Ты вообще спал, Роджерс?

Строгий тон ему дался легко. По тому, насколько Стив был не похож на свою обычно бодрую с утра версию, значит, не спал. Зараза такая! Конечно, самоотверженность Лапочки в его работе, а значит, в защите Баки от ублюдков Чезаре, могла бы льстить. Это показывало, как он важен для Роджерса. Однако не такой ценой.

Баки до оглушения не было все равно. Тем более он распрекрасно знал, что его спасать не надо. "Девица" в беде здесь не он. И никогда не был таковым, это лишь маска.

То, что он не мог сказать Стиву не убиваться так, жгло Баки. Правда, он не представлял, как сесть и все рассказать. Он не был готов. И несмотря на влюбленность-любовь, он все еще понимал, как сильно рискует. Собой во вторую очередь и отношениями, которые у них со Стивом только начали зарождаться в первую.

Баки понимал, что такой сильный, гордый человек не простит того, что его нагло водили за нос. Он ведь самого начала, когда Блондинка дико бесил и вызвал целый взрыв таких же диких эмоций, злил его специально. Теперь это играло против него. Потерять Стива? Баки не был готов так рисковать.

Не тогда, когда ему только дали шанс на что-то. Надежду. Баки понимал, что если Стив обнаружит ложь, то не простит. Но поговорить с ним откровенно не мог. Риски слишком велики, и для Роджерса, в том числе. Незнание в этом случае - настоящее благо, а не потому, что сам Баки такая уж тварь.

Ладно, он та еще тварь. Правда, теперь не со Стивом. Тот с блеском проскочил от бесячего фактора раздражения на пьедестал, с которого Барнс даже силой воли его снять не мог. И не хотел. Оказалось, без любви его жизнь была совсем пресной.