Если о Ханне Вашингтон можно было сказать две вещи, так это то, что она была патриоткой и всегда следовала приказам. Если бы нужно было добавить третью прямо сейчас — она очень жалела, что вызвалась добровольцем поехать в Уинслоу, чтобы разобраться с заявлением Немезиды о том, что один из Стражей стал причиной триггера Рой.

Выбор стоял между ней и Оружейником, и после последнего визита Оружейника в школу директор Пиггот была... мягко говоря, не в восторге от идеи позволить ему повторить это.

                                                            ***

— Оружейник, — произнесла директор Пиггот.

Оружейник спокойно смотрел на неё.

— В прошлый раз, когда ты был в средней школе Уинслоу, — медленно начала Пиггот, — ты ударил школьника электрошокером.

Оружейник скрестил руки, стараясь при этом выглядеть максимально непохоже на обиженного ребёнка.

— Он носил символику Имперцев и утверждал, что он кейп.

— Он пошутил, — с нажимом произнесла директор. — Ему было четырнадцать.

Оружейник скривил нос.

— В любом случае, — продолжила Пиггот, — Оружейник, ты не поедешь в Уинслоу. Вместо тебя поедет Мисс Ополчение.

Ханна кивнула.

Директор Пиггот наклонилась вперёд, сцепив пальцы на столе, и пристально посмотрела на Ханну.

— Позволь прояснить: мы не можем позволить себе очередной скандал. Тебе категорически запрещено нападать на кого-либо.

— На кого-либо? — уточнила Ханна.

Пиггот внимательно вгляделась в её лицо, пытаясь уловить хоть какую-то эмоцию. Ханна была абсолютно непроницаема.

— Разрешено атаковать только членов Империи, АПП, Неформалов и наемников Выверта, всех, на кого выдан приказ на ликвидацию, членов Бойни 9, Губителей, действуя в рамках самозащиты, а также на Убера, Элита, Цирк, команду Трещины... или, чёрт с ним, на Барыг тоже. На всех остальных — запрещено.

Ханна кивнула. Это не звучало слишком сложно.

                                                           ***

— Нам нужно задать тебе всего несколько вопросов, — сказала Ханна, стараясь сдерживать подёргивание глаза. Напротив неё, в кабинете директора, сидела Тейлор Эберт — та самая девочка, что недавно оказалась в центре подозрительного и поспешно замятого инцидента с шкафчиком.

На стуле рядом с Тейлор сидела кейп, чьё присутствие уже начало вызывать у Ханны головную боль. Она подалась вперёд:

— Не говори ничего. Протекторат ничем не лучше уличных банд. Мне плевать на твою безопасность или психическое состояние, — хрипло сказала Злая Мисс Ополчение.

Интересно, что её костюм действительно идеально сидел на подражательнице: почти всё осталось без изменений, за исключением повязки. Вместо американского флага на ней теперь красовались красно-жёлтые серп и молот.

А ещё — усы и козлиная бородка поверх повязки. Зачем-то. Каким-то образом.

Тейлор моргнула.

— Простите, что? — растерянно переспросила она.

Злая Мисс Ополчение достала из-за спины пистолет ОЦ-27 "Бердыш" и положила его на стол между ними.

— Хочешь пистолет? — спросила она.

Ханна схватила пистолет и бросила его в сумку на поясе. Он упал внутрь с металлическим звоном — к остальным семи, которые Злая Мисс Ополчение уже пыталась вручить Тейлор за последние десять минут допроса.

— Мы не раздаём оружие подросткам, — сказала Ханна строго.

Злая Мисс Ополчение подмигнула Тейлор с заговорщическим видом.

— Всё в порядке, — прошептала она. — У меня ещё есть.

Ханна устало вздохнула:

— Так или иначе, мисс Эберт, в связи с новой информацией, ставшей известной Протекторату, мы начали расследование недавних обвинений в травле, происходившей в школе Уинслоу, — пояснила она.

