ.

【Оказывается, даже Шэн Сюпину сперва нужно помыться, чтобы обнять свою женушку】

【Ахахаха, да что такого в капле песка!】

【Цзянь Чэнь: низя】

Цзянь Чэнь достал собственный телефон — там тоже накопилось немало сообщений. Он лишь наскоро ответил Цзянь Шо и убрал телефон.

Потрогал щёку — показалось, что пластырь чуть смялся.

Порывшись в коробке, он нашёл новый и подошёл к зеркалу, собираясь заменить старый.

Стоило его отклеить, как что-то показалось странным: раны под ним, похоже, вообще не было.

Он придвинулся ближе, вгляделся внимательнее.

И наконец разглядел небольшую, уже слегка подсохшую отметину — довольно глубокую. Подобных ран он никогда прежде не видел, да и на царапину не похоже. Он задумался, что бы это могло быть.

Тогда Шэн Сюпин как раз целовал его именно в это место, а потом кольнуло резкой болью. А после, когда он вышел, и персонал, и другие гости, и даже режиссёр смотрели на него как-то очень уж красноречиво.

Цзянь Чэнь замер.

Медленно потянул руку и коснулся отметины.

Это был след от зубов.

Шэн Сюпин!

***

【У меня прямо чувство, будто картинка зависла】

【Плюс один — сколько уже они в такой позе сидят】

Вот только вечер, который после взаимного признания, казалось бы, должен был выдаться на редкость прекрасным, обернулся так: Цзянь Чэнь сидел на одном краю дивана, пластырь всё так же красовался у него на щеке, особенно заметный на нежной белой коже.

Шэн Сюпин же был сослан на маленький диванчик по другую сторону — и молча смотрел на Цзянь Чэня, не решаясь заговорить первым.

За окном ночь стелилась, точно вода; горячий источник тихо булькал пузырьками, над ним поднимался пар, будто нашёптывая о лёгкой тоске.

В комнате было так же тихо, как и снаружи.

После долгого противостояния Шэн Сюпин наконец заговорил:

— Больше не повторится.

Он-то думал, что после душа наконец обнимет Цзянь Чэня, а вместо этого, стоило выйти, — вот тебе и поворот событий.

— Ты ещё и обманул меня, заставив весь день ходить с этим пластырем. Если бы я сам его не отклеил, так бы ничего и не узнал.

— Больше клеить не буду.

【Ахахахаха, а почему тогда Цзянь Чэнь его до сих пор носит】

【Шэн Сюпин, между прочим, очень заботится о репутации Цзянь Чэня】

【Надо же было додуматься до пластыря — не гений ли он часом】

【Ночь любви дороже золота — может, вы там наедине поругаетесь? А нам покажите что-нибудь другое】

【Верьте в президента Шэна — он его точно успокоит】

— Дело не в этом. Прежде чем что-то делать, предупреждай меня заранее.

— Хорошо.

Что бы Цзянь Чэнь ни сказал, Шэн Сюпин соглашался со всем, точно бездушный бот, отвечающий в чате «принято», да ещё время от времени подбрасывал парочку комплиментов, преподнося виртуальный цветок или сердечко.

Тактика сработала на удивление хорошо — таким способом обычно усмиряют начальство. Цзянь Чэнь и правда простил Шэн Сюпина, и мир между ними был восстановлен.

Шэн Сюпин снова пересел ближе и обнял Цзянь Чэня.

— Завтра ещё раз посидим в источнике — сегодня и так весь день провалялись на пляже.

Цзянь Чэнь тоже прислонился к нему.

Тепло от соприкоснувшейся кожи медленно поднималось; каждый различал на другом тот же самый аромат геля для душа, а на свежей пижаме — ту же едва уловимую нотку стирального порошка.

Всё это витало в воздухе, и атмосфера постепенно наливалась двусмысленностью.

Они вдруг ненароком встретились взглядами, замерли на мгновение, а затем оба, будто сговорившись, повернули головы к камере на стене.

И снова, как ни в чём не бывало, Цзянь Чэнь поднял стоявший перед ним стакан и с деланой небрежностью коснулся его губами.

— Ах, а воды-то не осталось.

На губах повисла лишь единственная капля — сам стакан был совершенно пуст.

— Я налью. — Шэн Сюпин поднялся, глядя, как та самая круглая капелька на красивых губах Цзянь Чэня исчезает под движением языка.

【У меня стойкое чувство, что эта камера тут явно лишняя】

【Уже даже как-то неловко за такую церемонность — можно бы и забыть, что мы тут вообще есть】

【По моему многолетнему опыту, эти двое точно что-то задумали】

【Да занимайтесь уже своим делом, я из чистой доброты душевной готова выйти из трансляции】

【Плюс один】

Шэн Сюпин поставил стакан на место, и атмосфера в комнате слегка изменилась. Хотя оба как будто были заняты каждый своим делом, было очевидно: мысли у обоих витают совсем в другом месте.

Даже зрители забеспокоились за них — наперебой требовали закончить трансляцию пораньше и усердно засыпали чат сообщениями.

Добрых душ, впрочем, набралось немало, но происходило это лишь в одной-единственной трансляции — на ход всего шоу это никак повлиять не могло.

Так что Цзянь Чэнь продолжал, не отрываясь, смотреть в телевизор, а Шэн Сюпин — так же неотрывно — в планшет.

В ожидании, разделяемом всеми зрителями, часовая и минутная стрелки наконец совпали, и маленький красный огонёк на камере с тихим щелчком погас.

Оба на диване так и не пошевелились — будто вовсе и не ждали этого момента.

— Трансляция закончилась. — Цзянь Чэнь поднял взгляд.

— Угу. — Лицо Шэн Сюпина осталось невозмутимым.