Выпускайте Кракена. ГЛАВА 2. Пари
Персонажи:
Альбус Северус Поттер/Скорпиус Малфой, Роза Уизли, Хьюго Уизли, Гарри Поттер, Джеймс Поттер-мл., Рон Уизли, новые персонажи и другие
Альбус Северус Поттер/Скорпиус Малфой, Роза Уизли, Хьюго Уизли, Гарри Поттер, Джеймс Поттер-мл., Рон Уизли, новые персонажи и другие
Жанр: ангст, романтика, юмор, повседневность
Рейтинг: R или NC-17
Размер: планируется миди
Предупреждения: нецензурная лексика
Аннотация:
За пять лет работы над школьным журналом Альбус уж было решил, что
достаточно адаптировался и выучил все возможные комбинации
взаимодействия с людьми, но однажды в их команде произошло то, чего он
никак не мог предугадать. Сейчас он должен разрулить конфликт и как
участник, и как руководитель…
За пять лет работы над школьным журналом Альбус уж было решил, что
достаточно адаптировался и выучил все возможные комбинации
взаимодействия с людьми, но однажды в их команде произошло то, чего он
никак не мог предугадать. Сейчас он должен разрулить конфликт и как
участник, и как руководитель…
ГЛАВА 2. Пари
— И что ты ей сказал?
Альбус вздохнул.
Если вчера после матча он еще сомневался насчет того, идти ли на прогулку со Скорпиусом и Розой, то теперь радовался возможности переварить случившееся и подумать свои мысли об друзей — сам он пока не вывозил.
— Ну, я... я растерялся, — признался он. — Какое-то время просто молчал и глазами хлопал, не зная, что сказать. А потом...
— Сбежал? — спросил Скорпиус.
— Послал? — предположила Роза.
— Э-э-э, — протянул Альбус, удивившись таким версиям.
— Поблагодарил и слился? — продолжил Скорпиус.
— Расхохотался? — ухмыльнулась Роза.
— Сказал «дело не в тебе, а во мне» или?..
— Или сказал «да, дело в тебе, малая, отстань», а?
Скорпиус уже было открыл рот, чтобы вбросить еще одну версию, но остановился на полуслове и уставился на Розу с неодобрением.
— А что? — спросила она, переводя взгляд с Альбуса на Скорпиуса и обратно. — Она же и правда мелкая. Не понимаю, на что она там рассчитывала.
Альбус согласно закивал, а Скорпиус пожал плечами.
— Ну, не знаю. Когда ты влюблен, везде видишь знаки, что это судьба и все точно получится.
— Оно-то да, — вздохнул Альбус, — но просто… это же совсем, не знаю… странно? Мне семнадцать, ей — четырнадцать или… тринадцать? Если бы даже я ответил ей взаимностью, то как-то…
Несмотря на то, что Альбус уже больше пяти лет работал с текстами, сейчас он не мог подобрать слов.
— Мой папа старше мамы на пару лет, — пожал плечами Скорпиус.
— Всего на пару. К тому же твои родители стали встречаться, когда уже оба были взрослые, — парировала Роза. — Альбус вообще-то совершеннолетний, тут чисто в правовом поле уже есть вопросики.
Скорпиус тяжело вздохнул.
— Ох, ну об этом же не думаешь, когда тебе тринадцать-четырнадцать!
— Так в этом же и проблема, блин! — возмутилась Роза. — Ты тут за себя не всегда можешь нормально думать, а надо будет еще и за эту мелкую? Ну офигеть, ну спасибо, может, еще домашку ей проверять и шнурочки завязывать?
Тут Роза была на сто процентов права — не в формулировке, но в сути. Альбус вроде как уже привык и адаптировался, но иногда социальные взаимодействия казались ему какой-то мудреной настолкой с путаными правилами, где фишки сами собой меняются местами, карты улетают со стола, а игровое поле переворачивается триста раз.
Ирония в том, что Альбусу нравились настолки, и он был готов разбираться в них до посинения — и метафорически, и нет. Вот только нельзя выносить за скобки тот факт, что порой это отбирало ужасно много сил и времени…
С собой бы разобраться, как Роза сказала — это точно.
— Не знаю, Силия мне кажется довольно умненькой и собранной, — заметил Скорпиус. — Начитанная вдумчивая девчонка.
— Так, погодите, я запуталась, — Роза с раздражением откинула волосы назад. — Силия — это новенькая, которая гороскопы отстойные пишет?
— Нет, вторая новенькая, — поправил Альбус. — Но они подружки.
— А-а-а, — протянула Роза, — подлиза которая, ага.
— Подлиза? — хором спросили Альбус со Скорпом.
— Ну, может, не подлиза, не знаю, — поморщилась Роза. — Просто такое чувство, что она для всех пытается быть хорошей — и это все слишком нарочито.
— А мне кажется, это мило, — сказал Скорпиус. — У всех свои стратегии, она выбрала не самую плохую.
— Ой, да тебе просто нравится, когда к тебе подмазываются!
— А то тебе не нравится!
— Нравится, но по делу, — обозначила Роза и повернулась к Альбусу: — Она делала мне комплименты.
— Какая негодяйка, — притворно ахнул Альбус. — Как она посмела?
Роза цокнула языком (Альбус с трудом удержался, чтобы не поморщиться от этого звука) и закатила глаза.
— Вы не понимаете, — заявила она, застыв посреди тропинки.
Альбус и Скорпиус по инерции сделали еще несколько шагов, а потом остановились и развернулись к ней.
— Это было неискренне? Неуместно? Неумело? — перечислил Альбус все варианты, что пришли ему в голову.
