Утро встретило Гарри кружкой теплого молока. Мама не приносила его уже несколько лет, но сегодня снова почему-то пришла с этой веселой кружкой в цветочек и села на кровать, чтобы провести по торчащим волосам.

— Доброе утро, Гарри.

Обычно мальчик просыпался тяжело, но в этот день подскочил, как ужаленный, хватая ртом воздух и озираясь. Он выпил молоко максимально быстро, поблагодарив коротким: «Спасибо», — чтобы поскорее нацепить очки, подняться с кровати и застыть на секунду, пытаясь понять, что нужно делать, а потом побежать к шкафу, чтобы вытащить полотенце и белье.

— Я в ванну, — сказал он, чувствуя радостное предвкушение, скрутившее живот.

Он умчался, чтобы как можно быстрее встать под душ, и только там счастье от похода в школу отошло на второй план достаточно для того, чтобы вспомнить о ночном инциденте. Гарри даже выронил шампунь, который с громким звуком ударился о ванну, и послышался взволнованный голос мамы:

— Гарри, ты в порядке?!

— Да! — крикнул он через шум воды. — Шампунь уронил!

Воспоминания добавили неприятный привкус к радости. Ему не нравилось, что кто-то приходил в их дом ночью, что голос не был знакомым, казался грубым, а мама плотно закрыла дверь. Вдруг этот человек вернется и сделает что-то плохое?

Гарри думал о том, чтобы все-таки сказать маме, что все слышал, но казалось, что она жутко расстроится, а расстраивать ее не хотелось. У Гарри, в отличие от тех же Уизли или Лонгботтома, была только мама. Никаких бабушек и дедушек, потому что родители папы умерли от драконьей оспы, а мамы — при бомбардировке, где погибла еще и ее сестра. Так что Гарри очень, очень сильно не хотел, чтобы она расстраивалась, и решил молчать. Тем более, она не казалась напуганной, скорее злой, значит могла сама справится с незнакомцем, который хотел отправить Гарри служить Темным Лордам.

Мальчик быстро почистил зубы, выскочил из ванной, вытирая волосы полотенцем, но от взмаха палочки мамы они высохли и снова начали торчать во все стороны.

— Твоя одежда, — сказала она, показывая на разложенные на застланной кровати вещи. — Было жарко ночью?

— А что? — спросил Гарри, быстро натягивая носки.

— Рубашку на спинку повесил, — заметила мама.

— А, да, — ответил мальчик, стараясь скрыть смущение, — долго ворочался, весь промок.

— Это естественно — волноваться перед первым школьным днем. Потом будешь опаздывать и говорить, что не хочешь возвращаться.

— Не буду, — запротестовал Поттер. — Я же буду учиться магии!

— Все мы так думали, — засмеялась мама. — Но иногда это даже скучнее языков.

— Ничто не может быть ужаснее китайского, — скривился Гарри.

Он знал, что из-за войны маленькие страны пропадали, людей заставляли говорить на другом языке, а еще они часто сбегали из дома. Маги много перемещались и общались друг с другом, поэтому было полезно знать много языков, но Гарри со скрипом выучил до более-менее приемлемого уровня только немецкий, а китайский — его личный кошмар, от которого, к счастью, удалось избавиться. В школе магии явно не будет так скучно.

Он уже натягивал тонкие штаны, потому что ходить без них (как говорила мадам Малкин: «Носить штаны под мантией — это оскорбление стиля», — но так делали почти все его знакомые) мальчик совершенно не хотел, и рубашку, потом натянул через голову мантию и постарался пригладить волосы.

— Тебе идет, — сказала мама, но Гарри посмотрел на свою худую фигуру в зеркало и разочаровался бы, как всегда было с мантиями, потому что они висели на нем, как мешок, но это была форма Хогвартса, мальчик был бы счастлив, даже если бы это был действительно мешок. — Осталась шляпа.

Остроконечная шляпа подчеркнула его пухлые щеки и круглые очки, за которыми скрывались широко распахнутые от эмоций глаза. Поттер не мог стоять на месте, извиваясь, как уж.

