Следующим утром за завтраком к ней подошла Асуи Тсуи, и Айра вежливо перевела на неё взгляд. Казалось, все присутствующие на улице вчерашним вечером затаили дыхание, хоть и сидели за разными столами. Шинсо напротив неё удивлённо вскинул брови.

— Прости, Айра-чан, — сказала она. — Я думала только о своих чувствах, и не подумала о чужих. Я... Усвою свой урок, как ты усвоила свой. Мне было больно из-за того, что я не могла смеяться со всеми, я не смогла справиться с этим самостоятельно и вывалила свои переживания на вас. Ещё... я хотела бы сказать, что я согласна с Ураракой: нам всем просто хотелось бы, чтобы всё было как раньше.

— Мне тоже стоит извиниться перед тобой за резкие слова, — кивнула Айра, и она могла поклясться, что услышала облегчённый вздох Мидории, сидевшего за столом позади неё. — Мне жаль, мне стоило выразиться мягче. Что до слов Урараки... События в Камино оставили неизгладимый след в душе каждого из нас. Изменили нас. Как раньше уже ничего не будет, как бы вам этого не хотелось. Я понимаю это чувство, но... Невозможно перекрыть то, что случилось, шуткой. Однако... Шутки помогают расслабиться, переключиться. Вчера я повеселилась, надеюсь, и вы тоже, — Айра улыбнулась.

— Мидория сказал, твой отец один из тех, кто пострадал в Камино. Но несмотря на это ты никому ничего не сказала… Мне правда стыдно за то, как я вела себя вчера, — Тсую вздохнула. — Но… когда тебе больно или плохо, ты можешь рассказать нам. Для этого ведь и нужны друзья, ква. Хочешь, обнимемся?

Айра удивлённо вскинула брови.

— Мой отец сделал то, что считал важным, и ничуть не жалеет о том, что случилось. Я горжусь им, мне не больно и не плохо. Мне немного грустно, потому что его жизнь необратимо изменилась, но в этом мире ещё достаточно того, что он может сделать. Так что мне не на что жаловаться, — Айра снова улыбнулась. — Жизнь продолжается. И каждый сам выбирает, как он будет жить дальше. Мы можем выбрать помнить случившееся, извлечь урок и наслаждаться жизнью, можем выбрать страдания и чувство вины. Я выбираю принять реальность, наслаждаться жизнью и никого ни в чём не винить. А ты?

Бакуго встал и вышел из столовой, не доев завтрак.

— Я тоже... Буду наслаждаться, ква, — кивнула Асуи. — Можно сесть рядом с тобой?

— Садись, почему нет? — Айра кивнула на незанятый стул. — Спасибо, Мидория, — не оборачиваясь, добавила она. — Лезть в чужие дела, даже когда тебя не просят, качество настоящего героя. И это сейчас был не сарказм. Уверена, тебе вчера пришлось сильно постараться, чтобы сгладить ситуацию.

— А... Н-нет... Не то чтобы... Я просто... Подумал, что тебя могут не так понять, и так как я знаю больше всех о твоей ситуации, то... Извини... Я объяснял без подробностей… так что…

— Зачем ты извиняешься, когда тебя благодарят? — Айра обернулась, вскинув брови. — Ты сгладил то, что могло перерасти в конфликт. Тут не за что извиняться.

— Когда вы успели поругаться, а, — пробормотал Шинсо, изобразив палочками жест «я слежу за тобой». — Стоит уходить спать последним, чтобы убеждаться, что ничего не случится ночью.

— Ой, брось, — Айра помахала на него палочками. — Кто-то может проснуться раньше тебя и поругаться. Как не перестраховывайся, все конфликты не предотвратишь.

Несмотря на то, что каникулы не кончились, после завтрака, предоставляемого школой, они отправились в учебный класс, где Айзава объявил, что они планируют продолжить тренировки причуд для того, чтобы все они могли подготовиться к сдаче экзамена на временную геройскую лицензию.

В течение нескольких часов они должны были тренироваться под присмотром Айзавы, Полночи, Эктоплазма и Цементоса, придумывая новые приёмы и улучшая свои навыки.

— Акияма, ты не уходишь из поля моего зрения, — произнёс Сотриголова, когда была дана команда расходиться, стоило ей только сделать шаг в сторону. — Твоя мать предупредила, что после подобного кризиса давление может резко подскочить от самых незначительных нагрузок, так что, начни с самого простого. Ты будешь медленно перебирать все свои приёмы, пока я не удостоверюсь, что всё под контролем, и тебе не опасно заниматься тем, что ты открыла в Камино.

— Поняла, — Айра кивнула, оставаясь стоять на месте. — Я начну с поля на себе, оно требует меньше всего концентрации. Степень концентрации повышается, когда я активно двигаюсь, так что я начну повторять свои рукопашные приёмы.

— Хорошо, — одобрил Айзава. — Пока тебе также запрещено выходить за предел давления выше, чем сто тридцать на сто. Как только твой браслет озвучивает эту цифру, ты прекращаешь использование причуды. Пока Исцеляющая Девочка не подтвердит, что повышение давления выше этой отметки не опасно, ты будешь следовать этому правилу. На осмотр после каждой тренировки. Самостоятельные тренировки с причудой запрещены.

— Как скажете, — Айра снова кивнула.

Нечего было и ожидать, что спустя всего пару недель после такой перегрузки ей позволят сразу же работать в полную силу. Она поправила настройки в браслете, чтобы он озвучивал требуемые Айзавой цифры, и мысленно поблагодарила Хацуме Мей. Казалось, подготавливая программу, эта девушка предусмотрела всё.

