– Здравствуй, Альбус. Знала, ты обязательно придешь.

Княжна в каждый приезд традиционно посещала Королевские ботанические сады Кью в Лондоне. Не брезговала, как некоторые снобы и маггловской частью парка. Особенно ей нравился Пальмовый дом. Величественная оранжерея из стекла и кованого железа построена простыми людьми в середине девятнадцатого века. Внутри можно увидеть одну из крупнейших в мире коллекций пальм, а также другие тропические растения. На высоте девяти метров устроена дорожка, позволяющая любоваться кронами деревьев. Вот именно тут ведьма подолгу и стояла, любуясь приятной глазу зеленью и наблюдая за посетителями.

– Здравствуй Мара. Давно не виделись. Прекрасно выглядишь.

Да, давненько они не встречались. Кощеева лет десять назад сложила полномочия старшего советника при МКМ. Устала участвовать в фарсе, гордо именуемом Великим Собранием магов. Мадам махнула сопровождающим. Двое телохранителей отступили, но продолжали внимательно следить за опасным волшебником. Дамблдор не решился подойти ближе и, как положено, поприветствовать даму. Кто этих диких русских знает, драться, нарушая Статут, он не собирался.

– А ты постарел.

Англичанин развел руками:

– Года.

– Не выдумывай. Ты по сравнению со мной желторотый мальчишка. Тебя разве родители не учили, не надо связываться с чернухой. Они только лишь обещают, мало того, ничего не дают, забирают силу и молодость неразумного контрактника. О душе бессмертной подумай.

– Тебе ли не знать, смерть – это не конец, а начало нового…

– Не надо мне рассказывать сказочки про новое приключение. Поверь, если не раскаешься, тебе путешествие не понравится. Не надо быть Оракулом, помирать будешь тяжело. Душа твоя попадет после тяжелой кончины в такие глубины мрака…

Оба надолго замолчали. Смотрели на красоту природы и были совсем не здесь. Дамблдор не хотел верить в сказанное ведьмой, но зерна сомнения она умудрилась посеять. Очень уж почва была благодатная. Гелли в последнее время всё чаще и чаще впадает в гневливое состояние, совершает одну за другой ошибки, которые ему, Альбусу, приходится исправлять.

– Зря ты во всем слушаешь его.

Мара ратовала за смертную казнь для Гриндевальда. Знающие понимали – он пропащий человек, с потрохами продался врагам рода человеческого. Но совсем не внезапно у Темного Лорда нашлись могущественные покровители. Те, кто любит чужими руками загребать жар. А что Альбус? Глупый заблудившийся мальчишка, даром что борода седая. Придумал любовь и окунулся в чувства с головой. В упор не видит, какой твари дарит верность.

– Ты тоже любила, должна меня понять.

– Не сравнивай! – смех ведьмы разнесся над кронами деревьев, словно перезвон колокольчиков. – Когда поняла – ему не помочь, без жалости вырвала из сердца любовь и лично уничтожила того, с кем была связана брачными узами.

Маленькая шпилька. Гриндевальд взял с любовника обычную клятву о ненападении, сам же и ей следовать не собирался. Не было меж ними хоть какой-то маломальской партнёрской связи. Пора бы снять розовые очки и подумать о себе.

– Знаю, тебе плевать на многомиллионные жертвы, сгоревшие в горниле войны. Тем более основная масса из них была простыми людьми, которых ты так сильно ненавидишь.

– Не правда! Я ценю любую жизнь. Ратую за сближение с магглами. Призываю отказаться от жертвоприношений животных. Магию крови...

– Прекрати. Мне на твои политические лозунги плевать. Себя не обманывай. Ты ведь и простецов ставишь на одну ступень с животными. Из-за них ты лишился семьи, страдал от презрения магов. Как же, сын преступника. Ату его, ату! Лицемеры. Ты аристократам мстишь за школьные обиды? Может, любовь к Геллерту и ни при чём?

– Ты не понимаешь. Время требует перемен.

