Иногда на то, чтобы рухнули вообще все планы на будущее, требуется совсем немного времени.

        Локомобили стояли на парковке аэропорта всего часа три, когда в районе въезда поднялась суета, а через несколько минут туда же неспешно въехал самый настоящий бронетранспортёр.

        Потрёпанная лягушка о восьми колёсах, вот на что больше всего походила эта махина.

        Потом у «лягушки» выбило днище… Простите, отвалилась попа… Эм… Ладно, открылась задняя аппарель, откуда выпрыгнул человек в военной полевой форме, с военной выправкой, с волевым лицом и с крайней степенью усталости в глазах.

        Всё это отметил Эллиот, которому скрепя сердце и скрипя зубами пришлось сторожить колонну и чужачку вместо того, чтобы сопровождать хозяина. С людьми обязательно должен был оставаться хотя бы один оборотень. К сожалению, альфа Дерек обязан присутствовать при общении с начальством аэропорта, а змея-Питер в таком разговоре определённо полезнее Эллиота. Утешало только одно: оба Хейла в первую очередь будут защищать Стайлза.

        Следом за первым военным из бронетранспортёра вышел второй, пониже рангом, судя по их взаимодействию. Аппарель закрылась, а двое новоприбывших отправились следом за сопровождающим в главное здание аэропорта, туда, где прямо сейчас проходило совещание.

***

        Капитан ВВС США Уорен Джейн Фишер сидел перед всеми с прямой спиной и решительностью во взоре.

        – …Международное сообщество выразило готовность объединиться для тщательной зачистки некросов, – вещал он чётким поставленным голосом.

        – Почему именно сейчас? – спросил Стайлз. – Почему не пять лет назад или не подождали ещё пару десятилетий?

        Капитан Фишер перевёл на пацана тяжёлый взгляд. Этот вопрос, зачастую в гораздо более грубой форме, он слышал не в первый и наверняка не в последний раз. Так или иначе его задавали все базы выживших, через которые он проходил. Удивляло лишь, что спросил совсем зелёный юнец, и это никого не смутило.

        – Между странами, как всегда, существуют сложности в общении, особенно теперь, с фатальным ухудшением связи. Но три месяца назад учёные по всему миру отметили стихийную мутацию некросов.

        – Некросов? – переспросил Логан. Понятно, что речь о зомбаках, но почему так… по-геймерски?

        – Изначальным научным названием было «субъект с синдромом постмортальной моторной гиперактивности» или ПМГС, – тут же переключился капитан. Ответы на вопросы давно отскакивали от зубов, что не мешало испытывать из-за них лёгкое ощущение несварения. – Позже взяли другой термин: «носитель тотальной некротической инфекции ЦНС», так исходный вариант ходячего мертвеца до сих пор указывается в документах. Мутировавшей форме дали условное имя «некрогелиотроф». Слово «некрос» стало обиходным кратким именованием нашего общего врага, оно перекочевало в международное обращение.

        – То есть власти выползли из своих нор только потому, что уроды научились питаться солнечным светом? – зло хмыкнул Логан.

        – Это оказалось последней песчинкой на чаше весов, – сухо отчеканил капитан Фишер. Спорить по поводу нор он отказывался. Опыт призывал не вестись на провокации. – Учёные выдвинули теорию, что нынешние изменения могут стать лишь первыми из целого каскада непредсказуемых мутаций. Что будет дальше, инфицирование воздушно-капельным путём? Укрепление скелета, включая череп, до точки непробиваемости из крупнокалиберной винтовки? Пробуждение разума? Все страны осознают опасность и готовы предотвратить ухудшение ситуации. Либо мы прямо сейчас уничтожаем некросов, либо человечество заканчивается на этой планете как вид.

        Все в комнате прекрасно поняли, что «все страны» в тираде следует заменить на «крыс родного правительства». Озвучивать перевод, к незримому облегчению капитана Фишера, никто не стал.

        – И чего же конкретно вы хотите от нас? – Стайлз привычно взял разговор в свои руки. Только высказавшись вслух, он внезапно осознал, что профдеформация эмиссара стаи его всё же нагнала.

