Глава 17 

— Он спит, — Тор хмыкнул. — Стив, хватит метаться! Спит твоя Детка, спит.

И слово “детка” Тор выделил своим самым гнусным голосом. Конечно, сделал это все Одинсон специально. Нравилось ему бесить друга, бывшего напарника и вообще безжалостного Художника. Как говорится, аттракцион не для слабых духом и сердцем.

Ну, если не так красиво, то для отбитых на всю голову и бешеных. Но Тора успокаивало три вещи. Они, блядь, в самолете. Это первая. Вторая - за все годы знакомства Роджерс ему так и не сломал шею. И третье - у них тут красивый предохранитель мирно почивает.

Вряд ли Стив будет рисковать разбудить свою драгоценную сероглазую детку, чтобы дать ему в морду. Расчет и правда оказался очень верным. Стив на Тора зыркнул зверем, поправил армейское одеяло на Баки и вернулся в свое кресло.

— Тор, пожалуйста, хватит, — устало просил Его Ледейшество. 

Однако Тор не собирался тормозить или там замолкать. Стива нужно было растормошить любой ценой. И Одинсон, как хороший настоящий друг, собирался рискнуть своей шкурой ради этого благого дела. Он Стива таким живым уже лет десять не видел.

А таким нежным ни с кем в принципе. Роджерс с учебки был примороженным хорошо так, до жути. Но тогда Стив хотя бы рисовал отсюда позывной. А потом и это ушло. 

Сейчас видя Стива с его объектом Тор начинал мечтать что друг обрел своего человека. И такой шанс для Стива в принципе упускать было нельзя. Баки в нем что-то разглядел и Тор приложит усилие, чтобы Стив признался себе в чувствах. 

А то с него станется относится к красавчику подопечного как к объекту. И дрочить на блядский долг, который они все давно отдали. Но продолжают работать потому что другой жизни уже не знают. 

— Будешь дураком, если погасишь его глаза, когда он на тебя так смотрит, Стив. — Одинсон кивнул на спящего Барнса. — Он тебя любит. 

С таким смелым утверждением Тор не то чтобы целился в молоко. Он был уверен, что попал. Эти двое в своем смущении были такими настоящими, что у Одинсона почти першило в горле от умиления. А он был еще тем бронированным медведем. Местами просто циничным за край, а местами просто очень злым.

— Может обсудим крысу? И какое дело ЦРУ до солдат из семьи Чезаре? 

— Никакого дела, — Тор перебросил хвост за спину. — Они иногда оказывали услуги главе Дракона, а те китайским коллегам. Это и заинтересовало агентство. 

— Но ты в курсе, над чем я работаю. Поэтому зацепился за факт переброски этих ублюдков в Канаду.— Закончил Стив за своего бывшего второго номера. — Спасибо, Тор, без шуток. 

Одинсон прищурился. Художник от боя никогда не бежал, если иных вариантов не было. И вряд ли боялся убийц мафии. Значит, беспокоился за своего Детку. Да так, что был рад уйти. Прямо так скажем, очень не типично для того Стива, которого Тор знал и привык видеть. Это доказывало силу чувств Стива к Баки.

Стив Роджерс влюбился, и это сдвинуло земную ось. Тор просиял от лица и заканчивая ботинками. Он умел так. 

— Дом принадлежит Локи не официально. Этот зануда забивается туда, когда от работы и людей тошнит больше обычного. Система охраны там соответствующая, Стив. Три, пять, пять, шесть, два и Н, пять — код от оружейки.

“Зануда” Тор, с которым Локи якобы не ладил никогда, называет код от оружейной комнаты брата по памяти. И Локи, который вроде брезгует оружием и не пачкает руки кровью в прямом смысле, выбирая другие методы.

— В гараже джип и снегоход. Продукты в морозилке есть. — Тор старался вспомнить что еще… 

— Бункер под домом младший вроде не отгрохал, — Тор наклонился и открыл свой рюкзак. Вытащил термос. — Кофе будешь? И сэндвичи есть. 

На борту было прохладно. Грузовой отсек был загружен подвязку. Они ютились на узком пятачке. Правда, им хватало. Оба были не балованные. А свое сокровище Роджер устроил в спальном мешке на длинной лавке, которая тянулась вдоль правого борта самолета. И пристегнул, естественно. Турбулентность никто не отменял.

— Буду, — буркнул Стив. — Не надо пытаться меня расслабить, чтобы ездить по мозгам. 

— Ездить по мозгам я буду тебе без анестезии, — щедро пообещал Тор. — Потому что ты сам будешь жалеть, если все испортишь. 

Стив, удивительное дело, смолчал. У него вообще запала спорить не осталось. А кофе примирило с победоносным видом Тора. Сэндвич пошел на ура. Собирались они быстро, потом дорога на аэродром и, наконец, транспортник. По-хорошему стоило разбудить Баки, но пусть поспит, позже поест.

— За ним охотятся, а я его телохранитель. Отбрось сантименты, Тор, мне нельзя терять холодную голову, — Стив тяжело вздохнул. — Я и  так это постоянно делаю, — признался он честно. 

— На Аляске можно будет. Стив вы сейчас буквально растворились воздухе. Дом Локи настоящая крепость. Выдохни наконец, — сердечно посоветовал Тор. — И я займу Чезаре чем угодно, кроме нас. Стив, правда... у уродов будет земля под ногами и задом гореть.

Лицо Одинсона утратило любую игривость, и глаза больше лукаво не поблескивали. Вылезло, принюхалось и тихо рыкнуло чудовище. С клыками, крыльями и броней. Тор перестал быть просто веселым здоровяком. Впрочем, изнаночка лучшего друга Стив особо не впечатлила. Ничего нового или чего бы он не знал.