Или это что-то «на девчачьем», вещь, которую невозможно понять, если рос, впитывая в себя нормы мужской гендерной социализации?
Роза прикусила губу и подняла взгляд вверх, то ли анализируя, то ли подбирая формулировку к уже проведенному анализу.
— Вот знаете… иногда оцениваешь поступки и слова людей не по тому, что они сказали, каким тоном или с каким выражением лица это сделали, а по тому, какую реакцию у тебя это все вызвало? — спросила она после небольшой паузы. — Так вот, я отреагировала не так, как обычно я реагирую на комплименты.
Альбус переглянулся со Скорпиусом, а потом они оба обратно повернулись к Розе и выжидательно уставились на нее.
— Обычно мне нравится, когда меня хвалят, и я хочу услышать еще что-нибудь, могу пококетничать, мол, давай-давай, расскажи побольше. А тут мне хотелось прервать этот поток и уйти. В общем, это я и сделала, — пожала плечами Роза и возобновила шаг. — Но меня саму это удивило, потому что ничего такого прям она не сказала, все по делу, вроде как вовремя… а вот так вот.
Альбуса заинтересовало это наблюдение насчет собственных реакций. Но тут, наверное, нужно делить на два — вдруг это просто какой-то триггер стрельнул у тебя, прям твой собственный, прям личный, который с человеком никак не связан?
А хотя… раз что-то стрельнуло, значит, подсознание ухватило какой-то подозрительный набор характеристик, который и может вызывать излишнюю тревогу?
Мерлин, и вот как вообще разобраться во всем этом, на что опираться, куда бежать, что делать?..
— …что думаешь, Ал? — долетел до него голос Розы, словно издалека.
— А?
Черт, опять он задумался и куда-то уплыл.
— Что думаешь делать, спрашиваю.
— Не знаю. Пока не понял, как к этому всему относиться, если честно. Вчера мы говорили, она вроде как… нормально отреагировала.
— Отреагировала на что? — спросила Роза. — Погоди, ты же нам так и не рассказал, что там было-то потом!
— Так ты же его перебиваешь постоянно, — вмешался Скорпиус.
Роза опять закатила глаза.
— А ты говоришь за него, будто бы он сам не способен за себя ответить.
— Я просто уточняю или подсказываю.
— А я пытаюсь быстрее подвести к мысли, которую уже давно поняла.
— Ты понимаешь, как это…
— …раздражает? — перебила его Роза. — Да-да, я поняла это еще до того, как ты начал, Скорп.
Они продолжали спорить еще какое-то время, позабыв, что должны были куда-то идти, пока Альбус не вздохнул так тяжело, чтобы это привлекло их внимание.
— Ох, прости, пожалуйста, — попросил Скорпиус.
— Мы тебе мешаем?! — с возмущением в голосе спросила Роза, уставившись на Альбуса в упор.
Но долго держать маски не вышло, уголки губ дрогнули — и у него, и у нее. Наверное, наблюдай кто со стороны, удивился бы, как зарождающийся конфликт мгновенно превратился в шутку. Но с Розой у Альбуса почему-то всегда так получалось, он научился чувствовать, где она прикалывается, а где просто прикалывается или, быть может, прикалывается, и все-таки, если он был не до конца уверен, что Роза прикалывается, думал о том, что она прикалывается — и угадывал.
Ветер напомнил им, что не стоит стоять на месте, если в твои планы не входит замерзнуть.
— Ваш клан Уизли иногда меня пугает, честно говоря, — подал голос Скорпиус.
— Так задумано, — отмахнулась Роза. — И вообще я — Грейнджер-Уизли.
Забавно, что профессора до сих пор путались: называли Розу «мисс Уизли», когда она чудила или нарушала дисциплину, и «мисс Грейнджер», когда в чем-то преуспевала — во всем, кроме квиддича, там-то, конечно, она всегда была «мисс Уизли». Образ тети Гермионы и ее фамилии со спортом и рядом не стояли, а скорее валялись по траве, кашляя и выплевывая легкие.
А вот у Хьюго, насколько Альбус знал, такой проблемы не было совсем, к нему всегда обращались правильно. Роза искренне считала, что это она ему дорожку протоптала, а Альбус думал, что ее слишком сильно бросает из стороны в сторону, и на ее фоне Хью казался супер-уравновешенным и сбалансированным.
— В общем, она выпалила мне это все, и я… долгое время просто стоял, не зная, как отреагировать, — рассказал Альбус. — Я-то к такому разговору не готовился, ничего такого не предполагал. Хотя… не знаю, наверное, стоило бы догадаться?..
Альбус размышлял об этом сегодня ночью. Он чувствовал раньше, что Силия пыталась выстроить с ним мосты, но считал это иначе, принял за рабочее восхищение коллегой и попытку подружиться.
А что? Вот сам Альбус восхищается текстами Кассии так, что готов и верещать от восторга, и подпрыгивать на месте, и довольно потирать ладони, как только новый рассказ оказывался у него на столе, но это совсем не означало, что он в нее влюблен. Ну, может быть, в ее талант и ее мозг, ладно, так и быть.
Сам себя Альбус на подобную плоскость не укладывал. Черт возьми, ну они же все в рабочем сеттинге — естественно, что он будет трактовать все намекающие намеки как что-то, связанное с их делом.
— Ну да, у нее что-то такое проскальзывало, — сказал Скорпиус.
Серьезно?..
— Мда? — скептически спросила Роза. — Может, вам, нормисам, и проскальзывало, но я ничего такого не заметила. Сочла это за фанатство, но не более.
