Лариса Скабелина 

В рамках одного из последних обследований (ст. 159 УК РФ) я
столкнулась с классической схемой, когда взрослый дееспособный человек под
давлением мошенников:
а) передал коды доступа к «Госуслугам»;
б) увидел поддельную доверенность на имя фигуранта экстремистской статьи;
в) добровольно оформил кредиты и перевел средства мошенникам.

По запросу адвоката, защитника подозреваемого по уголовному
делу, я написала рецензию на КППЭ.

Следователь назначил повторную судебную экспертизу. Однако, как
это бывает, протянули с передачей дела на экспертизу, и дело передали другому
следователю. А тот отменил решение о назначении повторной экспертизы.
В обосновании об отмене указал, что рецензентом была нарушена методика рецензирования,
разработанная НП «СРО судебных экспертиз», согласно которой для рецензирования необходимо
привлекать как минимум 2 специалистов разных специальностей: специалиста в
данном виде экспертизы и юриста, который оценит представленное на анализ
исследование на соблюдение НПА и процессуального законодательства.

Отвечаю. Замечание о несоответствии рецензии методике рецензирования,
разработанной НП «СРО судебных экспертиз» не обосновано, так как эти рекомендации
написаны для внутреннего пользования этой негосударственной организации. По
сути, это корпоративные инструкции, которые разработаны для сотрудников внутри своей
организации. Это не нормативный документ, не ГОСТ.
Сами авторы этих методических
рекомендаций отмечают, что процесс написания рецензий (выполнения
мета-экспертиз) на сегодняшний день в законодательстве не регламентирован.
Упомянутые рекомендации не утверждены Минюстом РФ, Минздравом РФ и не
распространяются ни на кого, кроме сотрудников НП «СРО судебных экспертиз».
Поэтому ссылка следователя на этот документ абсолютно не обоснована.

Добрый день, друзья!

Ленты новостей пестрят подобными этой ⬇️ историями:
Мужчина, 42 года, бывший военный. Мошенники «из ФСБ» сообщили, что его банковский счет взломан хакерами, связанными с иностранной разведкой. Предложили «помочь в контрразведывательной операции» - снять все деньги, перевести на «безопасный счет», а затем снова снять и купить криптовалюту для «отслеживания переводов». Он выполнил все инструкции в течение 10 дней, потерял 3,2 млн руб. Был уверен, что «работает на ФСБ», даже после задержания говорил оперативникам: «Я свой, проверьте по кодовому слову».

Мне, как эксперту, присылают заключения КППЭ, выводы которых разнятся: одни эксперты устанавливают, что подэкспертный не в полной мере осознавал то, что делает, не мог руководить своими действиями; другие - не устанавливают.

Почему? Каковы критерии, по которым эксперты делают подобные выводы? Что должен сказать подэкспертный, чтобы эксперты написали: "действовал под принуждением"?

Предлагаю вашему вниманию свой экспертный опыт. 
Ориентируемся на 20 мая 2026 года в 18:00 (точнее сообщу в ближайшее время).
Консультация пройдет в программе Zoom.
Ссылку на подключение выложу в ближайшие дни.