- Виктор Дементьевич, вы меня, наверное, не помните. Я четырнадцать лет назад учился здесь, постоянно ходил к вам на тренажер полетать, Денис Окань меня звать.

Продолжаю цикл рассказов, посвященных Академии гражданской авиации г.Санкт-Петербурга, студентом командного факультета которой мне довелось быть.

Ссылка на первую часть - знакомство с Академией

Ссылка на вторую часть - учеба и общага

Ссылка на третью часть - вагоны, синагога, ВОХР

Ссылка на четвертую часть - команда КВН АГА

Сегодня расскажу о замечательном опыте. О тренажерах Академии и об очень хороших людях.

Да, учились «командники» в Академии довольно расслабленно. Свободного времени было достаточно, особенно на старших курсах, так как посещение занятий почему-то не считалось обязательным (неофициально, разумеется). Кто-то по ночам разгружал вагоны, днем отсыпался. Кто-то по вечерам воздавал славу зеленому змию и потому на лекции ходить не мог (одно из прозвищ Академии тех лет – Алкадемия, еще одно – Алкомедия).

Я увлекался полетами на тренажерах.

Над моим увлечением сокамерники (напомню, старше меня на два курса), посмеивались. Молодой еще, романтика в пятой точке играет! Пройдет твое увлечение со временем.

Старших я уже тогда слушал мало, поэтому с удовольствием (а с началом реальных полетов осознал, что и с огромной пользой) тратил свое свободное время на тренажеры. Не важно, был это Ан-2, Як-40 или Ту-134 – лишь бы нашелся свободный тренажер, лишь бы мне разрешили полетать.

На тренажере Ту-134

Также в Академии были тренажеры Ил-18, Ан-26 и Ми-8. На Ил-18 я побывал только в кабине – строгие дядьки тряслись над его исправности и даже слышать не хотели о том, чтобы дозволить студенту прокатиться хотя бы в качестве наблюдателя. На Ан-26 работали максимально вредные дядьки с кафедры навигации, имевшие очевидные комплексы по отношению к пилотам и относившиеся к нам соответствующим образом. Даже разговаривать с ними было некомфортно, но несколько раз я на Ан-26 все же слетал – по программе военной кафедры было положено. К вертолетам меня не тянуло совсем, но пару раз полетал и на Ми-8 вместе со своим сокамерником Денисом, который на выпускном курсе переучился на «бетономешалку».

Замечательные люди работали на Ан-2, Як-40 и Ту-134. Всегда шли навстречу, если была такая возможность. А возможность практически всегда присутствовала, если тренажер не был занят. И даже если занят, но было свободное место в кабине – все равно пускали. Святые люди!

На тренажере Ту-134

На тех тренажерах практически не было визуализации. На Ан-2 она в принципе отсутствовала – белый пластик вместо окон, а на Як-40 и Ту-134 была, но очень примитивная. Около стены комнаты была смонтирована «земная поверхность», на которой были в буквальном смысле слова нарисованы взлетно-посадочная полоса, обрамленная лампочками, имитирующими светооборудование ВПП, лужайки, еще какие-то контуры, и были расставлены модельки деревьев и домиков. Над всем этим летала камера, передавая черно-белую картинку на установленный перед передними стеклами в кабине тренажера экран телевизора или полотно проектора. Года через два местная фирма «Нита» в порядке эксперимента сделала весьма приличную компьютерную визуалку на Ан-26. Для того времени это было супер круто!

Тренажер Ан-26, Ульяновский институт, наши дни

Кабины были неподвижны (хоть Ту-134 и Ан-26 и имели гидравлическую платформу, включать ее не рисковали), но все приборы работали как надо, поэтому за то количество часов (а за годы учебы в БЛУГА и АГА их, думаю, у меня было больше сотни... даже ближе к двум), проведенных на тренажерах, я выполнил огромное количество полетов по приборам, получив очень хороший навык распределения внимания, о важности которого знает любой мало-мальски думающий пилот.

Как знать, насколько бы я состоялся как пилот, если бы не отзывчивость инструкторов тренажера?

Телевизор - система визуализации на тренажере Ту-134

Больше всего мне нравилось летать на Ту-134. Во-первых, самолет серьезный, а во-вторых, инструктором на нем работал Виктор Дементьевич Лукъянов (именно через твердый знак!), душа-человек, с весьма занятной манерой общения, любитель… нет – мастер рассказывать забавные, а иногда печальные, жизненные истории.

Хорошо помню наше первое знакомство. Сухонький, сморщенный в еще не старые годы Дементьич испытующе глянул на меня, нескромно попросившегося «полетать»:

- А ты справишься?

- Постараюсь.

- Смелый? Ну, тогда пошли.

Отвел меня в темный зал, где магически гудел трансформаторами тренажер Ту-134, подсадил к штурманятам, тренировавшимся по своей программе (один за пилота, другой за штурмана), чтобы присмотрелся, как они летают – а летели они по маршруту. После их полета осталось время, я попросил позволения выполнить один заходик. Дементьич отнесся к просьбе скептически, но заходик дал.

Что ж, получилось у меня неплохо, с первого же раза зашел точно «по крестам», то есть выдержал на приборе планки посадочной системы ИЛС в центре. К слову, без использования директорной системы, полностью по RAW DATA, как модно говорить сегодня. Почему-то за все четыре года полетов на тренажере Ту-134 я директорную систему так и не понял и летал без нее.