— А почему ты молчал? — спросил Альбус. — Ну, если уже давно все понимал, почему не спросил, что там на самом деле, не уточнил, не подсказал?
— Я думал, вы знаете…
Альбус вздохнул. Бесполезно спорить — они слишком разные по восприятию таких штук.
Хоть с Розой конкретно на этой территории он чувствовал себя на одной волне.
— Я подумал, что это какой-то профессиональный интерес, — объяснил Альбус. — Мы говорили о всяком в перерывах между работой, но о писательстве у нас как-то лучше всего разговоры складывались.
— Так потому что тебе интересно обсуждать это с кем попало вообще, хоть с портретом, хоть с доспехом, хоть с отражением в зеркале. Конечно же, ты зажигался на таких темах, — сказал Скорпиус.
Что ж, резонно и объяснимо.
— А во-вторых, она — подлиза, — напомнила Роза. — Как определить: это ее базовые ми-ми-ми и у-ру-ру, или это она лично к тебе решила подкатить? Легко запутаться, может, таких как ты у нее там пять тысяч, и ты просто очередная жертва мимимишного этикета.
— Мимимишного этикета?
— Ну, типа тебе все равно, с кем быть милым. Не знаю, только что это придумала.
— А-а, — протянул Скорпиус. — То есть, я для тебя тоже из этих?
Альбус не был согласен с формулировкой Розы, но со смыслом — да. Скорпи действительно вел себя очаровательно и мило со всеми, и когда он попытался проявить уже другие знаки внимания к Альбусу, переходящие границы дружбы, в целом… ничего не поменялось. Ну, для Альбуса…
— По тебе я тоже не сразу понял, что ты ко мне подкатываешь, — напомнил Альбус. — И это при том, что мы с тобой уже несколько лет на тот момент дружили и неплохо друг друга узнали.
— Вот-вот! А ты ожидаешь, что он раскусит девчонку, с которой знаком пять минут, — сказала Роза. — И вообще, блин, странно, что ты так спокоен. Она тут на твоего парня претендует, между прочим!
— Ну претендует и претендует, не вижу никакой угрозы, — пожал плечами Скорпиус, а потом вдруг широко раскрыл глаза и уставился на Альбуса: — Или стоит?
Роза тоже ошалело заморгала и перевела взгляд на Альбуса:
— Точно, ты ж недорассказал!
— Только не говори, что согласился на что-то из жалости! — добавил Скорпиус.
— Да не соглашался я ни на что из жалости! — возмутился Альбус и, когда его друзья вздохнули с облегчением, добавил: — Разумеется, я сказал, что ничего ответного не испытываю. За кого вы меня принимаете?
— За человека, который из вежливости не уходил с ужасной вечеринки, на которую его позвали? — спросила Роза.
— За человека, который несколько часов слушает нытье призрака, потому что боится его обидеть? — добавил Скорпиус.
Черт, справедливо…
— Это… ладно, это было, — признал Альбус, на секунду прикрыв глаза, — но я сделал выводы и теперь действую… аккуратнее. И в этот раз у меня все получилось. Вроде как…
Он передернулся, вспомнив о вчерашнем. Напряжение в воздухе можно было руками схватить. Альбус с трудом сдерживался, чтобы не кинуть умоляющий взгляд на стену, скрывающую вход в гостиную Слизерина, потому что сбежать хотелось — очень. Никак не реагируя, ничего не отвечая, просто заигнорить, просочиться сквозь суету вечеринки и залезть под одеяло. Но нет, это было бы слишком нечестно и инфантильно — бежать, потому что не знаешь, как справиться с этим накалом.
— В общем, я извинился, что ничем таким ответить не могу, — вспомнил Альбус. — Сказал, что это было… отважно, или что-то такое, не помню. Потом спросил, в порядке ли она, в смысле, не сильно ли мой отказ по ней ударил.
— А она что?
— Ну-у-у… сказала что-то вроде… в общем, оценила, что я аккуратничал, вот.
Слова все смазались, осталось только впечатление. Альбус чувствовал себя, словно идет по канату над пропастью с мантикорами: один неловкий шаг, одно неосторожное слово — и все, и пиздец. Будут и слезы, и эмоции, и истерики — тогда он вообще не будет знать, что делать.
— А ты аккуратничал? — спросила Роза, высоко подняв брови.
— А когда Ал не аккуратничал? — вздохнул Скорпиус.
— Я бы просто сразу послала, — объяснила Роза. — Вообще не понимаю, зачем было с ней нянчиться и сюсюкаться.
— Да ну, жалко же. Думаю, Ал молодец, что подумал о ее чувствах и попытался все сгладить.
Вот только Ал — не молодец, и думал только о том, что готов сказать все что угодно, лишь бы Силия не начала эмоционировать. Вчера Альбус был слишком уставшим и вымотанным, чтобы еще переварить чужие слезы, крики, вопли, обвинения или что угодно еще. Реакция могла быть любой, он недостаточно знал эту девочку, чтобы спрогнозировать хоть что-нибудь. Да и целом она не казалась особо устойчивой, особенно вчера…
— Честно, Скорп? Я просто делал все, чтобы ситуация осталась в поле рационала и логики. Не уверен, что так правильно, но ничего другого мне в голову не пришло.
— Правильнее было бы, оставь она свою фигню при себе, — заявила Роза. — Все равно же все обречено и бессмысленно было, а так тебя загнала только — ну, спасибо!
— Думаю, она просто устала мучиться и хотела закрыть для себя тему, поэтому и призналась, — парировал Скорпиус. — Вполне нормальное желание.
