Традиционно собрались у Арабеллы и Мундунгуса. И раньше деревенский дом был уютным, но любимой женщине Флетчера удалось несколькими штрихами создать атмосферу комфорта и безопасности для каждого из нас.

Мне нравится удобное кресло, стоящее у камина. Фрэнк предпочитает сидеть на широком подоконнике. Барти и Вилли всегда занимают небольшую софу, установленную в нише. Гордон Синклер и Долорес привыкли располагаться за обеденным столом, так удобнее делать записи. Принц обычно трансфигурирует табурет и усаживается возле полок с книгами. Отдельной библиотеки в маленьком доме не предусмотрено, но собрание книг Флетчера внушает уважение. Малфой выбрал троноподобное кресло, прячущееся в тени монументального буфета. Хозяева перемещаются по необходимости от гостя к гостю. Сейчас пустуют кресла Лестрейнджей, вот их и предложили на выбор Долохову.

– Рассказывай ты, Блэк, – оскалился в привычной улыбке Антонин.

Превеликое спасибо. Ну и хитрый же этот русский. Если что, все шишки полетят в меня. А я тоже не пальцем деланный, хоть и гриффиндорец до мозга костей. Лови, дорогой ты мой человек.

– Вот этот господин. Мистер Долохов, чувствуйте себя свободно, снимите личину. Здесь все свои, не побегут за щедрой наградой в Аврорат.

Ха, почти все состоят на службе в министерстве и обязаны бы доложить о разыскиваемом преступнике. А хозяева работают и на гильдии, и на правительственные структуры.

Антонин хмыкнул, по достоинству оценив юмор. Красуясь расстегнул пуговицы на вороте рубашки, вытянул цепочку с медальоном, являющимся артефактом личины. Как только сердцевина кулона с характерным щелчком повернулась на сто восемьдесят градусов, невзрачная внешность сменилась хорошо узнаваемой физией Долохова. Не писаный красавец, но яркий и харизматичный, женщинам такие нравятся.

Заметил в глазах Долли азартный огонек. А Гордон что? Спокоен и совершенно равнодушен. Кажется, его чувства к прекрасной Долорес перегорели. Может, это и к лучшему. Слишком они разные, а возможно, наоборот, чересчур похожие. Оба для меня, несмотря на долгую дружбу, так и остались загадками.

– Прошу не перебивать. Врезать по морде нашему гостю ещё успеете.

Сам удивился, как складно получилось изложить суть просьбы русского мага. Сделал акцент на возможность происков врагов, которые могут воскресить настоящее чудовище. Пока умники размышляли, Лонгботтом обратился к Антонину:

– Не дадите ли вы нам несколько уроков, мистер Долохов. Беллатрикс Лестрейндж отзывалась о вас как о боевике непревзойденного уровня.

Ага, не за бесплатно же мы должны работать. Ведь про подвиги никому будет нельзя рассказывать, не занесут за великое деяние благодарность в личное дело, не получим медалей и прибавки к пенсии. Ни у кого из нас нет нужды в деньгах, но основной массе авроров после ухода в отставку приходится затягивать пояса. Наставник ушел на покой, живет на накопления семьи. Выплат министерства хватило бы на жалкое существование. На одни только зелья сколько средств ежемесячно уходит. Мы, конечно, по мере возможности помогаем, но Грюм гордый, часто отказывается от помощи.

– А мне бы хотелось побеседовать с мадам Кощеевой, – скромно попросила Вилли Крауч.

Сивилла без сожаления рассталась со знаменитой фамилией. Она не любит пристального внимания. Тем более её даром так жаждут попользоваться проходимцы всех сортов: от любителей делать ставки до всяких самопровозглашенных лордов. С Дамблдором чуть ли судиться не пришлось. Альбус взял на работу на должность профессора прорицаний неизвестную, крайне подозрительную личность, в документах прописал имя нашей Вилли. И ведь скользкая скотина, успел подчистить хвосты. Когда в Хогвартс прибыла проверка, никакой преподавательницы Трелони и в помине не было. Уж какая афера задумывалась с участием провидицы, приходится только гадать.

Знаю, по какой причине Вилли жаждет встречи с Марой. У нее после свадьбы расцвело буйным цветом семейное проклятие Краучей. Порча оказалась не по зубам мистеру Шоу. Сивилле опасно беременеть. Либо не выносит дитя, либо погибнет в родах. Матери Барти повезло, её гадость почти не коснулась. А наследники требуются и для Краучей, и для Трелони. Даже если Барти и Вилли не будут делать попыток завести детей, проклятие с годами подточит здоровье ведьмы. В лучшем случае станет сквибом.

