Роллинз обнаружился в самом дальнем углу зала, где на большом расстоянии друг от друга висели боксерские груши. С него летел пот, волосы беспорядочными прядями спускались на лицо. Он с таким ожесточением колотил грушу, что прорисовывались почти все мышцы в его напряженном большом теле.

— Выглядит, — Джек чуть прикусил пухую губу и нашелся с определением. — Разъяренным.

— Довела его наша рыжая зараза-проказа, — со смешком согласился Стив и чуть крепче сжал руку Джека. —Тем, кто пялится, сообщаю: я по-прежнему жму от себя, как буйвол, и дерусь, как демон. — Это Роджерс сказал громко.

Спортзал был полным. Пожарные из разных частей, копы и медики. Полный комплект из любвеобильных мудаков и стерв. И тут его прекрасный, точно греза, Джек. Короче, Стиву очень трудно давалось быть не ревнивым, ни разу не злым и не подозрительным. Отпускать от себя свое сокровище в этом гадюшнике Стив в принципе не планировал. Ведь запасной план - напялить на любимого паранджу - отдавал тиранией.

Джек оглянулся и со смущением понял, что многие, если не все, на них пялились, оставив тренажеры. И он поймал с десяток голодных взглядов именно на своего пожарного. Неприятно. Так что он шагнул вперед и обнял Стива за талию, сжимая пальцами ткань белой майки. Нечего тут!

— Мы ничего такого, Кэп. Но познакомится же можно? — Красивая и очень спортивная блондинка подошла к ним.

— Не в этой жизни Марта, — Стив улыбнулся так, что улыбка сошла бы за оскал.

Джек почти удивился, потому что Стив редко бывал настолько откровенно грубым. Однако он промолчал, потому что всех этих людей не знал. А его Стив не из тех парней, которые ведут себя как несдержанно без очень веской на то причины. И они здесь по делу. К тому же, Джек Роллинз выглядел хреново.

— Оскар, давно Роллинз грушу молотит? — Стив окликнул сошедшего с беговой дорожки капитана сто десятой части.

— Привет, Стив, — Оскар пожал руку Роджерсу, с любопытством оглядев красавчика, которого тот так оберегал. — С утра. Мы уже тихо сочувствуем груше. Это твоя фурия наконец-то довела его до ручки?

“Остряк”, — мрачно заключил Стив, не собираясь подтверждать, что это действительно дело длинного языка и язвительности Наташи. Ей не стоило быть такой злой сукой и так доводить несчастного мужика.