23

Оставлять сына он не собирался. Поэтому Гермиона нашла время в своем плотном графике и явилась сама. В юности он едва ли различал, когда она расстроена, но теперь поднабрался опыта, и ей было труднее это скрыть. Джейми оторвался от железной дороги и повис на тете Гермионе. Сами собой на столике появились пирожные и чайный набор. Гарри вяло помахал ей с дивана. Каминная связь была закрыта, поэтому подруга пришла с улицы. Джейми Гермиона улыбалась и радостно обнимала. Но по напряженной линии тонких плеч и по смутным теням в глазах он понял, что она огорчена. И едва ли удрученное состояние Гермионы связано с работой. С такими неприятностями мадам заместитель министра справлялась влет.
— Привет, Гарри. Отпусти, Джейми, у меня для тебя кое-что есть.
На руки ребенка по взмаху палочки ведьмы опустилась большая, толстая книга в темно-зеленой обложке с золотым драконом. Очередная энциклопедия — Джеймс Поттер всегда интересовался миром. И книга была для него одним из лучших подарков, почти таким же отличным, как новая метла.
— Вау! Спасибо! Па, вам, наверное, нужно поговорить наедине?
Джейми посмотрел на них очень понимающе и решительно кивнул головой.
— Я пойду покажу книгу Кричеру и почитаю на кухне. Тетя Гермиона, ты лучше всех на свете.
Сын поцеловал подставленную щеку, помахал им ладонью и сбежал, оставив тапочки на ковре, в носках и подпрыгивая через каждые три шага. Ну что ж, Кричер только рад будет компании молодого господина Джеймса. А Гарри в который раз убедился: он просто не заслуживает такого замечательного ребенка. Но Джейми у него есть, и да помогут боги всех миров тем, кто захочет ему навредить, потому что он не будет милосерден. Что опять же приводило героического Героя на пенсии к мыслям о бывшей теще и всем рыжем семействе.
Ведь на пару мгновений Гарри даже пожалел о своей резкости, даже усовестился, потому что вроде бы несправедливо поступил. Мстя Молли, задел всех. В том числе тех Уизли, с которыми общался... Однако потом он понял, что справедливым и беспристрастным быть не хочет. Иначе до миссис Уизли не дойдет, что шутки давно кончились. А остальным стоило вспомнить, как она клялась, что Джейми не обидят и не используют. Кроме того, лишив клан Уизли своей поддержки, он никого не убил и не разорил. Это ничем не задело их детей.
— Твой сын — самый тактичный ребенок на свете. В кого Джеймс такое чудо, непонятно правда.
Гермиона чуть качнула головой, бросила сумочку, зонтик и плащ на кресло и села рядом.
— Думаю, в бабушку Лили, больше не в кого, твоя правда, Гермиона. Что случилось?
— Кроме истерящего Рона прямиком с утра в моем кабинете? — со злой иронией спросила она, а потом уложила кудрявую, пахнущую цветами голову ему на плечо, закрыла глаза и умиритворенно выдохнула. Поттера тут же начала грызть совесть. Нет, в последние годы этот зверь был почти ручным, но это не касалось неприятностей Гермионы и ее обид. Школьный друг, не достучавшись до него и совершив попыток сто прорваться в дом на Гриммо, отправился к единственному человеку, который мог передать Гарри его претензии. Поскольку банковский счет у Рона теперь был самым нежным местом, то выражений он, скорее всего, не выбирал. Гарри правда было совестно, что весь огонь и поток дерьма на себя вместо него приняла Гермиона.
— Что он сказал?
Гермиона лениво открыла глаза, зевнула, прикрыв нежной ладошкой рот, и снова устроила голову на такой надежной подушке. Несмотря на гребаный час дня, день у нее был совсем не легкий. В том числе благодаря обладателю эти разнесчастных и таких виноватых глаз... А сейчас тяжелая, осязаемая и такая теплая магия лучшего на свете друга окутывала ее словно одеяло. Снимая разом и напряжение, и головную боль — в общем, говорить не хотелось. Но придется. Впрочем, у нее так всегда: в любом уравнении долг превыше всего.
— Ничего такого, что бы ты хотел услышать. Молли оказалась в полиции, а потом в больнице ее приняли за больную Альцгеймером. Искать они ее кинулись уже ночью. Гарри, они на тебя очень злы. Считают, что ты мог быть и поделикатнее...