– И потренирую, и встречу с госпожой организую.

А вы сегодня, Антонин, щедры, как никогда. Опять засвербело сомнение. Если не обманет, то попадем в приключение, как бы не похлеще древнего храма. Постарался задвинуть подальше переживания и спросил:

– Так какие мысли будут насчет крестража?

Первым взял слово Долохов:

– Том был до болезненности амбициозным и тщеславным человеком. Для создания матрицы использовал ценные предметы с историей.

– Нашел реликвии Основателей? – хмыкнул Фрэнк.

– Зря иронизируете, мистер Лонгботтом. Первый крестраж – это гримуар самого Темного Лорда.

Присутствующие прониклись. Маги давно перестали создавать гримуары, в простонародье именуемые ведьмовской книгой. Нужно творить слишком сложные ритуалы, тратить массу сил и времени. Не выйдет использовать заемную магию, маг обязан проливать свою кровь и тратить свою энергию. Выкладываться под ноль волшебники не любят. Раньше валяться с истощением было опасно, сейчас многие просто ленятся.

Тяжело создавать артефакт, зато и результат очень вкусный: энергоемкие заклинания, внесенные в книгу, тратят меньше магии. Гримуар действует как идеальный накопитель. Впитывает остаточную магию при использовании сложных чар. Позволяет черпать энергию из книги в критических ситуациях, к примеру, когда нужно кастовать площадные заклинания. Синхронизируется с волшебными палочками, усиливая их резонанс. Служит проводником для духов или фамильяров.

И, пожалуй, самое главное: фиксирует не только текст, но и эмоции, визуальные образы, тактильные ощущения от применения чар и ритуалов. Позволяет создавать новые заклинания через комбинацию существующих формул, генерирует метафорические подсказки для решения сложных магических задач.

Гримуар – не просто сборник рецептов, а живой магический организм, сочетающий функции хранилища, наставника, защитника и соавтора. Его ценность растёт со временем, превращая книгу в фамильную реликвию или ключ к могуществу. К последнему и стремился Темный Лорд.

Хм, кажется, некоторые задумались и, после завершения сумасбродной операции, попытаются создать свою ведьмовскую книгу. Я точно ещё не созрел для подвига. Возможно, лет так через двадцать попробую.

– Второй хоркрукс – это кольцо главы рода Гонт. Чем оно особенно? Его украшает Воскрешающий камень. Согласитесь, легендарная вещица.

– А сколько вообще крестражей? – спросила Арабелла. – Мне уже как-то не по себе.

– Планировалось шесть хоркруксов. Его душа была седьмой частью, – Долохов спокойно сообщил то, что у относительно нормального человека в голове не укладывается.

– Теорема Бриджет Венлок? – больше утверждая, а не спрашивая, произнес Барти.

– Да. Том имел мастерство в нумерологии.

Я особо не углублялся в этот, несомненно, важный предмет магической науки, но про свойства семерки осведомлен. Венлок создала теорему о магических и защитных свойствах числа семь. Волдеморт, вероятно, верил, если создать нужное количество филактерий, то он получит максимальную неуязвимость.

– Так понимаю, следующими были реликвии Основателей? – включился в беседу Синклер.

Тони поблагодарил Арабеллу за кофе и ответил Гордону:

– Верно. Медальон Салазара Слизерина, чаша Хельги Хаффлпафф. Последний…

– Утерянная диадема Ровены Рейвенло. Потрясающе! – воскликнула Долорес.

Антонин пожал плечами:

– Вполне возможно.

– Вы не уверены? – удивился Мундунгус.

– Нет. Перечисленные я нашел и припрятал в надёжном месте. А с пятым дело застопорилось.

Гордон чиркнул что-то в свитке, поставил точку:

– Будем считать, в Хогвартсе спрятана филактерия, являющееся обручем Ровены.

Ну не скотина ли Реддл? Столько бесценных артефактов загубил. Не представляю, что нужно сделать, чтобы без вреда их очистить. Лучше уже сразу попрощаться с шедеврами. Окинул взглядом присутствующих и задал вопрос:

– Антонин, а что Неназываемый планировал превратить в шестой крестраж?

