Мы почти дошли до Подземелий, и за всю дорогу не обмолвились друг с другом ни единым словом. Снейп, судя по всему, был человеком молчаливым — из тех, кто предпочитает тишину любому разговору. Обычно меня это вполне устраивало. Но Дафна обмолвилась, что он — глава её факультета, а значит, скорее всего, я буду видеться с ним куда чаще, чем мне хотелось бы. Я мысленно вздохнула, когда мы свернули за очередной поворот, откашлялась и решилась.

— Не хочу переходить личные границы, профессор Снейп, но я новичок в этой стране. Не знаю, есть ли у англичан, владеющих магией, какие-то особые средства для волос, но в прошлом у меня всегда всё получалось. Я могла бы одолжить вам кое-что из того, чем пользуюсь сама. Похоже, у вас такой же тип волос, как у моего отца. Он добился потрясающих результатов, когда сменил средство по уходу.

Полная и абсолютная ложь. Неважно. Главное, чтобы он привёл в порядок это безобразие на голове до того, как я снова его увижу…

Снейп уставился на меня с совершенно непроницаемым выражением лица.

— Что?

— … Неважно.

Попытка не пытка. Может, мне завернуть моих насекомых в какую-нибудь ткань и почистить его, пока он спит? Нет, это плохая идея. Что со мной происходит в последнее время?

Этот дурацкий, но в то же время потрясающий волшебный замок совершенно сбил меня с толку. Мне нужно вести себя тихо и скромно. Трио научило меня не высовываться. Не хватало ещё случайно разозлить профессора, не пробыв здесь и ночи. Если я не буду осторожна, всё закончится так же, как с Лунгом.

Когда мы спустились по маленькой лестнице, Снейп остановился, словно ожидая, что я обращу на него внимание. Его театральные выходки были хороши, но не на уровне кейпа. Возможно, часть эффекта терялась оттого, что я знала: общая гостиная находится прямо за фальшивыми кирпичами. Вопрос был лишь в том, где задвижка или рычаг. Их я пока не нашла.

— Эберт, вы будете первой неслизеринкой в этих комнатах за много веков. Цените эту честь.

— Но я работаю на слизеринку, — ответила я, прищурившись.

Одно дело — театральщина, и совсем другое — травля. Не нужно пытаться унизить меня только за то, что я вошла в их дом. У этих людей есть магия. Мои чёртовы поздравления. У меня есть параспособности. Волшебников здесь пруд пруди, но я — единственный парачеловек. Я бы держалась в стороне и помалкивала, как учили меня Эмма и София, но я не позволю, чтобы это стало ещё одним Уинслоу.

Я была в волшебном замке. Никто не отнимет его у меня. Я буду глазеть по сторонам, пялиться и, может быть, даже визжать от восторга. Я не позволю, чтобы меня поставили на место в первый же день. Это не Уинслоу. Это волшебный замок, в котором находится волшебная школа. И я собиралась насладиться этим, даже если бы это стало последним, что я сделала в своей жизни.

— Да, вы работаете на Слизерин, поэтому вам разрешено находиться в доме. Однако вы должны понимать: поскольку вы не слизеринка, а у нас есть свои традиции, найдутся несогласные. Я не нянчусь со своим факультетом. Если вы не можете справиться с расстроенными детьми самостоятельно, значит, вы не заслуживаете своего положения.

Пауки, плетущие защитный костюм в соседнем пустом классе подземелья, ускорились в десять раз. Это было в точности как с Уинслоу.

— Я надеюсь, что вы справитесь. Я знаю Сайруса Гринграсса. Он и его семья не дураки. Присматривайте за своими подопечными, Эберт.

Пауки снова замедлили темп, пока я смотрела на этого человека. Пожалуй, это был самый сомнительный комплимент, который я когда-либо получала.

— Хорошо.

— Отлично. Пароль от общей комнаты меняется каждые две недели, проверяйте доски объявлений. Первый пароль — «Единство».

Едва эти слова слетели с его губ, как кирпичи рядом с нами выдвинулись из стены и повернулись наружу. Ой. Не было ни рычага, ни засова, ни петель — только магия. Я… должна была это предвидеть.

— Спокойной ночи, Эберт.

— Спокойной ночи, профессор Снейп.

Он не вошёл вместе со мной, и дверь закрылась, как только я переступила порог. Когда я оглядела гостиную своими настоящими глазами, мне пришлось остановиться и просто смотреть.

— О, вау.