— Зато теперь мучаюсь и открываю тему я, — вздохнул Альбус. — У меня ужасная мыслемешалка в голове, я даже на рассказе Кассии сосредоточиться не смог, а в ее тексты я обычно проваливаюсь с головой.
И это тоже бесило. У него, блин, были свои планы на вчерашний день и вечер! И тут… такое. Сначала его уединение нарушили, потом огорошили внезапным признанием, так еще эфир его мыслей теперь засорился этой информацией!
Альбус с шумом втянул в себя воздух и разжал кулаки.
Ладно, он просто устал, вчера день был дурацкий, он еще не восстановился — вот и бесится из-за всякой ерунды.
— А что тебя мучает? — спросил Скорп, тронув Альбуса за плечо.
— Да просто… не знаю, — Альбус запихнул руки в карманы. — Мне эта информация явно была не нужна, но могу понять, почему она так сделала. Просто… это все было ужасно не вовремя.
— Ну, невзаимные признания никогда не бывают вовремя…
— Это понятно, но вчера я максимально не хотел ни с кем контактировать вообще, — вздохнул Альбус. — Черт, надо было еще днем свалить и где-нибудь в туалете запереться, или через секретный коридор какой-нибудь прошмыгнуть куда-то…
Интересно, удалось бы ему сбежать в таком случае? Или Силия увязалась бы за ним?
— Я вчера несколько раз попытался слиться. Пресекал разговоры, говорил, что устал и перегрузился. Специально задержался, когда она уже вышла из Выручай-Комнаты, но она дождалась и пошла со мной. Шел с наушниками в своем темпе, не подстраиваясь под ее шаг. Петлял как попало. И все равно она… — Альбус прикрыл глаза и помотал головой, — она явно была настроена решительно.
В целом, будь предметом ее фиксации кто угодно, кроме него, Альбус даже бы восхитился такой целеустремленностью. Он уважал это качество.
— Ладно, готова признать — это было довольно смело с ее стороны, — Роза словно прочитала его мысли, но потом перескочила обратно на свою волну: — Хотя эти две малявки меня раздражают. Обе. Что эта, что та с отстойными гороскопами.
— Отстойными? — спросил Альбус.
— Ни один не попал, — заявила Роза. — Все мимо.
— Но Присцилла реально там высчитывает что-то сама…
— И, как все на свете, делает одну и ту же ошибку. Забывает про Рыб и пишет им гороскоп уже наотъебись, потому что для них уже осталось мало опций — все ведь по другим знакам раскидано.
Альбус прыснул.
Роза часто жаловалась на то, что ее знак находится последним в списке, и составители уже к тому моменту как будто бы пишут гороскоп на коленке, лишь бы закрыть задачу.
— Вот вам смешно, а мы с папой страдаем! — продолжила сокрушаться Роза. — У вас хотя бы какая-то опора на суеверное мышление есть, а нам надо самим придумывать, на кого спустить всех гиппогрифов, если мы облажаемся!
И конечно же она вновь завела эту пластинку, и Альбус получил возможность вернуться к своим мыслям.
Завтра у них в редакции собрание, хорошо бы ему успеть все перечитать, чтобы сдать ребятам на последние правки. А кому-то, может, и не последние…
Он пока не понимал, что делать с Силией. Утром он попытался вчитаться в ее текст, но так и не понял: это он дурак, или у нее структура поехала, или это у него структура мозга, блин, на фоне всей этой ситуации поехала, но он вообще не смог вникнуть.
И вот вроде он читал уже раньше, и у него были какие-то замечания, и, кажется, их было не так много, но Альбус не мог ничего вспомнить. Что тоже странно, ведь обычно он такие вещи помнил. Мало того, он даже помнил, какие правки давал тому же Хьюго еще год назад, помнил, какая статья в каком номере, даже мог перечислить, где какая иллюстрация.
Вот это его поплавило, конечно…
Наверное, он недооценил суету и шум квиддичного матча.
Может, кого из ребят попросить почитать? Хотя бы сравнить свои впечатления, понять, дело в тексте или в его самочувствии.
— Не знаю, что делать с ее статьей, — осторожно начал Альбус, чтобы прощупать почву. — Вообще сконцентрироваться не могу, все покручиваю в голове вчерашний вечер.
Если не откликнутся, так хоть чего посоветуют, может…
— А что прокручиваешь-то? Что тебя так зацепило? — спросила Роза.
— Да не знаю, просто как-то… не знаю. Все кажется каким-то дурным сном, я мало что помню и теперь боюсь, что ляпнул чего-то не того, потому что опять неправильно прочитал комнату.
— Даже если и ляпнул, то что?
Альбус опять переглянулся со Скорпиусом.
Ну как что? Неужели непонятно?
— Она была… уязвима, открыта, решилась поднять такой сложный вопрос, — попытался объяснить Альбус. — Ну вот ты бы в такой ситуации разве не хотела бы, чтобы с тобой обошлись как-то аккуратно и бережно?
— Ну хотела бы, конечно, но я взрослая девочка и понимаю, что вообще-то со мной так никто обращаться не обязан, если это не мой близкий, друг, парень или еще кто-то из своих, — заявила Роза. — И если бы я пошла на кого-то со своими чувствами вешаться, то держала бы в голове, что меня могут и обозвать, и обсмеять, и что угодно вообще.
— У тебя очень негативная картина мира, — вмешался в разговор Скорпиус.
— У меня реалистичная картина мира, — поправила его Роза. — Я просто не понимаю: откуда взялась идея, что все должны тебя одобрять и встречать с распростертыми объятиями? В смысле, да, хорошо бы окружать себя единомышленниками, которые с тобой на одной волне и все такое, но вот даже мы с вами дружим с первого курса и в куче вещей бываем не согласны, и не все друг в друге прям так уж терпим. Это — жизнь, такое случается, что кто-то может оказаться не готов тебя няшить-поняшить или просто дать мгновенную реакцию. И он, в общем-то, в своем праве.
