Глава 3 

 Сказка доступа по подписке ⭐До звезд как и многое другое!

— Я не хочу и не надо смотреть на меня зверем, Лапочка. 

Сэм снял с плеча пакет со льдом и на всякий случай вжал голову в плечи и отодвинулся подальше вместе со стулом. Хорошо бы сбежать, но если он уйдет, то Роджерс прикончит их несговорчивую звезду, а директор Пирс отберет у него, Сэма, значок, потому что не предотвратил убийство.

Уилсон тоскливо вздохнул. Он хотел бы увидеть человека, а нет, героя-Супермена среди людей, который смог бы остановить его напарника, когда тот так зол, что глаза не просто потемнели, а отдают синевой тайфуна.

Воздух в комнате настолько сгустился, что вместо ушибленного плеча Сэм прижал пакет со льдом ко лбу. Ему хотелось быть где угодно, но не здесь. Правда, выбора не было. В мистера Барнса стреляли.

И вот они здесь, в зале для совещаний. И Баки не выглядит смертельно напуганным. А ведь должен был бы, несколько очередей, и если бы ему не повезло, медики бы констатировали смерть. Сэм утащил подопечного прямиком из-под пуль. 

— Не будьте идиотом, мистер Барнс, — холодно отрезал Стив. — Это лишь первая попытка Семьи Чезаре. Вы готовы умереть? Хорошо. 

От этого роджеровского разъяренного "Хорошо" Сэм дернулся и ойкнул: " Плечо, сука! " Но тут же прикусил язык, потому что Стив посмотрел на него взглядом акулы-убийцы, которой прищемили плавник и член. У акул бывают ведь члены? Сэм решил, что обязательно погуглит, если переживет этот день. А судя по настроению их златовласого Терминатора, вряд ли.

Стива точно очень сильно закоротило. И если он придушит Баки, то Сэм следующий как свидетель. Грустная перспектива. Ну почему он напарник Роджерса? И почему Баки, который душка со всеми, кроме Стива, должен его так бесить?

— Чезаре, в стремлении тебя убить не пощадят случайных прохожих, коллег или персонал. Это тоже тебя устраивает?

Сэм не вовремя икнул. Стив к нему стремительно повернулся и смерил таким взглядом, что хоть бери свой пистолет и стреляй в висок. Понятно почему Сэму все сочувствовали? Из-за таких вот взглядов Роджерса и всего прочего. 

— Сэм, тебе лучше поехать домой и отдохнуть. Я сам здесь разберусь. Выглядишь хреново. 

— Уеду, если пообещаешь никого здесь не убивать. 

Стив вдруг улыбнулся нервному Сэму. Понятно, за кого его напарник так трогательно переживал. Но эмоции эмоциями, а Стив был по-настоящему зол. Но его работу за него никто не сделает. И мистер Барнс сегодня же исчезнет из города, пока ликвидаторы Чезаре не всадили пулю в его хорошенькую, но пустую голову. Такая перспектива Роджерса не радовала. Если кто эту занозу пристрелит, то только он сам. Любого другого Стив самолично расфасует по отдельным пакетикам и отправит в Тимбукту голубиной почтой!

В конце концов, от сероглазой заразы он самая пострадавшая сторона. Стив всерьез полагал, что его моральные муки глубоки и безмерны. Этот суккуб пухлогубый к нему во сны повадился шастать, как к себе домой. Так что на утро правая рука под душем становилась для Роджерса лучшим другом.

— Сэм, я даю тебе слово. А теперь вали домой и попроси кого-нибудь из бездельников тебя отвезти.

Уилсон не стал спорить и благополучно ушел. Все это время голливудская рыбка Дори молчал. Давая натянутым, как канаты нервам Стива приятную передышку. Честное слово, не человек, чудище паскудное! Стив бы и покрепче выразился, но… Субординация, чтоб ее. Он на работе.

Стив повернулся к Барнсу, оперся кулаками на разделяющий их стол и навис над ним грозной, неумолимой скалой. И попытался продавить. Ну, или, если корректно, вбить в голову немного здравого смысла. Ведь это покушение - только первая попытка.

Чезаре не остановятся, пока он не замолчит. И "зовите меня просто Баки" пора бы осознать, что его жизнь изменилась и на нем теперь огромная мишень. И лучше бы загнать гонор подальше и слушать то, что ему говорит Стив.

— Ты уедешь, думаю, сегодня же ночью. Нужно время придумать легенду и подготовить документы. Я перевожу тебя под программу защиты свидетелей.

Баки открыл рот и напоролся на яростный взгляд синих глаз. У Роджерса даже брови грозным домиком сошлись. Было умилительно, если бы не читалось желание придушить его снова. Специальный агент Роджерс удивительно убог в своих порывах, в отношении к нему, особенно для такого шикарного мужика. Разочарование одно!

— Молчать! — рявкнул Стив сатанея. — Сэм получил две пули в броник, пока тащил тебя из-под огня. — Роджерс  выдохнул сквозь зубы. 