Было немного грустно: пока остальные совершенствуются, она будет топтаться на месте, раскачиваясь до своего предыдущего состояния. Хорошо, если до экзамена на геройскую лицензию успеет вернуться в норму. К счастью, у неё предостаточно приёмов, которые можно использовать. Нужно только придумать им названия, чтобы люди узнавали...

Но винить в этом она могла только себя, в конце концов, она сознательно довела себя до того состояния. Впрочем, Айра не врала, когда говорила, что ни о чём не жалеет.

— Возмущения не будет? — вскинув брови, уточнил Сотриголова.

— Нет, я ведь пожинаю последствия своих действий, — Айра пожала плечами. — Я ещё легко отделалась.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — кивнул учитель. — Можешь начинать.

Айра сместилась чуть в сторону, чтобы случайно не получить осколком бетона по голове. Цементос подготовил площадку, удобную для тренировок каждого, и прямо над ней развлекался Бакуго. Учитывая её причуду, она, конечно, не пострадает, но тяжесть-то она ощущает. Мало ли какого размера кусок он вышвырнет с верхотуры взрывом.

Причуду она не использовала почти две недели. Глубоко вздохнув, Айра совершила привычные действия, окутывая себя полем. Никакого дискомфорта не ощущалось, наоборот, ей казалось, что активация даже далась легче, чем раньше. И быстрее, естественно.

— Ноль целых три десятых секунды, — заметил Айзава, опуская руку с секундомером.

Айра передёрнула плечами. Не хотелось этого признавать, но за эту скорость стоило благодарить Все За Одного за то, что он такой мудак. Вот что с людьми близость смерти делает.

— Как ощущения?

— Привычные, на самом деле, даже кажется, что давление ощущается меньше, чем раньше.

— Продолжай.

Так, под присмотром бдительного Айзавы она продолжила свою тренировку. Не успело пройти и десяти минут, за которые она успела наслушаться радостных выкриков одноклассников, как внутрь спортзала заглянул Всемогущий.

— Хоть меня никто и не просил, но я здесь! — вместо приветсвтвия на несколько секунд превратившись в себя-здоровяка и показав большой палец, сказал он. Бинты с левой руки у него уже сняли, да и в целом он выглядел получше. Уже не был таким бледным. Хотя, конечно, учитывая худобу, слова «хорошо выглядишь» вряд ли можно применять со всей искренностью. С другой стороны, даже в этом его облике был свой особенный шарм.

Рано или поздно, все привыкнут к его новой внешности. И она в том числе. Главное, что он жив, и может с ними общаться!

— Всё хорошо, лучше иди восстанавливайся. Тебе нужно готовиться к следующему семестру, — прохладно поприветствовал Айзава, оборачиваясь.

Айра даже забыла о том, что должна тренироваться, просто стояла и смотрела на отца сияющими глазами.

— Эй, чего такое холодное приветствие? — насупился Всемогущий, казалось, он нервничает. — Сегодня же урок про суперприёмы, конечно же я хочу посмотреть, что да как. Я ведь тоже учитель.

Спохватившись, Айра поспешно вернулась к повторению ударов. Специально для нее Цементос вырастил бетонный манекен, очень отдалённо имитирующий человека.

В этот же момент сверху громыхнуло так, что заложило уши. Айра вскинула голову.

— Боже, как же давно я так не отрывался! Будто заново родился! — услышала она сверху голос Бакуго, вот только радости в нём не слышалось. Совсем. Только предвкушение. — Эй, Эктоплазм, ты тут сдох! Давай ещё клона, да поскорее!

— Он что-то с чем-то, — пробормотал Всемогущий, смотря вверх.

— Да, — поддержал Айзава. — Он определённо станет сильнее. Акияма, ускорься.

Заметив, что Мидория в прострации пялится на свой кулак, Всемогущий направился в его сторону. Ей не было слышно, о чём они говорят, но, очевидно, бывший герой номер один дал совет. Едва сдержав завистливый вздох, Айра ещё немного посмотрела ему в спину. Нечего было и надеяться, что он подойдёт к ней первой, да и… нельзя.

Всемогущий отправился к Киришиме и она смогла заметить в заднем кармане его штанов книгу «Преподавание для чайников». Всемогущий был у Каминари, Айра отвернулась и, наконец, снова сосредоточилась на тренировке. Может, и до неё очередь дойдёт…

Всемогущий и впрямь подошёл и, несколько замявшись, посоветовал не напрягаться и восстанавливаться в темпе, который сочтут нужным профессионалы. Даже похвалил, что у неё для сдачи на экзамен для временной лицензии и так приёмов достаточно.

Воодушевлённая, Айра продолжила своё улиточное перебирание приёмов под присмотром Айзавы. После тренировки она честно сходила до Исцеляющей Девочки, та провела осмотр и постановила, что при давлении в сто тридцать на сто она может не опасаться резкого скачка давления.

Тело Айры было намного больше адаптировано к скачкам артериального давления, чем у обычных людей, сказывалось использование причуды с раннего возраста. Её организм просто перестал считать некоторые состояния «тяжёлыми» или «отклонением от нормы», потому что ежедневное планомерное поднятие давления уже было для него нормой. Она никогда не сбивала его таблетками, только нажатием на несколько точек… Человеческое тело, в целом, удивительная вещь, если его изучать. Например, если долго и сильно нажимать на одну определённую точку, можно так понизить себе давление, что лишишься чувств. А то и сердце остановиться может.

Поцокав языком, Исцеляющая Девочка выдала разрешение на тренировки до ста сорока. Айра бережно убрала бумажку в карман, завтра на занятии её нужно будет отдать Айзаве. Оставалось надеяться, что вскоре ей разрешат использовать причуду по максимуму, как и раньше, но и сто сорок было… большой уступкой.

