Костёр с аппетитом похрустывал ветками, которые Принц собрал, обойдя весь окрестный лес, и плевался в темноту ночи попадающимися в огонь кусочками смолы, будто подыгрывая какому-то неслышному ритму. Пламя живо горело и плясало ему в такт, обнимая свежеосвжёванную тушку кролика, которую Принц нанизал на кинжал и поворачивал то одной стороной, то другой. Сам Принц задумчиво смотрел на мерцающие в центре костра угли.

Где-то в лесу испуганно каркнула ворона и, громко захлопав крыльями, скрылась во тьме. Принц медленно поднял голову и осмотрел полянку. Конь спокойно стоял на привязи неподалёку и щипал травку у себя под ногами, не придавая особого значения далёким истерикам маленьких птиц. Примостившийся на сосну неподалёку филин повернул голову в сторону леса, но потом повернул её обратно, будто бы с интересом наблюдая за действиями Принца. Огонь костра отражался красными бликами в больших неподвижных глазах совы, что создавало зловещий эффект. Однако Принц знал, что филина гораздо больше интересуют мыши, привлечённые отходами от его стоянки, чем он сам, так что он вторым ножом спокойно отрезал от кролика кусок приготовившегося мяса, помахал им, чтобы чуть-чуть остудить, и отправил целиком в рот.

— Везёт тебе, летать вон можешь, — пробубнил Принц с набитым ртом, обращаясь к филину.

Но тот продолжал сидеть, не двигаясь. Даже не угукнул в ответ.

Странной эта сцена могла показаться, наверное, только Луне, которая наблюдала за происходящим, оставаясь на своём привычном месте: на почтительном расстоянии от подлунного мира. И она-то видела, что в лесу вокруг Принца огромное количество вывернутых с корнями деревьев. И что находится он на плоской вершине горы и окружён отвесными скалами.

И бежать Принцу было некуда.

Дракон прилетел несколько ночей назад, извергая проклятия на Принца и его дряхлую клячу за то, что те припёрлись к его пещере с дурацкими обвинениями в его адрес о похищении Принцессы, о которой Дракон и слыхом-то не слыхивал. Да и на кой она ему сдалась? В этих Принцесс ни жира, ни мяса, одни кости только, да и из тех доброго бульона не сваришь! Дракон в сердцах схватил Принца с конём и притащил сюда, чтобы подумали о том, что говорят. Изначально хотел аккуратно оставить на единственной поляне на скале, но Принц, чёрт бы его подрал, начал размахивать невесть откуда взявшимся мечом (взялся он, понятно, из ножен, но дракон, сконцентрированный на сложной посадке с барахтающимся грузом в лапах, пропустил этот момент мимо ушей и глаз) из-за чего посадка вышла отнюдь не бархатной. Дракон перебарахтался в одну сторону, Принц полетел в другую, коняга — в третью. Правда, в ходе происшествия заметно пострадали только окрестные кусты да деревья. И Принц, и конь, и сам Дракон отделались скорее лёгким испугом и немногочисленными ссадинами.

А потом Дракон улетел, продолжая осыпать ни в чём не повинное ночное небо проклятиями о тупых людях.

Принц усмехнулся, вспомнив, как до него эхом доносилось громкое драконье ворчание из темноты, и снова принялся задумчиво жевать кроличье мясо, перебирая в голове варианты действий.

Было их, на самом деле, не так и много. Надеяться на спасение было глупо: никто не знал, о том куда Принц отправился и тем более — куда попал. Значит, ждать помощи нет смысла.

В первый же день Принц обошёл своё новое место пребывания по периметру и уяснил одно: людей вокруг нет. Всюду, до куда дотягивался его взор, земля была покрыта деревьями и кустарником, далеко на западе местность холмилась, на севере, где-то за горизонтом вздымались горы. Нигде не было ни единого признака дымка из печных труб в хоть каких-нибудь захудалых поселениях. Значит, звать на помощь и пытаться привлечь к себе внимание — тоже без толку.

Да и даже если бы жили поблизости люди — забраться на эту скалу едва ли представлялось возможным. Вывод об этом Принц сделал во время того же обхода, который показал отсутствие признаков человеческой жизни вокруг: обрыв уходил вертикально вниз, а поверхность его была слишком вертикальной и гладкой для того, чтобы безопасно карабкаться по ней вверх или вниз. Трещин, лазов или чего-то подобного заметно не было.