— Я приготовила тебе блинчики, — сказала мама. — Но не стоит есть много, потому что потом ничего не влезет на пиру.

— Пир, — мечтательно протянул Гарри, — как круто, — а потом подпрыгнул, отворачиваясь от зеркала: — Я увижу знаменитый потолок! И кучу картин! И меня распределят! И я познакомлюсь с профессором МакГонагалл! Увижу самого крутого директора!

— Да-да, Гарри, — рассмеялась мама. — Ты уже такой взрослый.

— Ага, — ответил тот и схватил чемодан, чтобы стащить его вниз.

— Магией проще, давай помогу, — услышал он голос за спиной и ответил:

— Я сам. А скоро я сам смогу и магией.

— Сможешь. Заклинание левитации проходят на первом курсе.

— А почему ты меня ему не учила?

— Потому что ты учил заклинания для стирки, уборки и готовки, — ответила мама, и мальчик насупился.

Он говорил, что хочет стать дуэлянтом, но мама ответила, что это подождет, и два года он тренировался сам себя обслуживать, что поучалось… не очень. Потому что мама доверяла ему свою палочку только с Сириусом или Ремусом рядом. А собраться на долгое время они могли нечасто.

Гарри оставил чемодан у камина и сел за стол, чтобы побыстрее запихнуть в себя блинчик, политый медом.

— Мы опаздываем! — воскликнул он, взглянув на часы, и кусочек блина выпал изо рта. — Ты поздно меня разбудила!

— Гарри, еще целых полчаса, — отозвалась мама. — Мы и так придем заранее. Иначе ты бы просто еще больше волновался.

— Я все, — сообщил он, вставая из-за стола со все еще набитыми щеками.

— Дожуй. Хогвартс никуда не убежит. И сейчас…

Она не договорила, потому что камин вспыхнул, и оттуда появился Ремус. Гарри открыл рот, потому что не видел дядю уже несколько недель, так как тот работал в отделе коммуникаций, где не хватало сотрудников, а работы было полно.

— Ты пришел меня проводить! — воскликнул Поттер радостно, подпрыгивая на месте, а потом подбегая, чтобы обнять. — Я уже готов!

— Он уже готов, — улыбнулась мама Ремусу, и было в этом что-то насмешливое.

— Он был готов, уже когда получил письмо из Хогвартса, — ответил тот весело, похлопывая Гарри по спине, и подхватил другой рукой тяжелый чемодан. — Помнишь, что говорить?

— Конечно, — ответил Поттер.

— Четко и громко, — напомнила мама.

— Мам, я не ребенок, — сказал он немного обиженно и сложил руки на груди.

Ремус фыркнул и уменьшил чемодан, чтобы положить в карман, зачерпнул летучий порох и ступил в камин.

— Ну, иди за Ремусом, — сказала мама. — Я после тебя.

— Ты учила меня пропускать женщин вперед, — заметил Гарри.

— Не в этот раз, — ответила мама, подтолкнув его в спину. — Давай, Ремус заждался.

Поттер глубоко вздохнул, сжал в кулаке порох и громко крикнул, зажмурившись и вытягиваясь по струнке:

— Министерство Магии!

Он чувствовал, как вращается вокруг своей оси, поэтому не открывал глаза, а еще старался не дышать, чтобы не вдохнуть сажу. Он надеялся, что не выйдет полностью черным, ни обо что не споткнется, а голова не закружится.

Наконец, мальчик почувствовал, как приземлился на ноги, и пошатнулся, хватаясь руками за камин и пачкая руки. Ремус тут же подошел ближе, но Гарри уже выпрямился и сделал несмелый шаг вперед, а потом отошел подальше.

— Как путешествие?

— Отлично, — ответил он, глядя на руки, и Ремус тут же почистил их взмахом палочки.

Через секунду в зеленом пламени соседнего камина появилась мама, которая не испытывала каких-либо трудностей с перемещением. Она перебросила через плечо длинные волосы и улыбнулась:

— Ну, пойдем.

Гарри активно закивал, вытирая о край мантии мокрые ладони. Еще чуть-чуть, и он будет в Хогвартсе, будет без мамы и дядюшек, будет совсем один. Он предвкушал это, но при этом ужасно боялся, особенно того, что не понравится учителям или своему факультету.