Тренировки продлились почти весь день, обеда у них не было. Ужины столовая не готовила, но Академия снабжала студентов продуктами — в общем холодильнике на первом этаже были колбаса, сыр, много свежих овощей, даже замороженные мясо и рыба, и морепродукты. так что предполагалось, что каждый перекусит, кто чем горазд. Хочешь готовить — готовь, не хочешь, организовывай бутерброд.

Отсутствие ужинов было оправдано тем, что все они почти взрослые люди, а взрослые люди должны уметь позаботиться о таком простом деле, как приготовление пищи. То, что им доставляли с утра разнообразные завтраки и в столовой в обед тоже можно было выбирать из почти десятка блюд, уже было… довольно много. Иными словами, даже если кто-то принципиально не хочет готовить, во время завтрака и обеда можно объесться так, что ужин можно и пропустить.

Айра ужин пропускать была не намерена, так что, сцапав за шкирку развалившегося было на диване Киришиму, потащила его на кухню под удивлёнными взглядами мальчишек.

Кухня представляла собой соседнее с общей гостиной помещение, дверь туда закрывалась, вероятно, чтобы сильно не раздражать тех, кто решил поголодать, вкусными запахами.

— То, что мы теперь живём в общаге, не отменяет нашего уговора! Ужин ты что, собрался пропустить? — грозно поинтересовалась девушка, снимая с крючка рядом с холодильником фартук и надевая его.

— Ну… Да… Но… Похоже это плоха-а-ая идея, — Киришима неловко улыбнулся, снимая второй фартук с крючка. — Что готовим?

Мина, ожидающая, пока скипит чайник, уставилась на него во все глаза. Яойорозу, насыпающая заварку в заварной чайничек, тоже бросила на них взгляд. Бакуго, занятый нарезкой морковки, даже голову не повернул.

— Конечно, плохая, у нас было много нагрузок сегодня, организм нуждается в белке! Как насчёт тендона?

— О-о-о-о, — протянула Мина. — Тоже хочется… Но я слишком устала, так что, обойдусь бутербродиком…

— Ну… Давай я и на тебя приготовлю, — взъерошив волосы, предложил Киришима, отводя взгляд в сторону.

— Правда?! — обрадовалась Мина, вскакивая на ноги и опираясь ладонями о стол. — Класс! Киришима, ты лучший!

— Киришима, ты подкаблучник, — раздалось злобное и завистливое бурчание Минеты от двери, который пошёл за ними следом и всё это время наблюдал за происходящим. — Как ты смеешь завоёвывать женские сердца через желудок… И ты, Бакуго!

— Чё? — парень, нарезающий лук, обернулся, выражение его лица обещало говорившему скорую смерть. — Я сюда самый первый пришёл и для себя готовлю, потому что слежу за своим питанием. Причём тут девки, а, ты, кретин тупоголовый? Сдохнуть хочешь? — не разочаровал Бакуго.

Икнув, Минета осознал, что и кому сказал, и захлопнул дверь. Бакуго отвернулся, возвращаясь к своему занятию.

Кашлянув, Айра закопалась в холодильник и кинула в Киришиму упаковку с креветками, парень, как раз поставивший на кухонную тумбу чашку, легко поймал. Айра отправилась на поиски риса.

Вскоре кухня наполнилась соблазнительными запахами.

— Ах, несмотря на то, что я уже плотно поужинала, тоже хочется, — заметила Яойорозу, всё это время распивающая с Миной чай.

— А? Но когда я пришла, тебя же тут не было, — удивилась Мина.

— Я просто заказала доставку из любимого ресторана, у меня нет столько времени, чтобы тратить его на приготовление еды. Я лучше книгу почитаю, — пожала плечами девушка.

— Принцесса, — вздохнула Мина. — А ты, Айра, почему просто не закажешь? Ты же тоже из богатой семьи.

— Так домашнее вкуснее, полезнее, и, что самое важное, мой бессменный надсмотрщик потратил столько времени, чтобы научить меня готовить «приличную еду», что я редко пользуюсь доставкой. Да и потом, чтобы что-то приготовить нужно потратить всего-то полчаса, — Айра, занятая обжаркой креветок в кляре, беспечно пожала плечами. — Карманные деньги я лучше потрачу на косметику.

— Или мерч со Всемогущим, — Киришима усердно смешивал соус.

— Или мерч! — не стала отрицать Айра.

Закончивший с приготовлением еды Бакуго молча вышел из кухни с тарелкой, вероятно, отправившись есть в столовую. Проводившая его взглядом Айра нахмурилась. За то время, что она здесь находилась, он всегда поворачивался так, чтобы на неё не смотреть. Даже когда Киришима к нему приставал, жаждя обсудить его предпочтения в еде или способ приготовления блюда.

Когда рисоварка запищала, она как раз закончила обжарку креветок, а Киришима дожаривал рыбу.

Яойорозу, допив чай, с кухни ушла, так что они аккупировали единственный стол на шестерых, который находился в помещении. Мина радостно втянула носом запах жареной в кляре рыбы.

— Так вкусно пахнет! Аж слюнки текут, — взяв в руки палочки, поделилась впечатлениями она. — Спасибо, Киришима!

— А, да не за что, всё равно готовили ведь, можно и побольше ингредиентов добавить, это ж не сложно, — отозвался он и поспешно запихнул в рот креветку.

Покачав головой, Айра тоже принялась за еду.

— Обычно говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, но, как по мне, путь к сердцу женщины ничем не отличается, — продолжала тем временем беззаботно болтать Мина. — Любая девчонка, которой ты понравишься, в будущем точно будет сражена твоими кулинарными навыками. Ну а пока можешь на мне тренироваться…

— Какая ты хитрая, — вскинула брови Айра. — Хочешь воспользоваться тем, что Киришима милашка, просто потому что тебе готовить лень.

