В 2008 году Касс Санстайн, назначенный Обамой главой Управления по информационным и нормативным вопросам Белого дома, опубликовал работу, посвященную теориям заговора. В ней он описывает теорию заговора, как попытку объяснить некое событие, ссылаясь на махинации влиятельных людей, которым при этом удалось скрыть свою роль.

По идее, под это определение подходит как и теория заговора, так и любая секретная операция спец.служб или любое другое событие до тех пор, пока не произошла утечка или не вскрылись подробности, доказывающие, что это действительно произошедшее событие. Работа Санстайна не ставит целью научить отделять правду от теории заговора, делая основной целью понимание того, как распространяются теории заговора и каким образом их можно подорвать.

И если подрыв теории заговора – может быть вполне полезным действием, то с таким же успехом этот способ можно примять и для того, чтобы подорвать правдивую версию и скрыть свою роль в происходящих событиях, объявив всех, кто распространяет эту информацию теоретиками заговора. Как, например, в начале 2020 года, когда все, кто утверждал, что коронавирус может иметь лабораторное происхождение, клеймились теоретиками заговора, пока в начале 2023 года к такой версии не начало склоняться Министерство энергетики США и еще ряд ведомств.

При этом по мнению Санстайна подрывать необходимо не все теории заговора, а только те, которые являются ложными и вредными одновременно. Например, ложную теорию заговора о Санта Клаусе, в которой родители скрывают свою роль подрывать не стоит.

Во-первых, теории заговора упускают из виду непреднамеренные последствия политических и социальных действий и предполагают, что все последствия должны были быть кем-то запланированы. Тогда как основная идея заключается в том, что многие социальные последствия, включая крупные движения в экономике, возникают в результате действий или бездействия многих людей, никто из которых не собирался их вызывать, но человеку свойственно считать, что следствия вызваны намеренными действиями, особенно тех, кому это выгодно.

Во-вторых, теории заговора чрезвычайно устойчивы к коррекции, в том числе путем прямого опровержения со стороны представителей власти. Попытки её опровергнуть могут быть вписаны в саму теорию. Этим теории заговора отличаются от дезинформации. Для опровержения дезинформации достаточно опубликовать достоверные сведения, тогда как в случае с теорией заговора, опровержение может быть воспринято как еще одна уловка могущественных махинаторов, чтобы замести следы и следовательно как подтверждение теории.

«Люди склонны верить в теории заговора по разным причинам. Когда происходит какое-либо неприятное событие, неизбежны слухи и домыслы. Большинство из нас не в состоянии на основе личных или непосредственных знаний понять, почему разбился самолет, почему было совершено покушение на лидера или почему удалось осуществить террористический акт». Из последних примеров – ракета, упавшая на рынок в Константиновке. Еще до того, как стало известно, что это украинская ракета, в сети приводились доказательства этой версии, основанные на отражении этой ракеты на припаркованных автомобилях. Лично я понятия не имею о географическом расположении этого рынка, с какой стороны находятся украинские ракетные установки, чтобы лично убедиться в правдивости этой версии, поэтому, мне приходится ждать подтверждения кого-то, вроде NYT, чтобы принять эту версию. Но в первое время эта версия вполне могла считаться теорией заговора в западных и украинских СМИ. Ровно как и сторонниками теории заговора попытались объявить тех, кто говорил, что в Польше упала украинская ракета, пока не выяснилось, что это правда.

После подобных событий всегда будет выдвинуто множество предположений, и некоторые из них, скорее всего, будут указывать на некий заговор. «Людям неизбежно приходится полагаться на убеждения других людей. Одним людям для принятия теории заговора требуется большое количество доказательств, другим – гораздо меньше. Поэтому у людей будут разные пороги для принятия или отвержения такой теории. Одним из способов достижения соответствующего порога является предоставление прямых или косвенных доказательств. Другой способ – просто показать, что некоторые, многие или большинство доверенных людей принимают или отвергают теорию».

«Иногда люди верят в теорию заговора или, по крайней мере, подавляют свои сомнения, поскольку стремятся добиться расположения. Репутационное давление помогает объяснить появление теорий заговора и способствует возникновению конспирологических каскадов». На мой взгляд именно репутационное давление послужило причиной того, что в 2022 году широко распространилась теория заговора, называющая конфликт на Украине «неспровоцированным вторжением». В обществе, которые считают себя хорошими и правильными русскими, принято поддерживать западные нарративы. «При репутационном каскаде люди думают, что они знают, что правильно, или что, скорее всего, будет правильно, но тем не менее идут на поводу у толпы, чтобы сохранить хорошее мнение окружающих. Это подпитывает и так называемая групповая поляризация. В группе, имеющей определенную изначальную склонность, взгляды большинства членов группы неизбежно будут смещены в сторону этой склонности. Групповая поляризация особенно вероятна и особенно выражена, когда люди обладают общим чувством идентичности и связаны узами солидарности». Я думаю, что журналисты, получающие финансирование из-за рубежа и уехавшие из России, очень даже связаны узами солидарности.

