«Я на станции», — отправил я сообщение Хаяши Мегуми, едва выйдя из вагона и разминая затекшую от долгого сидения поясницу.

Телефон завибрировал почти мгновенно, как только сообщение стало прочитанным.

«Хорошо. Скажу маме».

Хаяши, как я узнал от Касахары, недавно перешла на голосовые сообщения — устав от набора текста. Несмотря на свою нелюбовь к технологиям, она оказалась довольно гибкой и легко освоила новый способ общения.

«Буду минут через пятнадцать».

Отправив ответ, я сунул телефон в карман и зашагал прочь.

Бывал я у Хаяши всего пару раз, но дорогу от вокзала помнил смутно. Так что, недолго думая, я направился к её дому, наслаждаясь почти курортной атмосферой — видом на океан и котом, греющимся на солнце у забора.

«Вот и пришли…»

И всё же, оказавшись перед её домом, я слегка занервничал. Я не из тех, кто тусуется у друзей, и уж точно не настолько уверен в себе, чтобы без волнения идти к родителям своей сожительницы — особенно после того, как назвал их дочь «важным человеком».

Может, стоило сделать крюк, чтобы успокоиться?

Но я же сказал, что буду через пятнадцать.

Пожав плечами, я нажал кнопку домофона.

— Да, — раздался голос, искажённый помехами. Непонятно было, Хаяши это или её мать.

— Добрый день. Это Ямамото. Я приехал за Мегуми, — почтительно ответил я.

— А, Ямамото! Как вы быстро! — Голос принадлежал миссис Хаяши. Моё напряжение тут же возросло.

— Простите, что заставил ждать.

— Это нам следует извиняться за все хлопоты с нашей дочерью.

Я никогда не общался так официально через домофон и чувствовал себя неловко.

— Дверь открыта, проходите.

— Не стоит беспокоиться, вы же, наверное, заняты?

— Вовсе нет. Теперь, когда эта надоедливая Мегуми наконец-то собирается уходить, у меня полно времени на послеобеденный сон, сколько бы он ни занял.

— Хе-хе, — я сдавленно рассмеялся.

Это… не смешно.

— К тому же, похоже, Мегуми ещё не скоро закончит собираться.

— Правда?

И чем она занималась все эти пятнадцать минут?

— Так что, может, хотя бы чаю выпьете?

— Что ж, раз вы настаиваете… — я согласился, понимая, что стояние под дверью может показаться подозрительным.

Миссис Хаяши открыла дверь, и едва я переступил порог…

— Мама! У меня никак не получается уложить эти непослушные волосы! Что мне делать? — из глубины дома донёсся взволнованный крик Хаяши.

Воцарилась тишина.

— П-почему ты уже здесь? — наконец выдохнула покрасневшая Хаяши.

— С момента моего сообщения прошло ровно пятнадцать минут.

— Мог бы и немного опоздать!

— Если бы ты была готова, а я явился с опозданием, ты бы разозлилась, верно?

— Конечно!

— Я пришёл точно вовремя, предвидя такой поворот. Ничего не могу с собой поделать.

— Но… но пойми же!

Сильно сказано — «пойми». Потому что это невозможно.

— О, держу пари, ей сейчас сложно собраться и выйти из дома, — только экстрасенс смог бы такое определить.

— Хочешь, чтобы я стал экстрасенсом?

— …То есть ты всё это время пыталась уложить волосы, пока меня не было?

— Д-да.

— Правда? Должно быть, это было нелегко.

— Если подумать, это ты всё время укладывал мне волосы, и теперь это приносит плоды.

«Приносит плоды»? Не могу поверить, что она говорит такое при родителях без тени смущения.

— Тебе всегда Ямамото делал причёску? — вмешалась миссис Хаяши.

— А? Ага.

— Правда?

Я ожидал, что она подшутит над этой историей, но, к моему удивлению, миссис Хаяши поклонилась мне с самым серьёзным видом.

— Ямамото, прости.

— В чём дело?

— Можешь взять это с собой? — она протянула бумажный пакет, набитый, судя по всему, сладостями.

— О, нет, не стоит. Не беспокойтесь.

— Возьми, пожалуйста.

— Ладно, ладно, — она была настойчива. Типичная родительская забота.

— Спасибо, что заботишься о Мегуми.

Её серьёзное выражение лица заставило меня замереть.

— Мегуми, не заставляй Ямамото ждать слишком долго.

— Но…

— Пошли. Я помогу тебе в ванной.