— А я что, а я ничего, я же так, в шутку предлагаю, — отозвалась Мина, пока Киришима усердно живал с таким лицом, что было понятно — он не может определиться, хочется ему сказать да, или всё-таки нет. Это же каждый вечер Мина будет вместе с ними есть, с ней же разговаривать придётся…

За время ужина Киришима так и не смог определиться, согласиться или отказаться от столь сомнительного предложения от девочки, которая нравится, и сообщил, что подумает, но Мина ни капельки не расстроилась, будто и не ожидала ответа.

Помыв посуду, они разошлись каждый по своим комнатам. Пока они ели, Бакуго возвращался в кухню, молча сполоснул свою тарелку и молча ушёл. Ни разу в сторону стола даже не взглянул. Айра, следившая за ним всё то время, что он по кухне ходил, не могла определиться: кажется ей, что её избегают, или всё-таки нет. На других-то, он, как прежде, огрызался с задором, стоило им только чем-нибудь его раздраконить. Иногда Айре даже казалось, что игра «наступи Бакуго на хвост» у парней носит какой-то особенный соревновательный характер. Может, они втихаря ставки делают, кто быстрее его взбесит? Причём, тыкали палочкой они его аккуратно, так, чтобы дошло только до раздражённого вопля, а не взрыва в лицо.

На следующий день тренировки продолжились, правда, только до обеда — после полудня спортзал должен был занять класс 1-Б. Под конец тренировки к ним снова пришёл Всемогущий. И чуть не пострадал из-за куска бетона, отколовшегося из-за отработки приёма Бакуго. Когда тот крикнул, чтобы внизу были осторожнее, Айра вскинула голову и увидела летящий сверху осколок, поле успело достичь Всемогущего и спрятать его в коробку как раз в тот момент, когда Мидория превратил кусок бетона в мелкую крошку ударом ноги. Убедившись, что ничего сверху больше не летит, Айра отозвала поле, довольный Мидория уже обсуждал со Всемогущим свой новый приём.

— Прости, что побеспокоил, Бакуго, мальчик мой, — повинился Всемогущий, подняв голову вверх.

Бакуго, всё ещё смотрящий на него и Мидорию, развернулся и, раздражённо цыкнув, бросил:

— Смотри, где ходишь, Всемогущий!

Стоило ему скрыться, как прогремел взрыв. Всемогущий посмотрел на свою не загипсованную руку и сжал пальцы кулак, глубоко вздохнув. Айра подумала, что вероятно, не так-то просто смириться с жизнью обычного человека, который нуждается в защите, когда ты был сильнейшим героем. Или, даже если смирился, тяжело привыкнуть к тому, что теперь нужно будет обращать внимание на вещи, которые много лет казались совершенно незначительными. Как падающий осколок бетона.

Стоило ей повернуться обратно к манекену, как дверь в спортзал снова распахнулась — класс Б пришёл заниматься, но Айзава отбил просьбу покинуть помещение, сообщив, что из оставшихся пяти минут он выжмет максимум.

Что он и сделал.

Зато из диалога учителей, возникшего из-за причитаний Мономы, они узнали, что экзамен на получение временной геройской лицензии у их классов будет проходить в разных местах.

При втором визите в медпункт разрешение на повышениеи давления Айра не получила. Несмотря на то, что никаких негативных реакций у организма не было, Исцеляющая девочка посчитала, что это будет слишком уж быстро.

В этот же вечер на кухне снова были всё те же лица, плюс Тодороки, медитирующий над холодной собой в пластиковом стаканчике, и Айра поняла, что кухня будет самым непопулярным местом в общежитии.

— Ты планируешь каждый вечер караулить Киришиму с чаем, строить умильную моську, заглядывая ему в глаза, и надеяться, что он тебе что-нибудь приготовит? — поинтересовалась Айра, пока парень мыл рис, а она нарезала овощи.

— Ну, один раз сработало, второй раз сработало, может и третий раз сработает, — «заговорческим» тоном отозвалась Мина, приложив ладонь к губам. — Ты же сама с казала, что Киришима милашка, — на этих словах Бакуго выронил нож и, чертыхнувшись, поднял его. — Грех этим не воспользоваться!

— Ты можешь просто поднять свою задницу со стула и готовить вместе с нами, — предложила Айра, под звон чашек, которые мыла Яойорозу, не сводя взгляда с Бакуго. Обычно, оказываясь в таком шумном месте, он точно высказался бы на тему того, что они все мешают, лучше бы им заткнуться, а ещё лучше свалить с кухни куда подальше.

Но он упорно занимался приготовлением еды, периодически отвечая что-то Киришиме… и всеми лапами отбрыкивался от попыток своего друга втянуть его в общий диалог с ней и Миной.

Айра чётко поняла, что ей происходящее… не нравится.

— Я слишком уста-а-ала, у меня нет столько энергии, сколько у вас, бедная я, несчастная… — простонала Мина.

— Киришима, как насчёт со следующей недели готовить не вместе, а по очереди? Сегодня я, завтра ты? — поняв, что повлиять на совесть Мины не удастся никак, Айра решила разобраться с вопросм кардинально, надеясь таким образом хоть немного облегчить несчастному Киришиме жизнь. Он так и не определился, согласен ли постоянно готовить для Ашидо или нет, но сегодня сдался под её взглядом секунд за тридцать. Если такое будет продолжаться каждый день, он же просто не выдержит!

— Да-а, отличная идея, можем даже не со следующей недели начать, а прямо с завтра, ты первая! — тут же среагировал парень.

