Пока парни наконец дождались приготовления кабана, неизвестный корабль, на котором не было живого места, медленно приближался. Мачта была пробита, флаг почти полностью сожжён, но на нём всё ещё можно было узнать силуэт белоснежного черепа, в зубах которого был зажат моргенштерн, паруса, порванные во многих местах, с огромной дырой сбоку, неизвестно как могли нести корабль в неизвестную сторону.

— Капитан Джонс, матросы не справляются, повреждения слишком обширные, — не поднимая головы и опустившись на колени, сказал навигатор пиратской команды Джонса.

Навигатор был единственным, кто мог хоть что-то сказать их капитану, другие слишком боялись навлечь на себя его внимание. И на то были причины.

— Чёртовы ублюдки! — рёв, пробирающий до души, разнёсся по всей палубе.

Огромный моргенштерн, размерами доходящий капитану, рост которого достигал двух с половиной метров, до живота, отправился в сторону казарм. Оружие пробило уже изрядно подгнившие и пропитавшиеся кровью доски, и вскоре оттуда послышался вскрик, уже через секунду затихший.

— Жалкие отбросы, неспособные даже починить этот чёртов корабль! Я пущу вас на корм Морским Королям! — залитые кровью глаза Капитана метались по палубе, пытаясь найти хоть кого-то, на ком можно выместить гнев, но внимание предательски сосредотачивалось на одном лишь навигаторе.

А он был ему нужен. Капитан Джонс разбирался в навигации не лучше пса, утерявшего нюх. Ладонь сжималась и разжималась так сильно, что по внутренней стороне ладони образовались раны. Кровь тягуче закапала на пол.

— Чёртов Морской Дозор, чёртова деревушка, чёртов взрыв! — в глазах Капитана вновь и вновь проносились сцены недавно минувшего инцидента.

Они, изрядно изголодавшиеся, доплыли до захолустного острова. Голодные, как звери, пираты ворвались в деревни, выбивая двери и убивая тех, кто им не понравился. Так, как это происходило обычно, однако в этот раз всё было по-другому. В деревушке оказался один парень, раскидавший его отбросов, пусть и в конце концов лишился глаза и левой руки. Против Джонса выйти у него уже не получилось бы никак, и он это знал.

Он побежал. Капитан Джонс, в котором взыграл охотничий азарт, погнался следом, держась на некотором расстоянии, но медленно приближался, как кот гонится за мышью, загоняя её в пучины бездны. И лишь когда парень забежал внутрь дома, что-то в груди Джонса переклинило. Он не стал бежать следом, а остановился в десятке метров.

И не зря. Уже через несколько секунд дом разлетелся на куски, создав собой огромный столб огня. Джонса откинуло, как тряпичную куклу, несколько досок от дома пробили руку и левый бок, но не столь критично, чтобы помирать. Он поднялся и вглядывался в дым, поднимавшийся к небу.

— Чёрт возьми! — с кряхтением поднявшись, Капитан набрал максимально возможную скорость.

Добежав до деревни, он рёвом заставил собрать еду и бежать обратно к кораблю. И пусть сборы под его пристальным надзором прошли быстро, но всё ещё недостаточно. Стоило им отойти от острова не дальше километра, как в их корабль влетело пушечное ядро.

Корабль Морского Дозора, привлечённый взрывом и поднимавшимся дымом, увидел отплывающих пиратов и, сопоставив дважды два, начал преследование. Неизвестно каким чудом, но почти потопленный корабль смог оторваться от преследователей.

И вот они уже несколько часов, минуя день, в сумерках двигались в неизвестном направлении.

— На карте был отмечен остров, капитан. С нынешней скоростью мы пришвартуемся уже через пару часов, — дрожа от страха, пробормотал навигатор.

— Тц, главное, чтобы эта посудина не развалилась к тому времени, — поморщился от накатившей боли капитан.