Принц подумал, что подобный характер навевает мысли о том, что вся эта скала была когда-то и кем-то создана искуственно (может быть, самим Драконом?), однако быстро отбросил эти мысли в сторону, потому что они только отвлекали от поиска ответа на более насущные вопросы.

Единственным вариантом выбраться с этого острова посреди зелёного моря Принц считал верёвку. Однако свить канат, способный выдержать хотя бы только его вес (а ведь помимо Принца в безвыходном положении оказался и его верный Конь) и длинной в несколько десятков метров, а то и за сотню, казалось ему невыполнимой задачей: травы вокруг было мало, а из деревьев в округе были только сосны, кора которых едва ли могла помочь с этой задачей.

В лесу раздался шорох и захлопали крылья, что-то недовольно пискнуло, а секунду спустя прозвучало победное “Угу!”

В конечном счёте, потратив первый день на размышления о тяжести своего положения Принц решил не впадать в панику и просто жить, а со временем решение придёт само. Как минимум, пока что его жизни ничто не угрожало: на скале оказалось на удивление много живности. Здесь, судя по всему, охотно гнездились самые разные птицы: от сов до голубей, по кустам шныряли куропатки, сновали кролики, а ещё Принц точно слышал поросячий визг. При этом никаких следов хищников не было, так что Принц вообще чувствовал себя вольно и спокойно.

Соорудил себе несложный шалаш, устроил удобное костровище, чтобы готовить еду и греться ночью, и первую пару дней потратил на то, чтобы смастерить и расставить вокруг простенькие ловушки для зверья и птиц, позалезал в птичьи гнёзда и вынул оттуда несколько яиц, которые тут же приготовил на камне — в общем, обживался Принц на новом месте славно.

И так привык к окружающим звукам, что не сразу различил на их фоне тонкий писк “Спасите!” который донёсся откуда-то издалека.

— Положи меня на землю! — чётко выговаривая каждое слово продолжал голос, — Не смей меня съедать!

Конь озадаченно поднял морду к ночному небу и вспряднул. Принц оторвал взгляд от завороживших его углей и тушки кролика, и прислушался к странным звукам, напоминающим, будто кто-то на восточном базаре выбивал ковёр.

— Я, между прочим, дочь Короля! Верни меня, откуда взял! — упорно продолжал вопить уже очень хорошо различимый молодой женский голос, — Отпусти меня на землю, чудовище ты чешуйчатое!

Принц вскочил, уронил ужин в костёр и стал метаться по поляне, пытаясь вспомнить, где оставил свой пострадавший при неблагоприятной посадке меч. Наконец, найдя его в седельной сумке у коня на боку, он выхватил оружие и стал пристально всматриваться в ночь, из которой теперь очень явственно надвигался огромный дракон, мерно хлопающий чёрными даже на фоне ночи крыльями.

Принцесса, видимо, увидев огонь костра и подсвеченный им поднимающийся столб дыма, завопила изо всех сил:

— Эй! Ты, внизу! Спаси меня! Застрели эту тваааа~

Но Дракон не дал ей договорить: с визжащей от ужаса девицей он сделал вираж вниз и уронил её в ближайшие кусты. Принцесса, продолжая визжать пуще любого поросёнка, которого крестьянин за лапу утаскивает от мамки, со смачным хрустом приземлилась на мягкие ветки кустарника, несколько раз перекувыркнулась, замерла и затихла.

Испуганный Принц откинул меч и подбежал к ней, чтобы помочь девушке подняться, но она, ещё не понимая, что происходит, да к тому же с головой, которая кружилась будто после долгой поездки на карусели, схватила Принца за воротник камзола и резко потянула на себя. В результате, оба повалились обратно в гущу веток.

— Ах ты козёл! Будешь знать, как красть чужих Принцесс, — выдала она пьяным голосом и попыталась ударить своего спасителя.

Тот увернулся, вырвался из её захвата и принял картинную позу.

— Принцесса, я здесь, чтобы спасти Вас! Доверьтесь мне! — наконец изрёк Принц, — Позвольте мне помочь Вам подняться на ноги!

Принцесса замерла, проморгалась, видимо, обратила внимание на потрёпанное и пыльное, но всё-таки очевидно благородное одеяние Принца и прекратила попытки к сопротивлению, протянув руку и давая сигнал, что она готова к спасению.