— Злоде-ейка, — наигранно-обвиняющим тоном заметила Мина, растекаясь по столу. — Я же к тому же ненавижу готови-и-ить, как ты можешь так со мной поступать…

— Легко, ты же взрослая, веди себя, как взрослая, — пожала плечами Айра. — Не хорошо вот так пользоваться добротой мальчика.

— А сама-то, — Мина обиженно надулась, продолжая лежать на столе.

— У нас с ним взаимовыгодное сотрудничество, мы раньше готовили вместе на двоих, а теперь будем по очереди, так что всё честно.

— Бу-бу-бу…

Бакуго снова утёк спать раньше, чем они закончили, и Айра всерьёз задумалась о том, что влезть к нему в комнату через окно, чтобы задать пару вопросов, не самая плохая идея. Но, всё же, это должно стать крайней мерой, так что для начала стоит определиться со своим к нему отношением, сформулировать вопросы, попробовать поймать днём и, если уж не удастся, идти на крайние меры. К тому же, ей пока запрещалось использовать причуду вне поля зрения Айзавы и она не могла себе позволить накосячить.

На следующее утро тренировки по супер-приёмам продолжились, снова до двенадцати часов, после чего их сменил класс Б и каждый был предоставлен сам себе. Айзава, правда, объявил, что через пару дней, как закончится подготовка местности, у них будет тренировка по спасению человека.

«С каким вопросом мне к нему подойти?» — размышляла Айра, занимаясь растяжкой в комнате. — «Мне кажется, ты ведёшь себя странно и, похоже, меня избегаешь? Почему?»

Она видела несколько вариантов развития событий, начиная от «С какого хрена я должен оправдываться за то, что тебе кажется» до «Почему я вообще должен тебе что-то отвечать».

Нет, если она хочет получить от него какой-то ответ, вопрос должен быть сформулирован правильно. Пока идей у неё не было. Посомневавшись, она решила уточнить у Киришимы, кажется ей или нет. Спустившись вниз, она удачно обнаружила его в компании Шинсо за игрой в… дженгу. Больше в гостиной никого не было, но с кухни доносился звук кипящего чайника и смех девчонок, наверняка дегустировали чайные запасы Яойорозу.

— Кто из вас притащил настолку из дома? — поинтересовалась она, плюхаясь на свободный стул рядом с Шинсо и подпирая щёки руками.

— Мать впихнула мне с собой и, похоже, не зря, — отозвался Шинсо. — От однообразия событий можно начать выть, учитывая количество свободного времени. Скорее бы началась учёба, хоть домашка будет.

— Ха-ха, тебе просто стоит приходить к нам на кухню во время ужина, сразу станет веселее, — пробормотал Киришима, чуть не обрушив башню. — Спасибо, что спасла, Акияма, не представляю, что бы я делал, если бы это происходило со мной каждый день, — всё-таки вытащив деревяшку, он выдохнул. — Признаться, не знаю, как на такое реагировать.

— Обращайся, — легко отозвалась Айра, наблюдая за тем, как Шинсо хмурится — башня уже качалась и грозилась вот-вот свалиться. — Кстати, вопрос есть. Киришима, тебе не кажется, что Бакуго меня избегает?

— С чего ты взяла?

— Да так, знаешь, не то чтобы он раньше часто со мной разговаривал, но сейчас, оказываясь со мной в одной комнате, он будто смотрит куда угодно, кроме меня. Вот и хотела уточнить, кажется мне или нет.

— Да знае-е-ешь, — неопределённо протянул Киришима, всё-таки обрушив башню и принимаясь сгребать в одну кучу рассыпавшиеся по столу деревянные бруски. — По-моему, он ведёт себя как обычно. Разве что чуть более тихий, но, думаю, он просто ещё не переварил то, что случилось в Камино.

— Тебе не кажется, — сухо заметил Шинсо, складывая брусочки обратно в коробку, чтобы организовать новую башню. — Не надо делать такое лицо, Киришима, моё хобби — наблюдать за всеми вами, это может помочь мне в работе с моей причудой. Так вот, если Акияма в комнате, он будет смотреть куда угодно, кроме того места, где она находится.

— Даже если он ещё не отошёл от Камино, причём тут я?.. — Айра задумчиво постучала пальцами по столу. — Неужели винит себя в том, что я оказалась в больнице? Я вроде ещё в тот день, когда он туда заглядывал, говорила, что никого ни в чём не виню. Да и потом, злодеи рушили город, он, так-то, тоже жертва обстоятельств.

— С его эго мог и зациклиться на мысли, что если б был сильнее, этих событий вообще могло бы не быть, — заметил Шинсо, водружая на стол новую башню.

— Справедливо, — согласилась Айра, из того, что она видела, пока за ним наблюдала, такая теория точно могла существовать.

Вот и вопрос сформулировался, а там, в процессе, можно будет и уточнить всё, что в голову взбредёт.

Бакуго, однако, был неуловим, как призрак, и исчез из общих зон прежде, чем она закончила с ужином. Не хотелось привлекать к происходящему излишнего внимания, так что Айра задумалась о том, что стоит подловить его где-то ещё. Может, после тренировок?..

На следующий день её планам не суждено было осуществиться, классу 1-Б придумали какую-то другую активность, так что спортзал был в их полном распоряжении и Айзава, естественно, воспользовался этим на всю катушку. Выползали они оттуда едва живые и Айра малодушно порадовалась, что в этот день была очередь Киришимы готовить. Она едва не задрыхла на диване в общей гостиной, так что снова проворонила исчезновение Бакуго.

На следующий день проводили тренировку: класс 1-А разделили на две команды, которые должны были пройти учения по спасению выживших в чрезвычайной ситуации. По сценарию учений, в подземном супермаркете произошел пожар, и задачей команд было вынести манекен, имитирующий пострадавшего, которого не спасли в прошлый раз.