— Да. Но согласись, хотелось бы.
— Ну хотелось бы, ладно! Просто я не понимаю, как из этого «хотелось» вытекает «должен». Ал попытался быть милым, не нагрубил, не послал — ну и хватит! — всплеснула руками она, а потом вдруг резко выпрямилась и повернулась к Альбусу всем корпусом: — Или ты в конце концов все-таки что-то вычудил?
— Да нет. Вроде… — Альбус заморгал. — Ну, в смысле, мы долго говорили, а потом, когда я провел ее до гостиной, то…
— Стоп, что? — перебила его Роза. — Ты ее… что? Ты… что?!
Альбус тут же стал искать союзника в Скорпиусе, но обнаружил такой же ошалевший взгляд, как и у Розы.
— Э-э… провел ее до рейвенкловской башни, — зачем-то повторил Альбус. — А что такого-то?..
Друзья переглянулись, Скорпиус поджал губы, а Роза зашипела сквозь зубы.
— Перебор, — сказала она.
— Двусмысленный сигнал, — подтвердил Скорпиус.
— Она точно начнет воображать, что это что-то значит, — конец фразы Роза произнесла с драматическим надрывом.
— Запросто, — кивнул Скорпиус.
Альбус непонимающе заморгал.
— В смысле… а что, мне надо было сказать «ладно, пока» и пойти в свою гостиную?
Скорпиус и Роза оказались на удивление единодушны:
— Ну, да-а?! — прищурилась Роза.
— Не по форме, но по содержанию — да, — сказал Скорпиус.
Альбус шумно выдохнул через нос.
— Хорошо, моделируйте! Как я должен был прервать такой разговор, м-м?
— Да что тут моделировать? — спросила Роза. — У меня этот разговор вообще бы кончился, не начавшись!
Будь на месте Розы кто угодно, Альбус бы фыркнул. Трындеть-то легко, а пойди так правда отреагируй!
Но, стоит признать, Роза и правда могла такое провернуть. Как же Альбус завидовал ей в такие моменты…
Ее уверенности, толстокожести, непосредственности, наглости — насколько проще бы ему жилось, имей он такие качества!
Почти все из этого спорило с его ценностями. Но-о-о с другой стороны… будь у него эти качества, может, и ценности выглядели бы иначе?..
— А ты, Скорп?
Скорпиус пожал плечами.
— Да не знаю, думаю, сымпровизировал бы что-нибудь.
— Ну уж нет! — разозлился Альбус. — Раз уж начал тут нотации читать — предлагай.
— Да-да, не съезжай нам тут! — поддакнула Роза.
Скорпиус вздохнул.
— Ну… не знаю. Такие штуки в моменте сами всплывают.
Альбус тяжело вздохнул.
— У вас, — поправил он. — У вас они всплывают. У меня лично всплыло только то, что я не хочу, чтобы ее размотало, расстроило настолько, чтобы она пошла там что-то с собой делать. И я подумал, что хорошо бы ее проводить и убедиться, что она правда до гостиной добралась, а не томно вздыхать на Астрономическую башню отправилась.
Скорпиус распахнул глаза.
— Ого, я даже не подумал об этом…
Вот!
Они все из себя такие «Ал, ну как ты мог не понять всего этого очевидного», а сами-то!
— Да ну, вряд ли она такое бы выкинула, — с сомнением протянула Роза.
— Так откуда мне знать? Мы же не знакомы толком, — вздохнул Альбус. — Со стороны она кажется… ну, не знаю, ранимой? Я не сильно вслушиваюсь в болтовню, когда занят, но впечатление такое, что ей часто бывает нужна поддержка, советы, они там с девчонками что-то обсуждают, как там с чем справляться. Так что я решил перестраховаться.
Скорпиус какое-то время молчал, обдумывая что-то, а потом кивнул. А вот Роза наоборот фыркнула.
— Все равно я считаю, что ее душевные терзания тебя касаться не должны, — заявила она. — Прийти и признаться — это ее решение. Раз пошла на такой риск, будь готова сама себя потом отрегулировать. А то хорошо устроилась: и гештальт свой об тебя закрыла, и поглаживания получила.
— Ты жестокая, — сказал Скорпиус.
— Только с теми, на кого мне наплевать, — парировала Роза. — Я считаю так: надо беспокоиться за себя и семью, — она провела перед своим лицом ладонью, словно создавая перед собой стену, — потом за своих дружочков, кузенов, бабушек, дедушек, теть, дядь, — она отвела руку чуть подальше и снова прочертила невидимую стену, — дальше идет твой коллектив, команда, какое-то сообщество единомышленников, — она вытянула руку до конца и построила стену еще дальше, — а остальные пусть идут нахер, — тут она уже махнула, как бы показывая, куда все посторонние должны отправиться.
— Ну, базово вежливым все равно надо быть со всеми, согласись? — спросил Скорпиус.
— Да! Сказать «спасибо», «пожалуйста» и «до свидания», а не несколько часов выслушивать чужой травмадампинг!
— Травма-что?.. — не понял Скорпиус.
Вот тут уже в разговор включился Альбус:
— Это когда человек с ноги влетает и начинает рассказывать о чем-то очень личном, часто неприятном или грустном, чтобы разгрузиться, а ты потом после разговора ходишь загнанный по уши в чужих проблемах.