– Сложно сказать, перед исчезновением Том стал очень скрытен. Реддл искал давно утерянный артефакт – хроноворот небывалой силы. Слава богам, не нашел. В этом я точно уверен.

У меня волосы на затылке зашевелились. И не только у меня. Синклер, Амбридж и Крауч помнят американские приключения. Валмор спрятал от всех хроноворот или приберег его для воскрешенного Волдеморта? А может, он бессовестно воспользовался наработками Реддла. Какими, пока не ведаю. Что ни говори, Том был гениальным ученым, не только откровенной чернухой занимался. Ведь так и неизвестно, кто упокоил Темного Лорда и самое главное, где.

С того злополучного Самайна не оставляю дело Поттеров. Чем дольше изучаю, тем больше убеждаюсь: не было Волдеморта в Годриковой Лощине. Когда-нибудь недостающие части пазла найдутся, и я разберусь с причастными к смерти Лили. Даже если милая Лилиана добровольно легла на алтарь, убью того, кто её обманул. Мы с Гарри заслуживаем знать правду и имеем право на месть.

Началось обсуждение, где может быть спрятан артефакт. Тут уже молчавшие Принц с Малфоем присоединились. Вариантов оказалось не так и много.

– Если в Тайной комнате, то нам его не достать, – огорчил команду Люциус. – Последний змееуст погиб, сами знаете когда.

Про Гарри ни за что не скажу. И не подумаю втягивать в опасное предприятие ребенка.

– Ну почему же, – добродушно улыбнулся Долохов. – У меня есть парочка надежных магов, говорящих на змеином языке. У нас страна большая, каких только талантов не встретишь.

Я обратился к миссис Крауч:

– Что скажешь, Вилли?

– Пока мало данных. Но то, что вижу, совершенно не похоже на подземелья. Обитель Слизерина, на сколько мне известно, расположена на нижних уровнях замка.

– Радует. Антонин, не придется привлекать твоих змееустов. Чем меньше посвященных, тем лучше.

Тони ухмыльнулся, мол, хозяин-барин, и мне меньше мороки.

– Известно ли, когда Реддл в последний раз посещал школу? – задал правильный вопрос Флетчер. – Можно просчитать его маршрут.

Долохов собирался ответить, но через стену влетел незнакомый патронус в виде здоровенного медведя. Заговорил голосом Морозова. Символично. Какой хозяин, такой и защитник.

А вот новость была не из приятных. Возникли проблемы у мадам Кощеевой. Вчера Мара исцелила Ричарда Лестрейнджа, сегодня отправилась в Мунго. Ума не приложу, что могло произойти на нейтральной территории.

– Извините, продолжим обсуждение в следующий раз, – Антонин резво вскочил.

– Аппарировать со двора можно?

– Да. Пойдемте, провожу, – Флетчер заспешил к выходу.

Пожалуй, и мне стоит посетить лекарню.

– Я пойду с тобой.

Вилли и Барти синхронно поднялись. Крауч заявил:

– И мы. Поддержка Отдела Тайн не будет лишней.

Это точно, против серых балахонов мало кто готов выступить. А Бартемиус имеет большой вес в структуре невыразимцев. Самый молодой руководитель научного подразделения, не книзл чихнул.

Потребовалось немного времени, чтобы понять суть проблемы. Мадам Кощеева, согласовав с руководством клиники проведение благотворительной акции, прибыла для оказания помощи страждущим. Яснее ясного: её методы хоть и не носят откровенно тёмный характер, всё же на территории Англии запрещены. Из года в год целители штурмуют Визенгамот и Палату Лордов, требуя снять дурацкие запреты. Уж сколько было сломано копий, а воз и поныне там. Как снимать проклятия, если ты сильно ограничен в методах лечения. И такое безобразие творится повсеместно, не только у лекарей.

Два месяца назад случилось ЧП, произошёл спонтанный подъём мертвецов на Хайгейтском кладбище. Причём на маггловской части. То ли так звезды встали, то ли юный одаренный баловался. Так нам пришлось почти неделю возиться, уничтожая разбежавшуюся нечисть. А один некромант за час бы управился. Но, сука! Запрещена у нас в стране некромантия.

Вот и тут произошел казус. При исцелении Марой использовались заклинания из раздела магии крови и некро. И все бы ничего, главный целитель, его сотрудники и пациенты на день сделались слепыми и глухими. В газете так и вовсе было напечатано: европейская светлая волшебница, знаменитая целительница ведет приём в стенах Мунго. Разве что к колдофото нимб и белые крылья не пририсовали.