Бакуго вёл себя как обычно. Когда она осталась вместе с ним, чтобы прикрыть Тодороки, даже разговаривал — строго по делу, привычно огрызаясь, так что Айра даже засомневалась в их с Шинсо предположении.

Может, ей действительно просто показалось?.. Но, уже настроенная поговорить, она всё же планировала его поймать.

После тренировки по спасению манекена из супермаркета Бакуго два дня провалялся в медпункте, пока заживали его ноги. Она дважды навещала его, но всякий раз, как приходила, он дрых. Либо делал вид, что дрых, но из-за пристального внимания Исцеляющей Девочки она никак не могла это проверить. Не трясти же человека с загипсованными ногами под носом у врача…

В день, когда его выписали, после занятий всех девчонок просто смело энтузиазмом Мины, которая была твёрдо настроена на девичник, который не смогла получить в летнем лагере. Со словами «Я и так уже терплю слишком долго!» она вцепилась в Айру, неосторожно проходившую рядом, и волоком потащила в сторону своей комнаты. Поскольку к ним почти сразу присоединились все остальные, отказываться было как-то неловко. Она и так не слишком-то хорошо вписывалась в девчачью компанию…

В итоге, налопавшись пирожных и сыграв в монополию, они переползли в ванную, чтобы заняться «тем самым, что девчонки просто обязаны делать, когда собираются вместе». Айра великодушно пожертвовала масок из своих запасов.

Помывшись, они устроились в большой ванне, которая скорее походила на бассейны в банях, и, греясь в горячей воде, использовали масочки. Так что если бы Минета всё-таки каким-то невероятным образом пролез в ванную, сначала он заорал бы от ужаса, ведь на него обернулось бы семь лиц в разноцветных масках.

Для Айры всё ещё было немного странно проводить время с девчонками, но этим вечером она поняла, что начинает постепенно привыкать.

— А теперь! — Мина жизнерадостно хлопнула в ладоши. — Мы просто обязаны обсудить мальчишек! Есть же кто-то, кто вам нравится, а? Признавайтесь!

Урарака что-то неразборчиво булькнула, уходя под воду так, что на виду остались только её глаза.

— Или! — не дождавшись положительной реакции от кого бы то ни было, Мина ничуть не смутилась и продолжила. — Можем обсудить, кто самый красивый!

— Обсуждать так парней за их спинами как-то… неприлично и неправильно, — заметила стеснительная Яойорозу.

— А я уверена, что они нас давно триста раз между собой обсудили, особенно Минета с Каминари.

— Это не повод опускаться до их уровня, ква.

— Что значит опускаться?! Мы же не обсуждаем, чей член больше! Мы просто восхищаемся с чисто эстетической точки зрения! — горячо возразила Мина, пока девчонки переваривали слово «член», легко вылетевшее из её рта. Айра удивлённо моргнула. — Сейчас золотая пора нашей юности, когда самое время мечтать о романтических отношениях, а вы даже не хотите пообсуждать парней! Где я нагрешила в этой жизни?.. А, может, в прошлой?.. Неужели вам не хочется романтики-и-и, а?!

— Влюблённость будет мешать совершенствоваться, — пробулькала Урарака, неохотно приподняв голову.

— Вы такие жестокие, — Мина обиженно обняла колени и притянула их к себе. — Совсем не хотите меня поддержать, даже капельку. Мне так хочется немного посплетничать, совсем чуть-чуть, — она показала пальцами крохотное расстояние. — Ладно! Я просто начну первой, и у вас не останется выбора, кроме как меня поддержать! Я считаю, что главный красавчик класса — Тодороки. Шрам ничуть не портит его милое личико!

Айра засомневалась, стоит ли поддерживать подобный диалог, если никто больше не проявляет энтузиазма. А если поддерживать, что сказать?.. Кого она считает самым красивым?..

Не успела она как следует задуматься над этим вопросом, как Мина, порядком уставшая от попыток их расшевелить, пошла в наступление.

— Вы все морозитесь, но не уходите, поэтому я делаю вывод, что вы просто стесняетесь! Не надо стесняться, здесь все свои и никто ничего мальчикам не расскажет! Но, раз так, я просто буду делиться наблюдениями! — Мина решительно сжала рукив кулаки, оглядывая их. — Начнём с самого очевидного. Вот ты, Айра, точно считаешь, что вовсе не Тодороки главный красавчик класса!

— А? С чего ты так решила? — Айре даже по-настоящему стало интересно.

— Ты правда хочешь, чтобы я это сказала? — для проформы поинтересовалась Мина, хотя и дураку было понятно, что она и так скажет. Дождавшись её кивка, она добавила:

— С самого нашего переезда в общежитие ты глаз с Бакуго не сводишь, стоит ему только рядом появиться! И в медпункте его дважды навещала! Может, ты и в Камино пошла только потому что ему нужна была помощь? — она приложила ладонь к губам, пряча улыбку. — Я, конечно, не понимаю, что в нём может нравиться, но на вкус и цвет, — Мина многозначительно пошевелила бровями. — Итак, я права? Права же, да?

Все на неё уставились, Айра порадовалась, что под тканевой маской не видно выражения лица. Задумалась о том, хочет ли говорить, что смотрит на него все эти дни из-за того, что не понимает, что происходит, не понимает, почему он явился к ней в больницу и молча ушёл, а сейчас, похоже, всеми силами избегает… или ей просто кажется, что избегает, но… То, что она уделяла ему достаточно много внимания в последнее время, было неоспоримым фактом.

Если со стороны выглядело так, будто она смотрит на него, не потому что её что-то беспокоит, а потому что он ей нравится… Об этом стоило подумать ещё тщательнее. Желательно наедине с собой.