— В следующий раз стрелять будут бронебойными или просто взорвут. Капо нужна твоя голова, и он ее получит, если продолжишь капризничать. И если думаешь, все это шутки, вспомни мои слова, когда тебя будут потрошить, трахнув пару раз. Солдатам Семьи редко попадаются такие красавцы.

— Вы должны были меня защитить, — ровно напомнил Баки, складывая руки на груди. — Тебе кажется, что моя работа не настоящая. Но от меня напрямую зависят зарплаты сотен людей. Роджерс, черт тебя дери, я не могу просто так исчезнуть.

Он особенно пронзительно красив, начиная от холодных глаз, заканчивая тем, как разметались волосы от резкого движения вперед. Красив и опасен. Стив поймал себя на том, что мечет не громы и молнии, а любуется.

— Среди тысяч работников киноиндустрии я ценный игрок, специальный агент. И я знаменит меня, узнают почти везде.

Стив немного расслабился. Невыносимое чудовище перестало звать его Лапочкой и начало думать о практичных вещах. Это радовало. Стив собирался в качестве убежища выбрать максимальную жопу мира. Крохотный городок на Аляске с населением не больше двух тысяч жителей. И у ФБР там был конспиративный дом. Идеально, правда, жалко, что без комаров и москитов, как Стив обещал этой птахе в прошлый раз.

— Там, куда ты поедешь с охраной, тебя не узнают, уверяю.

“Ах, ты говнюк, Лапочка!” — Подумал Баки, прикидывая, как может перераспределить задачи и взять отпуск на два месяца. Однако его покладистость дорого обойдется не только ФБР, но и лично специальному агенту Роджерсу, который, дрянь такая, уже все за него решил. Мало того, что в него стреляли, агент Уилсон получил за него две пули, так еще и эта Блондинка банально мотает нервы, весь из себя такой суровый и непреклонный.

Баки мечтал взять его за горло, нагнуть над этим столом и выдернуть из своих брюк винтажный итальянский кожаный ремень, чтобы отхлестать специального агента Роджерса по его замечательной жопе. Больно выпороть, чтобы тот сидеть не мог.

Портить такое великолепие, что наверняка скрывалось под строгой классикой брюк Роджерса, не хотелось. Но жопа была к Блондинке прикреплена, а он Баки до ручки довел за десять минут. В другой ситуации эту восхитительную задницу он бы только нежил, но к Роджерсу него были особые счеты.

— И кто будет меня охранять? — Баки позволил себе улыбку, сладенькую, как отравленный мед.

Эта улыбочка вызвала у Стива неуютное шевеление в кишках. Так у него желудок сводило перед тем, как их вертолет подбили и пришлось совершать жесткую посадку. Однако он себя успокоил тем, что чудовище, похоже, отошло от шока и начало понимать, что Чезаре не шутят. Правда - Стив мрачно подумал, что за успешное покушение на эту заразу он сам возьмет винтовку и всадит Капо пулю между бровей. Мысль была странной. Особенно для того, кто собирался занять самый важный кабинет в ФБР.

— Это будет не Уилсон, Сэм нужен мне здесь. Подберем кого то с достаточной квалификацией из спецподразделения. Не волнуйтесь, мистер Барнс. Вы будете в надежных руках.

Роджерс встал, когда вошла Пегги, которую первой в кабинет пропустил Пирс. У Александра было унылое выражение лица. Стив был в курсе непростого разговора с советником президента и о том, что Пирс не сумел выкрутиться. Поэтому директор сейчас напоминал полудохлого осьминога, которому болезненно прищемили щупальца.

— Стив, — Кивнула ему Пегги и встревоженно посмотрела на Барнса. — Как вы? 

— Цел, мисс Картер, — Баки ответил спокойно. — И готов давать показания. Им меня не запугать, если вас это волнует.

Стив посмотрел на заразу удивленно. Откуда такая грубость? Не то, чтобы он присматривался, но женщины от Барнса были без ума.

— Пегги, Мистер Барнс с сегодняшнего дня находится под программой защиты свидетелей и покинет это здание для поездки туда, где Чезаре его не достанут.

Тон Блондинки был настолько заботливым к этой сучке, что к порке Баки мысленно добавил розовый кляп под цвет нежных губ. Вот именно сейчас он твердо решил, что: либо его охранять будет специальный агент Роджерс, либо никто. Ему редко была свойственна мстительность, но теперь Баки твердо принял решение добиться своего.

А это значило быть один на один с Лапонькой, в какую задницу мира его бы не отправили. Заодно прокурорша не будет смотреть на Роджерса глазами обдолбанной стрекозы. К кляпу в воображении Баки добавилась паранджа в два слоя. Обычно ему импонировали женщины, которые точно знали, что хотят, но не сейчас.

— Директор, мы как раз обсуждали кандидатуру для охраны ценного свидетеля… 

—И я хочу, чтобы меня охранял специальный агент Роджерс. Он ведь лучший из лучших? — Баки бесцеремонно перебил Блондинку. — Только так мне будет достаточно спокойно. 