Он хмыкнул. Если бы не волк, то матриарха Уизли собирали бы по кускам. Вот это было бы действительно неделикатно в высшей степени. А так он был почти душкой. Поттер дернулся — Брок! Молли наверняка рассказала, кто ее выбросил на улицу.
— Да не подскакивай ты так. У дома твоего Рамлоу плюс четыре аврора и мистер Барнс. Если горе-мстители туда полезут, то пусть сразу берут с собой белые тапочки... Да я не думаю, что рискнут. Ронни хорошо помнит, чем для него закончился прошлый наезд на Рамлоу.
Гарри и правда расслабился, тем более Гермиона очень уютно свернулась под боком, едва не сопя.
— Как прошел визит к Джин? И когда она уже родит?
— Волнуешься? Твой волчара не откусил ей пока что голову, но нервы, я уверена, помотала ему она изрядно. День или два — и у Джейми будет сестричка.
Гермиона, конечно же, не сказала ему, что собирается позаботиться о том, чтобы бывшая жена не доставляла больше проблем. Это благородство Героя, как всегда, не вовремя. Ей же приходится быть практичной. Джинни всегда была целеустремленной, стоит только вспомнить их свадьбу. Так быстро, что Гарри не смог распробовать жизнь после Победы. Хоп — и самый желанный холостяк оказался окольцован, а потом ребенок, чтобы привязать его к себе крепко-накрепко. Гермиона уже тогда не обманывалась насчет чувств Джин к мужу и сыну. Джеймс был гарантией того, что выросший сиротой Гарри никогда не оставит семью. Да он бы и не смог бросить своего ребенка, прекрасно зная, каково это — расти без семьи.
— Я взяла у него кровь. И Джеймс...
В ответ на его заинтересованный взгляд — подумаешь, назвала мистера Барнса по имени — Гермиона независимо дернула плечиком и ровно продолжила, лишь глазами обещая казнь за любую попытку Поттера пошутить на эту тему.— Потребовал от меня клятвы не причинять вреда через отданную кровь. Он много знает о нашем мире.
— Когда будут результаты?
— Думаю, тоже через пару дней: я нажала на нужные рычаги. Рамлоу спрашивал о тебе. Кажется, совсем потерял от тебя голову.
Гарри смутился под ее веселым взглядом. В то, что Брок к нему далеко не равнодушен, хотелось верить. Однако он понимал, что мужчине скоро будет не до романов. Что такое маленький ребенок-маг, Гарри по своему умному оболтусу помнил. Это же и давало надежду — волку понадобится помощь с дочерью и друзья в Магическом мире. Девочка, скорее всего, будет сильной ведьмой, и ей рано или поздно придется вернуться сюда. Да хотя бы для обучения. Хотя и в США есть варианты. Однако магам тяжело жить в одиночку среди обычных людей.
Гермиона, насколько он ее знал, тоже с нетерпением ждет родов. Это развязывало ей руки, чтобы прижать Джинни. Гарри догадывался, что лучшая подруга чудовищно зла. Во-первых, она отвечала за безопасность магов Британии, а игры Джин чуть не привели к конфликту. Во-вторых, она любила Джейми и его самого, а рыжая снова сделала их жизнь сложнее и опаснее. Так что на месте бывшей супруги он бы готовился к худшему.
— Ватикан пока молчит, что ожидаемо, в лучшем случае получим что-то в следующем месяце. В архиве министерства пока тоже ничего. Ты думал искать жилье в Нью-Йорке?
— Да.
— Хорошо.
Отпираться Мальчик-Который-Победил не видел смысла. Она всегда читала его как открытую книгу. Гарри чуть подвинулся и снял с подруги туфли, призвал плед. Ради Мерлина, кому-то — стальная Грейнджер, а ему — хрупкая до невозможности Гермиона... О которой кроме него и сына никто не позаботится. Просто потому, что она никого к себе больше не подпускает. Случайные секретные любовники не в счет.
— Гарри, твоя бывшая точно переживет роды... Джейми было бы больно, но похороны решили бы много проблем. Однако сильной ведьмой Джинни уже не быть. Колдомедики уверены в этом.