        – Правительство США будет радо любой помощи в уничтожении некросов, которую ваша база сможет оказать своей стране, – решительно заявил капитан Фишер.

        – То есть у вас нет для нас конкретных задач? – уточнил Майкл Корнфлауэр. С появлением капитана Фишера он, к удивлению Логана, словно забыл о своей одержимости.

        – Все аэропорты, находящиеся в приличном состоянии, рассматриваются как потенциальные точки переброски войск, – сообщил капитан. – В Юте ваш аэропорт один из самых хорошо сохранившихся, если не лучший, стране необходимы такие ресурсы. Я предполагаю, что у вас должно быть устройство спутниковой связи.

        Стайлз моргнул, склонив голову к плечу. Ему очень хотелось спросить, что случилось с местным военным аэродромом. Его потеряли и теперь собираются отвоёвывать с этого направления? Учесть стоило, вмешиваться – определённо нет.

        Как хорошо, когда СДВГ не давит на мозги и не развязывает язык. Сколько лет Стайлз здоров, а всё равно периодически радуется.

        – Устройство есть, – подтвердил директор Корнфлауэр, – но оно полностью обесточено.

        О том, что благодаря калифорнийцам он при желании мог бы его зарядить да хоть от той же туристической солнечной панели, Майкл предпочёл промолчать. Он тоже понимал, что их хотят использовать. Что спокойный, мирный медицинский университет теперь может оказаться похороненным проектом. Что ещё вопрос, привезут ли военные с собой провизию или именно Лейксайду, едва вышедшему из голодных лет, придётся кормить кучу народу.

        Майкл, возможно, был не в себе, но уж точно не дураком.

        – Я уполномочен оставить устройство спутниковой связи вместе с зарядным устройством, – кивнул капитан Фишер. – Мой инженер поможет подключить его к вашей антенне или, если все подходящие антенны вышли из строя, соорудить новую.

        – Я думаю, нам нужен более основательный разговор на эту тему, – вклинился Логан. О, да, уточнить им было ещё много чего, вот только… – Вряд ли этот разговор будет интересен другим нашим гостям.

        Дерек еле заметно дёрнул бровью. Питер молча запомнил. Стайлз легко улыбнулся собственным мыслям.

        – Мои люди будут рады отдохнуть некоторое время от дорожной тряски, – вежливо ответил капитан Фишер, тоже сразу уловивший подтекст. – Но я бы хотел так же поговорить с представителями калифорнийской базы.

        – Мы уезжаем завтра в полдень, – сообщил Дерек. Полученные новости не позволяли задержаться на запланированные три дня.

        – Так что разговор либо сегодня вечером, либо завтра утром, – сразу добавил Стайлз, вызвав очередное подавленное замешательство у капитана Фишера, который знал, что именно Дерек является главой дружественной Лейксайду базы. Глубоко веривший в субординацию, он не мог понять поступающих противоречивых сигналов.

        – Я не займу у вас много времени, – в итоге кивнул капитан Фишер.

        Это всё не его проблемы. Он получит разведданные, передаст их в штаб, а там пусть аналитики ломают головы.

***

        – Страйкер, – постановил Джордан, глянув на фотографии. – Идиотская машина как для военного БТРа, проверено Ираком. Выкидыш отечественного автопрома, он только выглядит эффектно. Для современного поля боя с минами никуда не годится, а в качестве курьерской посудины – почему бы и нет, колёсный транспорт всегда комфортнее гусеничного. И здесь, видите? Тут должен стоять пулемёт, а у них вместо него спутниковая тарелка.

        Вокруг стола собрался полный состав Совета: Ноа Стилински, Грейс Бейкер, Майкл Гиббс, Аарон Мейси, Натали Мартин и, конечно же, Дерек Хейл. К ним присоединились Эллиот (в качестве свидетеля), Стайлз, Питер и даже Джордан (как бывший военный, побывавший в горячих точках).

        – Их было пять человек, – добавил Эллиот.

        – Это точная информация? – посмотрел на него Ноа.

        – Гарантирую как квалифицированный волк, – фыркнул оборотень.

        – Три члена экипажа, капитан и его адъютант, – предположил Джордан. – Тесновато им в этом гробу приходится.