В общем, получилось у меня довольно прилично приземлиться на черно-белую полосу, после чего Дементьич предстал уже другим человеком, совсем не колючим, и у нас завязались отличные отношения. Он никогда не отказывал мне в просьбе "полетать", подсаживал к штурманам, к переучивающимся, дозволял облетать тренажер перед началом полетной смены, да просто разрешал полетать, если тренажер не был занят.

Вот так я и рос, как пилот, в годы, когда летать возможности не было.

Видео: архивные кадры полетов, голос Дементьича за кадром

На выпускном четвертом курсе я переучивался на Ту-154 (за свой, а вернее, родительский счет, разумеется). Теорию мы проходили в стенах Академии, и надо заметить, славные традиции пофигизма преподавателей продолжились и здесь. Тем не менее этот курс мы как-то окончили, что-то даже в головах отложилось, а потом началось самое интересное – тренажерная подготовка.

В Академии тренажера Ту-154 не было, поэтому мы тренировались) в учебном центре авиакомпании «Пулково», расположенного там же в Авиагородке. Дяденьки на тренажере были нормальными, с душой относились к работе. Поначалу один из них сидел в соседнем пилотском кресле, а другой работал за инженера, но после пары занятий, увидев, что я неплохо справляюсь, «второй пилот» меня покинул, и далее я летал в одного.

На этом тренажере визуализация представляла собой цветной монитор, установленный перед глазами пилота, на который выводилась трехмерная картинка с довольно неплохой по тем временам полигональной графикой. Но очень тормозной – частота смены кадров была невысокой. Подвижную платформу тоже не включали.

Но даже так летать было очень и очень интересно!

Ту-154М авиакомпании "Якутские авиалинии"

Со мной в группе учились пара вторых пилотов-якутов из «Якутских авиалиний», лишь немногим старше меня, но весьма деловых. Как же – ведь они всамделишные пилоты Ан-24, после окончания Ульяновского училища пару-тройку лет крутившие штурвалы по якутским деревням. О-опытные! С космической по меркам студента Академии зарплатой в семь с половиной тысяч рублей!

Они очень переживали, что переучивание длилось, по их мнению, слишком долго, чего-то там мутили-мутили и в итоге раньше всех умотали на базу – полетать на Ан-24 прежде чем до них дойдет очередь на ввод на «полтиннике».

Не буду кривить душой, я им завидовал. Мы были практически ровесниками, у них была летная работа, причем на серьезном самолете, а у меня не было даже туманных перспектив. Семья проедала доллары, которые отец заработал, выполняя для коммерсантов героические взлеты и посадки на перегруженном грузовике. Мое переучивание пробило значительную дыру в семейном бюджете, а отец к этому времени уже год или два не летал – сократили.

Тем не менее, будучи с молодости оптимистом, я верил, что рано или поздно все будет хорошо и у меня, и у отца. Хотя давалась эта вера все с большим и большим трудом. Особенно непросто было сохранять мотивацию, когда я работал в ВОХР и проверял пропуски у экипажей, шедших на вылет. Чем я хуже их? Ничем. Но они по ту сторону КПП, а я по эту.

Полеты на тренажерах очень сильно выручали.

***

Весной 2016 года я путешествовал по Питеру с семьей. Конечно же, не мог не зайти в родную Академию, благо тогда еще было не очень строго с попаданием на территорию и внутрь учебных зданий. Мы походили по коридорам, по аудиториям, покушали в столовой… Здесь мы давали представления для военной кафедры, а потом праздновали за одним столом с военными чинами Академии…

Эх! Ностальгия! Теплые воспоминания!

Столовая

Но главной моей целью было увидеть человека, который сыграл важнейшую роль в моей летной карьере. Который не ленился тратить свое личное время на воспитание совершенно постороннего юноши, просящегося «полетать» вместо лекции по физике и теоретической механики.

И вот, четырнадцать лет спустя я зашел в тренажерный центр, даже не помня точно, куда идти, и не зная, работает ли все еще Дементьич. Ведь лет-то сколько ему должно быть, если тогда было под семьдесят?.. Правда, мне говорили, что как минимум недавно работал еще. Но как знать наверняка?

Иду по темному коридору, и тут навстречу мне выходит старичок. Одетый - домой, видимо, уже собрался. Увидел меня, посетителя в неурочный час, и спрашивает:

- Вы кого-то ищете, молодой человек?

От знакомого скрипучего голоса замерло сердце. Говорю:

- Здравствуйте! Ищу я Виктора Дементьевича Лукъянова.

Он остановился (господи, как постарел-то!). Прищурился, вгляделся в меня:

- Знакомое лицо у вас... Зачем вы его ищете?

- Виктор Дементьевич, вы меня, наверное, не помните. Я четырнадцать лет назад учился здесь, постоянно ходил к вам на тренажер полетать, Денис Окань меня звать.

- Да разве ж всех упомнишь, сколько вас через меня прошло. А что хотел-то?

- Спасибо вам хочу сказать, Виктор Дементьевич! Я столько лет ждал этого момента, чтобы сказать вам «Спасибо!», да и, в общем-то, приехал в Академию специально, чтобы вас повидать и поблагодарить!

Растрогался дед... Говорит:

- Спасибо тебе! Ты сейчас в таком возрасте, что не понимаешь еще важность этих слов. Но когда будешь в моем - а мне уже 83, - поймешь, как важно это слышать.

Поговорили немного, рассказал о себе, о том, как жизнь сложилась. Попросил сфотографироваться на память.

Спасибо Вам большое, Виктор Дементьевич за науку! Вашу доброту я никогда не забуду!

Вечная память хорошему человеку…

Спасибо за внимание! В следующей части расскажу про замечательное время, проведенное на военной кафедре Академии гражданской авиации!