— Вот-вот, — закивала Роза. — Это так кажется: ну что стоит мне разок-другой послушать, ну вот надо человеку чувства излить, ну сложно ему, ну ладно. А потом просто стоишь и тонешь в этом потоке. Знаешь, сколько такой хрени моя мама наслушалась? Конечно, это ее работа, быть в курсе глобальных проблем, управлять процессами, чтобы магическому сообществу хорошо жилось. А потом вдруг выясняется, что хорошо живется всем, кроме нее и нас, потому что ее усталость и нервозность бьет по всем. Зашибись!
— Ну, ничего не поделаешь, такие обязанности у Министра, — сказал Скорпиус.
— Хуистра! — Роза перебросила волосы через плечо. — Мерлин, как же я надеюсь, что она не пойдет переизбираться, уже невозможно просто…
— Папа рассказывал, что на него тоже много вываливали всегда, — вздохнул Альбус. — Только в Аврорате часто злились, кричали вслед всякие проклятья, а тут в Хогвартсе студенты жаловались на все подряд, слезно просили перенести дедлайн по домашке и всякое такое.
— Ох, скучаю по временам, когда крестный тут преподавал, — простонала Роза. — Было та-а-ак удобно!
— Он же тебя все время после уроков оставлял, — фыркнул Скорпиус.
— Ну да, и я проверяла домашки младшекурсников, — кивнула Роза. — Это выгоднее, с ними ты справляешься за пару часов, а чтобы свое эссе полноценное написать, нужно больше времени и ресурсов, которое я хотела тратить на квиддич. Тайм-менеджмент, мальчики!
В этом была вся Роза, и Альбус порой удивлялся, как подобные решения вообще могли прийти кому-то в голову. Нарваться на наказание, чтобы… освободить расписание? На ее месте Альбус бы загнался, что помимо проверки домашек, ему еще навалят требований к тому несделанному эссе, мол, так бы ты сдал и не парился, а теперь должен написать на пять-десять-пятнадцать дюймов больше. И с его везучестью, вероятно, так бы все и вышло, но Розу словно в котле Зелья удачи в детстве искупали, и каким-то образом все складывалось так, как выгоднее ей.
В целом, не исключено, что у Розы это прокатывало, потому что Роза — это Роза. Может, окажись на ее месте кто-то другой, ему бы как раз проверку домашних заданий и не доверили, потому что за ним потом еще пришлось бы перепроверять. А она-то умная, и все знают, что она умная, и ответственная, когда ей интересно и удобно быть ответственной, да и папа жаловался, что проверять домашку — отстой, а тут такое выгодное сотрудничество нарисовалось, хоть какую-то часть можно делегировать…
Возможно, с Розой ситуация с внезапным признанием даже не произошла бы, потому что к ней попросту побоялись бы вот так подкатить. Роза точно церемониться не станет, любой здравомыслящий человек, знакомый с ней хотя бы три секунды, должен это понимать.
— В общем, не знаю, как быть, — вернулся Альбус к исходной теме. — Мне бы не хотелось, чтобы рабочая атмосфера испортилась, я хочу в последний год побольше успеть, может, рискнуть и какие-то форматы попробовать новые, чтобы портфолио выглядело разнообразнее. А тут такое вот…
Конечно, он знал, что после школы надо будет начинать с нуля, с самых низов, впахивать буквально за кнаты первое время, если вообще не за бесплатно, но все равно ему хотелось поработать в настоящей редакции. И чем больше сценариев он обкатает на своем «тренировочном» плацдарме, тем спокойнее он будет чувствовать себя потом, в незнакомом новом месте.
— Думаю, все будет в порядке, — Скорпиус приобнял его за плечи. — Мне признавались в симпатии люди из моего круга общения, а я отказывал — и ничего, мы нормально все потом общались. Да и наоборот тоже было…
Он выразительно посмотрел в сторону Розы.
Та цокнула языком и закатила глаза.
— Ну ты нашу ситуацию не сравнивай, — сказала она. — У нас другие вводные были.
— А вот как у вас было? — спросил Альбус. — Как вы справились с неловкостью?
— Ты не помнишь?
— Ну-у-у… я, типа, был слегка занят Алекс…
Первая девушка Альбуса как-то ловко захватила все его внимание. Единственное, с чем у нее не получалось соперничать — это «Кракен», а вот остальное: учеба, друзья, книжки, клуб плюй-камней — ушли на второй план. Как-то так его зафиксировало на двух объектах, и все, на большее не хватало.
— Вот пока ты был занят Алекс, мы со Скорпом почти не общались. А потом я сбила его с метлы бладжером…
— И после этого мы снова начали зависать нормально, — продолжил Скорпиус. — Да-а, вот были времена…
Альбус фыркнул.
— То есть, поначалу неловкость все-таки была? — уточнил он.
Потому что люди склонны забывать детали и из-за этого преуменьшать накал каких-то страстей из прошлого. К тому же, не у всех есть этот косяк с застреванием в одной ситуации. Если Альбуса что-то задело, он это событие потом может перекрутить со всех сторон, углов и ракурсов, пока не объяснит самому себе, кто почему и как поступил. И сколько ни отвлекайся, сколько ни переключайся, все равно мысли будут возвращаться туда, чтобы как-то переварить эту ситуацию.
И сейчас, кажется, это случилось с ним снова. Альбус никак не мог понять, как он не смог отличить влюбленность от банального любопытства и желания подружиться. Это он дурак, который так и не научился читать людей, или все сигналы изначально были хорошо замаскированы под нейтрально-дружеский тон?
— Ну да, походили немного сами по себе, подулись друг на друга — и нормально, — сказала Роза. — Я согласна со Скорпом, не надо париться слишком сильно. Это ее проблемы, а не твои. В конце концов, она всегда может уйти, если ей что-то в твоем поведении не понравится.