Внезапно стало понятно, почему мы находимся в подземелье. Большую часть дальней стены занимало огромное окно, выходящее на дно озера. Здесь царила атмосфера типичного аквариума: мимо проплывали рыбы, а в ленивом течении колыхались водоросли. Чуть дальше, я увидела нечто похожее на то, что получилось бы, если бы биоинженеры решили скрестить морского конька с настоящей лошадью. А ещё там плавали существа, которые, как мне кажется, походили на японских капп, только с плавниками на руках. Мои насекомые ранее сообщили мне, что здесь есть окна, а моя сила зацепилась за крабов снаружи. До сих пор я не совсем понимала, что это значит.

— Эй! Эберт! Перестань таращиться и иди сядь с нами. Ты должна рассказать нам, чего хотел старый Дамби!

С немалым усилием я оторвала взгляд от озера и направилась к Дафне и её подруге с каштановыми волосами, которые окликнули меня. Брюнетка всё ещё широко улыбалась, когда я плюхнулась в кресло рядом с ними.

— Если ты думаешь, что вид сейчас захватывающий, просто подожди, пока Гигантский кальмар не подплывёт поздороваться. Старшие классы говорят, что раньше у нас даже были мерфолки, но… несколько лет назад что-то их отпугнуло.

— Гигантский кальмар? — Я снова повернулась к окну и нахмурилась, пытаясь разглядеть что-то сквозь мрак, надвигающийся с заходом солнца.

— О да, если ты на берегу, иногда он может даже поиграть с тобой. Я видела, как Макмиллан перебрасывался с ним мячом туда-сюда, а некоторые из старших рейвенкловцев позволяли ему подбрасывать их в воду, чтобы немного развлечься в тёплое время года. Не то чтобы у нас здесь много таких дней, но есть примерно трёхнедельный период, когда ты можешь поплавать!

— Трейси, пожалуйста, не поощряй игры с гигантским кальмаром. Ты же знаешь, что это только подстегивает его обливать нас всех, пока мы пытаемся делать уроки на берегу возле озера, — вздыхая, сказала Дафна.

Я удивлённо посмотрела на них.

— У одной из моих подруг дома было несколько собак. Я с трудом могла заставить их поиграть со мной в «апорт». Я бы убила кого-нибудь, чтобы получить шанс поиграть в «принеси палку» с кальмаром.

Дафна застонала.

— Фу, вы обе невыносимы. Я буду держаться на безопасном расстоянии, подальше от зоны брызг.

— Не обращай внимания на Даф, она просто завидует, потому что ей больше не с кем повеселиться, — Трейси наклонилась вперёд и накрыла мои руки своими. — Итак, расскажи мне, расскажи, как ты оказалась в Англии, приехав из-за океана, и почему ты работаешь именно с Даф!?

— Хочешь сказать, мне стоит работать с кем-то другим? — спросила я.

В этот момент к нам неторопливо подошёл парень из поезда — Драко Малфой, если я правильно помню, и плюхнулся в кресло напротив, свесив ноги с одного подлокотника и прислонившись к другому.

— Что ж, я уверен, что мой отец мог бы заплатить тебе больше, чем Гринграсс. У нас в Хогвартсе уже несколько десятилетий не было личного телохранителя. То, что ты сейчас здесь, многое значит, и это серьёзный статус. Мы, конечно, могли бы взять тебя к себе и гарантировать, что ты получишь соответствующую компенсацию за это повышение статуса. Семья Дафны порядочная, но они больше не имеют политической власти. Мой отец такой…

— У меня уже есть работа.

— Мы бы дали тебе работу получше.

Трейси отпустила мои руки и откинулась назад, скрестив руки на груди; улыбка сползла с её лица, оставив вместо себя маску безразличия.

— Правда? Я нахожу это удивительным, Драко. Судя по тому, что я слышала, у вашей семьи проблемы с теми, кто не чистокровный. Почему-то я сомневаюсь, что Тейлор сможет договориться со старым добрым Люциусом.

— Мои проблемы с тобой не имеют никакого отношения к делу, Дэвис, — Малфой выпрямился настолько, чтобы бросить гневный взгляд на Трейси, прежде чем снова повернуться ко мне с широкой улыбкой на лице. Внезапно я поняла, почему Рэйчел так не любила людей. Если она считала всех нас двуличными, то её раздражение становилось более понятным.

