Два дня. Два дня прошло с тех пор, как мы сняли ограничения с нашей связи. Четыре дня — с того момента, как кто-то из Ордена Феникса навещал нас.

Два дня Гарри отводил взгляд, готовый обменяться всего парой слов, прежде чем под каким-нибудь предлогом покинуть комнату. Сидеть за кухонным столом, жевать тост и снова и снова проигрывать в гляделки Хедвигу… так продолжаться не могло. Если это и был компромисс, придуманный Гарри, то мне лучше было бы оказаться на улице. Только отсутствие реальных целей и угроза со стороны дементоров позволяли штаб-квартире оставаться лучшим вариантом.

Да, у Гарри было несколько неплохих идей, но если он думал, что я не смогу ограбить какую-нибудь лондонскую уличную банду, лишенную паралюдей и оружия? Ха, если бы меня не беспокоили демоны, высасывающие души, я бы, наверное, нашла и разгромила все наркопритоны в городе еще до начала учебного года. Деньги не были бы проблемой, а деньги решают все остальные проблемы.

Но там есть демоны. А даже если бы их не было? Если я хотела участвовать в этой борьбе, мне нужно было… Впрочем, мне нужно было многое. И хотя Орден пока не проявлял особой продуктивности, вряд ли у меня получилось бы создать собственную фракцию. Не с тем менталитетом, который, судя по всему, присущ большинству магов. Для этого мне нужен был Гарри.

Я согласилась участвовать в этой борьбе. Я решила, что Лич должен умереть навсегда. Я могла сбежать. Оставить их наедине с их войной. Если Орден действительно считал, что их нынешняя тактика приведет их к победе, то, честно говоря, я была склонна позволить естественному отбору идти своим чередом. Но на этом бы все не закончилось. Геноцид не останавливается на вручении Дарвиновских премий, он приходит за всеми. И невозможность работать с кучкой идиотов — недостаточная причина, чтобы оставаться в стороне. И вообще не было достаточно веских причин. Мне просто нужно было работать с Гарри и делать все возможное, чтобы организовать настоящее сопротивление.

Но работать с Гарри было не то же самое, что управлять своей территорией или быть кейпом. Этот… Что же говорила мама? — «Честность и открытость — ключ к здоровым и счастливым отношениям». В тот момент мне было непросто быть такой открытой с кем-то, кроме Неформалов, и даже с ними… ну, я не то чтобы привыкла изливать душу.

Конечно, в конце концов наши пути могли бы разойтись… но пока я нуждалась в Гарри, а он во мне — нет. Я многое привнесла в эту борьбу, и это имело ценность, но с моей стороны… Крыша над головой, еда на столе, важные знания об этом новом мире. Сейчас мне нужно было зависеть от него во всем. По крайней мере, до тех пор, пока демоны, высасывающие души, не будут повержены. Но даже после этого я все равно буду зависеть от его связей и знаний об этом мире.

Черт, я старалась не думать об этом. Если ад существует… Я выдохнула. Я совершила много по-настоящему отвратительных поступков, в том числе по не самым веским причинам. Я все равно собиралась стать героем и уже присоединилась к борьбе против истребления «нежелательных». Так что, может быть, пришло время заняться самоанализом и самосовершенствованием. Проще всего было начать здесь и сейчас, с моим таким же придурковатым мужем. Итак… как начать разговор с человеком, который убегает, как только я вхожу в комнату?

Хедвиг, видимо, уставшая выигрывать в гляделки, перепрыгнула через стол и прижалась головой к моей руке. Я устало улыбнулась этой прекрасной птице и погладила перья на ее груди. — Что ты думаешь, Хедвиг? Как мне снова заставить Гарри заговорить со мной?

Она на мгновение склонила голову набок, а затем заухала и прижалась к моим пальцам, требуя еще внимания.

— Полагаю, я могла бы оставить его в покое. Пусть он разбирается со всем сам, но если я хочу стать лучше, то здесь нет никого, с кем он мог бы поговорить об этой неразберихе. И это я подняла эту тему. — Хедвиг прикрыла глаза, и у меня сложилось отчетливое впечатление, что она наслаждается моим вниманием. — Не то чтобы мне не было неловко, но рано или поздно нам пришлось бы с этим разобраться, а бегство от проблем никогда ничего не решало. Так как же мне поговорить с кем-то, кто продолжает убегать, не принуждая его?

Если бы мы были дома, я, возможно, попыталась бы написать ему, но, хах…

— Хедвиг, как бы ты отнеслась к тому, чтобы совершать много очень коротких перелетов?

Хедвиг моргнула и, казалось, вытянулась по стойке «смирно», прежде чем рявкнуть то, что, как я надеялась, было утвердительным.

— Ну что ж, пойдем, моя птичка, мне нужно взять бумагу и ручку. Пора попытаться вывести Гарри из его хандры.

***

Уханье Хедвиг привлекло мое внимание как раз вовремя, чтобы я успел увидеть, как она поджимает крылья, чтобы пролезть в дверь гостиной. В одной лапе она сжимала одну из ручек Тейлор, а в другой — лист бумаги. Она уронила оба предмета мне на колени, после чего устроилась на спинке моего кресла и прижалась ко мне головой.

— Привет, девочка. — Я рассеянно потянулся, чтобы погладить ее перья. — Что это такое?