— Ремус, а если я попаду на Слизерин? — спросил он у дяди. — Ты тоже не думаешь, что Сириус расстроится?

— Сириус не любит Слизерин, потому что там училась вся его семья, — вздохнул Ремус. — Но он будет рад любому выбору шляпы, потому что любит тебя, — продолжил он, повторяя слова мамы. — Ну, мы почти пришли.

Гарри сглотнул перед дверями, у которых столпилась маленькая очередь из школьников. Отдельно от нее небольшой группой стояли Лонгботтомы, и белый как полотно Невилл был еще более нервным, чем Гарри. Он вяло кивнул и еще более вяло улыбнулся. Казалось, через секунду он расплачется.

— Здравствуйте, — сказал Гарри между другими приветствиями и пожатиями рук, отдельно он кивнул Невиллу, и тот спросил:

— Как настроение? Нервничаешь?

— Немного, — ответил Гарри. — А ты?

— Мне кажется, я сейчас упаду в обморок, — признался Невилл.

— Никаких обмороков, — весело сказал его папа. — Это просто новый этап в твоей жизни, через пару дней ты уже и забудешь, что волновался.

Судя по лицу Невилла, тот не верил в это ни на грамм. Он нервно поправил шляпу, и Гарри поправил свою в зеркальном жесте.

— Жаль, что Хогвартс-экспресса больше нет, — вздохнула бабушка Невилла. — Это были веселые путешествия. Мы бегали от купе к купе, пока старосты не видели, а потом накупали горы сладостей, объедались и засыпали за десять минут до выхода.

Гарри бы тоже хотел поехать на Хогвартс-экспрессе, но его перестали использовать, потому что был высокий риск попасть в места боевых действий маглов, которые, даже не видя поезд, нечаянно подорвут его.

— Осталось меньше двадцати минут, пора идти, — сказал Поттер, глядя на Ремуса умоляющим взглядом.

Больше всего не хотелось, чтобы взрослые начали болтать, оттягивая момент, когда дети попадут в школу, а Гарри хотел уже скорее увидеть портреты, двигающиеся лестницы, надеть шляпу.

— Ладно, нам действительно пора, — сказала миссис Лонгботтом, и Гарри хотел побежать занять очередь, но там уже никого не было, кроме работника министерства.

— Ваши палочки и багаж, пожалуйста, — попросил он, и Ремус увеличил чемодан, вытащил палочку Гарри.

Поттер наблюдал, как аврор касается палочкой пергамента, где проявляются черные печатные буквы с краткой информацией о владельце, осматривает вещи, кладет палочку обратно, проверяет, прикрепил ли Гарри наклейку со своим именем и инициалами к чемодану, отдает его эльфу.

— Хорошей учебы, мистер Поттер, — сказал работник, и Гарри прошел через открывшийся для него турникет. — Вы позднее других, — заметил аврор через секунду, глядя то на колдографию Ремуса на пергаменте, то на самого Ремуса, чтобы потом пропустить к Гарри.

— Я же говорил, мы опоздаем, — нервно сказал мальчик, и аврор рассмеялся.

— Нет-нет, вы не опаздываете. Все первокурсники хотят прибыть пораньше, так что еще полчаса назад тут было ужасное столпотворение. Вы пришли как раз вовремя.

— Я же говорила, — сказала мама, тоже проходя через турникет.

— Зато старшекурсники опаздывают, — рассмеялся аврор, забирая чемодан Невилла. — Снейп каждый год приходит провести их лично, негодует, снимает баллы и обещает не пустить следующий раз. Так что не удивляйтесь, если на пиру не будет хватать пары десятков человек.

Гарри поежился от упоминания учителя, который, по описаниям, казался злым. Кажется, он учился вместе с мамой и дядями, но те редко его упоминали и скорее в шутку, а близнецы припугивали тем, что Гарри лишится многих баллов. Но Гарри ведь не любил опаздывать и придерживался всех правил, поэтому ему ничего не грозит?

— Будто он может, — фыркнула мама.