— Фрилансом займешься? — Стив допил остатки кофе. — Я согласен. 

Надоело ему изображать бревно, играть в альтруизм и дрочить в душе. Тихо-тихо, чтобы не потревожить и не смутить Баки. Он тоже был живым и чувствующим, несмотря на то, что годами выбирал отстраненность. Стив был готов признать, что с Заразой его маска ублюдка без эмоций не работала самого начала. И впервые поражение радовало Стивена Гранта Роджерса.

Тор снова просиял. Он ожидал, что счешет себе язык в кровь и ничего от Художника не добьется. Тор представил, как обрадуется его новостям мама, и какое лицо будет у Локи, когда он ему все расскажет. Правда, не факт, что мама и брат ему сразу поверят. Ведь о покладистости Стива рассказать достоверно очень тяжело.

— Твой Барнс сокровище, — выдохнул Тор восхищенно. — И будь спокоен, Чезаре вас искать не будут, я их плотно займу. Посрать некогда будет.

Тем более беспокойство семейки совпадало с национальными интересами в какой-то степени. Все было просто прекрасно. Он так удачно съездил в Канаду, что прямо чудо.

— Пусть Локи найдет того кто нас сдал. И я позвоню Сэму и Наташе. Пусть помогут, им я доверяю почти на сто процентов, — Стив поспешил вернуться к рабочим вопросам. — Тор, откручивай от спины крылья, купидон несчастный. 

Несчастный Купидон проигнорировал молчание с достоинством английской королевы. Стив мысленно чертыхнулся. Тор, конечно, облегчил ему жизнь. Но он будет трепаться об изменениях в его личной жизни.

— Ладно, Фригг и Локи можешь поведать о своей роли в спасении моей личной жизни. — разрешил Стив. — А теперь давай о работе. 

Дальше разговор прошел более продуктивно, несмотря на то, что Стив периодически отходил проверить Баки. Тот казался подавленным с момента отлета и того их разговора возле кофейни. Он погас... И это Стива заставило согласиться на предложение Тора, который был готов на многое, чтобы видеть его счастливым. Будить Баки Стив пошел с колючими ежиками под ребрами.

Он согласился, что у них что-то может быть. Даже скинул свои проблемы на друга, чего обычно не делал, конечно же. Да и теперь волновался, как школьник, который влюбился впервые, запрещая себе все на свете, даже думать о нем.

В общем это не помогает подготовиться к мысли об отношениях. Можно сказать, Роджерс теперь видел глубину своей стратегической ошибки. Окажется ли он достаточно хорош для Баки? Или же разочарует себя? Он ведь тот еще зануда.

Взгляд Тора, который только и делал вид, что копается в телефоне, не помогал. А вот память о почти свиданиях с Баки — да. То тепло, которое Стив получал, даже когда этого не заслуживал. То, каким Зараза был с ним... не заразой.

— Баки, просыпайся, полчаса до посадки, — Стив наклонился и нежно погладил его по прекрасному во сне лицу. — Баки. 

Тот распахнул глаза, и Стив помог ему выбраться из мешка. Придержал за плечи. Дорога, полет не гражданским комфортабельным бортом и далеко не первым классом. Он беспокоился, что Баки станет нехорошо. Хотя тот выглядел привычно хорошо, даже великолепно.

— Ладно, я проснулся, — Он передернул плечами, сбрасывая руки Стива и встал.— Кофе можно, а? 

На Роджерса Баки показательно не смотрел. Он верил, что с ним снова рядом будет знакомый Терминатор, и поэтому спрятался от боли сильно заранее. И в этом была его ошибка. Баки устал, и у него рухнуло все то, что он так долго строил. Сейчас быть хорошим мальчиком он не был готов. Запала не осталось на данный момент.

— Баки… 

Стив растерялся. Тор действительно сел к ним спиной и достал наушники. Гнев Детки Роджерса он мог понять, но расхлебывать теперь Стиву самостоятельно, потому что отталкивал парня раз за разом тоже сам. И Тор разумно полагал, что лезть в чужие отношения — это последнее дело, если двое сами способны разобраться.

— Да, специальный агент Роджерс? — уточнил Баки устало, не поворачиваясь. 

Ну, не было у него сил на Стива смотреть. Айсберг разбил в этот раз не борт Титаника, а сердце Баки. Было больно, и пока что он мог собой справиться.

— Я Стив, — Роджерс его обошел так, чтобы видеть лицо. — Баки, прости. Больше никакого Скайнета на ручном управлении. Я постараюсь не быть холодной сволочью. 

Он говорил с таким жаром и так искренне, что на него даже посмотрели. И Стив поразился, сколько эмоций было в глазах Баки. Понял наконец-то, что мог все это уничтожить, сжечь, как привык.

— Что изменилось? — Баки недоверчиво уточнил. 

— Я понял, что ты мне стал очень дорог, — Стив начал с главного для него. — И Тор нас прикроет. На Аляске нас искать не будут. Семье Чезаре его усилиями будет не до того. 

Роджерс взял его руку, переплел их пальцы с нежностью, которой от себя не ждал. Вспомнил, как мечтал заткнуть эту заразу... И кто же знал, что будет так? Хотя решиться стоило ему огромных моральных сил. Страх быть отвергнутым бился внутри. А Стив давно отвык бояться. Нет, он научился здраво оценить риски.

— И ты не будешь делать вид, что я лишь объект охраны? Игнорировать и меня и свои чувства? — Баки уточнил еще более подозрительно, не спеша радоваться. — Стив? 

— Говорить красиво не получается, — Роджерс облизал пересохшие губы. — Слишком волнуюсь. Я не буду больше притворяться даю слово, Баки. Пойдешь со мной на свидание в кино? 

На больше специальный агент Роджерс не сподобился, фантазия отказала совсем.