Тейлор закатила глаза:

— И вы увидели, что моё имя подозрительно часто указано как зачинщицы, и решили допросить именно меня. Ну конечно.

Ханна ожидала чего угодно — отрицания, чувства вины, даже злости — но точно не той усталой покорности, что вдруг появилась в голосе Тейлор.

— Мисс Эберт… — начала она.

Тейлор подалась вперёд.

— Я никогда никого не травила, — сказала она серьёзно. — Уже полтора года я подвергаюсь целенаправленной травле со стороны Мэдисон Клементс, Софии Хесс и Эммы Барнс. Из-за этого мои оценки становились всё хуже, а любые дружеские отношения в этой школе стали невозможны. Никто в моей жизни не обращал на это ни малейшего внимания, и я сильно сомневаюсь, что вы станете исключением. Пожалуйста, Мисс Ополчение, докажите, что я ошибаюсь.

Она пристально посмотрела на Ханну, и та поняла — это была попытка установить хоть какое-то доверие.

Но порядок есть порядок.

— Если одной из зачинщиц была София Хесс… — начала Ханна.

— Она и была, — твёрдо ответила Тейлор.

— Тогда ситуация внезапно стала куда сложнее, — пробормотала Ханна.

Тейлор закатила глаза:

— С ними всё всегда сложно. Я подаю жалобу — и папаша Эммы взмахивает руками, или что он там делает, — и всё тут же спускают на тормозах.

— Мисс Эберт… — начала Ханна.

— А с чего мне вам верить? — резко перебила Тейлор. — С какой стати я должна думать, что вы не забудете обо всём через день? Почему на этот раз всё должно быть по-другому?

Ханна встретилась с ней взглядом: — Я слышу об этом впервые, — спокойно ответила она.

— Чушь! Подростков не каждый день пихают в чёртов шкаф, забитый биологическими отходами! — закричала Тейлор, голос её с каждым словом становился всё громче и напряжённее.

— Я не… — начала было Ханна, но тут же осеклась — слишком поздно, слишком бессильно.

Злая Мисс Ополчение прокашлялась, и все обернулись к ней. — Она действительно не знала об этом, пока ты сама не рассказала, — произнесла двойник. — А вот я знала.

Тейлор сердито уставилась на героиню.

— И почему вы ничего не сделали?

— Я узнала об этом уже после, — пожала плечами Злая Мисс Ополчение.

— И ты вообще ничего не сделала? — с возмущением спросила Тейлор, обведя рукой школу. — Ни-че-го?

Злая Мисс Ополчение — Немезида — наклонилась вперёд, и на её лице появилось хорошо знакомое напряжение во взгляде.

— Я привела сюда героев, — спокойно сказала она. — Я злодейка. Я не могу всё исправить. А вот она — может. Не благодари.

Тейлор ещё несколько секунд молча смотрела на Немезиду, а затем перевела взгляд на Ханну.

— Ладно. Что вы хотите узнать?

— Для начала — что ты можешь рассказать мне об этом шкафчике? — спросила Ханна, доставая блокнот и карандаш.

Тейлор начала говорить.

                                                         ***

Через минуту после начала рассказа Ханну охватило отвращение. Через пять минут — ужас. Через десять — она была потрясена.

Абсолютная некомпетентность школьной администрации означала, что испытательный срок Софии фактически ничего не значил. В сочетании с её маниакальной одержимостью Тейлор, теперь стало куда яснее, почему поведение девочки так и не изменилось.

— Обещаю, я займусь этим делом, — сказала Ханна, протягивая руку для рукопожатия. — Справедливость восторжествует.

Тейлор пожала ей руку с неожиданно крепкой хваткой.

— Было бы отлично.

Она встала, собираясь уйти, но Ханна прочистила горло и протянула руку.

С неохотой Тейлор достала пистолет ОЦ-27 "Бердыш" и вернула его Ханне.

— Немезида, о чём мы с тобой говорили насчёт раздачи оружия подросткам? — спросила Ханна, поворачиваясь к подражательнице… но та уже исчезла. На её месте — пустой стул и разбитое окно.