– Ладно, спорить бесполезно. Мой тебе совет: скажи, где прячется Гриндевальд. Только не нужно петь, будто он сидит в Нурменгарде. Сосуд вы для него пытались вырастить? Можешь не отвечать.

Сначала чуть не искалечили сына Сириуса. Потом устроили игры со временем и опять нацелились на ребенка Блэка. Проще было взять мажонка у простецов или из гетто. Нет, конечно, Мара не одобряла таких ритуалов, но если у Гриндевальда нет выбора, нужно действовать разумно. Но Геллерт слишком амбициозен, хотел занять высокое положение в обществе. Его магглокровное происхождение бы не устроило. Надо же было бы много трудиться. Раскачивать силу, выгрызать себе место под солнцем. Но ведь это хорошо, был бы стимул для развития. Глядишь, и сумел бы многое исправить. Глупец. Он не понимает, что устал и ему давно пора уйти.

– Блэк доложил? – в голосе Альбуса отчетливо прозвучала досада.

– О, хочешь по старой дружбе дам еще один совет? Оставь в покое Блэка. Историю ты хорошо знаешь. Помнишь, что бывает, когда трогают Жнеца?

То, что ведьма знает про ритуал «Врата Аида» не так сильно напугало победителя Темного Лорда, информация о Блэке вызвала ужас. Врать Маре не было смысла. Он в красках представил, что случится после убийства посланника старых богов. Мир ждет Хаос: войны, эпидемии, природные катаклизмы. И первыми пострадают убийцы.

Жреца может ликвидировать без последствий только такой же избранный, которому приказал его господин. Найти слугу Бога сложно, но не невозможно, в другом проблема. Простым смертным не получится подкупить Жнеца, заставить шантажом или еще как-то воздействовать. Придется исключить гнилое семейство из их списков. И как этот грязный пес умудрился получить благословение?

– Вижу, до тебя не дошли мои слова. Артюша.

На мостках вдруг появился еще один волшебник. Молодой человек, одетый в маггловские ужасные синие штаны и кожаную куртку, в мгновение оказался подле Дамблдора. Необычные глаза будто заглядывали глубоко в душу Альбуса. В голове Великого Светлого начали мелькать картинки прошлого. Он понимал, что происходит, но не смог препятствовать легилименту. Не помогли годами выстраиваемые щиты и драгоценные артефакты, без которых маг и нужник не посещал. А всё его гордыня, считал себя всесильным. Почти никого равного ему и не осталось на Оловянных Островах. Кто уехал, а кто и голову сложил. Ещё вчера он праздновал победу, удалось выжить из Британии мага крови Валмора. Вот так, сидя на болоте, Важный Жаб забыл про остальной мир. Зато мир про него, как выяснилось, помнит.

– Готово, – произнес пошатнувшийся Артемий Морозов.

– Уходим, – приказала профессор Кощеева.

Ведьма обошла замершего англичанина, трое сопровождающих последовали за ней. Когда Альбус пришел в себя, никого на мостках не было. В воздухе остался знакомый цветочный аромат духов русской волшебницы. Как ни спешил, опоздал. А ведь очень хотел поговорить с закадычной соперницей.

– Почему ты не забрала у него Бузинную палочку? – поинтересовался у начальницы и подруги Долохов.

Антону пришлось изменить внешность, чтобы сопровождать Мару в Англию. Он же до сих пор находится в розыске как ближайший соратник Неназываемого. Колдун ухмыльнулся, вспомнил, сколько ему инкриминировали преступлений. Впору гордиться, как Создатель находился одновременно в нескольких местах. Долохов не был белокрылым ангелом, но того, что ему приписывали обыватели магической Британии не стал бы творить ни при каких обстоятельствах.

Учил только достойных. Следил, чтобы по глупости или из-за темперамента ученики не погибли в стычке с мракоборцами. К примеру, он не убивал наследников древнего рода Прюэтт. С какого бы Антону нападать на незнакомых парней. Он и во время рейдов никого не убил, даже случайных жертв не было. Калечил, не без этого. Так нечего неумехам лезть в бой. Считал: сопляки, валяясь на больничной койке, целее будут. После исчезновения Тома, анонимно отправил в Мунго подробное описание, как снять незнакомые колдомедикам проклятия.