— Зачем тебе вообще пытаться переманить моего телохранителя, Драко? — спросила Дафна. Она, в отличие от Трейси, была совершенно спокойна, и на её лице даже появилась лёгкая улыбка. — Если ты не заметил, у неё даже нет палочки.

— А это значит, что она действительно хороша в магии без палочки, — сказал Малфой, пренебрежительно махнув рукой. — Ты бы не взяла её на работу, если бы она была бесполезной. Так что скажи, Эберт? Хочешь билет в высший свет?

— Кажется, я уже сказала, что у меня есть работа, спасибо, — ответила я. — И чтобы прояснить ситуацию, пока мы не зашли слишком далеко, скажу, что я парачеловек.

Лицо Малфоя помрачнело. Он повернулся и сел прямо, в то время как несколько других учеников в комнате навострили уши. Никто не подавал виду, но каждый из них либо прислушивался к нам, либо держал палочку, направленную в пространство между нами. Могли ли они использовать магию подслушивания? Надо будет потом спросить у Дафны. Это была бы полезная информация.

— И что же такое парачеловек?

Я пожала плечами.

— Кто-то издалека. В этих краях нас не так много… Я, наверное, единственная в Европе, не говоря уже о стране. У меня совсем другие сильные стороны, не такие, как у вас. Может быть, однажды, если вам очень не повезёт, вы узнаете о них не понаслышке.

Малфой нахмурился, его глаза сузились.

— Ты существо. Как те вейлы в прошлом году.

— Я понятия не имею, кто такие вилы, но если ты имеешь в виду, что у меня есть способности, которых нет у вас, потому что я парачеловек, то вы правы. Но если ты думаете, что я какое-то животное, то ты ошибаетесь: я самый что ни на есть человек, просто… лучше.

Теперь наш разговор явно интересовал всех гораздо больше, чем их собственные дела. Это было похоже на Уинслоу наоборот: теперь я была не невидимкой, а главным объектом внимания. Может, мне это пригодится…

— Зачем Гринграсс нанимать существо вместо человека? — Малфой перевёл взгляд на Дафну. — Неужели вы настолько на мели, что не можете позволить себе нормальную охрану?

— Драко, не стоит меня недооценивать, — сказал я. Откинувшись на спинку стула, я улыбнулась и взяла со стола кружку с чаем. Дафна покраснела, когда я сделал глоток, и моя улыбка стала шире. Чай был хорош. — Последний, кто меня недооценил, неделю провалялся в больнице, пытаясь отрастить себе причиндалы.

Не то чтобы я хотела отморозить Лунгу промежность, но им об этом знать не обязательно. Если Брайан и вдалбливал мне что-то в голову, так это мысль о репутации. Я должна была выглядеть большой и сильной в глазах этих людей. Они не получат шанса испортить себе жизнь рядом с настоящей магией, ведя себя как задиры. Не в этот раз. Я не собиралась становиться Эммой или Софией, но я собиралась стать самым страшным парачеловеком из всех, о ком они когда-либо слышали.

В конце концов, это было справедливо: я должна была достойно представлять супергероев.

— Звучит как полная чушь, — сказал Малфой. На этот раз он был гораздо менее уверен в себе и старался держаться от меня как можно дальше.

— Мне все равно, во что ты веришь или не веришь. Я просто предупреждаю тебя, чтобы ты не связывалась со мной, моими подопечными и, если я их здесь заведу, с моими друзьями. Вот и все, что я хотела сказать.

Повернувшись так, чтобы видеть Дафну, я перестала изображать невозмутимость и широко улыбнулся.

— Так вот, я все хотел спросить! Мне нужны книги о магических существах, Дафна. Я видел кое-что интересное, пока мы шли по замку, и хочу изучить эту тему. И я слышала, как твоя мама говорила что-то о жуке, который может заставить тебя летать после того, как ужалит?! Что это за чертовщина и где мне его взять?!

Дафна просто смотрела на меня, пока Трейси смеялась.

— О, подруга, если ты думаешь, что веретенницы — это круто, подожди, пока я не покажу тебе мотылька, который смеется во время полета!

— Не может быть…

— У профессора Хагрида их целая куча. Когда он вернется, мы можем попросить его показать их нам.

Дафна хмыкнула.

— Этот человек сумасшедший. Он очень милый, но не понимает, что его создания могут быть опасны.

— Да ладно тебе, Даф, этот парень — просто душка. Он очарователен.

— Он опасен, — вмешался темнокожий парень, сидевший на диване в паре метрах от меня. Я взглянула на него, и он кивнул мне.