Когда наконец оба человека вернулись к костру, конь недовольно прядал головой куда-то в сторону. Там удобно разлёгся Дракон, с интересом наблюдавший за всей этой сценой со стороны, подперев довольную морду лапой.

— Ну вы как, успокоились? — начал Дракон.

Принцесса хотела было дёрнуться и убежать, но Принц жестом остановил её.

— Прошу прощения за доставленные неудобства, Принц, — продолжил Дракон всё в том же тоне, — Но и ты меня пойми: я терпеть не могу, когда меня обвиняют в том, чего я не делал. Сплю я себе сладко, значит, в своей пещере, никого не трогаю, и тут ты приезжаешь и давай мечом махать, да на меня поклёпы всякие выкрикивать, мол это я Прынцессу слямзил. Разгорячился, признаю, вот и принёс тебя сюда, чтобы успокоился. И вот тебе твоя Принцесса, которую я не крал и не намеревался. Ты мне веришь?

Принц оторопело посмотрел на Дракона, на Принцессу, потом снова на Дракона и почему-то на коня. Конь тихонько ржанул.

— Да, верю.

— Хорошо, — продолжил Дракон.

— Но зачем мы здесь?

— Чтобы успокоиться, — Дракон выдержал значительную паузу, — Когда человек видит медведя — страх застилает его разум чёрной пеленой, не позволяя думать, но заставляя его бежать без оглядки. А меня — боятся даже медведи.

— Что ты с нами сделаешь? — неожиданно резко подала голос Принцесса.

Дракон тяжело выдохнул, положив голову на землю и закрыв глаза обеими лапами, а Принцесса с такой силой вцепилась в руку Принца, что тому показалось, что в него втыкают ножи.

— Принцесса, ну неужели ты до сих пор думаешь, что я нашёл тебя, перебил свору вонючих лесных разбойников и принёс сюда, слушая твою непрекращающуюся истерику для того, чтобы… что? Съесть? Тебя? Или вас двоих? — Дракон снова расхохотался, — Дааа, ведь вы такие жирненькие и упитанные, в вас мяса-то явно побольше, чем в олене, лосе, корове или быке!

Принцесса сглотнула подступивший к горлу ком.

— Вот поэтому мы и здесь, — выдержав ещё одну паузу сказал Дракон серьёзно, — Чтобы вы перестали видеть во мне того, кого боятся медведи. Я Вас отпущу, обоих. Но я хочу, чтобы Вы успокоились и не размахивали своими кривыми мечами, не орали и не паниковали. И чтобы не разбегались куда попало, когда я вас спущу отсюда на дорогу, а дождались, когда я принесу и коня, потому что всех сразу тащить у меня лап не хватит. А опосля — наши пути разойдутся, и мы никогда больше не встретимся. Всё поняли? Есть предложения или возражения? Или вам дать ещё пару дней на размышления?

Принцесса испуганно-вопросительно посмотрела на Принца, тот успокаивающе погладил её по плечу и сделал шаг вперёд.

— Значит, ты хочешь нам помочь?

— Да.

— И спустишь с этой скалы сначала нас с Принцессой, а следом — коня?

— Да.

— А почему не наоборот?

— Потому что если первым спустить коня, — начал Дракон поясняющим тоном, — он угарцует куда глаза глядят, и ищи его потом свищи. Даже если я его привяжу куда-нибудь к дереву. А мне с моими лапщами вообще-то несподручно с человеческими верёвками возиться.

— Хорошо, звучит разумно.

— Так что, по рукам? Не будете брыкаться и кричать?

— По рукам.

— Только, это… — голос у Дракона стал смущающимся, — у меня к вам будет одна ма-аленькая просьба.

Факел на воротах в замок уже догорал, когда сонный стражник, опершийся на копьё, встрепенулся от звуков бойко скачущих в его сторону копыт. Сначала он рванулся преградить нарушителям его сладкой дрёмы путь острым копьём, но вовремя разлепил глаза и увидел улыбающееся лицо Принцессы, высунувшееся из-за спины Принца, с перепугу тут же протрезвел, извинился сам себе под нос и кинулся отворять ворота.

В тот же день Король с Королевой закатили пир на всё Королевство, а Дракон с той поры перестал быть злодеем в сказках, которые матери рассказывали своим детям перед сном.

***