Она не была готова обсуждать это… с посторонними. Но совсем уйти в отрицание, значит спровоцировать новый виток допросов. От неё не убудет сказать то, в чём она уверена.

— Ты… мне кажется, ты перегнула палку, Мина… — укорила Хагакуре.

— Мне просто нравится смотреть на красивых накачанных парней, — Айра передёрнула плечами, решив оправдаться предложенной ранее «эстетической точкой зрения». — Вообще-то, он очень симпатичный, когда не строит страшные рожи. Ты права в том, что внешне он нравится мне больше Тодороки. Ещё Бакуго всё время таскает чёрные майки… и руки у него красивые. Вот и всё.

— Слышали?! Слышали её?! — Мина даже вскочила, возмущённо тыкая в неё пальцем. — Руки у него красивые. Ха! Скажите-ка мне, тут кто-то ещё руки Бакуго за его ором замечал? А лицо? Он же всё время как глянет, будто убить тебя хочет!

Яойорозу смущённо покачала головой, заправляя за ухо прядь волос.

— Хотел бы, давно б убил, а так, он просто бесится, когда кто-то лезет в его личное пространство, — заметила Тсую.

— Несмотря на это, она всё равно пошла к нему в медпункт. Что это, если не влюблённость? — отмахнулась от аргумента Мина.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь, — попыталась притормозить её Джиро.

— Я уверена, если я сейчас спрошу, как Бакуго пахнет, Айра сможет на этот вопрос ответить!

Все снова на неё обернулись.

— Никак, — ответила Айра раньше, чем успела задуматься. — Он ничем не пахнет, пока нитроглицерин не взрывает. При комнатной температуре нитроглицерин не имеет запаха, а, когда взрывается, пахнет сладко, как сахар. Если он много взрывает, его одежда пропитывается сладким запахом. Можно учуять, если подойдёшь близко.

— Вот! Вот! — Мина победно вскинула руку. — Что и требовалось доказать!

— То, как кто-то пахнет, это же просто наблюдение, — осторожно произнесла Яойорозу. — Вопрос внимательности…

— Наблюдение, но сразу же вспомнить ты сможешь только про того, кто тебе действительно нравится! — не отступилась Мина.

— Или самый раздражающий запах, ква, — не согласилась Тсую.

— От Тодороки чаще всего пахнет… просто чистотой или морозной свежестью, скорее, он же играет на контроле температуры своего тела, так что его пот испаряется, либо он охлаждает себя, чтобы не потеть, — задумавшись, продолжила Айра. — От Киришимы чем-то цитрусовым. От Шинсо хвоей. У Аоямы просто отвратительно вонючий ментоловый дезодорант. От Сато всегда пахнет какой-то выпечкой. От Мидории…

— Хватит-хватит, не продолжай, мы поняли, что ты очень наблюдательная! — воскликнула Очако.

— Да-а-а, — слегка расстроившись, протянула Мина. — Но я уверена, что больше всего тебе нравится какой-то один запах! Вот кто первым вспоминается, когда ты думаешь о приятном запахе, тот и нравится!

— Ты просто хочешь, чтобы твоя теория подтвердилась, ква.

Айра не стала на это отвечать. Она съехала в воду, притягивая к себе колени, и пристроила на них подбородок. Если и, правда, задуматься о приятном запахе, то первым всплывает… сахар. Запах Бакуго.

И ведь не спросишь у Рё теперь, как понять, правда ли ты влюбился.

Немногим позже, Айра направлялась в свою комнату, на ходу вытирая волосы и продолжая размышлять о словах Мины. Неужели никто из девчонок в классе и впрямь не замечал ничего положительного в Бакуго? Она не стала возражать во время диалога, чтобы не провоцировать вопросы, в ответах на которые не была уверена, но сейчас всерьёз задумалась. Почему? Нет, она не собиралась отрицать тот факт, что иногда он вёл себя как невыносимый придурок, но… она не успела додумать мысль: он сидел в общей гостиной, откинувшись на спинку дивана и широко раскинув руки. С её ракурса было видно, что он одет в привычную чёрную майку.

Судя по всему, о чём-то размышлял — взгляд его был направлен в окно. Рядом с ним Киришима напряжённо играл в приставку, периодически выкриками себя подбадривая. Каминари на диване напротив изображал болельщика вместе с Минетой. Похоже, у них было соревнование в какой-то игре и, возможно, Бакуго ждал своей очереди изо всех сил изображая незаинтересованность, либо пока все сыграют, чтобы убедиться, что его рекорд никто не побил.

Значит, когда ты думаешь о приятном запахе, первым вспоминается тот, кто больше всего нравится?.. Может, её так беспокоит его поведение, потому что она к нему неравнодушна? Или ей просто хочется понять человека, который восхищает своей силой духа и целеустремлённостью?

Остановившись, она некоторое время разглядывала Бакуго и засмотрелась, что, естественно, не осталось незамеченным.

— Чё ты всё пялишься, циркачка? Есть что сказать, так говори, — запрокинув голову, чтобы видеть её, в привычной грубой манере потребовал Бакуго. Это, наверное, был первый раз, когда он сам напрямую обратился к ней за всё то время, что они провели в общежитиях.

От его взгляда почему-то стало жарко. Это было предложение, которым она могла бы воспользоваться, но он вряд ли выйдет вместе с ней куда-то, чтобы выслушать, а говорить о том, о чём она думала, при всех не хотелось.

Прежде чем пытаться с ним говорить, ей точно стоило разобраться в себе.