Хм. Поговорить с… кем-нибудь было бы здорово, потому что, Мерлин, я не знал, что думать, не говоря уже о том, что я чувствовал. Я бы предпочел поговорить об этом с кем-то другим. Хотя с кем бы я предпочел поговорить… Первой мыслью был бы Сириус, но это не вариант. Рон… Рон бы выслушал, но вряд ли смог бы сказать что-то полезное по такому сложному вопросу. Гермиона? Э-э, нет. Она бы, наверное, разразилась тирадой о том, насколько ужасны такие свадебные клятвы. А мне это было совсем не нужно, учитывая, что я сам в такой погряз. Мне не нужна была помощь, чтобы понять, что все это — полная чушь. Итак, разговор с женой. Мерлин, это все равно звучит неправильно.

Я провел пальцами по перьям Хедвиг, пока она самодовольно прихорашивалась. Очевидно, она была очень благодарна за внимание и заботу. Тейлор и раньше говорила о «Неформалах». Но она всегда обходила стороной вопрос о том, как и почему она связалась со злодеями. Что-то про дурацкий план по внедрению под прикрытием. Тот факт, что они завоевали ее дружбу… честно говоря, учитывая ее серьезность, я бы ни за что не догадался.

Я на минуту задумался, пытаясь представить то, что она описывала. Ближе всего к этому было то, что Пожиратели смерти сделали бы с любым гипотетическим ребенком, будь у них хоть малейший шанс. Этого было более чем достаточно, чтобы понять ее точку зрения.

Это… было бы гораздо сложнее, чем просто отправить Волан-де-Морта на тот свет, что само по себе было непростой задачей.

Да, несправедливо было бы предполагать, что у Тейлор есть ответы на все вопросы, даже если бы она была бывшим военачальником. Это была совсем другая ситуация. Честно говоря, попытки понять, как сделать волшебную Британию лучше, могли подождать. Это было интересное занятие, но не более того. Отвлекающий маневр. Я хватался за любую возможность отвлечься.

Потому что та ночь была неловкой и постыдной, и… Я не мог смотреть ей в глаза, пока не выговорюсь до конца.

Потому что так и было. Несмотря на все, что пошло не так в ту ночь и во всем этом бардаке. После того как мы договорились, и в самом конце, когда в моей голове не осталось места ни для чего другого… Я смог забыть, на какое-то время. Потом реальность нахлынула на меня, и мне захотелось себя ударить.

Она вошла в комнату, сделала глубокий вдох и взяла инициативу в свои руки. Она объяснила мне, что собирается сделать, чтобы убедиться, что я не передумал, сказала, что я могу в любой момент сказать «стоп», и она остановится. А потом она начала действовать. Ее даже не смущали мои шрамы. Мерлин мне в помощь, на минуту я мог представить себе мир, в котором все это не было бы вынужденным. Я хотел такой связи, хотел, чтобы она была настоящей. Я бы не выбрал Тейлор сам по себе, и это был такой кровавый бардак, но, но, я хотел, чтобы это было по-настоящему с кем-то.

Это была идея чего-то, чего, как я думал, у меня никогда не будет. Пока был жив Волан-де-Морт. А теперь я не мог смотреть на нее, не вспоминая. И хуже всего то, что это была, черт возьми, фантазия, в которой я умудрился потеряться меньше чем на минуту.

Если бы мы оба выжили, нам пришлось бы терпеть друг друга. А когда мы только познакомились? Я как-то предполагал, что если мы доживем до этого момента, то нам придется либо попытаться наладить отношения, либо разойтись. Но Тейлор? Она хотела вернуться в умирающий мир, который, по ее словам, был гораздо опаснее. Она отвергала идею завести детей, потому что это было бы несправедливо по отношению к ним. Говорила, что, может быть, выйдет замуж, если проживет достаточно долго.

Я уже начал думать, что она даже не задумывается о том, что будет делать, когда бой закончится. Я не уверен, что она вообще может представить себе мир, в котором больше нет причин сражаться.

***

Я рассеянно поглаживала Хедвиг, перечитывая последнюю записку Гарри. Там было много чего, что требовало осмысления.

Не то чтобы у меня был большой опыт. Я немного завидовала тому, что ему удалось так абстрагироваться. Я пыталась отстраниться от того, что делала, сосредоточившись на своем рое… и это вроде как сработало.

У меня возникло сильное искушение сказать что-нибудь о мальчиках, которые мыслят не так, как надо. Но он говорил искренне, и саркастический комментарий разрушил бы то хрупкое доверие, которое мы выстраивали. Оно того не стоило. Я упустила мысль и застучала пальцами по столу.

Я колебалась, снова и снова перечитывая свой ответ, пытаясь решить, хочу ли я сказать что-нибудь еще. Наконец я отдала его Хедвиг. Надеюсь, этого будет достаточно. А потом снова сидела и ждала ответ, стараясь не накручивать себя.

Ах, черт, я ведь уже упоминала об этом, не так ли? Что ж, мне решать: продолжать ли мне падать в кроличью нору в поисках невозможного — долго и счастливо — или сменить тему и поговорить о втором худшем дне в моей жизни?

Хедвиг взлетела в последний раз, но, как бы ни было впечатляюще наблюдать за ее полетом, мои мысли были где-то далеко.

Какой была бы моя счастливая жизнь? Чего я хотела? То, что я сказала Гарри, было правдой. Но это были не те вещи, которые сделали бы меня счастливой, а просто то, что должно было произойти, прежде чем я позволила бы себе задуматься о том, чтобы повесить на гвоздь свой плащ. Какой жизнью я была бы довольна, если бы когда-нибудь решила снять маску?