Они удалились, оставив меня одного в прихожей.

— Прости, что заставила ждать… — минут через десять Хаяши вернулась с аккуратно уложенными волосами.

— А, ты всё это время ждал у двери? Извини.

— Всё в порядке…

Меня не особо беспокоит ожидание. Но ей стоит лучше распоряжаться своим временем.

— Ну, мам, мы пошли.

— Хорошо. Ямамото, извини, что отрываю тебя от учёбы.

— Ничего страшного.

— Мам, я позвоню позже.

— Ладно. Будьте осторожны.

Попрощавшись, мы вышли из дома. Я был слегка озадачен.

Поскольку я приехал до полудня, я ожидал, что меня хотя бы пригласят на обед. Возможно, миссис Хаяши проявила вежливость, решив, что мне нужно поскорее вернуться в Токио.

— Прости за позавчерашний день, что пришлось тебе одной возвращаться, — извинился я, идя рядом с Хаяши.

— Всё в порядке. Разве не хуже было бы, если бы я не добралась? В конце концов, я благополучно доехала одна, верно?

Несмотря на то, что с моей подробной памяткой она всё равно умудрилась пропустить пересадку, она держалась удивительно гордо. Это вызывало скорее уважение, чем удивление.

— Хаяши, как насчёт обеда?

— А разве мы не можем поесть, когда вернёмся в квартиру?

— Если поедим там, то уже часа в три.

— Немного поздно для обеда.

— Согласен… Может, знаешь поблизости хорошие рестораны? Сейчас ещё рано, но почему бы не пообедать там?

Едва я предложил это, Хаяши, шагавшая рядом, резко остановилась.

— Хаяши?

— …Скажи, Ямамото… — она уставилась в землю, нервно теребя штанину.

— А?

— Это… считается приглашением на свидание? — её голос звучал выше обычного и немного хрипло.

Почему она всегда спрашивает, считается ли совместный обед свиданием? Я не совсем понимал, к чему она клонит, но решил ответить честно.

— Нет, не свидание.

Было бы логично предположить, что приглашение на обед соседа по комнате свиданием не считается.

— …Можно было бы и назвать это свиданием, — пробормотала она так тихо, что я едва разобрал слова. 

— О! Я знаю отличное место!

— Почему ты так злишься?

— Я не злюсь!

Но её голос был настолько сердитым, что в это невозможно было поверить…

— Может, просто покажешь дорогу до этого замечательного ресторана?

— Хорошо! Я отведу тебя в одно место с морепродуктами — вкусно и недорого!

Её наигранная обида и конкретное описание ресторана выглядели довольно забавно.

◇◇◇

— Эй, Хаяши, мы скоро придём в тот твой вкусный ресторан?

— А? Думаю, он где-то тут…

С момента, как я попросил её показать дорогу до «ближайшего» ресторана, прошло уже минут тридцать. Хаяши сказала, что идти минут десять, но мы шли втрое дольше, а ресторана всё не было видно.

— Мы не заблудились случайно?

Меня охватило смутное беспокойство. Если подумать, у Хаяши топографический кретинизм.

Может, я зря спросил дорогу у неё?

— Странно… Я думала, он рядом с рыбным портом.

— А мы уже у станции.

Мы вышли к той самой станции, где я встречал её ранее. Из-за нашего блуждания обратный путь занял вдвое больше времени. На самом деле, рядом с этой станцией не было никакого рыбного порта. Судя по расположению дома Хаяши, порт должен быть в противоположной стороне.

…Точно. Я определённо спросил не у того человека.

— Ну, заблудиться — это тоже часть удовольствия от путешествий.

— Но я ещё не призналась, что заблудилась!

— То есть ты не заблудилась?

Хаяши промолчала, лишь виновато улыбнувшись.

— Прости. Я такая неудачница, что даже не могу нормально указать дорогу.

Наконец сдалась, она заметно поникла.

— Всё в порядке. Я же сказал, заблудиться — это нормально. Иногда, когда не можешь найти нужный ресторан, находишь какое-нибудь неприметное местечко, где и цены приемлемые, и еда вкусная.

— …Но здесь, кажется, только сетевые рестораны.

…Точно.

— Я-я люблю сетевые рестораны!

— …Прости.  Я правда ни на что не гожусь…

— Я бы не стал злиться из-за такого, понимаешь?

— Ямамото всегда меня выручает…

— А? Вовсе нет.