— Ну, всего хорошего, — сказал сотрудник, обращаясь к первокурсникам, и открыл двери в большой зал.

Там их поджидал еще один аврор, который читал книгу, сидя на стуле. Он просто поздоровался и перелистнул страницу, а Гарри открыл рот от вида двух каминов. Они были огромными, темного цвета, с гербом Хогвртса наверху, и напоминали скорее ворота.

— Ну, наверное, пора прощаться, — послышался меланхоличный голос Ремуса. — Поверить не могу, что не увижу тебя до зимних каникул.

— Я тоже, — ответил Гарри, поворачиваясь и обнимая дядю, сдавливая в объятьях максимально крепко, а потом бережно обхватил руками маму.

— Ты уже такой взрослый, — сказала она. — Удачи, солнышко. И не переживай, все будет хорошо.

Рядом начал плакать Невилл, обнимая родителей и бабушку, и те всем скопом принялись его утешать, но успокоился мальчик, только взглянув на Поттера, который выглядел ошеломленным, но скорее ожидающим чего-то нового, чем грустным.

— Пока, — шмыгнул носом Невилл, обращаясь к родственникам, и потер глаза.

— Место назначения говорить не надо, — раздался голос аврора, который на секунду оторвался от книги, — просто бросьте порох, закройте глаза и не вдыхайте.

Гарри кивнул и смело пошел к камину, взял горсть пороха, встал на место, отмеченное красным кругом, и в последний раз сказал:

— Ну, до свидания. Я напишу, как только смогу.

Мама кивнула ему, и мальчик зажмурился и кинул порох под ноги. Он слышал свист ветра, вращение было намного более сильным, чем в обычном камине, а путешествие — таким долгим, что обычно он не дышал, но теперь пришлось сделать аккуратный вдох. Он ударился о землю ногами и устоял бы, если бы было за что ухватиться, но камин был таким огромным, что он покачнулся и упал.

— Осторожнее, — послышался взволнованный голос, а потом сильные руки подняли его и поставили на ноги.

Гарри открыл глаза и увидел чей-то живот. Пришлось высоко задрать голову, чтобы увидеть лицо человека. Бородатое, большое и доброе.

— Добро пожаловать на территорию Хогвартса! — громко сказал великан.

Он бы продолжил, но из соседнего камина вывалился Невилл. Весь в копоти и с торчащими во все стороны волосами, он громко закашлял, протирая лицо, чтобы, на самом деле, испачкать его еще сильнее.

— Невилл! — воскликнул Гарри, подскакивая к другу и помогая ему подняться. — Как ты так… так…

Волосы Лонгботтома вдруг встали дыбом, а потом улеглись в его обычную прическу, копоть слетела с одежды и кожи, перекошенная мантия поправилась, и мальчик снова выглядел прилично. Гарри обернулся, чтобы увидеть, как великан прячет маленькую в сравнении с огромной рукой палочку, и громко объявляет:

— Ну, все в сборе!

Поттер почувствовал на себе много взглядов других первокурсников и ощутил, что начинает жутко краснеть. Они не опоздали, но пришли последними. Значит их все ждали.

— Меня зовут Руберус Хагрид, я работаю учителем ухода за магическими существами, но до этой дисциплины вы доберетесь только на третьем курсе, так что сегодня я ваш проводник.

Гарри вертел головой, чтобы понять, что находятся они где-то возле леса, так как совсем рядом росли большие ели. Некоторые первокурсники смотрели на него уже с неодобрением, поэтому мальчик опустил голову и не стал присоединяться к группе, оставаясь у каминов, за спиной профессора Хагрида, развернутого лицом к толпе.

— Почему я уже опозорился? — прошептал Невилл плаксиво. — Это даже не первая секунда, а нулевая.

— Скоро все забудут, — попытался Поттер успокоить друга, но получилось слишком несмело, скорее вопросительно, чем утвердительно.

— Все становимся в пары и выстраиваемся в колонну, — скомандовал профессор Хагрид.

Невилл тут же схватился за рукав Гарри, и тот был совсем не против компании, особенно учитывая, что Рон уже стоял возле Ханны Аббот и явно собирался идти рядом с ней, хотя и энергично помахал рукой в знак приветствия.