— Блейз Забини, рад знакомству. И не слушай Трейси. В ведении профессора Хагрида находится целый зверинец существ, способных убить в одно мгновение. При всей его доброте он не обеспечивает должных мер безопасности, а в его зверинце сплошь создания классов опасности XXXX и XXXXX. Подобная беспечность отчасти объяснима его происхождением, но тот факт, что он целенаправленно пополняет зверинец исключительно смертельно опасными экземплярами, ситуацию никак не оправдывает.

— Вы все просто завидуете, — сказала Трейси, закатывая глаза. — Создания Хагрида крутые!

— На первом курсе у него был настоящий дракон, Дэвис, — усмехнулся Драко. — Я видел это своими глазами. Чем дольше не будет этого полувеликана-шута, тем лучше для всех нас.

Блейз кивнул.

— Да, я согласен, Хагрид — плохой учитель. Я все не могу забыть тех чудовищ, которых он создал в прошлом году. Кто бы мог подумать, что скрестить мантикору и огненного краба — это хорошая идея?

— Огненные крабы? — О-о-о, вот это действительно полезная штука. Я могла бы управлять обычными крабами, не прибегая к помощи жабы Тревора или моего кольца. Если бы я могла создать колонию крабов, которые дышат огнем…

— Да, — сказала Дафна. — Хагрид скрестил гигантских крабов с другим гигантским злобным существом и получил то, что он назвал «соплохвостами». Они были настолько ужасны, что в прошлом году он натравил Чемпионов на выживших. Ужасно уродливые твари. Жало на обоих концах, без ртов, но они все равно как-то умудрялись есть и стреляли огнем из задниц… или из паха, так и не поняли… — Она замолчала и вздрогнула.

Мне определенно нужно было найти парочку таких…

***

Остальные начали рассказывать о своих летних приключениях, а я лишь улыбалась и кивала. К счастью, у меня были дела поинтереснее, чем притворяться, что меня интересует этот бал или то или иное событие, о котором пишут в газетах.

Снейп вернулся, чтобы поговорить с Дамблдором. Вот это будет интересно послушать!

— Альбус, нам нужно обсудить этого ребенка.

О, неужели, профессор Снейп? Расскажите! Мы говорили с вами меньше, чем я с Лунгом, но какое впечатление я на вас произвела, уважаемый сэр?

— Действительно, — сказал Дамблдор. Его голос звучал совсем не так весело, как когда я стоял перед ним. Приятно было увидеть, что скрывается за маской. Почему я не использовала это дома? Я могла бы извлечь столько пользы из шпионажа! Зачем выходить на поле боя, если можно собрать информацию, а при необходимости атаковать на расстоянии.

Почему раньше я постоянно рвалась в бой? Еще одна загадка.

— Что вы видели? Что случилось с твоей легилименцией, Альбус? Я никогда не слышал о такой реакции.

Хм, что это было?

В общей гостиной, пока Трейси допрашивала Блейза о чем-то, связанном с лыжным спортом, я наклонилась к Дафне и прошептала: — Эй, а что такое легилименция?

Она нахмурилась и посмотрела на меня.

— Поверхностное чтение мыслей. Для этого нужен постоянный зрительный контакт. Опытные маги могут проникать глубже. А что?

— Судя по всему, кто-то прочитал мои мысли, и это не пошло на пользу тому, кто это сделал.

Я откинулся на спинку стула и прищурилась. Это было грубое вторжение в личную жизнь; поделом ему, что у него пошла кровь из носа от этой попытки.

— Северус, ты когда-нибудь пытался прочитать мысли человека с раздвоением личности?

Профессор сел.

— Да, это был крайне неприятный опыт, и я не смог удерживать контакт дольше десяти секунд. Видеть два потока мыслей одновременно было… очень сбивающим с толку.

Дамблдор усмехнулся, хотя в его усмешке не было веселья.

— Представьте, что этот опыт повторяется тысячу раз, и вы начнете понимать, на что похож разум мисс Эберт.

Снейп приподнял бровь.

— Вы хотите сказать, что у нее тысячи личностей?

— О нет, вовсе нет. Я хочу сказать, что это всего лишь примерное понятие, друг мой. Она может видеть миллионы перспектив одновременно, и все они относятся к совершенно разным областям. Я лишь мельком взглянул на это и не смог понять, что увидел, и это едва не лишило меня чувств. Но, судя по тому, что я видел, я бы не удивился, если бы она могла видеть весь замок из любой точки наших владений.