Разве её повседневная забота о моём питании — не её заслуга?

— Мне очень жаль…

Похоже, мои слова до неё не дошли.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, я действительно могу потерять терпение. Мы же старались, чтобы наша совместная жизнь сложилась.

…Надо признать, она на удивление ранимая. Не верится, что в школе её звали «королевой».

— Всё верно. Тебе стоит жить с кем-нибудь другим, а не со мной. Уверена, твоя жизнь станет гораздо лучше.

— Ты снова себя недооцениваешь.

— Я просто реалист.

Хаяши горько улыбнулась.

— Ямамото, есть ли у тебя кто-то, с кем ты хотел бы жить?

— Э-э…

— Я поддержу, честно.

— …Знаешь… — я раздражённо вздохнул. — Я не из тех, кто готов жить с кем попало. Я живу с тобой, потому что хочу жить именно с тобой.

А?

Неужели она пыталась выманить у меня что-то настолько неловкое?

— …Правда? — её голос стал высоким и напряжённым, выдавая волнение. — Ты хочешь сказать, что жизнь с кем-то другим для меня немыслима?

— А?

О чём это она?

— Ну… наверное, да, — в итоге я согласился, потому что это была правда.

— Значит… Ямамото?

— А?

— Выходит, ты не собираешься жить ни с кем, кроме меня?

— А?

О чём она вообще? Какая чепуха…

— Ну, наверное, так, — в конечном счёте, это было правдой. Жить с незнакомцем было бы страшновато.

— Понятно.

— Ага.

— Понятно. Хе-хе. Хе-хе. Понятно. Понятно.

Ещё минуту назад подавленная, Хаяши теперь сияла ослепительной улыбкой.

— Хе-хе. Понятно. Хе-хе-хе. Понятно.

— …Ты что, радуешься, что я такой нелюдимый, что не могу ужиться с большинством людей?

— А? Может быть? О, нет. Не совсем. …Но, может, и да.

— Что именно «может быть»?

Ответ был совершенно непонятен.

— Но в любом случае, это нехорошо, Ямамото.

— Что именно?

— Тебе не стоит флиртовать с другими девушками.

— Не буду.

Если бы я попытался, это выглядело бы просто неловко.

— Вот именно! У тебя ведь и нет близких подруг, с которыми можно было бы флиртовать!

— Верно.

Было немного обидно это слышать, но это была правда. Если честно, и друзей-парней у меня тоже было немного.

— А?

Именно в этот момент мы оба осознали всю глубину моей необщительности.

— Сэмпай? Это вы, сэмпай?

— Хм?

Я обернулся на голос. Перед нами стояла девушка в матросской форме — точно такой же, какую мы с Хаяши носили до недавнего времени в старшей школе.

— Ого, сколько времени!

Я сразу подумал: наверное, это подруга Хаяши, которая обрадовалась внезапной встрече. В конце концов, у Хаяши в школе было много друзей, в отличие от меня.

— …Что такое, сэмпай? — что-то было не так. Девушка подошла ко мне, а не к Хаяши.

Чёрные волосы, подстриженные каре, и большие выразительные глаза… Честно говоря, я не узнал эту утончённую и женственную девушку.

— Кто эта… особа? — голос Хаяши, ещё секунду назад такой беззаботный, стал ледяным.

— Не знаю.

На самом же деле я соврал

— А?.. А, понятно! — девушка будто что-то вспомнила, достала из сумки очки и надела их.

— А…

— А?

Услышав этот холодный голос Хаяши… и увидев её лицо в этих характерных очках с красной оправой, я наконец вспомнил, кто передо мной.

— Мацуо-тян!

— …А ты говорил, что у тебя нет близких подруг, — проворчала Хаяши, но девушка, стоящая перед нами, была Мацуо Мисузу — нашей младшей на год однокурсницей.

— Ничего себе, как ты повзрослела. Изменилась так, что не сразу узнал.

— Я же просила не флиртовать с другими девушками…!

— …Правда? Да и ты волосы укоротила. Предыдущая причёска тебе шла, но эта тоже ничего.

— …Я… симпатичная сейчас? — неловко спросила она.

— А?

— Ты думаешь, я сейчас выгляжу мило…?

— …К сожалению, я не из тех, кто разбрасывается такими легкомысленными комплиментами.

— А?

— Ну, вот так вот.

Встретив Мацуо, я собирался вести себя как приличествует старшекласснику при младшей, но её неуклюжий вопрос полностью сбил меня с толку.