— Давайте, ваши будущие однокурсники не кусаются, — говорил профессор, подгоняя тех, кто не мог выбрать пару, но некоторые все равно тушевались, круглыми глазами поглядывая на мужчину.

— Живее, — раздался стальной голос, от которого у Поттера встали волосы дыбом. — Иначе будете добираться сами.

Гарри резко повернул голову вбок, чтобы увидеть высокого худого мужчину, похожего на вампира и стоящего буквально в паре метров. Наверное, он прятался за каминами, никем не замеченный, чтобы теперь вдохновить своей краткой милой речью очень быстро построиться всех студентов.

— Пошли, — прошептал Невилл, потому что они стояли слишком далеко от остальных. — Почему мне всегда так не везет? — спросил он, когда стало понятно, что их пара останется последней.

— Профессор Снейп, вы вернулись! — воскликнул Хагрид дружелюбно и направился в начало организующейся колонны, оглядывая первокурсников.

Гарри просто пожал плечами на вопрос друга, слыша впереди громкий голос профессора Хагрида, который говорил следовать за ним и не проказничать, но ощущая присутствие жуткого человека сзади.

— А если я что-то не замечу, то это заметит профессор Снейп, ваш будущий учитель зельеварения, — сказал Хагрид напоследок.

Первокурсники обернулись, посмотрели в худое мрачное лицо, которое обещало большие проблемы тем, кто нарушит правила, отвернулись и начали двигаться совершенно молча.

Гарри узнал этот голос, который вчера убеждал маму отправить его в Дурмстранг и говорил о войне. Но почему профессор приходил к ним? Он не казался добрым человеком и вызывал в Гарри желание ударить его по лицу за повышение голоса на маму.

Они шли по широкой расчищенной дороге, выложенной камнем, деревья тихо шумели, пели птицы и не было слышно чьих-то голосов, только топот ног. Невилл нервно поглядывал на Гарри, тот отвечал тем же. Прибытие в школу казалось… странным. Гарри думал, что это будет долгий процесс, но время буквально летело. Не успел он об этом подумать, как профессор Хагрид крикнул:

— Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! Только осторожнее, здесь резкий спуск!

Гарри так вытаращился, глядя на изгиб леса, что поскользнулся и чуть не упал, но жесткая рука схватила его за капюшон, из-за чего мантия надавила на шею, и поставила обратно.

— Вас же предупреждали, — прошипел Снейп в ухо.

Первые в колонне начали охать и вздыхать, а Гарри повернулся, чтобы посмотреть на мужчину, похожего на летучую мышь, пропустив момент, когда сквозь более редкие деревья стал виден замок, поэтому, повернувшись обратно, увидел его во всем великолепии и открыл рот и ахнул.

На другом конце озера на вершине высокой скалы стоял замок. Огромный, величественный, с высокими башнями, котрые норовили проткнуть небо. Гарри никогда не видел настоящие замки вживую, и сердце забилось быстрее от мысли, что он будет ходить по тысячелетним коридорам.

На берегу стояли лодочки, и мальчик не успел подумать об их назначении. Потому что профессор громко сказал:

— Садимся по четыре человека в лодку, не больше! У кого будут проблемы, мы поможем!

Поттер понимал, что «мы» означало обоих профессоров, а к нему намного ближе стоял Снейп, поэтому мальчик подумал, что заберется в лодку сам, даже если упадет и разобьет нос. Но, к счастью, бортики оказались не очень высокими, поэтому он сел и подождал, пока напротив упадет Невилл.

Рядом Хагрид совершенно легко поднял и посадил в лодку девочку с пушистыми волосами, с другой стороны Снейп взмахнул палочкой, поднимая в воздух Драко, который взвизгнул, когда оказался оторван от земли, а потом взвизгнул еще раз, когда приземлился в лодку.

— Я наследник Малфоев! — крикнул он, и Гарри захихикал вместе с Роном, который забирался в их лодку.

— Я бы снял с вас десять баллов за нерасторопность, если бы вы были распределены на факультет, — ответил Снейп, и Рон, помогающий уже Ханне переступить борт, засмеялся громче. — А вы, мистер Уизли, следующий на очереди.