Доски от того взрыва вошли глубоко, доходя до костей, но чудом их не сломав. На одной силе воли Джонс мог двигаться, на скорую руку перевязав ранения. В нынешнем состоянии, когда из действенных конечностей осталась лишь левая рука и нога, тогда как правая подгибалась от боли, он был слаб до скрежета зубов.

Он не чувствовал себя таким слабым с тех пор, когда его семью вырезали пираты пять лет назад. Тогда он поклялся, что найдёт их и уничтожит. Джонс сдержал обещание. Он нашёл их и уничтожил, но после, когда он один стоял на покрытом кровью корабле, его эмоции переменились с пустоты на восторг. Восторг от своей силы, когда одно его решение стоило человеку жизни.

Восторг от лиц, полных страха смерти. В тот момент он сам стал пиратом и забрал корабль тех, кто однажды уничтожил его прошлого, и корабль, что принял его нового.

Джонс сел на носу корабля и прикрыл глаза. Но он не мог спать, когда чувствовал полные злобы и страха взгляды позади. Стоит ему хоть на мгновение ослабить бдительность, как нож в спину станет самым лёгким, что его ждёт.

Прогнозы навигатора оказались верными. Уже через пару часов они увидели остров. Относительно небольшой, ведь издали его края были отчётливо заметны, но привлекло Джонса отнюдь не это. Он видел, как в сумерках горел костёр. Его губы изогнулись в кровожадной улыбке.

— Опустить паруса, движемся на течении, — в глазах капитана горел азартный кровавый свет.

— Есть, — негромко ответил навигатор, вставший рядом, ведь он тоже увидел свет от костра и ждал дальнейших указаний.

Передав приказ назад остальным, навигатор с промелькнувшей жалостью посмотрел на находящихся на берегу людей. Но резко он отбросил эти мысли. В этом мире нет места жалости. Тут либо ты, либо тебя. И он не хотел оказываться на стороне проигравших.

Корабль, медленно приближавшийся, застал момент, как трое из пяти человек ушли внутрь созданной на скорую руку палатки. Даже с виду она была ущербной и лишь ждала часа, когда проходящий мимо ветер сдует её до основания. Оставшиеся двое же разделились. Один так и остался сидеть возле костра, когда как второй ушёл в тьму джунглей.

В темноте корабля не было видно. Свет от костра затмевал зрение, не позволяя видеть ничего дальше начала берега. Джонс сосредоточился на оставшемся. По мере приближения он замечал всё больше странностей. Начиная с внешности и заканчивая короной на голове.

Смотря на этого парня, в груди Джонса вновь заиграло то самое чувство, из раза в раз вытаскивающее его из дерьма. Он смотрел на эту корону, смотрел на белоснежные волосы, на одежду. Где-то внутри что-то кричало ему, что не надо.

Но он был слишком голоден, слишком зол и кровожаден, чтобы прислушаться. Он не стал прислушиваться и к руке, что в одно мгновение издала вой боли, заставивший сомкнуть зубы в стоне. Тело кричало, но мозг не слушал.

Корабль подошёл достаточно близко, чтобы его отбросы под шиком рванули с корабля в воду. Услышав всплеск воды, парень резко поднял голову. Его пустой взгляд вгляделся в тьму, замечая тёмные фигуры в воде. Ладонь медленно схватила ещё горящую ветку из костра и бросила вперёд.

Перед тем, как упасть в воду, огонь осветил измождённые и искорёженные лица пиратов.

— Юджин, — голос парня был холоден.

Он отдавал мистической властью и гордостью. Словно перед ним стадо муравьёв. Пираты с криками, ведь их уже раскрыли, бросились к парню. Глаза парня блеснули, находя в темноте блеск клинка. Тело среагировало раньше сознания, уклоняясь от колющего удара.

Кулак в одно мгновение, издав свист ветра, впечатался в челюсть напавшего пирата, а второй удар пришёлся в живот. Нападавший выплюнул слюну вперемешку с кровью и перед тем, как поднять голову, в макушку прилетел ещё один удар, куда сильнее прошлого.

