Стив окаменел весь. А этот Роджеровский симптом сулил очень мало хорошего. Несмотря на то, что ради своего Солнца Стив улыбался на протяжении всего ужина. Но эта улыбка была натужной.

— Отец Баки угрожает лишить его наследства. И Аида не знает, насколько Джонатан Барнс блефует на этот раз.

— Он знает?

Тор посмотрел на двери в дом. Папаша-гондон не был для него чем-то уж очень неожиданным. После Одина его мало чем можно было удивить. Но тут заход был уж очень крутым у старого мудака. Особенно учитывая щепетильность Стива и то, насколько сильно, глубоко и отчаянно самоотверженно он любил Баки.

Расклад был не слишком приятным. Тор покосился на друга, оценивая вероятность того, что Роджерс упрется. Ради блага любимого человека, так сказать. Сейчас Тору паранойя Романофф уже не казалась такой чрезмерной, как днем. И он думал, как будет Наташе сообщать новости.

— Мы пока не говорили, — Стив вздохнул. —Аида надеется переубедить мужа, но для этого его нужно увидеть лично. А сегодня Барнс-старший улетел в Лондон.

Тор поморщился.

— Угрожал тебе, чтобы ты его сына бросил и сбежал, чтобы жена не убила?

— Видишь ли, Аида профессионально бросает вазы, — Стив улыбнулся по-настоящему, немного расслабившись. — Я хочу увезти Баки в Нью-Йорк, но сперва дам Аиде время разобраться с мужем.

Очевидно, Стиву претили эти игры. Довлело то, что связь с ним в перспективе могла решить Баки наследства вообще. Но Тор подумал, что его совет не будет лишним. Он ведь папочку послал примерно с таким же ультиматумом к нему и совершенно не жалел о своем выборе.

— Я выбрал себя, а не деньги Одина. Поэтому, Стив, не вздумай себя винить. Просто не решай за Баки, не давая ему выбора. Сам потом пожалеешь.

Стив теперь смотрел на него очень недовольно, вот только Тора это не проняло.

— Спроси себя, смог бы ты променять своего Баки на деньги? По-моему, ответ очевиден.

Видеть Стива таким идиотом было очень даже непривычно. Тору хотелось курить. Он уже лет десять как бросил, но в тяжелых обстоятельствах тянуло сделать пару затяжек. А их случай здесь и сейчас был именно таким. Стив морально готовился сделать правильный, сука, выбор. И если Стив для себя что-то решит, то после слушать никого не станет.