Целиком и полностью посвящается прекрасной 💖Tryniis. Спасибо за заказ🥰

Круглый купол, книжные шкафы расставлены таким образом, чтобы проходы между ними лучами сходились к центру здания. К круглому столу, за которым разместился библиотекарь. Принтер, компьютер, кружка со знаком Бэтмена. Стакан с карандашами и ручками,  разноцветные стикеры. Шикарное кресло, в котором сидел очень красивый мужчина. Которого никак не ожидаешь встретить в столь скучном месте как библиотека. 

Каштановые пряди волос, пухлые губы потрясающего розового оттенка, прихотливого-капризного абриса, будто просящие о поцелуях. Серо-стальные глаза, оттененные длинными ресницами. Светлая кожа, будто светящаяся изнутри. Твердый подбородок, острые скулы и совершенные прочие черты лица. Широкие мускулистые плечи, неправдоподобно тонкая талия под черной рубашкой, литые мускулы живота и груди. 

Тонкие музыкальные пальцы. 

Если библиотекарь встанет, то вы закапаете слюной на длинные — от ушей — ноги и задницу, которую обтягивают черные же джинсы — да так, что и мыслей в голове не остаётся. Он красив как мечта. Совершенно нечеловечески. И даже среди сидхе, к которым он относится по праву крови и рождения, Зимний воин выделяется. Как и силой, так и внешностью. 

А вы что подумали? Разве будет такое чудо киснуть в простой библиотеке? В самом скучном и тихом месте, не нужном в двадцать первом веке? Библиотека — это лишь обёртка для людей, чтобы скрыть Убежище. И прикрытие официальное для работы Хранителя. 

Совсем не случайно все линии от круглого стола тянутся как лучи солнца. Стремление, жизнь, блеск, свет и власть — в этом знаке так много всего! Но солнце в Убежище — знак гарантии жизни. Древность даже для бессмертных сидхе. 

Хранитель против претенциозности, но когда в двадцатом веке проектировали новое здание, его мнения никто не спросил. Он же просто искал в меру скучную и полезную работу. Хотел покоя. И вот уже сотню лет оберегает неприкосновенность Убежища и помогает всем, кто ищет защиты в этих стенах. Втянулся. Такая работа его  — вечного и неизменного —делала более живым. Даже человечным. Ведь Джеймс не хотел стать застывшим во времени величием, превратиться в прекрасный памятник вечной скуке Благого двора. А ведь большинство его сородичей были высокомерными занудами как раз. Они не понимали, что Высокий Лорд сидхе забыл среди людей и прочих низших созданий. К низшим же дорогие родичи относили всех, по чьим венам не тек Хаос. 

А ему нравилось человеческое имя, жизнь. Технологии, возможность видеть и изучать новое. Слушать музыку, пить кофе, сидя на ступеньках Испанской лестницы в Риме. Джеймс древнее этих камней, но ему все равно. Он счастлив. 

Его иллюзорная нормальность — приятная броня. И то, как легко Джей вписывается в любую компанию, дружит со смертными — от чистого сердца. Пусть он знает, что их жизни весьма скоротечны —это не мешает ему быть вовлеченным. Он не такой поверхностный, как может показаться исходя из  общей беззаботности его жизни. Просто войн, власти и интриг было в его жизни довольно. 

В Убежище уже пару дней пусто. 

Он переправил семью оборотней, которых преследовал их же альфа, в США. Душевые перестали вонять мокрой псиной. Джеймс был достаточно гедонистом, чтобы потратить магию на уборку. Не руками же? Он был жестоким воином и видел многое, но все же местами был брезглив.  

Из сегодняшних посетителей — четыре старушки из книжного клуба. Которые мечтали познакомить его со своими внучками, а когда он заявил,  что несколько не по той части… Бабульки, не смутившись, принялись  подсовывать ему фото внуков. Что было, конечно, местами забавно, но порой утомительно. Ему нужно вернуть четыре томика Дон Кихота на место и можно отправиться на Сицилию. 

Обед же. 

А он хотел ту самую пиццу, которую готовили только там. 

Джеймс вытащил из ушей наушники, потянулся, зевнув — на мгновение показались более острые чем у людей клыки. Он встал, прихватил книжные томики и открыл дверцы своей круглой “крепости” из лакированного дуба. Кивнул обоим мраморным музам, которые стояли на постаментах, охраняя центральный проход. Это его библиотека и его Убежище, хочет поставить статуи прямиком из древнегреческих Афин из личной коллекции — и ставит. 

В конечном итоге, строгих правил, каким должно быть Убежище снаружи и изнутри — нет. Джеймс капризный эстет. Тяга к прекрасному —это всё, что у него осталось от привычек времён жизни при Благом дворе. В конце концов, он четыре века не появлялся “дома”... Слава чудака его не беспокоила, тем более что с ним опасались связываться все, кто хотел жить. 

— Библиотека закрывается, у меня обеденный перерыв, блядь… 

“Блядь” сидхе уже прошипел. 

К нему ввалились —в прямом смысле ввалились — гости, которых он не мог выставить. Друид. И сопляк из фейри… Совсем юный и, кажется, едва принявший кровь. Он-то как раз истекал кровью и силой. Джеймс прикрыл глаза: перед Убежищем собралась толпа уродов, не смеющих переступить черту. Прекрасно ощутивших его силу и затормозивших. Пусть жертвы от них и ускользнули. 