Вроде Долохову не за что сочувствовать англичанам. Не раз его семья страдала от происков лаймов. Но ведь в противостоянии участвовали совсем молодые волшебники, почти дети. Грешно было мстить невиновным. Антон и не занимался непотребством. Выполнил приказ руководства и был таков.

– А зачем нам чужое? За использование божественных артефактов всегда наступает расплата. Мы таким образом ослабляем врагов. Помнишь, что случилось с твоим лордом?

Долохов поморщился. Он, хоть и давал клятву и позволил поставить метку, господином Реддла не считал, того же мнения была магия. Искренне дружил с Томом. Отговаривал его от сводящих с ума ритуалов, рекомендовал избавиться от кольца с Воскрешающим камнем. Том спрятал кольцо, но было поздно. До сих пор Антон винит себя. Мало сделал, не смог достучаться до упрямого друга. Теперь его целью было помочь Реддлу правильно уйти за Грань. И, надо сказать, подвижки в деле были. А теперь и Блэк в должниках оказался. С помощью Сириуса он точно справится с задуманным.

– Люди устали ждать справедливого возмездия. Надеюсь, скоро поймаем Гриндевальда. Артемий, удалось узнать, где скрывается крыса?

Мара не собиралась прощать Гриндевальду убийство семьи правнучки. Все же личный интерес у ведьмы стоял на первом месте, и только потом – чаяния справедливости для пострадавших от режима Третьего рейха.

– Да, узнал. Хотя и было очень трудно. Ваш Дамблдор медленно, но верно сходит с ума. Это надо было постараться, чтобы словить столько откатов. Частые Империо и Обливиэйты тоже не пошли на пользу. Но действовать нужно быстро. Гриндевальд же чует опасность, словно зверь лесной. И предсказатель у них прикормленный имеется.

– Ничего, мы тоже не лыком шиты. Я прикрыла нас от видящих.

– В прошлый раз ты говорила то же самое, – проворчал Артемий.

Морозову было грешно жаловаться. В таких поездках он постоянно практиковался в чтении мыслеобразов, что помогало семимильными шагами двигаться к поставленной цели. Он собирался в ближайшие десять лет получить высший ранг мага-менталиста. Дома так не разгуляешься, быстро окажешься в остроге, где-нибудь далеко на севере. Хватит с него трех лет заключения. Не добрая госпожа, так бы до сих пор и чалился.

Кощеева оскалилась, заставив видавших и не такое сопровождающих отшатнуться.

– Они совершили ошибку. Играть со временем чревато. Мироздание само избавится от злокачественной опухоли. А мы будем наготове. Пока же навестим Блэков.

Мадам Кощеева оказалась права. Никто ей препятствий не чинил. Больше того, в зал прибытия дорогую гостью пришел встречать сам министр с помощниками. Кроме того, целительницу из России на выходе из отдела таможни караулили страждущие помощи. И как люди прознали?

Одна ведьма из Аврората, к своему стыду, не знаю её имени, упала перед Марой на колени и слезно умоляла помочь дочери. И легендарная волшебница не отказала. Обещала на днях принять всех в Мунго. Точная дата и время будут опубликованы во всех газетах. Спросить, а когда же она посмотрит Рега, не решился. Мара будто мысли прочла. Остановившись напротив транспортного камина, сказала:

– Мистер Блэк. Мне нужно посетить одно место, встретиться со старым знакомым. К вечеру будем у вас и сразу же приступим к лечению.

– Будем с нетерпением вас ждать.

Матушка уже подготовила гостевой дом. Рассчитываю, Кощеева не откажется поселиться у нас. В успехе лечения не сомневаюсь и поэтому всю голову сломал. Не знаю, чем её отблагодарить. Драгоценности и деньги после посещения Аркаима кажутся чем-то совсем незначительным. Вся надежда на родственниц, от патриархов помощи не жду. Деды только высмеют нерадивого главу рода. Так и слышу Арктуруса:

– А вот в наши времена …

Мара прибыла в «Шепчущие холмы» как раз к ужину. Милостиво согласилась погостить у нас. Матушка было заикнулась о том, что неприлично женщине жить в одном доме с посторонними мужчинами. Кощееву сопровождают Долохов, Морозов и молчун Астафьев.