— Все расселись? — спросил Хагрид. — Не шатать лодки, не баловаться, не высовываться за бортики! — предупредил он звучным голосом, а потом размашисто махнул рукой. — Отчаливаем!

Лодка тронулась сама по себе, Гарри даже не поздоровался с Роном, потому что смотрел то на замок, то на прозрачную воду. Его щеки раскраснелись, а от улыбки заболели щеки.

— Круто! — воскликнул Рон. — Братья рассказывали об этом, но это так… вау!

Он счастливо рассмеялся, и остальные рассмеялись вместе с ним, чувствуя радость, разливающуюся по телу.

Невилл немного высунулся из лодки, чтобы попытаться рассмотреть дно, и магия отбросила его обратно.

— Вас же предупреждали! — рявкнул Снейп, который плыл в самой последней лодке с самыми невезучими первокурсниками, и веселости приубавилось.

Замок все приближался и приближался, нависал над ними, но это не казалось угрожающим, хотя в какой-то момент Гарри побоялся, что они врежутся в скалу.

— Пригнитесь! — скомандовал профессор Хагрид.

Гарри увидел, как остальные студенты прижимают головы к коленям, чтобы было легче пройти через заросли плюща, скользя прямо внутрь расщелины в скале. Гарри тоже сжался, чувствуя, как плющ щекочет шею, стало темнее, потому что они попали в пещеру, которую освещали лишь факелы.

— Офигенно, — выдохнул Гарри, глядя, как красиво отражается свет от воды.

— Да, — подтвердила Ханна. — Я еле дождалась начала учебы.

— Я тоже, — кивнул Рон.

Лодки причалили к подземной пристани, первокурсники начали высаживаться, оглядываясь вокруг.

— Все на месте? Никого не потеряли?! — спросил профессор Хагрид. — Дайте я вас пересчитаю. Один, два…

Он указывал пальцем на головы студентов, чтобы понять, что все в сборе, а потом махнул большой рукой и повел всех по лестнице, и на сей раз Гарри повезло оказаться в центре толпы, соответственно, не рядом со Снейпом.

— Зачем камины поставили в лесу?! — послышался рядом возмущенный шепот. — Они что, не могли установить их в замке?

Гарри повернул голову, чтобы увидеть Драко. Поттер считал, что это было отличным приключением, тем более лодки были зачарованы, поэтому никому не угрожала опасность, но ничего не сказал, в отличие от Рона.

— Испугался, Малфой? — прошептал тот.

— Конечно нет, — резко обернулся мальчик.

— Я слышал, как ты визжал, как девчонка, — хихикнул Уизли и ухмыльнулся.

— И почему вы поголовно так любите ассоциировать любое выражение эмоций с девочками, — фыркнула их будущая однокурсница с пышными волосами. — Гермиона Грейнджер, — представилась она. — И я не визжала.

— Гарри Поттер, — быстро сказал Гарри, чтобы предотвратить спор.

— Невилл, — сказал его друг и добавил: — Лонгботтом.

— А я Ханна Аббот.

— Рональд Уизли, — выпятил грудь рыжеволосый мальчик.

— Да-да, он Ронни, — хихикнул Драко.

Их разговор прервался громким стуком, от которого все вздрогнули. Судя по тому, что они стояли у большой дубовой двери, это постучал профессор Хагрид. Дверь медленно открылась, первокурсники быстро пошли вперед, и Гарри увидел высокую черноволосую волшебницу в строгой мантии и со строгим лицом. Ему хотелось закричать: «МакГонагалл!» — и тыкнуть в нее пальцем, чтобы все обратили внимание, потому что школьная жизнь родителей Гарри и его дядюшек очень часто пересекалась с профессором, особенно ночная. Но мальчик сдержался, только внимательнее разглядывая лицо, цепляясь за глаза с морщинками, которые появлялись у людей, любивших улыбаться.

— Это профессор МакГонагалл, — объявил профессор Хагрид. — Она проведет для вас небольшую экскурсию по замку.

— Спасибо, — кивнула женщина. — И так, только что вы прибыли через особые камины Хогвартса…