Тонкие пальцы отвели упавшие на лоб черные пряди, провели по знаменитому шраму и легли на щеку. Гермиона спокойно на него смотрела, считывая реакцию на свои в какой-то степени жестокие слова. Он уложил ее на подушку, поднялся и налил из серебряного чайника в белую фарфоровую чашку ароматный чай. Не торопясь выбрал пирожное и подвинул взглядом другой столик к полулежавшей на широком диване Гермионе. И лишь потом заговорил, устроив ее удобнее.
— Это лишь проблемы Джин. Но я понял твою основную мысль, Гермиона. Девочка станет ей не просто ненавистна. Джинни всегда так гордилась тем, что она действительно сильная ведьма.
— За все нужно платить, и мы это оба знаем.
Джинни пора выучить эту истину — повисло несказанное между ними.
— Она тебе что-то наговорила — опять?
— Ничего нового, Гарри, не нужно кипятиться.
Герой хмыкнул: в своей концертной программе бывшая супруга редко допускала разнообразие. Еще во время их скандального развода века Джин обвиняла Гермиону в их разладе. Так, как будто настоящая дружба могла разрушить любовь, ну или то, что Джинни тогда предпочитала называть любовью к нему. Так, как будто они с Гермионой хотя бы спали вместе. Джин не могла простить им именно душевной близости, сродства глубже кровного. Того, что он любил Гермиону как сестру, которой у него никогда не было. Для бывшей чувства к кому-то, кроме нее, всегда были страшным преступлением.
— И не думал. Скоро моей бывшей будет не до нас всех.
Вышло мрачно, но что поделать, если это правда? Джинни в этот раз и правда допрыгалась. Независимо от того, сделает ей Брок что-то или нет. Гарри бы устроило, если бы она исчезла и не вмешивалась больше в их жизнь совсем. Мечты, мечты!
— Останешься на ужин у нас? Или в Министерство нужно?
— Кингсли я предупредила, так что под хвост хвостороге обязанности. Гарри, пригласи на ужин своего волка и его спутника. А что? Не смотри на меня зверем. Ты же хочешь его увидеть, но не можешь оставить сына.
— Меня тревожит, насколько Джейми спокойный сегодня, будто все для себя решил.
Поттер потер переносицу. Да, блядь, он потерян... Вчерашнее страшное состояние его ребенка, сегодняшняя обычная веселость — Гарри не знал, что думать, делать, да и вообще. Боялся спросить. В роли родителя он проваливался с треском в девяносто девяти процентах случаев. Ему просто невероятно повезло, что его сын именно Джейми — мальчишка с огромным сердцем, который не ждет, что папа будет хоть сколько-нибудь идеален. Безнадежно, правда, звучит, но что делать, если это правда и только правда?
— Кричер.
— Да, мисс Гермиона?
— Приготовь, пожалуйста, ужин на пять человек, одним из которых будет недавний гость твоего хозяина, мистер Рамлоу.
Кричер счастливо закивал и исчез. Гарри посмотрел на то место, где только что стоял старый брюзга, и понял, что, кажется, что-то упускает. Гермиона расхохоталась, заметив его напряженную задумчивость. Да, потому что он, как всегда, ломал голову над тем, что ей казалось почти очевидным.
— Кричер, твою эльфийскую мать, идти сюда, — рявкнул Поттер. Наконец до него дошло, что на явление маггла в священном доме благороднейшего и древнейшего рода ушастый ревнитель благородных традиций Блэков должен реагировать как-то иначе. Ну, по крайней мере, не сиять, как начищенный медный чайник, от восторга. Кричера Гарри перестал недооценивать, будучи еще юным, наивным идиотом. Пример Сириуса оказался крайне показательным. Однако став главой Рода, понял: только прямой приказ мог запретить творить домовику тот произвол, которого желала мятежная эльфийская душа. Или угроза не отпилить голову после смерти и не повесить на стену, а похоронить целиком, что позор для домового эльфа рода Блэк.
— Папа, ты чего орешь?
Джейми обнял его со спины, таща детскую метлу и роняя мяч. Гарри обещал сыну, что как только солнышко выглянет, они поиграют в саду. А погода за окном стала лучше, утренний дождь прекратился. Гарри скривился: теперь от старого пройдохи ничего не добьешься. Любимый сын просто не позволит прижать своего ушастого подельника и друга.
— Да, хозяин?
— Приготовь комнату Гермионы, она останется у нас.
Он был вынужден отдать этот приказ, чтобы не выглядеть уж совсем дураком.