– Дорогая Вальбурга. Моей репутации уже ничего не навредит. А мальчики мне в праправнуки годятся. Артюша вот хоть и дальняя, но родня.

Проглотил вопрос насчет возраста. А ну как обидится. Да и неважно это. Я ведь не жениться на ней собрался.

– Могу ли я посмотреть на вашу работу? – с затаенной надеждой поинтересовался мистер Шоу.

Ага, заметил, как недовольно поджала губы матушка. Значит, она не так и равнодушна к Зигфриду. Не понимаю, для чего столь отчаянно несколько лет держит дистанцию. Никто бы не посмел её осудить. Вылечим Рега и вдвоем с братцем насядем на маман.

– Смотрите, сколько душе угодно, – ответила Шоу Кощеева.

Про бокора мадам очень хорошо отзывалась. Сам-то он не очень любит рассказывать о себе. Больше отвлекает напускным восхвалением своих талантов. Антонин поведал: Зигфрид воевал на стороне Сопротивления. Самим Гриндевальдом был объявлен как враг номер три. На первых местах, естественно, у фашиста стояли русские. Кстати, за голову деда Сигнуса была объявлена награда в пятьдесят тысяч галлеонов. И в наши времена большие деньги, а тогда, в голодные года, это было целое состояние. Дедушка погиб в сорок четвертом, немного не дотянул до победы. Спасая отряд, пожертвовал собой, использовал Адское Пламя, уничтожил преследователей и сам сгорел. Не досталась врагам его голова.

По моему мнению, Зигфриду и смотреть было не на что. Мадам Кощеева, будто играючи, вернула мне брата. Я думал, Мара проводит диагностику, на самом деле она сразу начала работать. Никакой подготовки не было. А как же пост, омовение, ритуальные одежды и черчение сложных фигур?

– Ей не нужны костыли, – благоговейно прошептал бокор.

Ведьма нетерпеливо махнула, приглашая меня подойти к постели брата.

– Вливай магию. По капле. Знаю, ты сможешь.

Мара протянула мне ритуальный кинжал. Да, так правильно, через кровь лучше получится передать энергию. Сделал надрез на тощей ладони Рега, полоснул свою и соединил раны. А теперь спокойно, как и сказала целительница, по капле отдаю магию. Иначе слабые и повреждённые магоструктуры Регулуса не выдержат.

Сколько длилась передача магии, не расскажу и под пытками бога Боли... Прикусил язык, не стоит произносить его имя всуе. В какой-то момент в глазах потемнело, я пошатнулся. Тут же на мои плечи опустились теплые руки мамы. Щиты пали, и колкая холодная магия Кощеевой начала впиваться в уставшее тело сотнями ледяных иголок. До крови прокусил губу, горячий ручеек потек по подбородку. Давай, держись. Ведьме тоже тяжело, на высоком лбу женщины выступили бисеринки пота, руки подрагивают.

Придала сил метаморфоза, начавшая происходить с братом. Это было настоящее волшебство. Ужасную внешность старика будто бы стерли мокрой тряпкой. Волосы заблестели вороновым крылом. Морщины исчезли, тело налилось жизнью. Рег… Регги выглядит таким, каким я его запомнил.

Брат глубоко вдохнул и резко сел. Он явно понимал, что находится в безопасности, но незнакомые люди его заставили напрячься. Я крепко пожал его руку, порезы на ладонях сами собой затянулись. Наши взгляды пересеклись. Родные глаза заблестели, по щеке Регулуса потекла крупная слеза. Представить не могу, что ему довелось пережить.

Спойлер. В следующих главах. Мара отправиться лечить Ричарда Лестрейнджа. Долохов сделает Блэку предложение, от которого тот не сможет отказаться. Сириусу и его друзьям придется с риском для жизни помогать Антонину.