Под скрип зубов Лапули и того, как тот сжал пальцами спинку стула мелодраматичность в его голосе звучала абсурдно. Но Баки нравилось, потому что Пирс ему кивнул, очевидно, имея свой мотив убрать подчиненного подальше. Замечательный, скользкий спрут.

На вытянувшееся лицо мисс Картер тоже приятно было посмотреть. Как и на то, как Роджерс линчует его взглядом. Лапочка на вид напоминал разъяренного быка и выглядел совсем не няшно. Баки откинулся на стуле и созерцал  трепет ресниц, синие молнии в синем же взоре. Заострившиеся скулы и напряженные плечи, натянувшие ткань пиджака так, что тот почти трещал по швам.

Красота! Так бы и объездил эту зверюгу бешеную, даже с риском, что ему откусят голову.

Оно бы того стоило! Баки был в этом уверен на двести процентов. Вот сейчас он, извращенец этакий, радовался, что нижнюю часть его тела закрывал стол. А то бы вышел конфуз. Песочные брюки были чертовски узкими, подчеркивали его сильные ноги от ушей, но сжимали то, что пыталось встать.

— На мой взгляд - это наилучший выход, Стив, — Пирс благостно кивнул, складывая пигментные руки на груди. — Кто сможет защитить свидетеля по делу десятилетия надежнее, чем лучший стрелок ФБР? Правда, Пегги?

Та как раз перестала хватать ртом воздух. Поэтому вопрос мистера Пирса был как нельзя более вовремя. Баки был доволен им. Выглядело, как намеренная подножка госпоже прокурору, которая явно не собиралась отпускать Роджерса из своих холеных лап.

Но и Баки не планировал забирать Блондинку себе навсегда. Он хотел его до звезд перед глазами, но не был влюблен. Пфф! Большей глупости и вообразить нельзя было. Это просто секс с красивым, словно олимпийский бог, но дико скучным госслужащим. Дело принципа: Баки хотел отомстить за отношение к нему и не больше. Месть и точка и никаких других чувств.

— Александр! У Стива полно работы, он глава отдела, это…

— Я повторяю, это отличное решение, Пегги. — Пирс холодно улыбнулся. — Вы же не хотите, чтобы Семья Чезаре снова оставила нас с носом? На кону ваша карьера, Пегги.

О как! 

— Директор, я веду не только дело Чезаре, — Стив отмер. — Сейчас совершенно невозможен мой отъезд. Давайте это обсудим без мистера Барнса? Он, очевидно, до сих пор в шоке.

Баки, который не был в шоке, возмущенно уставился на эту сволочную Лапочку. Хочет увести своего шефа прочь от него и там переубедить? Да ни за что! За кого его Роджерс принимает, спрашивается? За идиота, наверное.

— Со мной все в порядке. И если ФБР и прокуратура хочет, чтобы я дожил до суда, есть смысл пойти мне навстречу, мисс Картер и мистер Пирс. Меня будет охранять Стив Роджерс. Ему единственному я доверю свою безопасность. 

Оскар ему был бы обеспечен. Беззащитнее и несчастнее ему не выглядеть. Ну, чисто цветочек или принцесска из классической Диснеевской сказки, а не той хрени, которую кинокомпания снимает сейчас. У Баки во всем были высокие стандарты, а в том, чтобы менять маски - тем более.

— Значит, решено. Вашей безопасностью займется агент Роджерс. Стив, начинайте работу над легендой и выберите место, куда увезете мистера Барнса. Санкция вам дана.

У Роджерса сделалось ничего не выражающее, вымерзшее изнутри лицо.

— Есть сэр. 

Правда, восхитительное чувство триумфа Баки несколько смазалось, потому как Блондинка на него посмотрел. И этот взгляд был так же далек от человеколюбия, как и диета крокодила от веганства. Специальный агент Роджерс пообещал ему, что Баки пожалеет о своем шантаже и о том, что вынудил себя охранять.

Ха! Как бы не так. 

Роджерс лишь думает, что знает его. Богатого, капризного продюсера, который ни на что не способен вдали от привычного ему комфорта. Он, наверное, думает, как будет Баки третировать в той медвежьем углу, где их наверняка запрет Бюро. Мило даже.

Но это оружие обоюдоострое. И если условия будут не очень, то Баки будет ныть с перерывами на еду и сон. Так что Лапочка быстро пожалеет, что попытался превратить его жизнь в ад. Ибо это будет ад для двоих. А там, глядишь, Роджерс устанет, и можно будет включить обаяние на полную, чтобы довершить свою победу.

— Стив, мы можем поговорить? — Картер напряженно посмотрела на Пирса, своего ценного свидетеля, богатенького ублюдка, а затем на Стива. — А потом займешься мистером Барнсом. Извините, директор. 

Подхватила Роджерса под руку и почти поволокла за собой.