— А я? — спросил Альбус. — Если мне будет неловко настолько, что я не смогу нормально работать?
— Так ты себя заранее и не накручивай, — сказал Скорпиус. — Посмотри для начала, как собрание пройдет, там увидишь, как она будет себя вести. Может, еще сама избегать и прятаться будет, так что ты вообще не заметишь изменений в своих привычных рабочих процессах.
— Ну-у, может быть, — неуверенно протянул Альбус. — Как-то мне все равно не по себе. И самое отстойное, что я особо не могу спрогнозировать, где могут возникнуть проблемы, чтобы заранее прикинуть какие-то варианты…
Будет ли Силия, к примеру, избегать его, как Скорп предположил? И насколько это избегание распространится на работу? Не придется ли ему пять тысяч сов ей отправлять, чтобы перестала прятаться и наконец-то ответила, какой заголовок взять для ее статьи?
А правки? Если его критические замечания к тексту будут восприниматься как придирки лично к ней самой? Учитывая то, что она новенькая, и у нее будет много красных пометок на полях, просто потому что ей еще предстоит врубиться в формат, вписаться в рамки, найти свой голос?
Но если он будет осторожничать и аккуратничать, то это может считываться, как жалость, типа Альбус не признает и не уважает ее стойкость.
Лично его бы поплавило в такой ситуации. Сочувствие — это, конечно, хорошо, но Альбус предпочитал привлекать внимание своими достижениями, а не жалобами. Из-за своих аутичных тараканов он и так иногда кажется чересчур хрупким и нежным, не хочется лишний раз закрепляться в этом образе. Слишком уж много сил он потратил, чтобы научиться вливаться и выглядеть нормальным.
— Ал, ну давай честно: нельзя подготовиться ко всему, — сказала Роза. — Не относительно этой мелкой, а вообще…
— Да, знаю, — Альбус дернул плечом. — В целом, когда я в норме, то меня уже не так разносит, когда что-то сильно идет не по моему плану. Но «Кракен»… не знаю, с ним у меня свои приколы. Я слишком серьезно к нему отношусь и теперь переживаю, что привычный порядок пойдет по одному месту.
— Слушай, ну ты с «Кракеном» уже много изменений пережил? В смысле, какие-то ребята заканчивали Хогвартс, вместо них надо было брать новых, еще мы формат меняли пару раз, и в конце года вечно вот эта фигня, что все чувствуют себя обязанными высказаться перед летними каникулами, подвести итоги, поэтому в выпуск пытаются влезть все, кто мог раньше через раз-два пропускать.
— О, ну к этому я уже как раз привык, — фыркнул Альбус. — Я еще с позапрошлого года закладываю, что в начале и конце учебного года у всех дохрена впечатлений и инсайтов, чтобы со всеми поделиться.
В сентябре все хотят вывалить то, что узнали и прожили за лето, поэтому никогда нет проблем с материалом. Некоторые даже умудряются приехать с полуготовым черновиком.
В октябре-ноябре наоборот спад, у ребят начинаются какие-то проблемы с домашками, копятся хвосты, так что кто-то может выпасть.
В декабре же подъем на энергии ожидания праздников, только там дедлайн смещать надо из-за каникул — почти вся их команда разъезжалась по домам. Главное, ошибки внимательнее проверять, в декабре статистически всегда больше опечаток из-за суеты.
В январе опять спад, все сонные, прибитые и замерзшие, отходят после праздников, поездок, промежуточных контрольных.
В феврале по-разному: иногда выстреливает все около-любовное из-за Дня Влюбленных, а иногда зима такая лютая, что охота только под одеялком лежать, пока весна не придет.
Март-апрель как-то средне, зависит от погоды: если слишком тепло, все гуляют, если слякоть и дождь, то настроены торчать в помещении.
В мае все готовятся к экзаменам, поэтому часть работы лучше делать в апреле заранее — это прям железно. Всегда. Без исключений.
Июнь же обманчив: пока все заняты экзаменами, кажется, что на последний выпуск всем плевать, но когда весь этот учебный ужас кончается, всех охватывает такая эйфория, что там материал собирается за какие-то невероятно рекордные сроки.
В общем, у каждого процесса есть свой цикл. Альбус это узнал еще от мамы: она как-то рассказала ему, как предугадывает, когда у нее будет много работы, а когда мало, только там все накладывалось на распорядок квиддичных матчей. Уже вся семья выучила, что во время финальных игр мамы дома сутками не будет.
Тут такая же схема, только «Кракен» был завязан на студенческих событиях — и на второй год работы Альбус уже начал прослеживать повторяющиеся паттерны, а дальше они только подкреплялись.
— Стремно, в общем. Хотя не исключаю, что сам себя накручиваю больше, чем оно того стоит.
— Да сто процентов, Ал! Я тебе говорю: не парься, пусть сама выплывает. Твоя задача — быть собой и выполнять свои обязательства. Все, — поставила точку Роза.
— Ну, я думаю, что на правах старшего и опытного ты можешь что-то сгладить или решить, но еще не факт, что это понадобится, — добавил Скорпиус.
— Почему это он на правах старшего должен что-то сглаживать? — удивилась Роза.
— Он же лидер, а «Кракен» — его команда, — ответил Скорпиус таким тоном, словно убеждал Розу в каком-то суперочевидном факте, вроде того, что трава зеленая. — Разруливать конфликты — это часть обязанностей.
— Угум, если ты мамочка трех ангелочков! — заявила Роза. — Работа — это работа, все свои драмы и проблемы изволь оставить за дверью.