Но нашелся урод, заявил в Аврорат о творящемся в стенах медицинского учреждения бесчинстве. Кстати, удалось найти стукача. Титус Тодд, лекаришка, по которому давно плачет метла. Столько на него от пациентов жалоб скопилось, уму не постижимо. Уволили бы, да работать некому. Ничего серьезного ему не доверяют. Вот, видимо, и взыграла обида. Его-то не ценят, а какую-то иностранку привечают.

Теперь перед начальником Аврората стоит дилемма. Нельзя не отреагировать на заявление гражданина, и хватать за надуманное преступление подданную чужого государства совсем не комильфо. Сколько сегодня посетило мадам Кощееву представителей того же Аврората? Много. Я, к примеру, записал на приём и заставил явиться на консультацию Аластора Грюма. Мара наотрез отказалась брать за лечение плату. Мол, того, чем отдарился, хватит с лихвой.

– Где этот паршивец Тодд? Я его собственными руками удушу! – не на шутку разбушевался целитель Сметвик.

По суровому виду остальной братии в лимонного цвета мантиях, все без исключения согласны с коллегой. Команда оперативного реагирования тоже не в восторге. Целителей вообще-то не принято трогать.

Сердобольные медиведьмы обеспечили Мару горячим травяным чаем и пирожками. Кощеева сильно выложилась, такой бледной я её ещё не видел. Я растолкал толпящихся, поставил перед ведьмой флакон укрепляющего. Она подняла голову, вымученно улыбнулась.

– Северус готовил, за качество отвечаю.

– Спасибо, Сириус. Пожалуй, не откажусь.

Тем временем разборки продолжались. Подтянулись и люди в больничных пижамах. Как бы не набросились с кулаками на служивых. И где же носит начальство?

– Не переживай, Блэк. Станет слишком горячо, используем портключ, – тихо проговорил Долохов.

Хм, уже убедился, у русских такие портключи, аппарационный барьер не станет помехой. Благо, своими наработками не торгуют. Вернуться пройдоха сумеет. Как-то же Антонин нашел ухоронки Волдеморта. Действовал сам, без посредников, это точно знаю. До сих пор не пойму, для чего ему понадобился я. Он и без нас бы догадался, чем является последний хоркрукс, и в Хог бы проник без посторонней помощи. Есть какое-то двойное дно в его просьбе, и это, безусловно, беспокоит.

Наконец-то явился Скримджер, сияющий в ареоле силы. Ему без труда удалось разобраться с проблемой и разогнать толпу. Если коротко, никаких преступлений тут не совершалось, дурень Тодд по скудоумию увидел тёмную магию там, где её не росло. Руфус с удовольствием переключился на гостью, рассыпался в извинениях и облобызал подставленную ручку.

– Прекрасная леди, очарован.

И чего это кошмарный начальник хвост распушил? Один в один малфоевский павлин. Мара смотрела на него с интересом и толикой сочувствия. Я бы тоже не поверил сладким речам. Женщина устала, прическа растрепалась, под глазами залегли тени, побледнела что твой вампир. И зелье не помогло. Хотя, о чем это я. На фоне русских Кощеева далеко не красавица, а вот для англичан ведьма – эталон женственности. Скримджеру, конечно, давно пора жениться, но чтобы подкатывать к такой волшебнице, надо быть очень смелым или совсем отбитым на голову.

И вот сам не пойму, как Руфус оказался приглашенным на ужин. Сколько лет служу под его началом, не могу предсказать, что этот человек выкинет в следующий момент. Поэтому сидел за столом, как на пороховой бочке. Что ел, что пил и о чем велась беседа, не запомнил.

– Да, а у нового поклонника Мары серьёзные намерения, – тихо проговорил Морозов. – Чую, мистер Скримджер просто так не отступится.

– Упрямства у Руфуса не отнять.

А не обратиться ли к нему с просьбой выманить Дамблдора из Хогвартса? Естественно, операцию станем планировать на время каникул. Обычно на Йольские праздники в школе остается мало студентов, соответственно, и преподаватели большей частью разъедутся по домам. Лучшего времени не придумаешь. До лета всякое может случиться, не стоит откладывать. Завтра и навещу начальника. Давно он меня с отчетами не видел.

Спойлер. В следующих главах. Узнаем, что ждет команду авантюристов в Хогвартсе и куда отчаянных друзей занесет на этот раз.