— То есть…

— Это еще не все, Северус. — Дамблдор тяжело и устало вздохнул. — Она существует в двух ипостасях. Распределяющая шляпа — достаточное тому доказательство.

— Так вот что вы задумали, — усмехнулся Снейп. — Я подозревал, но, Альбус, это же извращение магии Хогвартса. Я могу не соглашаться со многими вашими политическими решениями, но я их уважаю. В этом вопросе я полностью согласен с Минервой.

Дамблдор выпрямился и повернулся, чтобы «предположительно» бросить гневный взгляд на Снейпа.

— Это не входило в мои намерения. Я придерживаюсь традиций, и мне просто было любопытно, к какому факультету она лучше всего подходит, как и все остальные, кто проходит через эти стены. Я ожидал такой реакции от Шляпы не больше, чем вы.

— …Хорошо, я поверю вам, как поверил в прошлом. — Он вздохнул и на мгновение задумался, собираясь с мыслями. — Итак, что вы имеете в виду под двойственным существованием?

— Впечатление, которое у меня сложилось от ее видения, было минимальным, оно длилось всего секунду. Почти сразу же я оказался в совершенно иной перспективе. Это было… единственное подходящее слово — «огромное». Я не мог понять, что вижу.

— Затем?

— Мне позволили увидеть, Северус. Это было что-то древнее, колоссальное, но прежде всего любопытное. Оно позволило мне составить представление о его возрасте. Затем оно оттолкнуло меня одним желанием, которое пронзило меня, потрясло до глубины души.

Оба мужчины замолчали, а я поглубже устроился в кресле. Итак… похоже, моей силе тоже не понравилось, что кто-то читает мои мысли… Это было… мило?

— Значит… она не просто девочка.

— Я не сомневаюсь, что она именно такая, какой кажется, Северус. Вежливая, целеустремленная девочка, пытающаяся выполнить работу. Девочка, которую нанял очень умный человек, который беспокоился за своих детей и увидел в этом прекрасную возможность. Но в то же время она сосуд чего-то опасного в своем любопытстве. Что-то, чему не место в нашем мире.

— Я не понимаю, Альбус.

— Есть вещи, которые исследовал отдел Тайн: проходы в другие реальности, порталы между мирами. Я верю, что она говорит правду о том, что она парачеловек, хотя никто никогда не слышал о такой расе. Я просто не верю, что «паралюди» могут существовать в нашем мире естественным образом. Это вторичное существо, скрывающееся за ее глазами, наблюдатель. Мне придется обратиться к старым коллегам, чтобы начать собирать головоломку. То, что это произошло в моей школе именно сейчас, когда Волан-де-Морт вновь обрел силу… Должно быть, на то есть более глубокая причина. И даже если это не так, мы оба знаем, что я не люблю оставлять тайны неразгаданными. Я хочу узнать больше о наблюдателе. Возможно… возможно, это поможет нам решить нашу проблему…

— Так что же нам делать теперь, Альбус?

— Пока ничего. Я свяжусь с Отделом тайн и моими старыми друзьями. Что касается мисс Эберт, пусть делает свою работу. Не злите наблюдателя. Она здесь не для того, чтобы поддерживать Волан-де-Морта, и наблюдатель, скорее всего, не станет действовать, выходя за рамки своего естественного любопытства. У нас своя битва. Она может защищать своих подопечных, а мы будем вести свою войну, оберегая Гарри Поттера, пока не придет время. Как только у меня будет достаточно информации, чтобы лучше понять ее ситуацию и существо, с которым она связана, я подойду к ней.

Я поглубже устроилась в кресле, с трудом сглотнув. Этот человек был… умен. Очень умен и очень опасен. За пять минут он узнал обо мне и моей силе больше, чем большинство наших ученых за десятилетия. И… что же это за сила? С чем я связана?

— Эй, Тейлор, а можешь рассказать нам про МАКУСА? — Я слышал, что они довольно паршиво управляют страной.

Я покачала головой и попыталась выдавить усмешку, взглянув на Трейси.

— Честно говоря, я мало что о них знаю. Мы с отцом вообще никак не были связаны с правительством. Он был, э-э… профсоюзным лидером.

— Разве это не политика?

— …Я особо не вникала в его работу. Он вечно был занят, а я просто… занималась своими делами. Может, лучше ты расскажешь мне о Министерстве?

Трейси заговорила, а я откинулась на спинку стула, продолжая вежливо улыбаться. Что за черт с нашими параспособностями?