        – Насколько вероятно, что это действительно представители правительства? – Аарон постучал пальцем по кромке стола, не касаясь сенсорного экрана.

        Джордан не стал торопиться с ответом. Он ещё несколько раз прокрутил полученные командой Дерека фотографии и видеоролики, что-то увеличивал, что-то замедлял. В итоге покачал головой.

        – Это совершенно точно кадровые военные, – поделился он своими выводами. – Находились в строю все последние годы. Я повидал достаточно солдат, ушедших на гражданку, это сказывается при любых условиях, а здесь… – Джордан размял рукой затёкшую шею, – здесь непрерывный стаж. Дальше. Управлять бронетранспортёром довольно просто, наука нехитрая, но вот этот разворот, видите? И ход. Так двигаться позволяет только долгий опыт, причём именно в действующей армии, гражданские так просто не делают. Не потому что сложно, а... – Джордан поискал слова.

        – Мы поняли, – прервал его Ноа. – Спасибо, Джо. На выходе это нам даёт действующую военную базу.

        – Действующую военную базу с хорошим оснащением, – дополнил Джордан. – Эта штука всё-таки полноценный бронетранспортёр, семнадцать тонн в самой минимальной комплектации, а из того, что я вижу, тут тонн двадцать, не меньше, значит, жрёт дизель как не в себя. Видите, вот тут бронированные чехлы, наверняка для канистр с топливом, это уже доработка под современные задачи. То есть как минимум дизельное топливо всё ещё производится. К тому же, у нас в части Страйкер не любили ещё и за то, как часто у него лопались шины, стоило превысить нагрузку, а это значит большой склад, если не завод. Видите, какой бывалый корпус и какие новенькие колёса?

        – Это называется новенькие? – усомнилась Грейс. На её взгляд, шины были под стать всему остальному ужасу долгого пробега по пересечённой местности в любую погоду.

        – Согласен, шины относительное новьё, – увеличив пару фотографий, подтвердил Майкл.

        Натали предпочла промолчать. Она в шинах не разбиралась.

        – Посмотрите хотя бы на рельеф протектора, – указал Джордан. – Износ… – он огляделся, вздохнул, свернул фотографии. – Ладно, неважно. Мой вывод: как минимум сильная военная база с собственными складами, минимум одним производством и доступом к военным спутникам связи. Насчёт правительства, тем более международных договорённостей, ничего не скажу.

        – Нам придётся это выяснить, – сосредоточенно проговорил Дерек.

        На несколько секунд все взгляды с лёгкой растерянностью переместились на альфу. К разговорчивому Дереку Хейлу Советники не привыкли.

        – Согласен, – откашлявшись, сказал Ноа. – Кто может предложить решение?

        После непродолжительного молчания собрание начало мозговой штурм, выдвигая предложения разной степени реалистичности.

        Эллиот, осознавший, что его роль в собрании закончена, подхватил Джордана под локоть и тихо удалился из зала. Их исчезновения никто не заметил.

        – Махилани может взломать систему спутниковой связи? – в итоге предложила Натали Мартин.

        – Наш юный талант, – воодушевился Аарон Мейси, тут же внося пункт в файл планирования. – Обязательно стоит спросить. Если что, я подыщу для его нужд любую требуемую аппаратуру.

        – Если получится, понадобятся люди для прослушки, – добавил Ноа, – я организую.

        – Хорошо бы проследить за действиями военных, – задумался Питер, которого не звали, но который как всегда просочился за Стайлзом, – действительно ли по всей стране идут так называемые зачистки или это лапша на уши для самых доверчивых?

        – А хорошая мысль, – Майкл стукнул кулаком по открытой ладони. – Заодно поможет оценить задействованные силы. Вот только как это сделать-то?

        Питер тонко улыбнулся, чуть заметно облокачиваясь на плечо Стайлза. Тот, уловив намёк, тяжело вздохнул.

        – Корвин умеет летать, – поднял руку хозяин своры.

        – А ведь точно! – обрадовался Майкл. – Ну кто в здравом уме заподозрит ворона в слежке?

        – Если они что-то знают об оборотнях… – с намёком высказалась Грейс, не став заканчивать мысль.

