мелкий дебошир 

Мерцание звезд целует кожу Эндрю, оставляя на ней холодные капли пота. Нил подхватывает их губами, смешивая с теплотой своего дыхания. Эндрю выгибается навстречу; его хвост обхватывает шею Нила, не пережимая, но заставляя поднять голову, чтобы потопить в расплавленном золоте, что разливается в глазах напротив. Этот блеск ярко контрастирует с темно-серой кожей, но так идеально переплетается с тонкими цепочками, что спадают с черно-фиолетовых рогов. Эндрю проводит большим пальцем по нижней губе Нила, царапнув острым когтем кожу. А Нил, завороженный с придыханием ожидает последующих действий Эндрю. Он в его ловушке, и шагнул туда самостоятельно, затянув ошейник, за который сейчас дергает Эндрю. 

Темная аура суккуба идет рябью, когда Нил скользит ладонью по обнаженному телу, вливая энергию. Темно-красное мерцание перемешивается с золотистой пыльцой, что опадает на лепестки черной лилии. Нил мажет подушечкой пальца, создавая шедевр, которому место в самой лучшей картинной галерее. Нила терзают противоречивые чувства: он хочет поделиться этой красотой, но одновременно с этим его переполняет одержимое желание спрятать Эндрю, никому никогда не показывать. Обладать им полностью, иметь над ним власть; но и пасть на колени, чтобы оставшуюся вечность служить, оберегать редчайший цветок. 

— Что ты делаешь? — едва слышно выдыхает Эндрю, ослабив хватку на шее Нила. Его хвост проскользив по плечу Нила, падает на кровать. Эндрю прикрывает глаза, упустив с влажных губ тягучий стон. 

Рука Нила меняется, по мере того, как поднимается по телу Эндрю. Острые когти, цепляющие край одеяла. На загорелой коже проступают золотые чешуйки, переливающиеся нежным голубым сиянием. Нил медленно моргает, и мир перед глазами становится тягучим, словно они застревают в тягучей смоле. Язык очерчивает линию верхних зубов. Опустив голову, на живот Эндрю спадают длинные медные пряди с вплетенным в них золотом. 

Нил так давно не видел свой истинный облик. Прошло много веков с тех пор. Он не скучал. Но ему определенно нравится чувствовать потоки силы, которые сейчас будоражат его кровь. 

Голова слегка кружится от забытых ощущений, а Нил все продолжает вливать энергию в Эндрю, питаясь одновременно его стонами и чувствами, которые он испытывает. Его запах изменился, став свежим зимним утром, когда солнце пригревает ледяную кожу, а снежинки, ловя блики, ослепляют.