Белые глаза в темноте блеснули ещё раз, стоило им услышать треск костей. Взгляд на секунду застыл, смотря на растекающуюся лужу крови из черепа мертвеца.

— Юджин, — громче сказал парень.

Пираты, уже почти приблизившиеся к застывшему парню, замерли в страхе перед фигурой, появившейся позади беловолосого.

Трёх с половиной метровая фигура с горящими алым пламенем глазами, с бугрящимися мышцами. Но больше всего пугал не рост, не глаза, а кроваво-красные колья в его груди. Он казался зверем, которого пытались заколоть, но у кого-то ничего не вышло, и этот парень разорвал их в клочья.

— Я знал, что не может быть всё так просто, — прорычал Юджин.

Гнев в его груди клокотал, поднимаясь волнами по телу. И злился он не только на то, что на них напали, а на то… что увидел. Он видел, как Хакай убил одного из нападавших. Он знал, что его друг переступил порог. Догадывался, к чему это приведёт. И понимал, что ему нужно сделать.

Юджин сделал шаг вперёд и оттолкнулся от земли. Сжатый кулак в одно мгновение оказался перед лицом застывшего пирата. Парень сдерживался, но даже это… не помогло. Когда кулак достиг лица, полного страха, он не почувствовал какого-либо сопротивления. Голова пирата оторвалась и проследовала за его кулаком, отбрасываясь в глубину океана.

Страх в одно мгновение завладел парнем, но… Гнев не простил этого. Уже в следующую секунду страх сменился куда большим гневом, из-за которого тело Юджина за пару мгновений увеличилось на двадцать сантиметров. Парень заревел от боли, когда колья в его груди уже начали накаляться до оранжевого цвета.

Хакай поднял светящиеся потусторонним светом глаза, наблюдая за другом. Пустота сменилась осознанием. Ноги сами собой понесли его дальше. Он видел пирата, от страха поднявшего клинок, со слезами на глазах побежавшего на Юджина. Кулак Хакая не дрогнул, когда он вновь услышал хруст костей, а тело пирата откинулось на пару метров.

Раздался ещё один всплеск, а после кожа на теле Хакая покрылась мурашками. Он отпрыгнул, и уже через секунду там, где он только что был, с грохотом что-то врезалось и появился кратер. Приглядевшись, он увидел оружие — моргенштерн.

— Вкусная добыча! — кровожадные глаза и аура крови опустилась на берег. — Не смейте убегать, ублюдки! Ха-ха-ха-ха-ха!!!

Юджин, добивший последнего пирата, с пустым лицом повернулся к источнику смеха. И лишь в следующий миг успел выставить руки в блок. Его огромное тело откинуло на добрый десяток метров.

— Я Джонс Крейг! Пират с наградой в тридцать миллионов белли! И вы станете моей добычей!!! — смех Капитана Пиратов что-то трогал в душе парней.

Юджин, шипя от боли, поднялся с песка. Он повернул руку, на которой расползалась фиолетовая гематома. Боль притупила ярость и вернула ясность мысли. Юджин пытался контролировать Гнев, оставляя не палящий костёр, а раскалённые угли. И вместе с болью он нащупывал путь, который искал.

Хакай же опустился на одно колено. Его ладони сжимали острые края короны. Кровь текла по пальцам, попадала на глаза, но она не могла перебить это чувство. Чувство неправильности, чувство того, что его выворачивают наизнанку. Он не мог понять, что это за чувство.

Джонс рванул к кратеру и схватил своё оружие. Уже в следующее мгновение он оказался рядом с Юджином. Гнев повышал все характеристики организма, но даже этого не хватило, чтобы парень смог уклониться до конца. Острые шипы распороли бок, заставляя Юджина зареветь от боли.