…Что ж, видимо, сама идея «вести себя как старшеклассник» мне не подходит.

— С-спасибо, — прошептала Мацуо, покраснев.

— Эй, Ямамото, — Хаяши окликнула меня ещё более грубым тоном.

— Что, Хаяши?

— Дело не в том «что»… Мне нужно многое тебе высказать, но сначала… Ладно, неважно.

— Хм? Что ты пытаешься сказать?

— Кто эта девушка? Ты кто?

— В смысле… Она же наша младшая…

— Не говори мне этого! — вдруг крикнула Хаяши.

Т-ты не должна была так кричать…

— Это Мацуо. Она на год младше нас… Должна же ты её знать.

— А? Я совсем не знаю её.

— Та самая девушка, что произносила прощальную речь на нашем выпускном.

— А, если вспомнить, ты тоже как-то раз говорила прощальную речь. Это было так раздражающе.

По традиции нашей старшей школы, прощальную речь всегда произносил ученик с наивысшими оценками. Поэтому на втором курсе эту роль доверили мне. Именно поэтому Хаяши так раздражало моё выступление.

Спасения нет, это факт.

— Эй, а у той девушки с выпускного, что говорила речь, разве не были волосы заплетены в косички?

— Да. Поэтому я не сразу её и узнал.

Мацуо смущённо поклонилась.

— А, понятно, — вроде бы убедилась Хаяши, но тут же спросила: — Так почему ты знаешь девушку на год младше себя?

Снова злится. Но с чего бы?

— …Мы были в одном комитете, — не понимая причины её гнева, я всё же объяснил. — В прошлом году мы вместе работали в оргкомитете культурного фестиваля.

— Ваша помощь была неоценима. Спасибо.

— Нет, это я многому у вас научился… Это мне следует благодарить.

— Что ж, признаю, я действительно хорошо справлялась со своими обязанностями.

Я не отличался особой скромностью.

— Хе-хе. Сэмпай, вы всё такой же, как всегда.

— Правда? Возможно.

— …Кстати, а кто эта девушка с вами? — поинтересовалась Мацуо.

— А, это…

— Хаяши Мегуми, — перебив меня, Хаяши шагнула вперёд. — Ты помнишь это имя?

Она с вызовом смотрела на Мацуо.

— …Хаяши Мегуми? А, «Высокомерная королева»!

— М-м…

— Она же училась в нашей школе до прошлого года? Я её помню. У неё был громкий голос и властный характер, и я всегда считала её занозой в боку!

— Точно.

— Ямамото!?

…О нет.

Я прикрыл рот рукой и отвернулся. Через мгновение я взглянул на Хаяши и увидел, что она смотрит на меня с сердитым, почти плачущим взглядом.

— …Кстати, сэмпай, а что вы здесь делаете? — спросила Мацуо, меняя тему.

— А что? Разве нам так уж странно находиться в моём родном городе?

— Но, сэмпай, вы же поступили в университет в Токио, верно?

— А?

Откуда она это знает? Хотя мы и были знакомы со школы, мы общались только по работе в комитете. Я не думал, что рассказывал ей о своих планах на поступление…

— С-сэмпай был довольно известной личностью, так что слухи доходили и до меня.

— А, понимаю. Я и вправду был тем ещё сорванцом.

— Это неправда!

— Ого.

— Сэмпай вовсе не сорванец! На самом деле… ах! — Мацуо, разгорячившись, сделала шаг ко мне, но вдруг хлопнула в ладоши, словно что-то вспомнив. — Сэмпай, у вас есть минутка? Мне бы хотелось кое о чём с вами посоветоваться.

— Посоветоваться?

Я взглянул на Хаяши. Та сердито посмотрела на меня, затем фыркнула и отвернулась. Её эмоции сегодня были особенно яркими: то подавленность, то возбуждение, а теперь и злость.

— Да, пожалуйста, — ответил я Мацуо.

— Спасибо! — радостно воскликнула она.

— Итак, о чём ты хотела поговорить?

— …Вообще-то, в этом году я снова в оргкомитете культурного фестиваля.

— А, точно, фестиваль уже скоро.

— Да. И… в этом году я председатель комитета.

— Понятно. Ответственная должность.

— …И у меня как у председателя есть одна цель.

— Цель?

— Да! — с энтузиазмом кивнула Мацуо. — Я хочу, чтобы в этом году наш культурный фестиваль стал открытым для широкой публики!