— Сюда его. 

Джеймс подошел и подхватил раненого с другой стороны. Желтоглазый, хищный и смуглокожий друид был обессилен. Выложился хранитель природы и баланса почти до донышка. Интересно, где он встрял? Да еще и этого златовласого ребенка подцепил заодно? 

Но все вопросы позже, или фейри зальет ихором ему мрамор. 

Они уложили мальчишку на кушетку, разорвали футболку, открывая дыру в плече, из которого вырвали кусок плоти. Джеймс закрыл глаза и  весь засветился бледно-голубым светом. Он исцелял. Ведь недоучка-фейри на это не способен совсем, даже кровь остановить не смог. 

Джеймс столкнулся пальцами с рукой друида, когда подпихивал подушку под голову раненого. Тот отключился. Истощение, отлежится пару часов и будет как новенький. Чудны дела твои, Хаос. 

— И как вы умудрились нарваться на демонов средь бела дня? Да еще в таком количестве? 

Восхищенный взгляд на прекрасного себя он чуточку высокомерно игнорировал. 

К таким взглядам он привык. Хотя… друид — вроде по сказкам людей благообразный мирный старец —был чертовски горяч. Джеймса больше заинтересовал полицейский значок на куртке новорожденного фейри. И такой же — у друида с нехарактерной брутальностью и прической. Желание облизнуться он сдержал. Сидхе были сволочами,  и Джеймс тоже, в определенной степени. Он не собирался показывать, что заинтересован. 

Вместо этого щелчком пальцев убрал кровь с пола, кушетки, с себя и друида. 

— Работа под прикрытием, сладкий и прекрасный. 

Хриплый голос прошелся по Джеймсу языками огня, заставив серые глаза на мгновение сверкнуть. Выдавая его с головой. 

— Я Брок Анджело Рамлоу. Наркоконтроль.  

В том, что представители мифических видов работали на обычных работах, скрываясь под самым носом у человечества, ничего удивительного не было. Не у всех рас были были закрытые анклавы, единицам хватало мощи чтобы отгородиться от людей. Приходилось мимикрировать, приспосабливаться и хранить тайну своего существования в мире, что менялся все больше и больше. А это было не так-то просто сделать. 

— Можешь звать меня Хранитель. Я даю вам убежище под этим кровом. 

— Принимаем, Хранитель. 

Обязательная, священная и формальная фраза была сказана. И теперь этих двоих никто из библиотеки не вытащит. Если только они сами не захотят уйти прочь. Но вряд ли, судя по ажиотажу на улице. 

— С ним что? Ты  пуст, — сидхе посмотрел на друида. — А он нет. 

— Это детектив Роджерс и до сегодняшнего дня я думал, что он человек. 

— Значит, вы не вместе? 

Джеймс посмотрел на красивое бледное лицо на бордовой подушке — миленький… Насколько миленьким может быть фейри из Неблагого Двора. Хотя опять предрассудки влияют на его мышление… Парень ничего о своей волшебной крови не знал, судя по словам друида Рамлоу. И даже не ощущался как фейри. Редчайший случай спящей крови, и ему повезло, что рядом оказался желтоглазый друид. Иначе бы демоны его сожрали. 

— Нет. Я был под прикрытием, а Роджерс появился не вовремя, он это умеет. 

Но от Джеймса не ускользнула осторожная нежность, с которой друид убрал золотые пряди с измученного лица. Ага. Не вместе… Но друиду юный фейри нравится. Пусть мужчина и пытался это скрыть под суровостью, но такой трепет сложно спутать с чем-то иным. Безнадежно влюбленный мудак друид —в только что обретшего силу фейри. Готовая затравка для любовного романа. 

Джеймс, пишущий фентези под ником Зимний Солдат, быть может,  увековечит историю любви этих двоих в одной из своих сказок. Красиво же? 

— За торговцами стоял глава одного из демонических кланов и разойтись мирно у нас не вышло. 

— Разве по нашим законам они не должны были уйти и позволить вам прикрыть смертных? 

— Должны, но, Хранитель, демоны решили, что справятся с одним мной, а Стив показался им вообще легкой добычей. Началась драка. 

Джеймс хмыкнул: 

— Классика. Можешь не волноваться, друид, я достаточно жуткий, чтобы отбить у любого желание пробовать на зуб крепость Убежища. Свяжись со своими, мой совет. У мальчишки никого нет, раз он только обратился. 

Сообщать в Неблагой двор Джеймс не собирался. Не его это обязанность… И утрутся, ублюдки, чтобы он им на блюдечке новую кровь принес! Тем более, судя по ощущениям сидхе, Стив обещал стать очень сильным фейри. Джеймс безнадежно далек от вечного противостояния Дворов. Но он не забыл, как резал неблагих, да и они вряд ли забыли его. 

Кроме того, родственнички по Хаосу кое-что у него забрали еще на заре истории Шумера — руку. Думали, искалечив и бросив его умирать — лишат королеву Благого двора одного из лучших ее воинов и блистательного генерала. Он выжил.  Но приязни к Неблагому двору случившееся ему не добавило. Скорее внесло новые краски в древнюю ненависть.