Это уже не было развлечением в новом мире. Он мог погибнуть здесь. Мог умереть по-настоящему. Мог не вернуться домой. Колья на его груди горели всё ярче. На теле появлялись всё новые раны. Уклоняться стало невозможно. Гнев кипел, но не мог найти выхода. Юджин достигал предела.

— КРАЖА! — раздался крик.

Тело Джонса качнулось от нахлынувшей слабости. Оставшаяся дееспособная рука налилась тяжестью. Голова резко повернулась, чтобы увидеть ещё одного прибывшего. Черноволосый парень протягивал к нему руку.

Взревев, Джонс пропустил удар. Юджин атаковал из последних сил и отправил Капитана в океан. Сознание угасало, но перед тем, как отключиться, он осознал.

Не было звука ломающихся костей, не было легкости отрывающегося черепа. Глаза напоследок раскрылись в изумлении. Капитан Джонс был жив.

Из воды раздался вдох. Джонс, нос которого был вдавлен, а лицо покрыто кровью, с усердием монстра приближался обратно к берегу. Он грёб одной рукой и шевелил одной ногой, но даже так его скорость была безумной.

— Ха-ха-ха-ха!!! Ублюдки, вы все сдохнете! — уперевшись оружием в песок и поднимая тело, прорычал Капитан Пиратов.

В одно мгновение моргенштерн подогнулся, и ручка рассыпалась. Капитан упал лицом в песок, а за Самуи упал Кибуши. Его кандалы раскалились до оранжевого цвета. Оружие было слишком далеко, и сил на изменение значимости этого куска металла ушло чрезмерно.

Одной рукой Джонс поднялся, его рот разошёлся в кровожадном оскале. Юкино появился прямо перед Капитаном. Его нога пригвоздила голову пирата обратно в песок. Он вновь и вновь наносил удары, пока в одно мгновение пират не схватил его за лодыжку. Одной рукой из лежачего положения Джонс откинул Юкино и, поднявшись, рванул следом.

Кровь заливала его бок, струями вытекая на песок пляжа. Юкино, успевшему кое-как сгруппироваться, кулак впился прямо в живот.

— Кха! — кровь попала на лицо пирата, отчего тот улыбнулся ещё шире и слизнул её.

Его нога пришлась в бок парня, отправляя его в океан. Самуи услышал хруст костей. Глаза наполнились страхом. Даже ослабленный, атакуя только одной рукой, весь в крови, страдающий от боли, этот пират был сильнее всех их. Он уничтожал их.

Самуи опустился на колени, от его пальцев исходил дым. Весь пляж наполнился запахом горелой плоти.

Джонс повернулся и поднял то, что осталось от его оружия. Его взгляд остановился на Юджине. Глаза горели жаждой крови. Хромая на одну ногу, он начал приближаться. Он не чувствовал половину тела. Смерть холодными пальцами уже сжимала его горло, но ему было плевать.

Этот вид побеждённых, полных страха лиц заставлял душу ликовать. И Смерть подождёт, пока он не заберёт всех. Это будет его последний танец в этом жалком мире.

Рука, еле держащая навершие моргенштерна, поднялась прямо над головой парня.

— Сдохни, мразь!

— Приказываю: У͎̜̱̫̟ͣ̚м̴̡̟̩̱͕̮̪͓̼̄̍̑̍͛͜р̸̤̳̙̈́ͯ̄ͩ̔̌̑́и̧̨̛͓̠͔̞̺̬̞̪̰̫͂ͮ͂̿ͯ͢͟͝͝͠, — хватка Смерти в одно мгновение сжалась на шее Джонса.

Сердце, секунду назад ещё намекающее на жизнь, остановилось. Глаза покрылись стеклом, а сознание померкло. Он лишь успел рефлекторно повернуться назад, чтобы увидеть светящиеся обжигающе белым светом глаза и ярко-оранжевую корону. Два ледяных и бесконечно возвышающихся белых глаза смотрели на его смерть.

Путь Джонса Крейга кончился при встрече с аномалией мира.

Кончился при встрече с Гордыней.