Взгляд цеплялся за рельефные мышцы его рук

— Да так, — развернувшись, Айра пожала плечами, и возобновила шаг, направляясь в сторону лифта женского крыла. Погружённая в свои мысли, она ответила первое, что пришло на ум, не задумываясь о том, что именно говорит:

— Подумала, руки у тебя красивые.

И зашла в лифт, не став дожидаться реакции. Пока двери закрывались, она с трудом подавила искушение обернуться и посмотреть на выражение лица парня, который ничего не сказал. Хотя, может, дело было в том, то Минета издал такой вопль зависти и негодования, что его, вероятно, было слышно за пределами общежития.

У Айры никогда не было проблем с тем, чтобы сказать кому-то комплимент, который внезапно пришёл на ум. Именно за это её боготворили мальчишки в средней школе. Обычно девчонки редко хвалили их, а она не видела ничего такого в том, чтобы сказать людям что-то приятное, если, конечно, было что сказать.

Вернувшись в комнату, Айра плюхнулась на кровать и от безысходности решила спросить у интернета, как, собственно, понять, влюбился ли ты.

«Пять признаков того, что вы влюбились» — гласила первая попавшаяся на глаза статья и девушка, не раздумывая, её открыла.

Пункт первый. Желание постоянно находиться рядом с объектом влюблённости.

Погасив экран телефона, Айра всерьёз задумалась, хочет ли она постоянно находиться рядом с Бакуго? Выходило, что нет. Вернее, она и так часто его видела, и даже не задумывалась о том, что хотелось бы видеть его ещё чаще. Хотелось, чтобы он не игнорировал её, находясь с ней в одной комнате — да, постоянно находиться рядом с ним — вроде бы нет.

Может, и не стоило у интернета спрашивать.

Она с сомнениями взглянула на второй пункт. Вы всегда смотрите на объект своего обожания. Мельком проглядев сопутствующий текст, раскрывающий пункт подробнее, Айра снова уставилась в потолок, размышляя.

По словам Мины, она всё время смотрела на него, стоило им оказаться в одной комнате. До этого разговора Айра как-то не задумывалась о том, как часто на него смотрит. Ей казалось, что иногда взглянет на него, задумавшись, да и всё…

Пункт третий. Вас не оттакливают недостатки.

Она и впрямь едва ли предавала значение тому, что, очевидно, отталкивало других девчонок, если делать выводы исходя из того разговора, что произошёл сегодня в ванной.

Пункт четвёртый. Вы прислушиваетесь к мнению объекта влюблённости о вас и желаете получить его одобрение.

Вот уж этого она за собой точно не замечала.

Пункт пятый. Вы ревнуете объект влюблённости, если он взаимодействует с другими людьми одного с вами пола, а, может, и не только…

Раздражённо смахнув статью, Айра решила, что у интернета точно спрашивать не стоило.

— Почему-у-у-у девчонка сделала комплимент такой быдловатой шпане, как ты-ы-ы! — глотая горькие слёзы обиды, надрывался Минета, пока Бакуго продолжал пялиться на закрывшиеся двери лифта.

— Да уж, смелости Акияме не занимать, — пробормотал Каминари, удивлённо моргая.

— Чем ты это заслужи-и-ил?! — не унимался Минета.

«Ничем не заслужил», — Бакуго резко встал, разом растеряв весь интерес к соревнованию на приставке, и вышел на улицу, игнорируя все окрики. Стоило проветриться прежде, чем идти спать

Он совершенно не понимал, что творится в голове у этой девчонки. Кацуки прекрасно замечал, что она не сводит с него взгляда и старался свалить из комнаты, где она находится, как можно быстрее. Ощущать на себе этот внимательный пристальный взгляд было просто невыносимо.

Если бы Киришима сегодня не спросил, не кажется ли ему, что он избегает Акияму, Бакуго ни за что не начал бы этот диалог в гостиной сегодня. Он просто хотел показать, что недоволен тем, что она на него постоянно смотрит, и заодно доказать Киришиме, что ему кажется. Он никого не избегает. Ещё не хватало показаться слабаком.

Лучше бы не спрашивал, блять.

Обходя вокруг здания общежития, Бакуго осознал, что нет-нет, а смотрит на свои руки.

Чёртова циркачка со своими неуместными комплиментами с нихера. Небось их обсуждали на своих бабских посиделках, вот она и выдала… Отчаянно не хотелось задумываться о том, что она сказала это потому что просто считала его… красивым.

— Эй, Бакуго! — его нагнал запыхавшийся Киришима и, притормозив, хлопнул по плечу со всей дури.

— Чего тебе?

— Между тобой и Акиямой что-то происходит?

— А что, похоже, что мы друг от друга в неописуемом восторге как ты от енотоглазой, которой ужины каждый раз готовишь?

Киришима икнул, слегка покраснел, но не стушевался.

— М-мы сейчас не о том, кто нравится мне, — кашлянув, Киришима решительно на него взглянул. — Если б Акияма у меня не спросила, не кажется ли ей, что ты её избегаешь, я б и не присматривался. А теперь ты просто выходишь из зала после безобидного комплимента… серьёзно, она ж постоянно кого-то за что-то хвалит, если есть повод. Иногда и без повода. По-моему, ей просто нравится людей хвалить.

— Ага, да, и при чём же тут моё нежелание находиться рядом с тупым ушлёпком Минетой, который этого не осознаёт? Думаешь, мне в удовольствие его вопли слушать?

— Обычно ты бы его просто подорвал, чтоб заткнулся, — заметил Киришима.

Бакуго чертыхнулся, засовывая руки в карманы. Ему точно стоило лучше следить за собой и реагировать на других, как те привыкли, не отклоняясь от уже заученного ими паттерна реакций.

— Засунь свои наблюдения себе обратно в задницу, — недружелюбно посоветовал Кацуки, возобновляя шаг.