— А я вот не думаю, что должно быть разделение. Ты — это ты, и все твои личные драмы делают тебя тобой.
— Вот оставь эту хреню снаружи и расскажи эту сказочку кому-то другому. Если вы собрались для дела, то это дело в вашей команде и должно стоять в приоритете.
— А как же человеческие отношения? Ни одно дело не стоит того, чтобы…
— Ну так идите в паб и пейте пиво! — перебила его Роза. — Вы объединились ради цели, если вам так уж необходимо языками чесать двадцать четыре на семь, ну не врите себе, стащите еды и организуйте пикничок.
— Невозможно работать над чем-то, если в коллективе атмосфера ужасная, — настаивал Скорпиус. — Однажды ты придешь на тренировку, а твоей команды тупо нет, потому что они устали от твоего террора.
— Однажды ты придешь на тренировку, а твоей команды тупо нет, потому что они наплевали на тебя и твою всепрощаемость!
Альбус вздохнул и возвел глаза к небу.
Если начало обсуждения еще как-то натягивалось на его ситуацию, то теперь все опять свелось к квиддичу.
Этот спор начался в прошлом году, когда Скорпиус и Роза получили капитанские значки. Кто лучше управляет командой, какой стиль игры эффективнее, какие стратегии выигрышнее, бла-бла-бла, квиддич, бла-бла, полеты, бла-бла, я разъебу тебя этой битой, Скорпиус, бла-бла, ты настоящая стерва, Роза, бла-бла-бла и все такое.
Повезло, что в том году они хотя бы не в финале друг против друга играли, Слизерин немного уступил Хаффлпаффу, так что Альбусу не пришлось разрываться в конце года: болеть за своих кузенов в Гриффиндоре или за своего парня в Слизерине. Да и конфликт наверняка был бы куда жарче и страшнее.
Хоть бы в этом году пронесло — и кто-то вылетел из турнирной таблицы раньше, чтобы Альбусу не надо было решать эту дилемму…
— … что думаешь, Ал?
— А? — опомнился он, вынырнув из своих мыслей.
Роза нетерпеливо и тараторя повторила вопрос, накинув контекста.
Жесткие рамки или вседозволенность? Авторитарный лидер или либеральный? Наказание или поощрение? Феникс или пламя? Кошки или собаки?
— Предпочитаю ловить сразу двух лунтелят, — уныло отозвался Альбус.
— Это невозможно! Надо выбрать! — настаивала Роза.
— Ну, раньше как-то получалось…
— Да, Роза, у Альбуса с управлением как раз все в порядке.
— Пока проблем и кризисов нет, так конечно легко быть сладенькой булочкой, — фыркнула Роза. — Ну, вот и увидите потом, что я была права: хочешь результатов, значит, надо оставить все лишнее и пахать, пахать, пахать.
— А я уверен, что благоприятная атмосфера раскрывает людей. Невозможно все время работать из-под палки. Несвобода ограничивает.
— А я уже ни в чем не уверен, — вздохнул Альбус, хватаясь пальцами за переносицу. — Просто хочу хорошо делать свою работу, и чтобы все от меня отстали.
Роза перекинула волосы через плечо и хлопнула руками.
— Предлагаю пари, мальчики! — воскликнула она. — Кто победит в финале — тот победит в финале!
Скорпиус фыркнул, а Альбус улыбнулся.
— А если никто не победит? — спросил он.
— Тогда просто подбросим монетку, — развела руками Роза. — Или что, Скорп, испугался?
— Не дождешься, — он снял перчатку и протянул руку Розе.
Роза хищно усмехнулась, совершенно по-пацански плюнула на ладонь и, не обращая внимания на то, как перекосило Скорпиуса, схватила его руку.
— Разбивай! — потребовала она, повернувшись к Альбусу.
— Фу-у, Мерли-ин!.. — страдальчески протянул Скорп, безуспешно пытаясь вырваться из железной хватки.
— Может, не надо? — с сомнением протянул Альбус. — Только поссоритесь в итоге…
— Разбивай! — повторила Роза.
— Ал, умоляю!
Альбусу эта идея не понравилась, но надо было спасать Скорпа из слюнявого плена Розы — и он разбил их рукопожатие.
Скорпиус тут же принялся вытирать руку об мантию, Роза торжественно усмехнулась, и на секунду ее взгляд выглядел почти маньячным.
Зря Скорп с ней поспорил… Стиль руководства Розы лучше раскроется в условиях конкуренции, у нее уже больше козырей, ей есть чем заряжать команду.
Ал стрельнул глазами в сторону Скорпиуса.
Ладно, персоналии тоже имеют значение, может, и вывезет за счет своего обаяния…
Что же касается Альбуса во всей этой ситуации, то он просто надеялся, что, как всегда, сумеет поймать сразу двух лунтелят.
фанфик
выпускайте кракена
гарри поттер
альбус поттер/скорпиус малфой
free
Мне понравились неуловимые намёки первой главы на то, что Ал несвободен, и такой конфликт в её конце) конечно, любому внимательному читателю это было бы заметно, но не могу не восхититься тем, как изящно это было реализовано в первой главе и развито во второй ✨
У всех троих такие яркие и разные характеры. Рози, к сожалению, многих бы бесила, и это чувствуется, но она всё равно такая славная девчонка, такое боевое солнце) Скорп немножко сын маминой подруги, но в нём не чувствуется прямо такой яркой и негативной надменности. Ал, возможно, сложный парнишка, но я очень болею за него и в плане его социальной жизни, и в плане Кракена) очень кайфанула от этой главы, спасибо большое