        – Если они что-то знают об оборотнях, – аж второй раз подряд заговорил Дерек, – то тем более ничего не заподозрят. Полный оборот в животное – очень редкий наследственный навык. Не все верят в его существование.

        Ноа молча посмотрел на альфу. Насколько он знал, все оборотни города владели тем самым полным оборотом. Это… вызывало новые вопросы, для которых сейчас было не время.

        – Кхм, – прочистил горло шериф. – Я возьму карту и составлю предпочтительный маршрут. Только, боюсь, это будет долгий забег, по всем штатам.

        – Оборотни сильнее и быстрее обычных животных, Советник Стилински, – педантично поделился Питер.

        На чём полезные реализуемые мысли закончились.

        – Если всё это окажется профанацией, для нас ничего особо не изменится, – снова взял слово Аарон, – максимум предупредим наши сателлиты и партнёров, но что мы будем делать, если страна действительно твёрдо встала на путь возрождения? Нам присоединиться? Спрятаться? Объявить себя новой карликовой страной?

        Зал снова погрузился в непродолжительное молчание.

        – Мы не можем присоединиться, – эти слова, как ни странно, исходили от Грейс.

        – Почему? – спросил Ноа. У него было смутное впечатление, что это правда, но он не мог сформулировать, откуда оно у него взялось.

        Грейс глубоко вздохнула, провела пальцами по экрану столешницы и открыла статистику города.

        – Среди наших граждан непосредственно в городе проживает шестнадцать оборотней, в том числе младенец, – начала она перечислять, подсвечивая стилусом нужные строчки, – девяносто восемь представителей других рас, включая банши, слуа, тех же гоблинов. Точной статистики по фермам и сателлитам так сходу я не предоставлю, но навскидку одних вассальных оборотней больше сотни. Тридцать семь недавно присоединившихся друидов. Порядка двухсот магов разных направлений, причём это число плавающее, за счёт продолжающегося обучения и распределения отучившихся вовне. Количество лицензированных зельеваров ещё больше, нелицензированных кухонных – не поддаётся подсчёту.

        Советники недоумённо запереглядывались. Они, конечно, знали, что в городе много всякого, но впервые по-настоящему складывали эти цифры.

        – Не думаю, что стоит разъяснять, что у многих из перечисленных есть семьи среди обычных людей, – продолжила Грейс. Натали Мартин напряжённо сцепила пальцы, уже догадываясь, в какую сторону клонит Советник по здравоохранению. – А вот это, – Грейс перешла к файлам госпиталя и открыла несколько новых документов, – статистика по результатам ежегодной диспансеризации. Конкретно в этих графиках учитываются исключительно обычные люди.

        – Поясни, будь добра, – попросил Майкл, который до сих пор воспринимал графики как рябь в глазах.

        – Если коротко, то подавляющее число людей, проживших в городе больше года, – помассировала виски Грейс, – отличается очень хорошим здоровьем. Я бы сказала, что наши граждане от сорока лет и старше имеют шанс пройти физические тесты на космонавта. Прогнозируемая средняя продолжительность жизни именно людей, – главный врач города постучала по одному из графиков, – составляет сто пятьдесят лет, и это, я полагаю, ещё не предел накопительного эффекта. Мы все давно лечимся не просроченными лекарствами прошлого, а теми самыми зельями, иногда ритуалами, у всех есть амулеты для дома, работы или непосредственной ежедневной носки. На замену рискованной анестезии, которая, как ни крути, отрицательно сказывается на организме, пришли волшебные руки мисс Хауэр, нашей штатной медицинской волчицы. Вполне возможно, это не все факторы. А дети, – Грейс перешла к третьему файлe, – пусть детей за последние три года родилось не так много, учитывая численность населения, но в педиатрическом отделении ни разу не было зафиксировано не то что случаев синдрома внезапной детской смерти, даже банальные колики обошли младенцев стороной.

        – Ты хочешь сказать… – проговорил Ноа, который, кажется, тоже понял, в чём дело.