В этих условиях аргументы посторонних людей, не связанных с группой, не вызывают особого доверия и не оказывают существенного влияния на снижение поляризации. Иными словами, всё, что вы говорите – это кремлевские нарративы и не важно в чем заключается ваш аргумент и справедлив ли он. Еще одним любопытным моментов здесь является «эффект отбора, когда происходит поляризация, и медиана взглядов в группе начинает двигаться в определенном направлении, сомневающиеся и полуверующие, как правило, уходят, а убежденные верующие остаются». И, как я уже писал, до 24 февраля, я сам был членом группы тех, кто смотрел иностранных агентов, но как только они поляризовались, я как сомневающийся и полуверующий, покинул эту группу, отправившись в поиски иных объяснений.

И теперь мы готовы перейти к самому интересному и к тому, в чем заключается суть работы Санстайна.

«Правительство может запретить теорию заговора», что на мой взгляд сделали в России, приняв закон о фейках, «заняться контрречью, приводя аргументы для дискредитации теорий заговора, может официально нанимать авторитетных частных лиц для контрпропаганды», что кстати в России тоже было реализовано, привлекая лидеров мнений на условный Соловьев Live. «Правительство может вступать в неформальное общение с такими сторонами, поощряя их к помощи. Каждый из этих инструментов имеет свой набор потенциальных эффектов, издержек и выгод, и каждому из них найдется место в тех или иных условиях. Еще при определенных условиях правительству лучше игнорировать теории заговора и теоретиков, даже если оно обоснованно опасается, что они будут иметь вредные последствия, поскольку действия правительства могут ухудшить ситуацию, рискуя тем, что рассмотрение теории будет легитимным и даже будет воспринято как ее подтверждение.

Однако наша основная политическая идея заключается в том, что государство должно заниматься когнитивным проникновением в группы, создающие теории заговора. При этом речь не идет о проникновении в стиле 1960-х годов с целью слежки и сбора информации. Как может работать эта тактика?

Члены групп, которые распространяют теории заговора, как правило, слыша только конспирологические версии поведения правительства, становятся все более склонными верить и генерировать такие версии. Государственные агенты и их союзники могут входить в чаты, онлайновые социальные сети или даже группы в реальном пространстве и пытаться подорвать просачивающиеся теории заговора, ставя под сомнение их фактические предпосылки, причинно-следственную логику или последствия для политических действий. В одном из вариантов правительственные агенты будут открыто заявлять или не пытаться скрыть свою принадлежность, в другом варианте государственные служащие участвуют анонимно или даже под чужими именами». И кстати, сейчас есть компании, которые предоставляют правительству такие услуги. Например, компания Flashpoint, подписавшая контракт с ФБР.

Приведу пример, как на мой взгляд работает этот метод на примере недавних событий, эффект от которых я смог ощутить на себе и которые вызвали бесчисленное количество теорий заговора.

Происходит ковид. В связи с этим в сети возникают дискуссии, по вопросам происхождения ковида и необходимости вакцинации. Уже сейчас мы знаем, что лабораторная утечка вполне могла произойти, но в тот момент необходимо было скрыть финансирование исследований в Ухани и сорвать дискуссию на эту тему, объявив всех сторонников этой версии теоретиками заговора.

Для этого происходит проникновения в подобные закрытые группы или открытые форумы и вбрасывается большое количество теорий заговора, порой доходящие до абсурда. Например, версия о том, что вирус разрабатывался в лаборатории, как биологическое оружие исключительно против Ирана, Китая или вообще с целью сокращения численности населения. Один мой знакомый утверждал, что вирус был создан специально для того, чтобы сделать мужчин более женственными, как бы это ни работало. Большое количество абсурдных теорий, в которые сложно поверить здравомыслящему человеку приводит к тому, что вполне вероятная теория о лабораторном происхождении начинает ассоциироваться со всем этим бредом, дискредитируется и человеку становится проще принять продвигаемую версию естественного происхождения вируса, потому что в обратное верят только психи.

То же самое произошло и с вакцинацией. Вполне разумные опасения о побочных эффектах или недостаточности тестирования новых вакцин подрываются версиями о чипировании, рептилоидах и вышках 5G, которые помогают распространению коронавируса. И если ты отказываешься вакцинироваться, то скорее всего ты антиваксер, верующий во всю эту чушь. Лично мне проще было пойти и поставить себе Спутник, нежели разбираться в море фейковой информации, в котором утонули вполне справедливые и разумные опасения и замечания.

И если вы наблюдаете за происходящем сегодня, то вы могли заметить, что стратегия за эти годы не особо поменялась. И это можно заметить относительно всё тех же лабораторий на Украине, которые определенно имели место, веря информации с сайта посольства США на Украине. Но вполне разумная дискуссия относительно того, чем они занимались, была подорвана версиями о птицах-убийцах, комарах-убийцах, и летучих мышах, которых в контейнерах приносят дроны, в которые почему-то так охотно верят наши пропагандисты и даже политики, как будто не понимая, как это будет восприниматься людьми, не смотрящими телевизор, тем самым вольно или невольно участвуя в дискредитации жизнеспособных версий.

Вы можете поддержать меня разово или на постоянной основе, оформив одну из платных подписок на Бусти.