        – Мы аномалия, – кивнула Грейс. – Очень сильная, очень здоровая аномалия даже без стаи, своры и прочего. Если мы присоединимся хоть к кому-то, неважно, к кому именно, нас попытаются изучить, в том числе не самыми гуманными способами. По закону военного времени, – сардонически усмехнулась она. – Последствия понимают все, я надеюсь.

        – У нас очень много необычных приборов, – печально добавил Аарон после секундного молчания. – Мы получаем электричество из деревьев, мы перестроили систему водоочистных сооружений, у нас прорывные технологии в области плавки, формовки, в химических соединениях, даже в транспорте. Стоит оглянуться вокруг, обязательно наткнёшься если не на руну, то на самую настоящую техномагию. А наши посадки? Они невероятно продуктивны вплоть до истинного чуда Божьего, даже в плане горшечных растений. Мы уже на второй год Катастрофы добились не просто полного самообеспечения, мы вышли в весомый профицит, забили аварийные склады и давно торгуем излишками с партнёрами.

        – Все горожане прошли курс знакомства со сверхъестественным в рамках адаптации, – напомнила Натали Мартин. Сердце женщины тоскливо заныло. Неужели опять? Новая Катастрофа, только на этот раз со стороны людей, а не монстров? – В школах идут ознакомительные занятия и факультативы магии. По результатам, склонность к альтернативным наукам наблюдается у одного процента детей. Даже на факультативе домоводства проходят зелья, не требовательные к каким-либо талантам.

        – Нас слишком мало, чтобы противостоять внешнему миру, но слишком много, чтобы надеяться, что все будут молчать, – понял её Ноа Стилински. В людей он профессионально не верил.

        – Мы не можем открыться, – подытожил Дерек.

        У Стайлза рвалось с языка на тему настолько напряжённой ситуации, что аж Хмуроволк разболтался, но это было явно нервное.

        – То есть изоляция? – уточнил Аарон. – Всё бросить, обрубить хвосты, уйти в глухую оборону? Медицинский университет нам теперь точно не светит, как я понимаю.

        – У кого ещё ощущение, что мы споткнулись на бегу? – спросил Майкл.

        Аарон с Грейс подняли руки. Ноа и Натали посмотрели на них как на не совсем здоровых детей. Дерек не отреагировал, а Стайлз отрешённо уставился в потолок.

        – Глухая оборона – это слишком радикально, – неожиданно мурлыкнул Питер. – Если мы имеем дело с истинным возрождением страны, причём даже неважно, жива ли предыдущая администрация или это, хм, новый самонабор, в присоединении есть свои плюсы.

        – Аж плюсы? – тоскливо простенал Майкл, уронив голову в ладони. – Хейл, удиви!

        – Уменьшение ответственности.

        Все с интересом посмотрели на Питера, даже Майкл раздвинул пальцы. Оборотень лишь благостно улыбался из-за кресла Стайлза.

        – Мы так переживали по поводу мутаций инфов. Теперь кто-то готов взять эту ответственность на себя. Обязательно займутся уборкой, дорогами, той же связью.

        – Каждому государству нужно образование, – вдруг встрепенулся Аарон. – Если страна возьмёт на себя восстановление университета в Лейксайде, у нас высвободится приличный кусок бюджета.

        – Мы способны обеспечить только базовое школьное образование, – задумчиво высказалась Натали. – Мы планировали только медицинский университет, но ведь направлений бесконечное множество, которое город не сумеет потянуть при всём желании, даже окажись у нас в запасе несколько веков. Бизнес, психология, инженерное дело, математика, политология, биология, компьютеры, я всё не перечислю.

        – Куча административных вопросов, сброшенных на чужие плечи, – мечтательно просиял Аарон. – Вся периферийная инфраструктура, хоть те же дороги, дальняя связь, куча недоступных нам на данный момент производств, вроде топлива, металлов и пластмасс, бесово уголовное законодательство!

        – Переложить ответственность на чужие плечи – это святое, – энергично закивал Майкл, вновь расправляя широкие плечи.

        Члены Совета слабо, пока нерешительно заулыбались. Ответственность тяготила всех.

        – И самое главное, – тоном демона-искусителя пропел Питер, – что чем больше страна, тем меньше внимания уделяется отдельным городам. Если бы за восстановление взялась наша Калифорния, нам могли бы уделить некоторое внимание, но если правительство решит взять в свои руки пятьдесят штатов, мы без особых проблем проскользнём меж пальцев. В городе нет аэропорта, железная дорога числится давно заброшенной, вокруг горы и холмы – наши окрестности очень неудобны для переселения или масштабного сельского хозяйства.

        – Но как нам провернуть это на практике? – усомнился Ноа.

        – А кто сказал, что должен присоединяться именно город? – горячо ответил Аарон. Он увидел свет в конце тоннеля и был готов смести любые преграды. Вскочив, он заметался по залу. – Мы можем присоединиться всем округом Бейкон! Это решит проблемы с нашими имеющимися фермами. Для всех мы жопа мира, прошу прощения, дамы. Ни полезных ископаемых, ни громких производств, ничего. Никто не захочет сюда ехать, в первую очередь управляющие, у нас же нет перспектив, а значит, нас проще оставить в покое, дежурно выделять какие-то средства на развитие да время от времени присылать для галочки ревизоров. Нам не страшны даже спутники, они не отслеживают магию. Стайлз, – остановился он, чуть не нависая над главным магом города, – неужели ты не сможешь заморочить голову паре-тройке проверяющих?

        – Никогда не задавался такой целью, – азартно прищурился тот. – Но зуб даю, друиды такое точно умеют.

        – Снимки с орбиты? – предположила Натали.

        – А что они такого покажут? – отмахнулся Аарон, возвращаясь на своё место. – Город регистрируем как обитаемый, а что у нас странные инсталляции на улицах, так это местное понимание прекрасного. Наши фермы нереально результативны, но малы по размеру и тоже не привлекут внимания.

        – А самое главное, – широко улыбнулся Стайлз, откидываясь на спинку, – что моя защита всё ещё на месте. Мы просто внесём город в реестр малых нищих баз, или что там у военных будет. Друиды и оборотни поработают над бумажными документами, Денни, если что, займётся электронными носителями.

        Дерек посмотрел на свои пальцы. Волчьи когти на секунду выдвинулись и спрятались обратно. Альфа уже много раз практиковал удаление лишних воспоминаний, одни освобождённые рабы обеспечили широкую практику.

        – Быть частью большой страны проще, чем бултыхаться самим, – удовлетворённо заключила Грейс, – особенно когда можно выборочно плевать на неудобные указания свыше.

        – Мы всегда сумеем отвадить любых назначенных чиновников, – мягко добавил Питер. – Для этого даже не нужна магия.

        – Как показывает история, в долгосрочной перспективе изоляция – плохая политика, – тонко улыбнулась Натали, заражённая всколыхнувшимся оптимизмом. – Нам нужно быть в курсе событий и открытий.

        – Мы потеряем часть периферии, – напомнил Дерек. – Страна Вигвамов, зачатки фермы в бывшем Светлом убежище.

        – Проблемой меньше, – азартно отмахнулся Майкл.

        Вот только другие стаи, в том числе стая Ито, принесли вассальную клятву стае Хейл, а эту связь так просто не оборвать.

        Дерек не стал поднимать эту проблему. Она решалась несколькими способами, а сбивать Совет с толку побочными вопросами сейчас не стоило.

        – Со временем можем стать самыми настоящими холмами, теми, которые сиды, – размечтался Стайлз. – Тайной волшебной страной.

        – К вашему сведению, если всё продолжится как сейчас, – Грейс игриво вскинула брови, – то через сотню-другую лет всё население города станет либо сверхъестественными существами, либо их потомками. Мы воистину превратимся в волшебный народ.

        – Да нет, я про другое! – Стайлз замахал руками над головой. – Закрытый вход, без проводника не зайти, я даже примерно представляю, как это можно организовать. Добрые соседи для человеческих поселений, которые в курсе дела. Даёшь скрытую магическую локацию!

        – Мы не ирландцы, Стайлз, – напомнил Ноа.

        – Да какая разница? Мы и так Холмы!

        Шериф только хмыкнул.

        Что же. Почему бы и не сказка?

←Глава 31←←←        →→→Глава 33→